Глава 16

Глава 16

В течение года Уваровы пообжились в Москве и начали привыкать к бешеному темпу этого города. Даша выигрывала многие юниорские соревнования, а Дима успешно окончил первый курс медицинского.

Даша уехала на очередные сборы в Ватутинки, а Дима напротив, вернулся из Тюмени, где навещал бабушек и дедушек, когда в квартире раздался нежданный телефонный звонок.

- Алло, - подойдя к телефону, ответила Ольга.

- Оля, это я – Стас, - сказал голос в трубке и Ольгу, словно обдало кипятком, ведь Диме через три недели исполняется восемнадцать!

- Здравствуй, - как можно ровнее ответила Ольга.

- Ты догадываешься, почему я звоню? – поинтересовался Стас.

- Да. Я помню. Мы поговорим с Димой, и я скажу тебе о его решении.

- А если ты ничего ему не расскажешь, а мне соврешь, что он не хочет меня видеть? – предположил Стас.

- Стас, я всегда держу свое слово, в отличие от тебя, - возразила Ольга.

- Я тоже держал, я не вмешивался в вашу жизнь, - справедливости ради заметил Стас.

- Ладно, говори номер, куда мне тебе перезвонить, - решила не затягивать разговор Ольга и Стас продиктовал номер своего сотового.

У Ольги был ни один год, чтобы подготовиться к этому неотвратимому разговору, но она так и не смогла придумать с чего начать, как лучше преподнести информацию и как объяснить свое долгое молчание.

Дима вернулся домой после встречи с друзьями, а на кухне его ждали родители с весьма серьезными и даже озадаченными лицами.

- О, похоже ничего приятного меня не ждет, - пошутил Дима, дабы разрядить обстановку, но родители ничуть не оживились, - М-да… Помниться так вы меня поджидали один раз, когда узнали, что я пропускаю тренировки, но что сейчас ума не могу приложить, моя совесть чиста.

- Дело не в тебе, - начала Ольга, - Нет, вернее, в тебе, но это не потому что ты что-то сделал или не сделал, - замялась мама и отец на удивление сидел молча.

- Вы что разводитесь?! – вытаращил глаза Дима.

- Разводимся?! Нет, конечно! – тут же опровергла его предположение мама.

- А что тогда?! Говорите уже! Кто-то болен? Что-то с бабушками-дедушками?! Дашка травму получила?! – накидывал возможные варианты Дмитрий.

- Нет, все живы и здоровы, - уверила его мама.

- Но вы же что-то хотите мне сказать и судя по всему серьезное?

- Да, присядь, - попросила мама, Дима сел на табуретку напротив родителей, - Дим, ты взрослый человек, скоро ты станешь совершеннолетним и сам можешь принимать важные для себя решения, - начала Ольга, но Дима совершенно не понимал, к чему она ведет, - Так вот, ты должен кое-что знать, Костя – не твой родной отец, - наконец, призналась мама.

- В смысле? – нахмурился Дима, как бы переваривая информацию, в то время, как внутри все словно ошпарило кипятком и отчего-то защипало глаза.

- Так получилось, что Костя не твой биологический отец, - повторила мама.

- В смысле, что значит «так получилось»? – не понял сын, на секунду предположив, что мама изменила отцу! – Пап?! Ты это знал?!

- Конечно, знал, я познакомился с твоей мамой, когда тебе уже исполнилось три года, - подтвердил Костя.

- Я ничего такого не помню… Я не помню периода своего детства, чтобы тебя не было… Я же Уваров Дмитрий Константинович.

- Да, я усыновил тебя, - кивнул отец.

- И что получается? А где же тогда он, этот мой биологический отец? Он вообще знает обо мне? Он бросил нас или как все это произошло? – начал задавать ожидаемы вопросы Дима, в то время как сердце колотилось словно бешенное в тревожном ожидании ответов.

- Твоего родного отца зовут Стас, он жив, - начала отвечать на волнующие его вопросы Ольга.

- А почему же тогда я его не знаю, он никогда не приезжал… Он вообще знает обо мне? – повторился Дима.

- Да, Дим, он знает о тебе, - подтвердила мама.

- А почему я тогда ничего не знал о нем? - никак не мог сообразить Дима.

- Это очень сложно объяснить, я не знаю, поймешь ли ты меня, - Ольга думала как донести до сына информацию так, чтобы он не чувствовал себя брошенным, - Мы со Стасом дружили около года, собирались пожениться, он пообещал, что вернется из командировки и мы подадим заявление в ЗАГС, но он не вернулся. Пришел его отец и сказал, что Стас женится на другой девушке. Вот собственно и все. А я оказалась беременна тобой.

- И как он узнал обо мне?

- Мы случайно встретились в парке, тебе тогда было где-то полгодика. Я честно сказала, что ты его сын.

- А он не поверил? – почему-то предположил Дима.

- Нет, он поверил, обвинял отца в том, что тот ничего ему не рассказал, но он уже был женат, так что говорить о чем-то не имело смысла.

- И что он вот так просто развернулся и ушел и жил преспокойно? – негодовал Дима, с болью осознавая, что его отец просто подлец. Всю свою жизнь Дима полагал, что его отец честный, прямолинейный, смелый мужчина, который несет ответственность за каждое свое слово и обещание, за свою семью, гордился им, гордился тем, что в нем течет такая кровь, а выходит, что это совершенно не так, и он наследник генов какого-то труса и предателя?!

- Нет, дважды он пытался с тобой встретиться, но я отказала. Возможно, я была не права. Я просто боялась тебя ранить, - честно признавалась Ольга, - На тот момент мы жили все вместе, родилась Даша, ты называл Костю отцом, и я просто не знала, как я могу подойти к тебе и сказать, это не твой папа. Мне казалось, что так лучше, хотела, чтобы ты ощущал себя полноценным ребенком, у которого рядом и мама, и папа. Десять лет спустя, он пришел снова, и я опять испугалась, как ребенку в подростковом возрасте заявить, что тот, кто живет с ним рядом, и кого он считает отцом, вовсе ему не отец…

- Но почему сейчас? Почему сейчас ты решила мне все рассказать?! – задался вопросом Дима, искренне желая никогда не знать этой правды.

- Потому что я обещала это Стасу, обещала, что как только тебе исполнится восемнадцать, ты сам решишь, хочешь с ним встретиться или нет. Собственно он позвонил и напомнил мне о данном обещании. Он хочет тебя увидеть.

- А если я не хочу? Нет, серьезно, я не хочу! У меня есть отец, зачем мне какой-то там Стас?! Что он от меня хочет? Мы совершенно чужие люди. Все что он сделал – это два раза выкроил пять минут, чтобы попытаться со мной повидаться?! За восемнадцать лет?! Если бы ему было это нужно, он все равно увидел бы меня.

- Я просила его не тревожить тебя, и он пошел мне на встречу.

- А ты не думала, что ему просто так удобно? Он вроде как не против, но против ты, и слава Богу, и гора с плеч! И совесть чиста, и ребенка твоего кто-то воспитывает! Очень удобно! – предположил Дима.

- Я не знаю, возможно, ты в чем-то прав, - пожала плечами Ольга, - Но каждый месяц он переводил деньги на счет, я никогда их не снимала и сейчас там очень внушительная сумма, ты можешь ими воспользоваться.

- Да нет уж, спасибо, как-нибудь обойдусь. Скажи ему, что я не хочу с ним знакомиться. У него, как я понимаю, есть своя семья, вот пусть там своих детей и воспитывает, - категорично бросил Дима, откинувшись на спинку стула.

- Да, ты прав, у него есть сын – Илья, твой брат, он младше тебя примерно на два с половиной года, а жена у него погибла, и он сейчас один воспитывает сына.

- И что? Мне может его еще пожалеть? Я его видеть не хочу.

- Сынок, послушай меня, - наконец взял слово Костя, - Я тебя понимаю, в тебе говорят обида и гордость, но может получиться так, что, однажды, когда его уже не станет, ты пожалеешь, что не увидел его, не узнал. Эта встреча ничего не меняет между нами, мы все так же останемся друг у друга. Увидишь его, посмотришь в глаза, скажешь все, что посчитаешь нужным, и он успокоится, и ты.

- И что тебя это никак не заденет, если я пойду с ним встречаться?! – удивился Дима, воспринимая эту встречу своего рода предательством.

- А почему это должно меня задеть? Разве это как-то изменит наши с тобой отношения? Лично для меня ты все тот же мой ребенок, но ты имеешь полное право общаться со своим родным отцом.

- Ты – мой самый что ни на есть родной отец! Я так гордился, что похож на тебя! И дед – не мой дед?! Мы же когда рыбачили, он говорил, что я точно как он закидываю удочку, что я весь в «вашу породу», а выходит, что нет?! Я из породы трусливых кобелей! – не сдерживая злости, выпалил Дима, с трудом сдерживая подкатывающие слезы.

- Знаешь, гены, конечно, что-то определяют, это факт, но воспитание никто не отменял, по большей части мы такие, как нас воспитывали, что в нас вкладывали. И я, и твой дед, а я настаиваю на том, что он – твой дед, поскольку и бабушка и дед, с первого дня приняли тебя как родного, мы считаем тебя продолжением нас, нашего рода. Понимаешь? Я вложил в тебя все, что только мог вложить в своего сына. И давай будем объективны, ты не знаешь своего родного отца, возможно, в нем тоже есть что-то, чем можно гордиться, и возможно, тебе перешел не самый плохой набор ген, - рассуждал Константин, - По крайней мере, посмотри какой ты высокий – это передалось тебе от него, возможно, передалось и еще что-то хорошее, просто ты этого не знаешь. Тебя никто не заставляет принять его, по щелчку впустить в сою жизнь. Нет, просто встретиться.

- Хорошо, - вздохнул Дима, - Где он живет? В Тюмени?

- Нет, здесь в Москве, - ответила Ольга.

- Хорошо, я встречусь с ним. Завтра в парке Горького в шесть вечера, - твердо сказал Дима.

- Я позвоню ему, вдруг он завтра не сможет? - предположила Ольга, понимая занятость Гаврилова.

- Хорошо, только передай ему, что я могу либо завтра в парке в шесть, либо в 2048 году! – заявил Дима.

- Хорошо, - рассмеялась Ольга.

- Мам, только давай Даше ничего пока не скажем? - вдруг попросил Дима, - Пусть все останется, как есть.

- Конечно, как хочешь, - пообещала мама.

Ольга позвонила Гаврилову и сообщила, что Дима может встретиться с ним завтра в парке Горького у беседки имени 800-летия Москвы в шесть вечера.

- У меня в шесть совещание, может пораньше, часика в три? – уточнил Стас.

- Ну, знаешь, передаю тебе слова Димы, он может либо завтра в это время, и в этом месте, либо в 2048 году. Это же твой сын – твой характер, - ехидно заметила Ольга.

- Скажи, что я буду его ждать, - улыбнулся Стас, которому эти слова словно бальзамом растеклись по душе, да, это его сын – решительный и твердый, не то, что Илья.