Глава 26

Тетя Стелла окружила ее такой заботой, что Бьянка почти забыла о своих тревогах о здоровье ребенка. В ту ночь, когда они с Тео почти доехали до больницы, у Бьянки открылось кровотечение и она была уверена, что потеряла его. Девушка молилась всю дорогу, превозмогая боль и страх, моля Бога простить ее за плохие мысли и обещая, что она будет очень любить своего ребенка и никогда больше не подумает о том, что было бы лучше, если бы он умер. До той ночи она сама не понимала, что уже любит его. Что он нужен ей. После, Бьянка начала относиться к своему телу, словно оно было бомбой, готовой взорваться в любой момент — очень осторожно и трепетно. Она выполняла все предписания врача, ела только самую полезную для ребенка пищу, принимала все витамины и лекарства. Присутствие тети и Вивианы скрашивало ее одиночество, она даже с сиделкой нашла общий язык, но по ночам, оставаясь одна, невольно поддавалась плохим мыслям и страху. В такие моменты она начинала думать, что засыпай она, как раньше, в спальне Дона, то его присутствие могло бы ее отвлечь. Как она до такого дошла, если мечтавшая избавиться от него раньше, теперь, сама жаждала его присутствия? Бьянка не понимала.

Муж ни разу не зашел к ней за прошедшую со дня ее выписки, неделю. Бьянка знала, что он никуда не уехал, иногда слышала его голос в коридоре, но он не навещал ее. Девушка упорно игнорировала свои чувства по этому поводу, потому что они были совершенно нелепыми, граничащими с обидой.

В эту ночь, она долго не могла уснуть. Голову наводняли тысячи мыслей о самых разных вещах и, как бы она не пыталась расслабиться, у нее не получалось. Бьянка в очередной раз повернулась с боку на бок, когда дверь в ее спальню бесшумно открылась. Она замерла, глядя на мужской силуэт, заполнивший дверной проем. Это мог быть только Викензо.

Он вошел в комнату, прикрыв за собой дверь и начал медленно приближаться к кровати.

— Решили, наконец, убедиться лично, что я еще здесь? — язвительно спросила Бьянка, поддавшись эмоциям.

На секунду он замер.

— Почему ты не спишь?

— Не спится. Что Вам нужно?

Он вздохнул, опустив плечи. Бьянка не различала его лица в темноте, только тень от бороды и высокую фигуру, но само его присутствие наполняло ее тело радостным волнением.

— Я уйду, если хочешь. Не хотел беспокоить тебя.

— Останьтесь! — прежде чем успела подумать, воскликнула она.

Он снова повернулся к ней и, подойдя ближе, уселся в кресло у кровати.

— Как ты себя чувствуешь?

Его голос звучал устало. Бьянка подавила искушение включить бра, чтобы увидеть его. Вместо этого, она расправила одеяло и устроилась поудобнее, чтобы поговорить откровенно.

— Мне казалось, что это все сон, но Вы заходили ко мне, пока я спала, не так ли? — спросила она, проигнорировав его вопрос.

— Я не хотел тебя беспокоить, — зачем-то повторил он, словно оправдывался.

— Вы бы не побеспокоили меня, если бы приходили, пока я бодрствую. Вы избегаете меня, Викензо?

— Тебе нельзя нервничать, Бьянка, — вздохнул он. — Я подумал, что тебе будет спокойнее без меня.

— Неправильно подумали! — разозлилась девушка. — Вы выгнали меня из спальни, к которой я уже привыкла, и перестали общаться со мной, а я ведь уже начала думать, что Вы…

Она резко осеклась, осознав, что чуть было не произнесла. Бьянка начала думать, что небезразлична ему. Что он заботится о ней. И ей даже нравилось это. Настолько нравилось, что она начала скучать, когда он внезапно исчез.

— Что ты начала думать, Бьянка? — подтолкнул он.

— Неважно, — отрезала она. — Зачем Вы заходили ко мне ночью? Чтобы проверить?

— Потому что соскучился, — тихо признался он, и ее сердце забилось с удвоенной силой.

— Вы не заставляете меня нервничать, — сказала она, надеясь, что он поймет намек.

И он, кажется, понял, потому что встал с кресла и присел на краешек кровати, рядом с ней, осторожно накрывая ее руку своей.

— Хочешь обратно в нашу спальню?

Она хотела. Но утром, не найдя ее, сиделка или тетя могут запаниковать.

— Я не возражаю, если Вы поспите рядом, — сказала она. — Ваше присутствие меня успокаивает.

Она кожей чувствовала его изумление и не смогла сдержать улыбку, которую он, вероятно, не увидел в темноте. Викензо выпустил ее ладонь и встал, обходя кровать. Послышался шорох снимаемой одежды, а потом кровать прогнулась и он улегся рядом, привычно обнимая ее и накрывая живот большой мозолистой рукой. Бьянка удовлетворенно вздохнула. Не сошла ли она с ума от гормонов или лекарств? Как бы то ни было, ей нравились ощущения и собственные, бьющие фонтаном, чувства.

— Расскажите что-нибудь, — попросила она. — Мне не спится.

— Я не знаю историй, — сказал он, обдавая теплым дыханием ее шею.

— Расскажите что-нибудь о себе. Что-то, о чем никто больше не знает.

На секунду он напрягся, но быстро расслабился, продолжая гладить большим пальцем кожу на ее животе. Этот своеобразный ритуал всегда убаюкивал ее.

— Когда мы встретились в тот день, когда Джино привел тебя, я подумал, что ты похожа на эльфа.

Бьянка оскорбленно фыркнула.

— Это потому что я невысокая?

У нее всегда был комплекс из-за своего роста.

— Нет, — тихо рассмеялся он. — Ты очень милая маленькая штучка и мне нравится твой рост. Просто, у тебя очень необычные зеленые глаза. Словно хрустальные.

— Ну, это очень посредственное откровение, — пробормотала она, смущаясь от комплимента. — Расскажите что-то значимое. Я уже знаю, что Вы считаете меня красивой.

Он потерся кончиком носа о ее плечо и коротко прижался к нему губами.

— Ты будешь думать обо мне хуже после этого, но все же. Я ревную тебя к Тео не потому, что думаю, что кто-то из вас способен на предательство, а потому что он был довольно близок с моей… С Марией. Он может найти общий язык с кем угодно, но мало кто понимает, как он устроен на самом деле. Мария доверяла ему и открывалась больше, чем мне, несмотря на всю свою любовь. И были вещи о ней, которые он знал, но не потрудился рассказать мне. В итоге, это привело к ее смерти. Я в некотором роде винил его, хотя он сотню раз просил прощения и уверял, что не понимал последствий и не хотел зла. А ты… У тебя нет причин открыться мне, но я не хочу, чтобы ты близко общалась с моим братом. Я предупреждал его и он думает, что это банальная ревность, но это не так. Я просто не могу ему доверять полностью, Бьянка. Тебе этого не понять, но мы живем в жестоком мире. Да, мы любим друг друга, но для Тео на первом месте всегда будет только он, а потом уже Вивиана и я. Просто… Не доверяй ему до конца, ладно?

То, что он говорил, звучало ужасно. Она никогда бы не подумала, что Тео может быть таким, как описывает его Викензо, он ведь был таким хорошим, несмотря на то, что являлся членом преступной группировки. Но, с другой стороны, ведь даже ее собственный брат, которого она любила несмотря ни на что, с точки зрения морали был не очень хорошим человеком. Не то, чтобы Бьянка собиралась сближаться с Тео, но ей понравилось, что Викензо был откровенен с ней, хотя девушка и собиралась сама решить, что из себя представляют члены ее новой семьи.

— Я не так легко доверяюсь людям, — сказала она, решив держать свое мнение о его выводах относительно Тео, при себе.

— Меня это радует, — иронично хмыкнул он, видимо, подумав, что она намекает на него.

— Я вернусь в нашу спальню завтра, — сменила она тему, поняв, что лучше не поднимать более откровенные признания.

Он и так дал ей пищу для размышлений.

— Если Вы не возражаете, — добавила девушка после его минутного колебания.

— Я буду рад, — прошептал он, снова целуя ее плечо, и, ее накрыло облегчение.

Бьянка прикрыла глаза, улыбаясь, и решила, что он действительно заслуживает шанс. Ей слишком нравилось то, что происходит между ними, чтобы отмахнуться от этого. В его объятиях, которые раньше напрягали, она уснула спокойно, как младенец, просто наслаждаясь долгожданным покоем.

***

Проснувшись на следующее утро, Бьянка обнаружила, что Дона рядом уже нет, но это было неудивительно, ведь он всегда вставал очень рано. После обычных утренних процедур, горничная начала собирать те немногие вещи Бьянки, которые перенесли в эту спальню. Видимо, Викензо отдал указания, перед тем, как уехать по делам.

— Доброе утро, милая, — поздоровалась тетя Стелла, заходя в комнату с подносом с завтраком.

— Доброе утро, тетя!

Бьянка встретила ее широкой улыбкой, поудобнее устраиваясь на кровати. Она до ужаса проголодалась. Тетя подошла и устроила поднос на ее коленях, целуя девушку в макушку.

— Выспалась сегодня?

— Да, все отлично. Ммм… как вкусно пахнет.

Она принялась за кашу с ягодами, едва сдерживая неуместный смех. С самого пробуждения девушка находилась в приподнятом настроении, и, так и светилась от счастья.

— Что ты делаешь? — спросила тетя Стелла у горничной, только заметив, что та собирает вещи.

— Я возвращаюсь в свою спальню, — ответила за нее Бьянка.

Она не думала о реакции тети до этого момента, но Стелла внезапно напряглась и бросила на горничную строгий взгляд.

— Выйди.

Девушка молча подчинилась, плотно закрыв за собой дверь, а тетя с беспокойством повернулась к Бьянке.

— Это он потребовал, чтобы ты вернулась?

— Конечно, нет, — отмахнулась она. — Викензо избегал меня все эти дни, но вчера ночью я его поймала и сказала, что он ведет себя глупо. Я чувствую себя спокойнее, когда он рядом. Если ночью что-то случится…

На лице тети отразилось облегчение.

— Бьянка, — вздохнула она. — Если бы я знала, что ты боишься, то ни за что не оставила бы тебя одну. Тебе не нужно спать с этим… С Доном.

— Но я хочу вернуться в свою комнату, — возразила Бьянка. — Наши отношения… Они изменились, тетя. Викензо не такой, как я думала. Мне спокойно рядом с ним, потому что я знаю, что он не причинит мне вреда.

Стелла выглядела совершенно обескураженной.

— Бьянка! Ты не можешь его знать. Вспомни, из-за чего вообще начались эти отношения! Дон — жестокий человек и это знают все. Неужели, ты влюбилась в него!? Не доверяй ему, ради Бога!

Бьянка не знала, как ее успокоить. Она не думала о том, что тетя это так воспримет, хотя могла бы догадаться. Стелла ненавидела Викензо после того, что он сделал.

— Я не влюбилась, но я узнала его, тетя. Мы женаты почти месяц. Я не наивная дурочка. Я действительно верю, что в ту ночь он не соображал, что делает, потому что после нашей свадьбы у него было множество возможностей, но он никогда не применял ко мне силу. Одного моего слова достаточно, чтобы остановить его, каким бы… Боже, тетя, я не могу обсуждать это с тобой! — простонала она, пряча лицо в ладонях.

Тетя Стелла села рядом с ней, выглядя немного испуганной.

— Он пристает к тебе? Ты же говорила, что он не принуждает тебя к близости!

— Он не делает ничего такого! — воскликнула Бьянка. — Викензо действительно заботится обо мне, тетя. Я долго не могла довериться ему и в том самом плане все еще предпочитаю не сближаться, но он нужен мне рядом. Я… я привыкла к нему и скучаю, когда он избегает меня. А он избегает, потому что считает, что именно его присутствие заставляет меня нервничать. Поначалу так и было, но все изменилось. Я думаю, что мы могли бы… Я хочу, чтобы мой брак был настоящим тетя! И, я надеюсь, что со временем, ты сама поймешь, что Викензо не плохой человек.

Она посмотрела на нее с жалостью и девушка внутренне сжалась от этого взгляда. Стелла думала, что она ошибается, но Бьянка знала, что делает. Она была уверена.

— Я надеюсь, что так и будет, — только и сказала тетя, гладя ее по щеке. — Прости, если испортила тебе аппетит. Доедай, девочка. Я скажу горничной, чтобы она вернулась.

Она вышла и Бьянка словно сдулась. Ей не нравилось, что приходится оправдываться за Викензо перед своей семьей, но в этом некого было винить, кроме него самого. Их брак действительно был заключен при ужасных обстоятельствах, и, она могла только надеяться, что со временем, тетя тоже изменит свое отношение к нему, когда поймет, что он действительно не такой злодей, как о нем привыкли думать.