Глава 69 Помочь могу только я

Не знаю, сколько времени я провела в состоянии шока, но очнулась от того, что почувствовала головокружение.

Жестокость заговора, который я только что услышала, поражал воображение.

Однако не успела опомниться, как появилось третье действующее лицо. Это был Роман Михайлович! Он выпрыгнул из-под стола, держа на вытянутой руке тонкий меч, остриё которого тут же впилось прямо в грудь Сергея Антоновича.

— Вы оба перешли все мыслимые границы! — голос Романа Михайловича дрожал от ярости. — Предательство, убийства, заговор против дворца и всей столицы… Заговор против княжеской семьи! Это прямой путь на плаху!!! Пощады не ждите!

В ответ раздался резкий, неприятный смех.

— Ха! — Сергей Антонович скривился, словно услышал дурную шутку. Он казался слишком самоуверенным, не обращая внимания на то, что может в любой момент оказаться проткнутым насквозь. — Да что ты можешь, княжич? Что-то я не вижу здесь бравых солдат, готовых нас арестовать! Ты слишком самоуверен и глуп, избалованный княжеский сынок, возомнивший себя пупом земли! Думаешь, титул и фамилия делают тебя кем-то значимым? Тьфу! Мелкая сошка…

— Закрой рот, — холодно процедил Роман Михайлович. — Ещё слово — и тюрьма покажется тебе милостью. Я могу и не дожидаться суда…

Он посмотрел на премьер-министра.

— Всё кончено, Николай Борисович! Мы долго шли к вашему разоблачению, но этот миг настал. Вы ответите за всё, что натворили, даю слово!

И в этот самый миг я увидела подозрительное движение: тень за одной из колонн зашевелилась. Сердце ухнуло вниз. Я поняла — сейчас произойдёт непоправимое.

Мгновение, и…

Что-то вырвалось из-под колонны, мелькнуло в воздухе и с глухим звоном ударило по мечу. Клинок вылетел из руки Романа Михайловича и, вращаясь, скользнул по каменному полу.

Я вскрикнула, не в силах даже вдохнуть.

Не знаю, голос ли меня подвёл, но мой крик оказался беззвучным.

Роман Михайлович пошатнулся и тут же получил удар по ногам от Сергея Антоновича. Из-за колонны выскочил мужчина в чёрном. Он схватил Романа Михайловича и ловким движением связал ему руки за спиной.

Я зажала рот руками и смотрела на этот кошмар, не в силах пошевелиться. Благоразумие кричало, что выдавать своё присутствие нельзя ни в коем случае. Будет только хуже. Если они не знают, что я здесь, у меня есть хоть какой-то шанс что-то изменить. Наверное.

Хотя что я могу? Что???

Наконец моего возлюбленного бросили на пол у каменного возвышения.

Сергей Антонович хохотал.

— Вот и вся твоя сила, дружочек. Как и ожидалось, ты просто глупый и ничтожный слизняк и лихо переоценил сам себя. Если уж умудрился нас выследить, то стоило бы прийти с подмогой. Но подмога не придёт, могу тебя заверить. Среди начальников стражи есть множество лояльных премьер-министру воинов!

— Подонок, — процедил сквозь зубы Роман Михайлович. — Ты собрался убить сотни людей. И своих подельников, как я понимаю, тоже. Знали бы они, какая ты продажная тварь, кто был бы на твоей стороне???

Было непонятно, кому он говорил — то ли Сергею Антоновичу, то ли премьер-министру. Но улыбались оба.

Старик грузно переместился, опершись на другую ногу, и презрительно произнёс:

— Дорогой Роман. Ты, конечно, парень интересный, даже талантливый, но тебе не стоило переходить мне дорогу. Я даже подумывал оставить тебя в живых. Братца твоего придётся убрать, конечно, он слишком прилипчивый и бескомпромиссный. А вот ты… ты мог бы быть на моей стороне. Я сделал бы тебя формальным наследником. А ты бы слушался меня беспрекословно. Может, всё-таки подумаешь об этом? — добавил, насмешливо прищурившись. — Зато будешь жив, богат и невероятно почитаем!!!

Роман Михайлович плюнул ему под ноги вместо ответа.

— Ах ты ж щенок! — взревел Сергей Антонович.

Он размахнулся и ударил Романа Михайловича по лицу.

Я до крови прикусила губу, чтобы не закричать и не вмешаться. Невыносимо было на это смотреть, но благоразумие было превыше всего. У меня нет шансов что-то изменить: трое мужчин против меня одной…

Однако… однако, кое-что я всё-таки могу.

Тем временем разговор продолжался.

— А раз уж ты оказался свидетелем нашей маленькой тайны, — произнёс Сергей Антонович издевательским тоном, — то хотелось бы мне рассказать о перспективах, которые ожидают твою семейку.

Он откашлялся, прочищая горло.

— Как только смертоносные споры разлетятся по дворцу, его быстро закроют на карантин. Естественно, никто не выживет. Мы уж об этом позаботимся. Потом дворец будет некоторое время закрыт для посещения. Премьер-министр может прекрасно править и со своей резиденции. Придёт время — всё здесь будет вычищено, выбелено. И история начнётся снова, с чистого листа!

Роман Михайлович дрожал от негодования.

— Заткнись! — закричал он. — Убийца, ты не посмеешь!

— Ах, какая жалость! — рассмеялся Сергей Антонович издевательски. — Думаешь, я сумасшедший? Нет. Я просто тот, кто хорошо разбирается в людях. Вы со своим гуманизмом совершенно испортили наше славное княжество. Пришло время поставить по-настоящему сильного лидера. Премьер-министр преобразит наши земли до неузнаваемости!

Он сделал паузу и продолжил уже с холодной гордостью:

— Я много лет терпел глупые приказы главврача, будучи во главе ничтожного отделения отверженных. Целыми днями смотрел на этих убожеств, которые доживали свои последние дни, и ненавидел их всей душой. Но кое-чему полезному они всё же послужили, — он хохотнул. — Они стали вместилищем чёрной язвы, чтобы превратиться в драгоценный прах!

У меня к горлу подкатила тошнота. Это был не человек, а чудовище! Настоящий маньяк-убийца!

— А сейчас у меня для тебя сюрприз.

Улыбка Сергея Антоновича стала ещё более мерзкой.

— Прямо на твоих глазах я выброшу этот прах в вентиляционный ход и буду любоваться агонией твоего бессилия, щенок!

Роман Михайлович зарычал, как зверь, попытался подняться, но стоявший неподалёку охранник с силой ударил его ногой в бок. Княжич застонал, скрутившись на полу, а у меня всё перед глазами потемнело.

Боже, кажется, времени совсем не осталось, а стражи действительно нет. Кто-то задержал её. Никто нам не поможет!!!

Помочь могу только я…