Глава 4

Пробуждение оказалось слишком резким. Вздрогнув, Катриона вскинула голову и непонимающе огляделась по сторонам. Она совершенно ничего не узнавала из того, что видела. Дорогая мебель, богатая обстановка в комнате, ко всему этому Катриона не привыкла.

Это место точно не ее узенькая комнатка на втором этаже таверны

Что происходит и где она?

Воспоминания накатили на Катриону, словно волна. Вскрикнув от ужаса, она попыталась встать с пола, но все оказалось не так просто. Вчера, измотанная долгим ожиданием, что мужчина может вернуться в любой момент, Катриона уснула у двери, прижимаясь к ней спиной. Теперь ноги, затекшие от долгого неудобного сидения на твердом полу, неприятно заныли.

Стараясь не думать о боли, она быстро встала и подбежала к высокому окну. Яркий солнечный свет неприятно ударил в глаза, заставив девушку незамедлительно зажмуриться. Переждав пару мгновений, она опасливо приоткрыла глаза и выглянула в окно. К своему удивлению, она не увидела там ничего устрашающего.

Озаренный первыми лучами солнца, парк сверкал необычайной красотой. Не будь Катриона так сильно напугана, то с удовольствием бы насладилась этой картиной. Прежде, все, что она видела, так это таверна и грязный задний двор.

Она еще раз огляделась вокруг, мысленно прикидывая расстояние до земли. Не так уж и много, скорее всего, даже если бы она и спрыгнула, ничего серьезного с ней бы не приключилось.

Закусив губу, Катриона обернулась и с опаской взглянула на дверь. Решится ли она? Да, обязательно. Лучше действовать, чем ждать пока мужчина решит сделать что-то большее, чем то, что произошло вчера.

Нет, она не будет думать об этом.

Встряхнув головой, Катриона снова повернулась к окну. Невольно, но в душе все же мелькнул страх. Что если, она не сможет? В какой-то момент, ей даже привиделось свое бездыханное тело, вот прямо там, под окнами этого величественного дома.

Не позволяя себе передумать, Катриона бросилась к кровати и торопливо скинула верхнее покрывало, стараясь не вспоминать о прошлой ночи. Сейчас, все что ей нужно было, так это сбежать. Одеяло, простынь, все полетело на пол. Только удостоверившись, что на кровати больше ничего не осталось, она принялась связывать их между собой, соединяя в единую и очень длинную веревку. Оставалось надеяться только на то, что узлы выдержат ее собственный вес.

Дрожа от усилий, Катриона кинула еще один быстрый взгляд на дверь и прислушалась. Облегченно выдохнув от той тишины, что стояла в коридоре, она торопливо привязала самодельную веревку к массивным стойкам кровати, на которые крепился балдахин, и подбежала к окну.

Немного повозившись, она открыла окно и не глядя вниз, перекинула простыни через подоконник. Еще раз, перепроверив прочность узлов, Катриона вздохнула от ужаса и, собравшись с мыслями, осторожно, но очень крепко держась за простыни, перебросила ноги через оконный выступ. Зажмурившись, чтобы не глядеть вниз, она уже начала спускаться, когда услышала звук хлопнувшей двери.

Не сдержавшись, Катриона вскрикнула от ужаса, и едва не разжала руки, но граф оказался быстрее. Бросившись к окну, Джейкоб грубо втянул Катриону обратно, не обращая внимания на ее сопротивление.

— Чертова девчонка! — рыкнул мужчина, вцепившись ей в плечи и сильно встряхивая.

— Отпустите меня, — закричала Катриона, дернувшись назад, но граф не позволил ей вырваться. Вытянув руку, он размахнулся и ударил ее по лицу. Закричав, она с изумлением посмотрела на него, прижимая ладонь к горящей щеке. — Вы ударили меня, — со слезами на глазах, выдохнула она.

— Теперь, ты делаешь все, что я скажу, — удерживая за руку, Джейкоб потянул ее за собой, вытаскивая из комнаты.

Всхлипывая от ужаса, Катриона схватилась за дверной выступ, отчаянно сопротивляясь. Куда он тащит ее? Пусть совсем недавно она и сама собирался сбежать отсюда, но уходить вместе с графом точно не хотела. Особенно, если вспомнить, что только он был виновником всех ее бед. Ведь именно он привел ее сюда и отдал в руки незнакомого мужчины.

— Что здесь происходит?

Спокойный и невозмутимый, но такой знакомый голос раздался у Катрионы за спиной. И как бы это ни было странно, в данный момент ей невыносимо сильно захотелось оказаться под защитой этого незнакомого мужчины, которого вчера так сильно испугался граф.

Обернувшись, Катриона с изумлением уставилась на мужчину, которого вчера ночью ей так и не удалось рассмотреть. Теперь же, при свете дня, она получила такую возможность.

Высокий, мускулистый, и невероятно широкоплечий, он выглядел так, словно проводил слишком много времени, занимаясь физическим трудом. Черный сюртук, слишком тесно обтягивал его мощную фигуру, пока мужчина, привалившись к стене, невозмутимо рассматривал представшую перед ним картину.

Но, совсем не это поразило Катриону. Глубокий, и, по всей видимости, очень старый шрам, пересекал его лицо, начинаясь на лбу и уходя вниз по щеке. Изумленно моргая, Катриона встретилась взглядом с мужчиной, поразившись тому, каким безразличным и холодным был его взгляд. Будто ничего в этой жизни не могла его взволновать.

— Я делаю то, о чем мы с вами договорились, маркиз Рейвенсток.

Катриона удивленно оглянулась на графа, заметив, как сильно он побледнел. Теперь, он больше не удерживал ее, а просто стоял рядом. Значит, вчера ночью ей не показалось. Он и правда, боялся маркиза. И очень сильно.

— Вы, все больше и больше, разочаровываете меня, — маркиз оттолкнулся от стены, и подошел к Катрионе. Грубо схватив за подбородок, он заставил ее повернуться, чтобы хорошо рассмотреть ее лицо. — То, что принадлежит мне, остается со мной.

Граф побледнел еще сильнее.

— Возвращайся в комнату, — приказал Габриэль, обращаясь к Катрионе и неосознанно сжимая при этом пальцы на ее подбородке.

Катриона тяжело сглотнула, не в силах отвести взгляда от маркиза. И только когда почувствовала, что он освободил ее, шагнула назад. Отступая все дальше и дальше, она старалась идти спокойно, но потом не сдержалась и быстро развернувшись, забежала в комнату. Закрыв за собой дверь, она прижалась к ней и зажмурилась.

Маркиз. Так вот кем был этот мужчина. Катриона и раньше испытывала страх перед ним, а теперь, ее ноги просто подкосились от ужаса. С таким мужчиной ей точно не справиться.

Дождавшись пока за Катрионой закроется дверь, Габриэль, в один быстрый шаг приблизился к Джейкобу, который тут же побледнел, словно полотно. Недолго думая, Габриэль схватил его за отвороты сюртука, и довольно грубо притянул к себе, едва не поморщившись от такой отвратительной близости. Он вообще не любил касаться кого-либо, испытывая от этого дикое отвращение. И то, что перед ним стоял граф, только усугубляло это положение. Габриэль ненавидел таких трусливых мужчин, не готовых бороться и давать отпор более сильному противнику.

— Никто и никогда не трогает то, что принадлежит мне. Все ясно? — процедил он сквозь зубы, практически встряхивая обомлевшего графа. — Катриона теперь моя. И только.

Джейкоб, потеряв всякую способность говорить, смог только испуганно кивнуть. Сейчас, лицом к лицу с разъяренным чудовищем, он осознал, какую ошибку совершил. Черт бы побрал эту вспыльчивость. Теперь, ему придется оправдываться перед маркизом, только бы он не заподозрил ничего лишнего.

— Девчонка пыталась сбежать, — с трудом выдавил он, пытаясь хоть как-то обелить себя, — связала простыни. И если бы ни я, то искать ее пришлось бы уже очень далеко. Не думаю, что вам понравилась бы подобная задержка.

— От вас не требуется думать. Оставьте это мне, — еще крепче прижав к себе не сопротивляющегося мужчину, Габриэль продолжил, — А теперь, пошел прочь из моего дома. И не забудь приготовить все необходимое. В ином случае, бумаги пойдут в ход.

Он отпустил мужчину и шагнул назад, едва сдержавшись, чтобы не обтереть руки. Черт бы побрал подобных трусов, об которых постоянно приходилось мараться.

Больше не удостоив графа даже мимолетным взглядом, Габриэль открыл дверь в комнату. Предстоящий разговор, нравился ему уже сейчас. Кто бы знал, что сегодня утром, он получит подобный подарок. И в этом девчонка была виновата сама.

Катриона стремительно вскочила с невысокой кушетки, куда присела, раздумывая над сложившейся ситуацией. Теперь же, когда маркиз появился в комнате и медленно затворил за собой дверь, она больше не могла позволить себе сидеть. Сжав кулаки, она испуганно отступила назад, подавленная суровым взглядом, которым мужчина одарил ее.

— Почему я не могу уйти? — выдохнула Катриона, с удивлением глядя как маркиз, больше не обращая на нее внимания, стянул с себя сюртук и небрежно бросил его на кровать.

Обхватив себя руками, она шагнула в сторону, опасаясь стоять так близко к нему. После вчерашних ударов, ягодицы все еще горели, напоминая о наказании.

Поведя плечами, маркиз присел на кушетку, безразлично осматривая кровать и тот беспорядок, который учинила Катриона. Его взгляд проследил за простынью и остановился на подоконнике, через которое было переброшенное белье, связанное между собой.

Встав с кровати, он дернул узел и хмыкнул. А девчонка и правда оказалась не промах. И он не сомневался, что она рискнула бы расстаться с жизнью, лишь сбежать от него. Ничего, пройдет совсем немного времени, и она не посмеет уйти от него дальше одного шага.

— Довольно крепко, но очень безрассудно, — насмешливо сказал Габриэль, отбросив простыни.

Катриона тяжело сглотнула, не сводя с мужчины пристального взгляда. Несомненно, он был красив. Не так как Майкл, по-другому. Более мужественный и такой опасный. Она не сомневалась, что за его плечами множество разбитых женских сердец. Но что он уготовил для неё?

— Для чего я здесь? — сгорая от нетерпения и страха, спросила Катриона. Прошло уже слишком много времени, как мама осталась одна. Сможет ли она постоять за себя?

Она покачала головой, отбрасывая прочь эту мысль. Мама слишком давно не выходила из комнаты, чтобы хоть как-то позаботиться о себе, а тех денег, что она ей оставила, не хватит надолго.

Проклятье, ей необходимо как можно скорее попасть домой.

Габриэль проигнорировал вопрос Катрионы. Вместо этого, он подошел к ней и остановился прямо напротив. Ещё шаг, и их тела соприкоснулись бы. Невольно, взгляд Катрионы упал на его сильные руки, и она невольно покраснела, вспоминания, что он делал с ней вчера ночью. Сможет ли она еще раз пережить что-то подобное? Дрожь страха пробежала по телу Катрионы.

— Повернись спиной, — отрывисто приказал Габриэль, не сводя с нее пристального взгляда.

— Нет, — через силу прошептала Катриона.

Отшатнувшись, она пыталась избежать его прикосновения, но не смогла. Теперь, Габриэль удерживал её крепкой рукой, не позволяя вывернуться из своего сильного захвата. Наклонившись, он всмотрелся в Катриону, практически завораживая её своими черными, как ночь глазами. Никогда прежде, ей не приходилось видеть подобное. Темнота и холод, вот и все, что было в его взоре, будто он совсем ничего не испытывал. Но разве может человек быть таким бесчувственным? Раньше, ей казалось, что нет. Теперь же поняла, как сильно ошибалась.

— Сегодня, ты едва не покалечило то, что принадлежит мне, — вкрадчиво бросил Габриэль, сжимая руками плечи Катрионы, наслаждаясь тем, настолько податливой она была.

— О чем вы? — непонимающе спросила Катриона, едва не сжимаясь от боли в плечах. — Вы делаете мне больно, — прошептала она, бросив взгляд на его руки.

Опустив взгляд, маркиз оглядел её с ног до головы, заставляя сжиматься от страха. Кто знает этих богачей, может эти простыни были слишком дорогие? Что еще она могла испортить всего за несколько часов?

— Вот и хорошо. Будет тебе уроком. Это тело принадлежит мне, и за то, что собралась подвергнуть его опасности, придётся тебя наказать.

Катриона не успела выдохнуть, как мужчина развернул ее, и она оказалась прижатой к стойке с балдахином. Удерживая её одной рукой, маркиз наклонился и поднял простыни, которые она сама так упорно связывала. Заставив Катриону обхватить массивную стойку руками, он крепким узлом связал ее запястья. Теперь, Катриона поняла, что оказалась в западне.

— Что вы делаете? — изумилась она, со страхом наблюдая за тем, как мужчина, проверив прочность узла, встал позади нее. Его ладонь опустилась на ее спину, заставляя Катриону задрожать. Страх охватил ее еще сильнее, заставляя сжиматься от каждого прикосновения мужских рук.

— Каждый проступок или непослушание, ведёт за собой наказание, — бесстрастно ответил Габриэль, — И тебе лучше запомнить это. Думаю, мне придется преподать тебе пару уроков.

— Нет, — выдохнула Катриона, приникнув щекой к колонне. Скрипнув зубами от внезапной досады, она отругала себя за то, что позволила ему поставить ее в подобное положение, когда вырваться стало совсем не просто. Почему она не смогла дать ему достойный отпор?

Но мужчина, казалось, не слышал ее слов и не думал отступать. Обхватив её бедра рукой, он потянул Катриону на себя, заставляя шагнуть назад, так что она практически прогнулась в спине. Тяжело сглотнув, она застыла, понимая, какое именно её ждет наказание. Похоже, он не успокоится, пока на ее ягодицах не останется ни одного живого места.

Когда мужчина задрал подол её платья, Катриона напряглась от стыда и ожидания первого удара. Все, что происходило сейчас, было в сто крат хуже, чем вчера. Теперь, в свете дня, её тело оказалось раскрыто перед мужчиной, и он мог видеть все. Абсолютно все. Но как бы она не ждала, прикосновение его рук к обнаженной коже ее тела, показалось слишком обжигающим, словно прикосновение самого пламени огня.

Хмыкнув, Габриэль провёл ладонями по округлым ягодицам, наслаждаясь нежной кожей под своими ладонями и тем, как сильно вздрогнула Катриона. Ее отзывчивость не могла ни порадовать. Заполучить такую женщину в свою власть, было очень даже заманчиво. Черт побери, он не мог и ожидать, что ему так повезет, и его выбор окажется настолько удачным.

— Вы не должны этого делать, — простонала Катриона, сжав пальцами ткань простыни. Да, маркизу и правда удалось сделать так, чтобы она уже сейчас пожалела о своем недавнем бездумном поступке. — Просто отпустите меня. Я найду те деньги, которые граф должен вам, — назвать того подлеца, что так внезапно объявился в ее жизни, отцом, у Катрионы просто не повернулся язык. Особенно если учесть, что он так легко продал ее. Продал тому, кому проиграл в карты. Интересно, сколько стоят ее жизнь и честь?

Габриэль даже не обратил внимания на ее попытки и уговоры. Продолжая удерживать ее одной рукой, он сделал небольшой шаг назад и оглядел обнаженные ноги Катрионы. Стройные и такие красивые. Совсем скоро он почувствует их прикосновение на своей талии, в то время как сам будет входить в ее покорное тело. Резко втянув в себя воздух от такой приятной картины, он провел пальцами по белоснежной коже ее ягодиц, все ближе и ближе продвигаясь к средоточию женственности.

— Нет, — Катриона вскинула голову, и повернулась, всмотревшись в маркиза с лихорадочным блеском в глазах. Лицо просто пылало от жара смущения. Она не хотела находиться здесь, да еще и в таком странном положении. — Прекратите.

— Раздвинь ноги, — мужчина провел кончиками пальцев по ее лону, от чего Катриона подскочив на месте, задрожала от странного чувства. Тело прострелил ужас, вперемежку с чем-то еще. С чем-то, отчего внутри нее все перевернулось. Обхватив стойку с балдахином, она попыталась выпрямиться, но тяжелая рука, опустившаяся на ее спину, помешала. — Делай, как я сказал, — схватив ее за волосы, Габриэль притянул к себе, точно позаботившись о том, чтобы она услышала его приказ.

Чувствуя его захват, Катриона упрямо покачала головой, но потом едва не закричала от ужаса. Крепкое мужское бедро вклинилось между ее собственных, заставляя как можно шире раздвинуть ноги. Вот так, действуя силой и преодолевая упрямство, но он все-таки заставил ее подчиниться своему приказу. Всхлипнув, она прижалась лбом к деревянной стойке, молясь только о том, чтобы все закончилось как можно скорее.

Габриэль хмуро оглядел Катриону. Все именно так, как он и хотел. Девчонка должна поплатиться за свою выходку, и он сделает все, чтобы этот урок она запомнила надолго. Не обращая внимания на девичьи всхлипы, он провел пальцами по ее лону, к самому входу.

Зажмурившись, Катриона замерла, чувствуя, как медленно, но настойчиво мужчина раздвигает лоно и проникает прямо внутрь ее тела. Но теперь, это совершенно отличалось от того, что он делал ночью. Очень осторожно он двигал пальцем, затрагивая что-то, от чего Катриона едва смогла сдержать стон. Не в силах устоять на месте, она беспокойно приподнялась на носочках, и только потом поняла, что следует прямо за мужчиной и за его движениями.

Габриэль больше не мог оставаться таким бесстрастным. Стоны Катрионы, то, как она чутко реагировала на него, все это заставляло и его самого сгорать от желания. От такого дикого, какого он не ощущал уже слишком давно.

Зарычав, он протянул руку, вновь хватая Катриону за волосы. Намотав длинные локоны на кулак, он заставил ее посмотреть на себя. А затем, впился грубым поцелуем в ее такие манящие губы. Вскрикнув, Катриона подалась к нему, и сама того не ожидая, ответила на поцелуй. Никогда она не ощущала ничего подобного. Даже поцелуи Майкла, к которым она уже давно привыкла, не вызывали в ней такого. Только вот что это было?

Сминая ее губы яростным, всепоглощающим поцелуем, Габриэль все быстрее двигал рукой. Влага, что окружала пальцы, облегчала его усилия. Как он и думал, Катриона оказалась страстной женщиной. Ему подстать.

Катриона, насколько позволили связанные руки, выгнулась, следуя прямо за Габриэлем. Стон вырвался из ее груди, а мужчина все быстрее двигал рукой. Не отрываясь от его губ, Катриона напряглась, чувствуя приближение чего-то опасного и неизведанного.

Но именно в этот момент, Габриэль оттолкнул ее прочь. Тяжело дыша, он оглядел ее с ног до головы, а потом грубо сказал:

— На этом все. Большего, ты сегодня не заслужила.

Катриона поспешно наклонила голову, отказываясь смотреть на маркиза. Тяжело дыша, она попыталась успокоить пробегающую по телу дрожь, но ничего не помогало. Она все еще ощущала прикосновение мужских рук на себе и от этого, странное бессилие одолело ее, мешая сделать даже малейшее движение.

Ноги дрожали и в какой-то момент, она порадовалась той опоре, к которой была привязанная. Только это удерживало ее в вертикальном положении.

Молча, Габриэль снова приблизился к ней, твердо, но едва слышно ступая по мягкому ковру. От грубого прикосновения, Катриона вздрогнула и одарила мужчину гневным взглядом. Она хотела, чтобы он почувствовал все силу, с которой она ненавидела его. Но, похоже, маркиза это вовсе не задело. Невозмутимо, он принялся развязывать крепкий узел, которым были связаны простыни.

Закусив губу, Катриона с надеждой смотрела на свои руки, уже сгорая от нетерпения. Ей хотелось как можно скорее оказаться на свободе, и забыть о том, что произошло. Если бы она могла, то изгнала бы из своей памяти все, что случилось после встречи с графом. Абсолютно все.

Когда узел, наконец, ослаб, Катриона резко отдернула руки и невольно потерла запястья. Странно, но боли она совсем не ощущала, даже несмотря на то, что так долго провела связанной. Тряхнув головой, она торопливо отскочила в сторону, опасливо глядя на маркиза.

Черт бы его побрал. Его невозмутимое лицо и то, как бесстрастно он выглядел, все это ее разозлило. Как он мог так вести себя? Словно то, что он делал с ней, было привычным для него. Интересно, сколько женщин побывало в его руках? Проклятье, она даже думать не хотела об этом.

— Вы не можете так просто держать меня здесь, — со злостью прошипела Катриона, обхватив себя руками и закрываясь от мужского взгляда. — Не имеете права творить со мной все эти вещи, — голос стал еще ниже от тех чувств, что одолевали ее.

Покраснев, она опустила взгляд в пол и еще сильнее сжалась. Как бы она не пыталась сопротивляться, но у нее все еще не получилось прийти в себя после того, что мужчина сделал с ней. Дрожь и странная неудовлетворенность завладела ее телом, не давая покоя. Даже теперь, когда все закончилось, от одних только воспоминаний, голова шла кругом.

— Приведи себя в порядок.

От неожиданности, Катриона подскочила на месте и испуганно посмотрела на маркиза. Полностью погруженная в свои мысли, она и не заметила, как он лениво привалился к стене, и теперь смотрел на нее невозмутимым, ничего не выражающим взглядом.

— Что вы задумали? — подозрительно прищурившись, спросила Катриона, отступая еще на шаг назад. — Почему не можете оставить меня в покое?

— Сейчас ты можешь послушаться, и пойти со мной, — мужчина невозмутимо пожал плечами, будто и правда давал Катрионе право выбора, — или я заставлю тебя сделать это. Выбирай.

Все в его голосе говорило о том, как именно он будет действовать в том случае, если она решится протестовать. Понимая, что не сможет перенести очередное наказание, Катриона неохотно кивнула. Пусть делает все, что хочет. Но как только его не будет рядом, она сбежит. Как бы сильно ей не пришлось постараться.

— Иди, — удовлетворительно кивнув, Габриэль указал на дверь. — и не думай медлить.

На удивление Катрионы, маркиз вывел ее на улицу. Солнце резко ударило по глаза, отчего она невольно зажмурилась. Прижав ладонь козырьком ко лбу, Катриона, прищурившись, осмотрелась по сторонам, совершенно не понимая, куда именно он ее ведет.

— Куда мы идем? — торопливо шагая за мужчиной, спросила Катриона, стараясь поспевать за ним. Ей всегда казалось, что она ходит довольно быстро, но теперь поняла, как сильно ошиблась. Ее ноги не шли ни в какое сравнение с длинными ногами мужчины и тем, как быстро он шагал.

По своему обыкновению, маркиз и не думал отвечать на ее вопрос. Прожигая злобным взглядом его широкую спину, Катриона едва сдержалась от дикого искушения остановиться. Только его обещание удерживало ее от такого необдуманного шага.

Невольно, ее взгляд упал на каменную дорожку, ведущую вглубь парка. Удивительно, но совсем недавно она смотрела на нее из окна комнаты. А теперь, до нее было рукой падать. Что, если ей прямо сейчас шагнуть в сторону? Сможет ли она сбежать?

— Даже не думай. Если посмеешь, возьму прямо там, где поймаю, — бросил мужчина, даже не оборачиваясь.

Катриона едва не запнулась, когда поняла, о чем именно он говорит. Перед глазами услужливо предстала картинка того, как мужчина выполняет свою угрозу. Дрожь невиданного страха и ужаса, пробежала по ее телу. Нет, только не это.

Но, как он понял, о чем она думала?

Катриона даже не успела найти подходящий ответ, как мужчина остановился. Едва не врезавшись в его спину, девушка отступила назад и с удивлением посмотрела на одноэтажный небольшой домик. Зачем он привел ее сюда?

Усмехнувшись, Габриэль схватил ее за руку и подтолкнул к двери дома.

— Отныне, ты будешь жить здесь.