Глава 9.

***

Только на секунду представил, что могло бы быть, если бы Юля встретилась с той Альбиной! Меня даже в пот бросило! И доказывай потом, что ты не индюк! Только вот какого лешего она опять приперлась? Или не понятно с первого раза было?

– Андрюх, а что за Альбина? Откуда она, вообще взялась?

– Да, хрен ее знает, откуда она взялась! Вроде как на стажировку к отцу ее поставили. Но он перенаправил ее в юр отдел. Случайно столкнулись. То да сё. Приклеиться вроде как хотела. Намекнул, что не в моем вкусе! Начала жаловаться, что хороших парней совсем нет, одни прилипалы. И спросила, нет ли у меня нормальных одиноких знакомых. Вот я про тебя и сказал!

– Идиот!

– Что сразу идиот! Нормальный. Одинокий. Что не так-то?! Я же не знал, что ты ее за проститутку примешь?

– А за кого мне ее было принимать? Ты сам сказал, что девочку мне «пришлешь». Тут вариант только один!

– Да я немного не то имел в виду. И потом ты никогда раньше не отказывался.

То было раньше!

– Вообще, похеру, что ты имел! Сейчас ей что опять надо? Или она к тебе приходила?

– Не. Ко мне отец никого приказал не пускать. У него вечная паранойя. Уже всех раз на сто перетрясли. Он думает, что это нападение было. И кто-то слил, что мы выходим.

– Серьезно?

– Без понятия! Но отцу не докажешь! Ему везде враги мерещатся!

Не знаю, как Милованову старшему, а лично мне точно мерещилось, что просто так я от этой Альбины не отверчусь. Попортит она мне жизнь. Вот откуда она, вообще, узнала, что я (или мы?) в больнице?

– Слушай, а ты можешь попросить, чтоб твой отец Альбину эту еще проверил?

– Зачем?

– Не знаю. Мутная она какая-то.

– Ты что от него заразился? Так вроде паранойя по воздуху не передается. Скажу. Мне не трудно. Дим, а где ты докторшу свою подцепил?

«Сама пришла!»

– Где подцепил, там уже нет! Ты же блондинок не любишь!

– Может меня на разнообразие потянуло!

– Даже думать не смей! И лапы свои не тяни! Поотбиваю!

– Да понял я! Меня другое волнует? Как она с твоей Янкой общий язык нашла? Ведь я так понял, они до этого не знакомы были?

– Нет.

– Или и докторша розовенькое любит?

– Андрюх, тебе сейчас в челюсть дать, или подождать, когда эти синяки сойдут?

– Да, расслабься! Пошутил я!

Шутник хренов! Но шутка, к сожалению, имела место быть. Только непонятно, как Андрей мог об этом узнать.

***

Янка пришла тогда никакая. Ни макияжа, ни прически. Ничего!

– Дим, мне нужна помощь.

– Ты же знаешь: все что угодно! – ответил не раздумывая.

– Дим, я беременна.

Мне пришлось сесть. Задавать вопросы бессмысленно. Яна точно уже решила, что будет делать. Осталось только выслушать, и понять, что нужно от меня.

От меня потребовалось только сдержать отца. Борис Тимурович был в бешенстве. На вопрос Яны, кто является отцом ребенка, единственная дочь заявила, что не знает его имени, потому что подцепила его в баре. И была слишком пьяна, чтобы спрашивать его об этом! Естественно, она не помнит, какой бар!

– Пап! Не нужно никого искать! – заявила Яна. – Я специально напилась, чтобы залететь! Потому что забеременеть можно только от мужика!

– Как это понимать? – потребовал объяснений отец.

– А так и понимай! – нагло заявила дочь. Борис Тимурович закрыл лицо руками. Узнать, что его дочь сама призналась в нетрадиционной ориентации,  для немолодого уже человека старой закалки оказалось шоком.

Честно говоря, тогда мне было очень жаль его. Потому что я не поверил ни одному ее слову!

Как и ожидалось, Антонов отстранил ее от руководства в своей фирме. Репутация для него была превыше всего! А тут такое пятно! Он оставил ей минимальное содержание. И все! Единственным условием было, что на всех приемах, где будет нужно ее присутствие, она появляется в моей компании, и никаких явных проявлений на людях своей «болезни».

Яна же попросила меня не бросать отца и его бизнес. И я постепенно от подай-принеси начал разбираться во всей этой предпринимательской кухне. И сейчас Борис Тимурович являлся только владельцем, и числился генеральным директором, хотя по сути все висело на мне. Яна же на имеющиеся у нее сбережения открыла свой спа салон. И довольно быстро перестала полностью зависеть от отца. От меня она приняла только помощь на первоначальный взнос.

Вот тогда я и устроил первый допрос своей сестре. Слишком много несостыковок было в ее версии. Первая: Яна слишком ответственная, чтобы зачать ребенка в пьяном угаре.

– Ладно. Я не была пьяной! Я только притворялась!

– Зачем?!

– Так надо было!

– Яна, это не ответ! Это значит, что ты знаешь, кто отец ребенка!

– Какой же ты зануда, Вершинин! Я просто хотела с ним переспать! И все! А притвориться невменяемой самый легкий вариант! Да, я знаю, что ты сейчас скажешь! Но это ничего не меняет!

– Он имеет право знать!

– Он никакого права не имеет! Это вышло случайно! Слу-чай-но! Он не виноват. Виноваты производители латексных изделий! Такое бывает! Ребенка я рожу. И воспитаю сама!

– Зачем было говорить отцу, что ты предпочитаешь женщин?

– Зачем?! А затем, чтобы мой любимый папочка не выдал меня за кого-нибудь замуж, лишь бы скрыть мой «позор»!

– Он никогда бы этого не сделал.

– Ты слишком плохо его знаешь, – вздохнула Яна.

Вторая: если Яна хотела просто с кем-то «переспать», это значит, что он ей нравился. Тогда что произошло, что она отказалась афишировать этого человека? Об этом я так и спросил.

– Потому что он козел! Козел и кобель! – прозвучал ответ.

– И тебе это было известно, раз ты его «потащила» в спальню! – я не оправдывал мужика, просто хотел понять Яну.

– Дим, я думала, что у нас что-то получится. Но он предпочел мою подругу.

– С чего ты так решила?

– Я сама видела, как Златка сидела у него на коленях.

– И что?

– На утро? А так ничего!

– Яна, кто он?

– Ты его не знаешь, – вздохнула Яна, посмотрев в окно.

Нет ничего страшнее женской ревности. Это я тогда понял. Больше на эту тему мы не разговаривали.

Потом родилась Алёнка. Яна никому не сказала, что у нее начались роды. Сама вызвала скорую, сама родила, сама привезла дочь в новую двухкомнатную квартиру. И сама поставила в графе «отец» прочерк.

Юля.

Никогда не думала, что за такой короткий промежуток можно так привязаться к человеку, и испытать такое количество чувств, начиная от ужаса и страха, и заканчивая заботой и беспокойством. Но именно это со мной и произошло за каких-то несчастных две недели. Две недели! Таких американских горок эмоций я не переживала уже давно! Да что там говорить! Совсем не переживала! Чтобы одновременно хотелось убить и беречь! Именно так.

Ведь желание видеть, заботиться, оберегать – это первые признаки симпатии. И я должна признаться в первую очередь, конечно, себе, что Дмитрий Вершинин прочно засел в моих мыслях и чувствах. И, если сначала это были злость и раздражение, потом обида и недовольство, то сейчас была жуткая потребность знать, где он, и что чувствует. И это были не профессиональные переживания. Хотя вначале я так и думала. Было что-то такое в его взгляде, словах, жестах, что притягивало и манило. И время, проведенное рядом с ним, теряло свои свойства. Словно ты переходишь в другое пространство и измерение. А потом тебе нужно вернуться обратно. В мир, в котором ты жила до этого момента. И самое непонятное, что сейчас, оглядываясь вокруг, я понимала, что люди продолжают жить, куда-то спешить, радоваться, огорчаться, и не знают, что есть другой мир. Мир, в котором замирает время.

– Юль! – Яна звала меня. И кажется уже не первый раз.

Я очнулась.

– Прости, задумалась, – ответила, сбрасывая наваждение.

– Ты домой?

Было ужасно неудобно, что Яна заезжала за мной и привозила обратно! Ведь она могла это время потратить на что-то другое. Но она всегда ждала меня, пока я навещу ее брата. Правда, Яна в подробностях потом интересовалась, но не поднималась вместе со мной в палату. Странная она. Но классная! И она, и Алёнка! Мы знакомы всего третий день, а такое ощущение, что я знаю их намного дольше!

– Нет, не домой. Нужно заскочить к подруге. Она решила, что депрессия хорошая компания. Нужно переубедить ее в этом.

Вчера звонила Маришка. У нее иногда случаются такие сбои, когда она срывается. И, если ее вовремя не остановить, то еще неизвестно, чем может все закончиться. Она снова поругалась с мужем. И я очень надеюсь, что они успели помириться. Потому что я, вместо того, чтобы успокаивать подругу, ездила в больницу к Диме. Совесть предательски кольнула.

– Я знаю одно действующее средство от депрессии, особенно у девушек. Это мои салоны! Еще ни один не ушел недовольным! Так что, бери подругу и погнали. Как новеньким сделаю скидку пятьдесят процентов! – предложила Яна весело, подмигнув.

– Идея заманчивая! Но у нее маленький сынишка, вряд ли она найдет с кем его оставить.

– Ха! Так ты не в курсе?! Знаешь, почему мои салоны пользуются таким спросом? Нет?! Так я открою тебе секрет! В каждом есть детская комната, и даже воспитатель-аниматор, который занимается с детьми. Чтобы даже молодые мамочки могли полностью расслабиться и не беспокоиться за свое чадо, которое не с кем оставить!

– Серьезно?! – первый раз такое слышу.

– Я же сама с Алёнкой везде таскалась! И прекрасно понимаю, что это такое! Когда просто хочется выпить чашечку кофе, и чтобы тебя никто не дергал хотя бы десять минут. А потом можно жить дальше. Поверь мне! Испытано на себе!

– А если детей слишком много?

– У меня не получится за раз принять «слишком много». Обычно клиенты записываются заранее, и девочки могут перекинуть воспитателя. Сложнее всего, конечно, когда приходят с грудничками. Но и тут проблем не бывает. Так что имей в виду, если тебе надоест бегать по квартирам и сидеть в душном кабинете, милости прошу! Да и оплата будет приличной!

– Спасибо! – улыбнулась Яне. – А Алёна сегодня где?

– После репетиции ее забрал дедушка. Ну, а там все зависит от ее капризов!

– Ясно, – честно говоря, думала, что смогу ее еще раз увидеть. Но так получилось, что они заехали за мной, Алёна попросила передать рисунок Диме, Яна завезла ее в Детский Дом Творчества, а мы поехали в больницу.

Яна высадила меня у дома Сорокиной. Пообещав, что если надумаю, то обязательно ей позвоню, я пошла к подруге.

Двери открыла зареванная и опухшая Маринка. То еще зрелище! Добиться внятного ответа от нее было невозможно. Она всхлипывала и пыталась снова разрыдаться. Дав прореветься подруге, заставила ее идти в ванную.

Все было слишком банально: она сидит дома, а ее любимый муж не уделяет никакого внимания!

– Юль, ты понимаешь?! Он меня совсем не видит! Не замечает! Я для него пустое место! Он приходит с работы, утыкается в свой сраный ноут, и все! Его нет! Ему не интересно, ни как прошел у меня день, ни Данилка, ничего! А если у него кто-то есть? Ведь он всегда был такой страстный! А сейчас?! Пришел, поел и спать! Юля! Мы женаты всего пять лет! Пять долбанных лет, а между нами ничего нет! И что теперь?! Пять лет коту под хвост?! Что теперь делать?!

И все в таком же духе. Повторяя одно и то же. Тут словами не достучишься! Тут в бочку с водой макать надо! И я решила позвонить Яне.

– Яна, это Юля. Твое предложение еще в силе?

– Естественно!

– Скинь адрес! Мы едем! И все, что может привести в чувство, пожалуйста! Тут тяжелый случай!

– Ясно! Сейчас скину адрес, девочек предупрежу. Сделаем все в лучшем виде. Я чуть позже подъеду.

– Да не надо из-за нас планы менять!

– Ой, не томи! Мне все равно туда нужно! Да и Алёна уже все уши прожужжала  – у нее для тебя сюрприз! Так что готовься!

Я отключилась. Сама собрала Данилку и заставила одеться подругу. На вопрос, куда мы едем, ответила, что приводить ее в чувство. Ей было настолько пофиг, что Марина дала себя усадить в такси.

Пригласила еще и Олю, но она отказалась, сославшись на занятость.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌