13

— Вообще-то я не не люблю хоккей — смеюсь я, когда Ляся скрывается за дверью своего подъезда.

— Зубы мне не заговаривай, доставай меня из черного списка, полдня потратил на то, чтобы найти тебя — Саша берет мою руку и целует — соскучился просто до ужаса, что ты со мной сделала, а?

— А как, кстати, ты меня нашел? Мне стоит тебя бояться, господин сталкер? — флиртую с Сашей.

— Конечно, а если я еще раз услышу историю про перспективного хоккеиста или перспективного жениха из Москвы, то придется тебя запереть дома, а потом я вынужден буду выкрасть тебя и увезти с собой в свою берлогу. Наделаю тебе много детей, а потом, лет так через десять, возможно, выпущу тебя на белый свет.

— Какой ты коварный, Александр, угораздило же меня с тобой связаться! Ну раз связалась, то придется тебя и дальше покорять кулинарными шедеврами. Заедем в магазин, хорошо? Сегодня я приготовлю поздний ужин, накормлю тебя, чтобы ты стал чуточку добрее — блаженно улыбаюсь и чувствую себя счастливой дурочкой.

— Я и без ужина совсем рядом с тобой размяк, можешь вить из меня веревки и просить все, что хочешь. Давай,навигатор, подсказывай куда ехать.

— Через 2 перекрестка держитесь правее, а затем поверните направо — включаюсь в игру. Саша искренне смеется и говорит, что теперь я пожизненно буду его навигатором во всех поездках, а я и не против. Саша ходит за мной с тележкой, а я чувствую себя настоящей хозяйкой, стараюсь выбирать продукты тщательнее. Магазин выбрала специально подальше от тех мест, где я могла бы встретиться с семьей или со знакомыми.

* * *

— Ну и что скажешь? Вкусно тебе было? — Саша положил голову мне на колени, а я лениво перебираю его волосы.

— Я раскусил твой план, Камила — закрыв глаза, говорит Саша — будешь меня раскармливать поздними ужинами, чтобы через несколько лет я стал лысеющим, пузатым мужиком.

— Ты устал — вижу, что его клонит в сон — идем спать тогда, я тоже сегодня что-то устала и перенервничала еще, успела себя накрутить из-за того что ты мне не звонил весь день и не писал.

Саша улыбается, как можно быть таким красивым еще и так ослепительно улыбаться? Думаю я, рассматривая его. Его длинные ресницы подрагивают, впитываю в себя его образ, он перехватывает мою руку и снова целует, не открывая глаза.

— Через четыре дня мне нужно улетать, Камила, но я прилечу сразу, как только смогу, хоть на день, хоть на два. Ты получишь диплом, мы все расскажем твоим родителям и брату и уже на совершенно законных основаниях я заберу тебя в Москву — он так уверенно и спокойно обо всем говорит, мне бы его уверенность, если бы все было так легко и просто, я даже боюсь представить реакцию папы на новость о том, что я и Саша вместе-а завтра меня пригласили на ужин твои родители, чувствую, что завтра я опять буду трескать пироги и лагман Рамили апы.

— Придется тебе усиленно кормить эти четыре дня, чтобы твои кубики исчезли и я со спокойной душой отпустила тебя в Москву.

— Коварная, нужно немедленно сжечь все лишние калории — тянет меня на себя и через пару мгновений я уже оказываюсь под ним, а он покрывает поцелуями мою шею — а что прикажешь сделать мне? Купить для тебя паранджу, приставить к тебе круглосуточную охрану для собственного спокойствия — пытливо заглядывает мне в глаза.

— Разве я могу тебя не дождаться? — приподнимаюсь на локтях и смотрю в его бездонные глаза — я тебя одиннадцать лет ждала и если надо, то еще столько же подожду — говорю ему совершенно серьезно. Саша подхватывает меня на руки и несет в спальню.

— Одиннадцать лет теперь я и сам не выдержу — смеется он — неделю бы без тебя выдержать и не сойти с ума.

* * *

— Итак, значит, сегодня за ужином мы опять делаем вид, что видимся только третий раз в нашей жизни? — Саша отпивает кофе и смотрит на меня, довольный, но сарказм в его голосе я улавливаю. Утром я проснулась первая и сама стала будить его поцелуями, разбудила…-Не могу быть уверенным, что у меня получится, буду смотреть на тебя и вспоминать все, что ты делала со мной ночью и ранним утром — я прячу лицо за ладонями, краснею.

— Какой же ты бессовестный! Ты сам просил кричать меня громче.

— Мне нравится как ты краснеешь — убирает мои руки, чтобы посмотреть в глаза — нравится как ты стонешь, когда я вхожу в тебя, нравится как ты просишь еще и еще, нравится знать, что ты только моя — шепчет мне на ухо, отчего по спине бегут мурашки, а низ живота наливается тяжестью — я постараюсь держать себя в руках рядом с тобой, но у меня это плохо выходит. Саша снова возбужден — я как подросток в пубертате, постоянно хочу тебя.

Обнимаю его крепко, чтобы не расплакаться от счастья, которое испытываю рядом с ним и зажмуриваю глаза.

— Саша, мы ведь со всем справимся, правда? Ты теперь не пропадешь из моей жизни пообещай мне, пожалуйста — шепчу ему, он в ответ меня так же крепко обнимает.

— Обещаю, маленькая моя, теперь ты от меня никуда не денешься, раз уж сама выбрала меня.

— Ты не доел завтрак — прерываю нашу идиллию, а до ужина еще слишком далеко, еще в холодильнике обед, я вчера сразу приготовила вместе с ужином, обязательно поешь.

— Обязательно поем — целует меня в кончик носа — и завтрак съем и обед съем и яд выпью из твоих рук.

— Расскажи мне как ты жил все эти годы, почему не приехал на свадьбу к Искандеру? Мне приходилось собирать информацию о тебе по крупицам — выпаливаю и тут же прикусываю язык, ну зачем я это ляпнула, мысленно ругаю себя.

— Значит, ты за мной шпионила — смеется Саша — я очень польщен, сталкерша моя. На свадьбу к Искандеру не смог приехать по нескольким причинам: с работы не отпустили на неделю, я летом переехал в Тюмень, восстановился на заочке в университете, устроился на работу. Да и тогда я только начинал у меня не было свободных денег, а другу хотел подарить хороший подарок, поэтому маленькие проблемы наслоились и как итог я пропустил их свадьбу.

— А дома? Тебя кто-нибудь ждал дома, Саш — задаю этот вопрос с осторожностью. Однажды Диляра мне рассказала, что Саша подписал контракт из-за какой-то девушки, которую сильно любил, она не знала подробностей, а мне, вдруг, стало так больно, что Саша кого-то любил до меня.

— Дома меня ждала мама — отвечает Саша — дядя и два моих друга детства Вова и Жорик. Со всеми в ближайшее время я тебя познакомлю, кроме Жорика. Он у нас окунулся в буддизм и теперь живет в Индии вместе со своей волшебной женой — смеется Саша.

— А твоя мама живет в Москве? Она будет не против того, что я Галямова Камила Ильдаровна?

— Что за глупости, малышка? Мама никогда на это не обращала внимания, хоть африканка, главное, чтобы мы любили друг друга. Была Галямова станешь Волковой, что за глупости у тебя в голове? — искренне удивляется Александр — к тому же она уже знакома с Искандером и Дилярой, мама прилетала ко мне, тогда и познакомились. Она живет в Сургуте, купила себе сад недалеко от города, ради этого получила права и теперь все лето проводит там. Если получится этим летом полететь туда, то ты увидишь всю красоту, которую она там выращивает, а вечером будешь кормить комаров, их в Сургуте ужасно много. Ну что еще тебе рассказать? — улыбается мне своей очаровательной улыбкой.

— Не знаю, мне интересно абсолютно все, что связано с тобой, хоть рассказывай мне про каждый свой день с самого рождения — убираю посуду со стола, навожу порядок и так это получается естественно, что я хочу задержаться в этом моменте, в этой квартире, с этим мужчиной.

— Так, со мной более менее все понятно, теперь ты рассказывай как жила без меня эти годы. Сколько женихов отвадила от себя? Мне даже страшно представить, всего за пару дней их уже двое Мансур и Даниэль, кажется — сощуривает глаза и обнимает меня сзади, прижимает к себе — ни на минуту не хочу тебя оставлять — шепчет мне на ухо и целует в шею.

— Тогда не оставляй, Санечка — подставляю шею под поцелуи — нет никаких женихов. В моей голове, в моем сердце всегда был только один мужчина Волков Александр Петрович, с бездонными голубыми глазами и очаровательной улыбкой.

— Не оставлю, обещаю.