Глава 51. Семейная традиция
Ох, девочка моя! Я тебе сейчас насоветую... то, что мне самому советует известный орган.
Закрывая глаза, утыкаюсь ей носом в шею. Но советы я сегодня готов слушать только совсем от другого органа. Пусть сегодня правит сердце.
Ну в конце концов, не обязательно же сразу трахаться, да? Можно просто... просто...
- Ты хочешь, чтобы я остался?
- Аха...
- Ладно. Но мы будем вести себя хорошо.
- Зачем?.. - непосредственно шепчет Любочка.
Смеюсь, нюхая ее кожу. Потому что я упрямый идиот!
- Я работаю над ошибками. Не смущай моё грешное нутро.
Иначе, я тебя сожру...
Мягко кусаю за шею и громко чмокаю.
- Ой, ты же голодный!
- Мхм.
Ты даже не представляешь - насколько!
Люба накрывает, я выхожу покурить на балкон.
Отвечаю на вызов с незнакомого номера.
- Истомин.
- Добрый вечер, Константин Захарович. Мы лично не знакомы, Гуров Анатолий Иванович вас беспокоит. Из Научного Совета...
- Аа... Добрый вечер! Чем обязан?
- Дело в том, что мой сын проходит у Вас сейчас практику.
- Игорь Гуров.
- Да-да... Не могли бы Вы сделать мне личное одолжение - поставить ему зачёт экстерном. У нас семейные обстоятельства требуют отъезда. А ему ещё две недели у Вас заниматься. А я со своей стороны обещаю тоже быть Вам полезным при случае. Ну и, конечно же, он выполнит все письменные работы.
- Мм...
Хочется с разворота послать нахуй!
Едва сдерживаюсь.
Но сдерживаюсь.
Я же не совсем импульсивный идиот. К тому же ещё мне защищаться, Любочке... А человек обещает быть полезным.
Да пусть валит это недоразумение на все четыре стороны. Всё равно же, если я его солью, то Зубарева найдет, в каком отделении ему этот зачёт поставят. Только обязан Гуров будет ей, а не мне!
- Конечно, Анатолий Иванович. Нет проблем. Пусть подходит с отчётом.
- Благодарю! Обращайтесь, не стесняйтесь, если чем-то смогу помочь.
- Обязательно! Спасибо.
Ну вот... " разум когда-нибудь победит...".
Хороший мальчик, Истомин. Хвалю.
Возвращаюсь к Любе. Снимаю котят со шторы, отправляя обратно в коробку.
- Ну пощадите шторы, они же новые и не пожили ещё совсем!
Ведьма шипит.
- Детей воспитывай! Вырастут балбесами...
Ужинаем мы без церемоний и по-домашнему. Таская друг у друга из тарелок, отправляя что-то вниз Ведьме, скармливая молочный сыр котятам… Люба замутила целый праздничный стол!
Вот это я понимаю - девочка любит и ждёт. Просто теплый эмоциональный душ для мужской психики.
Мне кайфово...
- Ну как твой грант? - заставляю себя поговорить на эту тему.
Хотя не самая приятная для меня история.
- Никак, - пожимает плечами.
- Не стала писать?
- Ну почему? Написала... Да вот комиссия готова его одобрить только в тандеме с Гуровым. Это же его папа предложил вообще в этом поучаствовать. Поэтому мне ничего не светит.
- Ясно... - соображаю я. - Но ты сильно не расслабляйся. Надеюсь ты там ничего сверхъестественного не заявила? А то ведь делать придется.
- Всего лишь статистическое исследование по диагностике в нашем отделении.
В нашем...
Оно будет наше! Обязательно! Вот - кровь из носа.
- Ну, можешь тогда начинать. Будет тебе грант и стипендия.
- Как это?..
Подмигиваю ей.
- Как там у нас боженька Хасанов учит: "Врать... шантажировать... уговаривать... подкупать... льстить!". Всё для здоровья пациента. А ты будешь замечательным врачом. И поможешь огромному количеству людей. Так что - дело благое.
- Спасибо... - смущается она, что-то рассеянно переставляя на столе.
Рядом со мной оказываются вяленые помидоры.
Люба! Я тебя люблю...
Но сказать хочется не так.
- А как дела у родителей?
Закатываю глаза.
- Они в твоей команде. Поэтому, я в опале. Мама узнала, что мы поссорились и со мной не разговаривает.
- Разве у нас не общая команда?
- Мм... Какая умная у меня девушка. Самому себе завидую.
Люба расцветает в улыбке.
- А говорят, мужчины больше любят дурочек.
- Этот уровень квеста для слабаков, - подмигиваю ей. - Мы играем на уровне хардкор!
- А как там наша ведьма-неудачница?
- Сложный перелом бедра на фоне гормонального сбоя, гипертиреоза и остеопороза. Ушиб почки. Пошли камни... Буду лечить ее до окончания суда по квартире. Как я понимаю, это головной мозг этой парочки. Поэтому - полная изоляция от ситуации.
- Сурово, но справедливо. Без нее он, думаю, и до суда не дойдет. Дядя ленив и маргинален. Это все с квартирой сто процентов придумала Галина. Бабушка долго билась с ним, но... Он такой, какой есть.
Похудела...
Кормлю ее кексом. Пусть набирает обратно. Я кончаю от ее форм! Тот случай, когда лёгкий плюс гораздо эффектнее, чем лёгкий минус. Так что ей не страшно.
А беременная, наверное, вообще будет няшка няшкой.
- Чему улыбаешься? - подозрительно смотрит на меня.
- Любуюсь Любочкой...
- Ну вот! А я в пижаму хотела переодеться. Придется остаться красивой.
- Иди, переодевайся. Я тебя спать уложу.
Убрав со стола, включаю медленную музыку.
- Костя!..
Заглядываю в комнату.
- За серьгу зацепилось! Помоги...
Отцепляю вытянувшиеся из шва пижамы нитки запутавшиеся в серьге. Неровно дыша, от того, как задрался один краешек ткани, демонстрируя низ пышной тяжелой полусферы груди.
Ар...
Держите меня семеро!
- Иди сюда, - не выдерживая усаживаю ее к себе на колени, на кресло.
Прижимаюсь щекой к мягкой груди. Целую через ткань.
- Как там поживает наша хордочка?
- Оо... - сводит брови Любочка. - У меня там постоянно какой-то спазм.
Прижимает руку к груди и делает глубокий, надсадный вздох.
- Ты чего меня пугаешь?! Неси фонендоскоп...
Она возвращается с ним и недопитой бутылкой вина в руках.
Маню к себе. Садится верхом на мои колени.
Вай...
Она уже умылась, без косметики. И я не могу определиться, как мне больше нравится - роскошная или домашняя.
- Снять? - сжимает край кофточки.
Мучительно мыча, отрицательно качаю головой.
Надев фонендоскоп, внимательно слушаю. Упираюсь костяшками пальцев в грудь, передвигая головку фонендоскопа. её соски напрягаются, натягивая ткань.
Прикусив губу, Люба смотрит поплывшим взглядом мне в глаза.
- Завтра сделаю тебе кардиограмму. Вроде бы ничего критичного...
- А сегодня?.. - хлопает ресницами.
- А сегодня я его поцелую, чтобы не шалило.
Вжимаюсь губами в грудь.
- Лучше?
- Мхм... - мурлыкает она. - Но надо ещё...
Зачмокиваю эту прелесть.
Люблю!
Но и не так хочется сказать.
Мы болтаем о всяких пустяках, деля большое кресло на двоих.
По глотку пьем из горла вино. Расслабляемся. Люба пьяненько рассказывает про свои приключения - Владика, собак, Марго, расчленение сердца в морге...
Я невнимательно слушаю, расслабленно улыбаюсь и представляю, как трахаю этот ротик... в паху сводит от напряжения.
Любуюсь ее шеей, когда она делает очередной глоток, закидывая голову.
- Ты не устал от моей болтовни? - замирает она.
- Нет. Всегда-всегда мне все рассказывай.
Про то, что я параноик и ревнивец не добавляю. И ее пьяненькие исповеди просто мед для моих ушей!
Соприкасаемся губами в лёгком поцелуе.
Ее пальчики маняще обрисовывают пуговицы на моей рубахе. Меня откровенно соблазняют. Сладенько и невинно.
Мне хочется отмотать этот вечер на начало и прокрутить ещё раз десять. Ну вкусно же!
Я не срываюсь. Тяну это волшебное ощущение.
Чувствую себя вылеченным, любимым, желанным...
Ну и кто из нас "доктор"?
Мы слегка пьяные и уже сонные.
Ее веки смыкаются.
Увожу ее на кровать.
- Ты не уйдешь?
Да куда я, блять, уйду-то? Тут сердце с членом даже не спорят.
- Нет... засыпай. Я - в душ, и к тебе.
Сжимаю коробочку с колечком в кулак в кармане брюк.
Ну не сейчас же?
А когда?
Да хрен его знает!
Ставлю на тумбочку. Завтра?..
Когда возвращаюсь, Любочка спит. Я прижимаю ее к себе, объясняясь с бунтующим членом, что один уж раз можно и пережить! Сначала кольцо, потом - секс. Как порядочный “сексопатолог”. А пока - спать.
Сжимаю мои прелестные троечки, улетая в поверхностные сны. И в каждом из них в дискуссии побеждает член. У сердца ни одного внятного довода против.
И к утру я уже в полном неадеквате! Тело сводит судорогами, все вены по телу пульсируют... теплый запах ее волос пьянит... Я пытаюсь не проснуться окончательно.
Отпускаю ее из объятий, переворачиваясь на спину.
И чувствую тяжесть на бедрах. Такую охуенно мокренькую и горячую. Прижимающую мой многострадальный член к животу.
Детка без трусиков!
Поцелуй в мочку...
В шею...
В плечо...
По моей груди чертят горящие линии твердые соски. И влажный рот двигается ниже.
Что я там хотел?..
Закатываю глаза, ощущая, как член упирается в мягкое местечко под ее подбородком.
- Стоять! - хриплю я.
Зрелищно откидывая каскад густых волос, Люба поднимается в позу наездницы.
Смотрит на меня как фурия!
- Что не так?! - гневно прищуривается.
Пухлые влажные губы налиты кровью.
Улыбаюсь, облизывая свои.
- Всё настолько так... Что если я не полный идиот, то обязан...
Стягиваю коробочку с тумбы, достаю оттуда колечко. Зажимая золотой ободок между пальцами протягиваю в ее сторону.
- Выходи за меня...
Меняясь в лице, довольно прикусывает налитую губку. Всовывает безымянный пальчик в кольцо.
Поднимаясь, ловлю ее лицо в ладони.
- Люблю тебя, детка...
- Ммррр... - довольно трётся она носом.
Кошечка моя...
- А теперь - закончи начатое! - требовательно рычу я, закрывая глаза и падая на подушку.
Сжимаю рефлекторно кистью ее волосы на затылке, двигая плавно бедрами в этот горячий рай. Где-то далеко в кармане пиликает будильник.
И резинки у меня конечно же есть. Пара охапок точно найдется по всем углам. Но... Пусть будет опасно и вкусно!
А на работу мы опять опоздаем...
И опять из-за секса. Такая вот будет первая семейная традиция Истоминых!