Глава 24

Бартрейн Клиффор

Новости, нас ждали далеко не радостные. Пока мы добирались до Героды — всего‑то сутки прошли от момента получения сообщения и до нашего перехода в мир вампиров — Корда успели арестовать. Смехотворное обвинение в нападении на одну из молодых вампирш, грозило совсем нешуточным наказанием.

Обвинить члена Гильдии в нападении, который находится на контракте — это уму не постижимо! Тем более одного из известнейших поисковиков во всех мирах, одного из элиты Гильдии Наемников, что приравнивалось к высшей знати, во время проведения встречи представителей шести миров — это развязать политический скандал межмирового масштаба.

Не стоило сомневаться, что и задержание их обоих здесь вело именно к этому обвинению. Не знаю, кто и не знаю зачем это делал, но выручить Корда будет довольно непросто. Хорошо, что Орг отправился с нами и его связи достаточно обширны, чтобы организовать необходимые встречи в короткие сроки. А дальше…

Дальше полагаться только на удачу: заявление протеста от Гильдии, бумажная волокита и обязательное присутствие представителя от Гильдии родного мира. За это время вампиры изрядно его потреплют. На полное опустошение резерва и убийство не пойдут, но искалечить и вывести из строя надолго могут.

Есть только один нюанс во всем этом, и, наверное, единственное быстрое решение: наниматель может сам заявить протест в присутствии членов гильдии — одного из элиты — и забрать своего человека, заплатив за него штраф или начав разбирательство сразу.

Но привлекать внимание к Линн и подвергать её такой опасности не хотелось.

Да и какое ей дело до нас?

Любая аристократка на ее месте поступила бы так же — раз виноват, значит должен ответить по закону. Мы просто наёмники и привыкли рисковать собой и умирать за нанимателей. Это наш долг и наше решение.

В очередной раз ошибся, хотя и объяснение своему поступку. Она не постеснялась в словах, когда выговаривала Гроулену.

— Гроулен, в чем обвиняют Корда? — Нас нелегко смутить, но наёмник запнулся, подбирая слова. Рассказывать в присутствии леди о своих похождениях было неприлично и непривычно, а тут приказ и не выполнить его невозможно.

Оказалось, что они оба действительно были с почти пустыми резервами, но это совсем не объясняло того, что оплачивать проход через портал пришлось каждому, а не за отряд. Но только не в этот раз.

Это была явно собственная инициатива Мастера Никера — лорд Корган всегда был гарантом соблюдения законов и соглашений, принятых между мирами и не допустил бы такого явного пренебрежения договоренностями. Хотя и желание Никера воспользоваться отсутствием главы рода и подняться на ступеньку выше в иерархии я тоже не мог исключить.

Для восстановления резервов Клоду и Гроулену потребовалось бы всего несколько дней, все настойки у них были при себе. Но… они оба попали на глаза молодым вампиршам — не местным, не опытным или наоборот, кем‑то очень хорошо проинструктированным. Оба бывалые воины и опытные маги, но перед направленным воздействием оказались беспомощными и оказались в объятьях не тех женщин.

— Бартрейн, ты же знаешь, как плохо контролируют свое обаяние молодые вампиры. От них невозможно прикрыться ни щитами, ни амулетами — все сносит напрочь и устоять практически невозможно. Особенно, когда и сам не прочь покувыркаться, — Гроулен забылся и перестал следить за своей речью. Я попытался было остановить его, но наткнулся на внимательный взгляд миледи и не стал прерывать рассказ товарища. — А тут две и одновременно. Теперь я уже понимаю, что это была провокация, но тогда мозги снесло напрочь. Осталось одно желание — задрать юбку и поиметь прямо там, на столе в общем зале. Как дошли до комнат не помню. Очнулся, когда одна из них начала визжать, правда на ультразвук не переходила. Ворвались в комнату быстро, как будто караулили под дверью. Корда скрутили сразу — он сумел освободиться от воздействия раньше и не дал себя кусать, а вот из меня уже начала тянуть силу. Дальше — предъявили обвинение и перевели до разбирательств в замок лорда Никера. Я тут поспрашивал — вампирши появились пару недель назад, обе молодые представительницы какой‑то совсем захудалой ветви аристократии и обе в возрасте, когда должны уметь сдерживать себя. До нашего приезд ни в чем замечены не были. Все свободные гильдийцы остались здесь и готовы работать без контрактов — они и помогли собрать сведения о женщинах.

Значит все же провокация, и ждали именно наш отряд. Но ведь никому не было известно через какой из миров будут возвращаться наемники. Только если кто‑то из Гильдии сознательно пошел на предательство.

— Что еще можешь добавить?

— Корда в живых не оставят, — с этим я был не согласен. Но и исключить такое развитие событий полностью не мог.

Захотелось выругаться вслух, но сделал это мысленно — в отличие от Гроулена я не забывал о присутствии миледи. Мы ничем не могли помочь Корду. Сообщение в Гильдию Гроулен отправил, и я надеялся, что те не опоздают.

— Мне абсолютно всё равно где, с кем и как вы проводите свое свободное время. Но если в следующий раз вы не сможете удержать себя или из — за не вовремя вставшего члена не в состоянии будете выполнять мои приказы, то сама лично укорочу ваше желание. И это не шутка, — хабжах она все еще не сняла и волос не было видно. Готов спорить на что угодно — по ним опять прошла волна всех оттенков и сыпало искрами. Только по золотистым всполохам в синих глазах, которыми она обводила всех нас, можно было судить о её гневе и о том, что переход плохо сказался на магии в крови Линн. Сила опять начинала бурлить в ней и грозила неконтролируемо вырваться наружу. — И это относится ко всем вам, метсеры, — никто из нас не мог поверить, что молоденькая девушка способна не стушеваться от откровений Гроулена, не смутится и не станет подбирать слова, отчитывая нас. — Мне нужны знания и умения метсера Корда. Вы приложите все усилия, чтобы обеспечить его дальнейшее участие в путешествии. Хоть выкрадите из-под стражи или где он там находится, но он должен продолжить путь с нами. Это приказ и обсуждению не подлежит.

Обескураженным ее словами оказался не только я — все мы немного растерялись от такого напора и приказа. Смысл слов доходил до нас медленно, и лишь лорд Милкот прятал улыбку, прикрыв рот сжатой в кулак рукой.

— Какое наказание ему грозит за нападение на аристократку?

— В зависимости от того, что решит глава пострадавшего рода. Он в праве требовать платы кровью за нанесенный вред. Но подтвердить претензии и вынести окончательный вердикт может только лорд Корган.

— Или тот, кто его замещает.

— Значит приговор уже вынесен и утвержден, — я в этом был абсолютно уверен. Стала понятной реакции его людей на мои слова об увеличении счета от леди Виндау.

— Что мы можем предпринять?

Она совсем ничего не знала о местных законах и в этом виноват был только я. Мне стоило позаботиться еще во время путешествия по Империи о том, чтобы подготовить Линн к тому, то ожидает её в каждом из миров. Было и время, и возможности, но я этого не сделал.

Мое отстраненное поведение, желание не поддаваться очарованию молодой девушки сыграло свою роль — Линн не была готова к путешествию. Мне казалось, что я могу перебороть зарождающуюся симпатию и не позволял себе испытывать к ней ничего. «Естественной привязки» хотелось избежать любой ценой, а с Линн она возникла бы наверняка.

Использовать последнюю ночь для заполнения пробелов в знаниях тоже не мог, гораздо важнее было её общение с Несси. Одна из седельных сумок была заполнена теми тетрадями Линн, которые она забирала из тайников, набором различных настоек и зелий, смесей трав, инструкциями к п применению и расшитой особыми узорами одеждой. К сожалению, мы не могли взять Несси с собой — ей до сих пор было опасно покидать Карнос. Она осталась в поместье миледи Мален до возвращения Линн, встретила там давних знакомых.

Её знания и возможности нам пригодились бы в Героде — орки единственные, кто мог противостоять вампирам. Как? Почему? Не знает никто. Но такова особенность этой расы. Если прибавить к этому ее возможности сильной ведьмы, то она была бы просто незаменима в путешествии, но заставлять или уговаривать ее я не имел никакого права.

Отвечать на вопрос Линн самому не пришлось — Орг сам объяснил все нюансы местных законов, и она…

Она согласилась с ним полностью. Не испугалась и не отступилась. Признала, что это разумно — посетить замок лорда Никера и потребовать полного отчета от него.

Я же молчал и завидовал маркизу Блисс. Ему повезло настолько, насколько вообще могло повезти на его месте: похитили, оставили без помощи, отдали на откуп политическим интересам. Женщина, которая должна была бороться за него, сбежала, но на ее место пришла другая — сильная, принципиальная и готовая на все, лишь бы его вернуть. Не любит и даже не знакома с ним, но знает, что такое честь и верность. Не верность мужчине — верность себе и своим принципам.

Чем бы она ни обосновывала вслух свое желание вытащить из передряги Корда, я понимал — это объяснение только для нас. Для нее было привычным отстаивать тех, кого посчитала своим, а весь наш отряд она по какой‑то непонятной логике уже считала своим. Чувствовал это.

Внутри разливалась теплом благодарность к иномирянке за помощь, и легкая горечь поражения — я не смогу устоять перед ней и рано или поздно «естественная привязка» образуется, окрепнет за время пути и разорвать ее будет невозможно.

Как невозможно надеяться на ответ с её стороны — честь и верность. Такие, как она знают, что такое честь. Не предают и не ударят в спину.

Откуда такая уверенность в собственных выводах? Та самая зарождающаяся привязка и ее последствия: я не могу читать ее мысли, но весь спектр её эмоции я ощущаю так же ясно, как и свой собственный. И она догадалась об этом сама.

Сожаление о том, что она из «списка», и мне никогда не приблизиться к ней настолько, чтобы иметь право на нее претендовать. Даже в случае развода с маркизом Блисс.

Мне необходимо было думать о том, как вызволить Корда, о том, что в первую следует знать Линн при следующей встрече с вампирами, а я искал способы отговорить её от поисков мужа. Убедить её в необходимости побега в мир Таррако.

И понимал, что она не согласится.

…Три дня на переговоры с лордом Никером, активную переписку Орга со всеми, кто имел хоть какое‑то влияние в Героде, удовлетворение претензий леди Виндау к вампирам и планирование беседы с вампиром.

Линн за эти дни играючи отбила несколько попыток перекупить контракты на магов из отряда двумя молодыми вампиршами. Как оказалось, именно они и спровоцировали Корда и Гроулена. Внимательно слушала всё, что я пытался ей рассказать, и общалась с местным населением. Ей тут нравилось, и этого она ни от кого не скрывала.

Поездка в замок лорда Никера — он был в нескольких часах пути от портальной площади — удалась. Линн держалась так, что любая аристократка ей могла позавидовать: твердо и уверенно отстаивала свое право на посещение своего наемника, флиртовала где это было уместно и отбивала попытки Никера соблазнить её. Мы с Палмиром не вмешивались, но и не выпускали ее из виду ни на минуту — я боялся, что защита Несси может дать сбой и Линн поддастся чарам Мастера.

И ревновал.

Ревновал её к лорду Никеру, ревновал к Оргу, ревновал ко всем, кому она улыбалась в замке вампира. Понимал насколько сильно я попал и ничего не пытался с этим делать.

Просто не хотел.

Она великолепно держалась пока спускались в подземелья и стены замка пробовали ее силу на вкус. Ни один маг добровольно не станет приближаться к артефактам, которые были вмурованы в фундамент этого замка: древние и напитанные кровью и силой тысяч магов, они имели свою волю и желания.

Стоило им распробовать силу и войти во вкус, и они уже не выпускали свою жертву — высасывали ее досуха за считанные минуты.

Нападение вампирш на Орга выбило Линн из колеи, заставило испытывать сильные эмоции и открыло её для артефактов. Я поздно почувствовал это и не моя в этом вина — опыта распознать воздействие артефактов у меня не было, но оправдывать себя я даже не пытался — обязан был все предусмотреть.

Весь путь вверх по лестнице из подвалов замка я держал Линн на руках, прикрывал её собой и пытался укутать своей силой, отгородить собой от воздействия артефактов, перетянуть их интерес на себя. Получалось откровенно плохо, но я делал все что было в моих силах.

Не выпустил ее до выхода из замка и не позволил ей ехать самой — не хотел выпускать из рук.

Эгоистичное и неправильное со всех сторон желание — не отпускать её — не пытался даже анализировать, страх испытанный за неё внизу еще не прошел, и я не отказал себе в том, чтобы продлить немного близость. Пусть и такую невинную.

Когда мы вернулись в таверну, пришлось передать её на руки подоспевшему Хорикейну. Мне легко было признаться самому себе, что делал я это с большой неохотой.

— Что с леди? Как все прошло?

— Артефакты отъема силы в фундаменте, — Хорикейн тихо выругался и забрал Линн у меня. — Корда забрали, но надо действовать быстро пока не опомнились. К переходу готовы?

— Все собраны. Переход отряда в Ланьяру уже оплачен.

— Уходим, — арка перехода ведет в Ничейные земли в мире Ланьяра. Государство наемников нас не выдаст при любом исходе разбирательств.

Но что — то мне подсказывало, что их и не будет — может разразиться дипломатический скандал.

А вот дорога в Героду для Линн теперь навсегда закрыта — силу её крови скрыть нам не удалось. Вампиры пойдут на все, чтобы получить её — не остановят ни законы, ни правила, ни вмешательство Правителей.

Она лакомый кусочек для любого из них.