Глава 87

Ронан (незадолго до этого)

Воздух в коридоре гудит от напряжения, пахнет озоном и паленой плотью.

Я делаю резкий выпад, и с кончиков моих пальцев срывается не огненный шар, а тонкий, как игла, разряд парализующей магии. Он попадает точно в нервный узел на шее нападающего.

Гвардеец Леннарда падает как подкошенный, даже не успев вскрикнуть.

Я врач. Я знаю анатомию лучше, чем любой убийца в этом королевстве. Я знаю, как нейтрализовать человека за доли секунды.

Но мои руки дрожат.

И это не страх. Это проклятый яд, остатки которого всё еще бродят в моей крови. Меня шатает, перед глазами плывут цветные пятна, но я заставляю себя стоять.

Я держусь на чистой ненависти и адреналине.

— Сдохни! — орет очередной наемник, замахиваясь на меня зачарованной алебардой.

Я уклоняюсь.

Медленно. Слишком медленно.

Лезвие вспарывает рукав моей мантии, оставляя на предплечье горящую огнем полосу.

Рядом со мной ревет Джаред.

Герцог дерется как демон, вырвавшийся из преисподней.

Он — ходячая стихия. Он оттягивает на себя большую часть внимания, внося полнейший хаос в ряды противников. Но их слишком много. Леннард привел сюда целую армию, и у каждого — защитные амулеты и оружие, способное пробить драконью чешую.

Джаред — кость в горле Леннарда. Он спутал Маркграфу все карты. Но даже герцог Грозовых Пик не всесилен, когда его окружают со всех сторон.

— Оттеснить их! — командует ледяной голос из-за спин солдат. — Взять живыми, если получится. Если нет — плевать.

Леннард.

Я вижу его холеное лицо, искаженное торжеством. Он стоит в безопасности, наблюдая, как его псы рвут нас на части.

Джареда оттесняют к лестнице. Его окружают пятеро, наваливаясь скопом, не давая вздохнуть.

Я остаюсь один.

Моя защита трещит по швам. Щит рассыпается искрами под ударами тяжелых мечей.

— А ну прочь! — рявкает Леннард, и солдаты расступаются, создавая коридор.

Он идет на меня сам. В его руке — длинный, узкий меч, светящийся ядовито-пурпурным светом.

Он видит, что я едва стою на ногах.

Он знает, что его яд ослабил меня.

Трус.

Он всегда нападает только на тех, кто не может ответить в полную силу.

— Ну что, Архилекарь? — ухмыляется он, делая ленивый выпад. — Урок анатомии окончен?

Я отбиваю удар магическим хлыстом, но сил почти нет. Леннард легко парирует и бьет меня гардой в лицо.

Боль взрывается в скуле. Меня отбрасывает назад, я врезаюсь спиной в стену.

Не успеваю я сделать вдох, как сталь пробивает мое плечо, пригвождая меня к деревянной панели обшивки.

— Агх! — крик застревает в горле, сменяясь хрипом.

Леннард наваливается всем весом на рукоять.

— Сдайся, ничтожество, — шепчет он, приближая свое лицо к моему. Его глаза блестят безумием. — Ты только оттягиваешь неизбежное. Всё кончено.

Кровь заливает мне плечо, горячая и липкая.

Но я не отвожу взгляда.

Даже сейчас, распятый на стене, проигравший бой, я смотрю на него сверху вниз.

— Ты ошибаешься, Леннард, — хриплю я, и мои губы растягиваются в улыбке. — Единственный, кого здесь ждет конец — это ты.

Леннард морщится, но меч из моего плеча не вынимает.

— Слишком громкие слова для трупа.

— Я знаю про Совет, — чеканю я, глядя ему прямо в зрачки. — Я знаю, как ты травил их. Одного за другим. Медленно. Подло. Я знаю рецептуру. Я знаю даты.

Усмешка сползает с его лица, сменяясь маской холодной ярости.

Но страха нет.

Только раздражение, словно я — назойливая муха.

— Знаешь? — он вдруг смеется. Громко, издевательски. — И что с того? Ты правда думаешь, что это кого-то волнует? Совет у меня в кармане, Ронан. Они едят с моей руки, потому что боятся сдохнуть от моего же яда.

Он надавливает на меч сильнее, заставляя меня зашипеть от боли.

— Вот именно поэтому тебе и конец, Ронан. Ты слишком много знаешь. Не надо было совать свой длинный нос в мои дела. Сидел бы в своем лазарете, перебирал травки... глядишь, и прожил бы подольше.

Меня накрывает пеленой красной ярости.

— Не надо было совать нос?! — реву я, игнорируя боль в пробитом плече. — А как ты называешь тот факт, что ты сам притащил ко мне войну?!

Я хватаюсь здоровой рукой за лезвие его меча, не чувствуя, как сталь режет ладонь.

— Ты подослал ко мне Элару! — выплевываю я это имя, которое до сих пор кровоточит в моем сердце незаживающей раной. — Ты заставил её шпионить за мной, шантажировал её! А когда она отказалась идти против меня…

Голос срывается от болезненных воспоминаний.

— ...ты отравил её, как ненужную собаку! — кричу я ему в лицо. — После этого ты думал, я остановлюсь? Я достал бы тебя из-под земли, Леннард! Я бы прошел через ад, чтобы отомстить тебе!

Леннард хмурится, словно пытаясь вспомнить.

— А... Элара, — тянет он равнодушно, и это безразличие ранит сильнее ножа. — Да, помню. Бесполезная девка. Она оказалась слишком мягкотелой. Не только провалила поручение, но и позволила тебе выйти на мой след.

Он пожимает плечами.

— Надо было покончить с ней сразу. Как и с тобой. Ошибки прошлого, которые я исправляю сейчас.

Он выхватывает из ножен за поясом кинжал и заносит его поудобнее, готовясь нанести последний удар.

— Теперь мне никто не помешает, Ронан. Я осуществлю задуманное. А все эти смерти...

Его взгляд становится скучающим.

— Я свалю всё на тебя. Но для начала, я избавлюсь от той девки, которая выжила. А потом... — он гадко ухмыляется. — Потом займусь твоей новой ученицей. Этой Ольгой. Жаль, красивая куколка. Но она тоже должна умереть.

Мир сужается до одной точки. До его ухмыляющегося рта.

Ольга.

Моя ученица. Моя новая помощница. Правая рука.

— ТОЛЬКО ТРОНЬ ЕЁ! — реву я, и во мне просыпается не маг, а зверь.

Я забываю о боли. Забываю о ране.

Рывком я дергаюсь вперед, насаживаясь на меч глубже, чтобы сократить дистанцию.

Моя здоровая рука смыкается на его горле.

— Я РАЗОРВУ ТЕБЯ НА КУСКИ!

Леннард теряется. Он не ожидал этого. Он привык, что жертвы молят о пощаде, а не бросаются в атаку, наплевав на смерть.

В его глазах мелькает животный страх.

Я сжимаю пальцы, чувствуя, как под ними пульсирует жилка.

Я покончу с ним. Здесь и сейчас!

Напряжение достигает пика.

Леннард уже готов вонзить в меня второй клинок, но мне плевать. Даже если я погибну, я заберу его с собой.

Пусть это подло с моей стороны — все-таки, я обещал защищать Ольгу — но остальное я оставлю на нее. С помощью книги и Милены она сможет добиться того, чтобы хотя бы посмертно этого мерзавца осудили по всей строгости.

И в тот момент, когда напряжение достигает пика, когда Леннард уже начинает хрипеть, а его второй клинок опасно приближается к моему глазу…

БАХ!

— ВСЕМ СТОЯТЬ! — громовой голос перекрывает шум схватки. — ИМЕНЕМ КОРОЛЯ!

В коридор врывается отряд.

И это не гвардейцы Леннарда.

Черные мундиры, серебряная вязь на плечах. Это… Тайная Канцелярия!

Но откуда они здесь?!

Моя хватка невольно ослабевает от удивления. Леннард, дергается и, воспользовавшись моментом, отшвыривает от себя. Я падаю на пол, зажимая рану. Он держится за горло и захлебывается кашлем.

— Сюда! — кричу я, привлекая внимание канцелярии и показывая на Леннарда. — Арестуйте его! Это изменник! Он только что сознался в преступлении против Королевского Совета!

Бойцы Канцелярии, увидев побоище, бросаются вперед.

Они налетают на людей Леннарда, начинается хаос. Звон стали, вспышки заклинаний. Я вижу, как двое «черных мундиров» скручивают ближайшего бойца Маркграфа.

Надежда, яркая и горячая, вспыхивает в груди. Сейчас мы покончим с этим фарсом.

Но Леннард не собирается сдаваться. Он отступает к стене, его лицо перекошено от ярости, но он быстро берет себя в руки.

— ОТСТАВИТЬ! — ревет он так, что даже бойцы Канцелярии замирают. — ВЫ ЧТО, ОСЛЕПЛИ?!

Он выхватывает из внутреннего кармана свиток с королевской печатью и трясет им над головой, как знаменем.

— Я — Маркграф Леннард! Член Королевского Совета! У меня приказ на арест государственного преступника!

Он тычет пальцем в меня.

— Этот человек обвиняется в измене Короне и массовых отравлениях! Все, кто посмеет помешать правосудию... — он обводит тяжелым взглядом прибывших, — ...тот пойдет под трибунал за пособничество врагу государства!

Бойцы Канцелярии останавливаются.

Они переглядываются. Они видят печать. Видят разъяренного лорда. И…

Их мечи опускаются.

Нет... Только не это...

— Он лжет! — кричу я, тяжело поднимаясь на ноги. — Это он отравитель! У нас есть доказательства его преступлений!

— Молчать! — рявкает Леннард, чувствуя, что перехватил инициативу. — С этого момента вы поступаете в мое распоряжение! Взять его! И прочесать здание! Здесь его сообщники!

Это крах.

Я вижу, как бойцы Тайной Канцелярии — моя последняя надежда — переглядываются. Они смотрят на королевскую печать в руке Леннарда, потом на меня. Решимость в их глазах гаснет, сменяясь уставной покорностью.

Печать Короля для них — закон, выше совести, выше истины.

Клинки, направленные на наемников Леннарда тут же разворачиваются в мою сторону.

Кольцо сжимается.

— Отлично, а теперь, взять его, — бросает он, уже не глядя на «черных мундиров».

Он снова поворачивается ко мне. В его глазах — торжество садиста.

Я сжимаю зубы, готовясь к новому раунду. Я уже на пределе сил, но сдаваться все равно не собираюсь.

И в этот момент мир взрывается белым.

БУМ!

Коридор заволакивает густой, непроглядный белый дым. Он вырывается из вентиляционных решеток, клубится по полу, мгновенно пожирая пространство.

— ПОЖАР! — истошно вопит кто-то из наемников. — ГОРИМ!

Паника вспыхивает мгновенно. Солдаты кашляют, мечутся, теряя ориентацию. Леннард отшатывается, закрывая лицо рукавом.

Мое сердце пропускает удар. Пожар? Здесь? В лечебнице полно лежачих больных! Если огонь доберется до хранилища зелий...

Но тут я делаю вдох и тут же замираю.

Мой нос, натренированный годами работы с зельями, улавливает странный аромат.

Это не гарь.

Сквозь едкую завесу пробивается резкий морозный запах и тяжелый, маслянистый дух.

Кристаллы Ледяного дыхания и жир саламандры.

Озарение пронзает меня ярче молнии.

Это не огонь!

Это дымовая завеса!

Ольга! Только она могла до этого додуматься!

Волна гордости, горячая и острая, смешивается с диким страхом за неё.

Моя помощница! Моя правая рука!

Она не просто сбежала, она использовала свои умопомрачительные знания, чтобы дать бой.

Она устроила этот хаос, чтобы под шумок вывести Милену, все подходы к которой сейчас блокируются солдатами Леннарда.

— Это трюк! — орет Леннард, его голос срывается на визг. Он тоже не дурак, он понимает, что это отвлекающий маневр, чтобы спасти Милену. — Перекрыть выходы! Чтобы никто не выбрался незамеченным! Девка где-то здесь! Она хочет выскользнуть у нас под носом!

Часть солдат пытается выполнить приказ Леннарда, но другая охвачена паникой. Они мешают друг другу, сбивают своих же товарищей с ног, мечутся в узком коридоре, заполненном дымом.

Леннард изо всех сил пытается взять ситуацию в свои руки.

Но я не намерен ему этого позволить.

Если он построит своих головорезов, Ольга окажется в ловушке. Она и Милена — с этой проклятой книгой, которая стоит наших жизней. Они не смогут прорваться сквозь оцепление.

Я должен дать им время. Я должен стать мишенью, которую Леннард не сможет проигнорировать.

Решение приходит мгновенно.

Я поднимаюсь на ноги, шатаясь от слабости, но расправляя плечи.

— ИДИОТ! — кричу я так громко, чтобы мой голос перекрыл шум паники.

Леннард оборачивается на звук, его глаза в белесом тумане вспыхивают яростью.

— Ты думаешь книга, за которой ты охотишься, у девчонки? — я смеюсь, и этот смех полон издевки. — Ты правда считаешь, что я доверил бы такой компромат перепуганной соплячке? Ты можешь покончить с ней, можешь покончить с Миленой, но до книги тебе никогда в жизни не добраться! Ты будешь всю жизнь бояться, что она где-нибудь всплывет. И я могу тебя заверить, рано или поздно это случится. В тот самый момент, когда ты будешь этого меньше всего ждать. И тогда все твои победы обратятся в дым…

Я вижу, как тень Леннарда замирает.

Он клюнул.

— Взять его! — вопит Маркграф, забыв про все остальное. — Взять живым! Пытать, пока все не расскажет!

— Попробуй! — рычу я.

Я срываюсь с места. Но бегу не к той палате, где сейчас Милена. Я бегу в противоположную сторону — к главному холлу, к огромным витражным окнам.

Боль разрывает пробитое плечо, яд стучит в висках набатом, но я бегу.

Я увожу погоню за собой.

— Не дайте ему уйти! — визжит Леннард за моей спиной. Топот десятков ног сотрясает пол.

Впереди — высокий арочный проем окна.

Я не останавливаюсь. Я разгоняюсь, вкладывая в этот рывок остатки своих сил.

Звон бьющегося стекла звучит как музыка.

Я вылетаю наружу, в холодный ночной воздух, осыпаемый дождем из разноцветных осколков.

Земля стремительно несется навстречу.

В полете я отпускаю свою человеческую сущность.

Магия, которую я сдерживал, взрывается внутри. Кости перестраиваются, кожа затвердевает, а из спины вырывается два огромных крыла.

Р-Р-РАААУГХ!

Тяжелые крылья ловят ветер, останавливая падение у самой земли.

Рана на плече никуда не делась, яд всё еще туманит разум. Я знаю, что не улечу далеко. Что Леннард достанет меня.

Но это уже не важно.

Я делаю вираж, уходя в сторону, уводя Леннарда как можно дальше.

«Ты проиграл, Леннард», — думаю я, чувствуя, как холодный ветер бьет в морду, а силы стремительно покидают тело.

За спиной раздается не менее оглушающий драконий рев.

«Ты погнался за призраком. И упустил самое главное. Ольга обязательно спасется. И тогда ты проиграешь!»