Глава 2.

Куковала я в гордом одиночестве не так уж и долго – минут двадцать, может, от силы – тридцать. Как раз хватило времени, чтобы более-менее осмотреться и, наконец, до конца осознать всю нереальность произошедшего со мной. Видимо, мой застрессованный мозг до этого находился в состоянии перманентного шока и отказывался воспринимать творящийся вокруг хаос, но сейчас, окидывая взглядом роскошное убранство шатра, я почувствовала, как реальность, какой бы безумной она ни была, обрушивается на меня всей своей тяжестью.

Внутри шатер оказался еще более вычурным и нелепым, чем снаружи. Половина его была оформлена в белоснежных тонах: шелковые драпировки, серебряные подсвечники, изящная мебель из слоновой кости. Другая же половина была погружена в полумрак: черные бархатные ткани, кованые канделябры, массивная мебель из темного дерева, украшенная устрашающими символами. Все это создавало жуткий, но одновременно завораживающий эффект, словно дизайнер страдал тяжелой формой биполярного расстройства.

Не успела я закончить осмотр этого "шедевра", как в шатер начали вносить подносы с едой. Слуги, одетые в роскошные, но непрактичные одежды, кланялись мне чуть ли не в пояс, ставя передо мной блюда: фрукты, диковинные сладости, пироги с мясом, напитки, от которых исходил соблазнительный аромат. Столько еды я не видела даже на самых щедрых шведских столах в пятизвездочных отелях. Хотя о чем это я. Я в них никогда не была.

А потом в шатер внесли огромный медный чан, украшенный причудливым орнаментом. Несколько слуг принялись наполнять его теплой водой, добавляя туда душистые травы и лепестки роз. Пар от воды наполнил шатер пьянящим ароматом, мгновенно расслабляя меня и усыпляя бдительность.

– Госпожа, — склонился передо мной один из слуг, – позвольте предложить вам омовение. Это поможет вам отдохнуть и восстановить силы после долгого пути.

"Долгого пути? Я что, всю жизнь сюда добиралась?" – подумала, но вслух, разумеется, ничего не сказала. Отказываться от ванны в сложившейся ситуации было бы просто глупо. Еще непонятно когда в следующий раз представится такая возможность.

После того как чан был наполнен до краев, а слуги удалились, оставив меня наедине с моими мыслями и благоухающей водой, я решилась на этот странный ритуал. Раздевшись догола и погрузившись в теплую воду, я почувствовала, как напряжение и усталость постепенно покидают мое тело. Аромат трав и роз окутывал меня, словно мягкое одеяло, а мысли в голове становились все более спокойными и ясными. А эти черно-белые знаю толк в расслаблении.

Когда омовение было закончено, и я, окрыленная чистотой и покоем, вышла из чана, меня ждал очередной сюрприз. На ближайшем столике лежал роскошный наряд, чем-то напоминающий традиционную турецкую одежду: широкие шаровары из тонкого шелка, расшитый золотом короткий камзол, пояс с драгоценными камнями и легкая вуаль, скрывающая лицо. Все это выглядело слишком изысканно и красиво, чтобы быть правдой, но в этом безумном мире, кажется, возможно все.

И как прикажете на это реагировать?

Вздохнув, я осторожными движениями коснулась шелковистой ткани. Наряд был не просто великолепен, он был вызывающе великолепен. Тончайший шелк, казалось, дышал на моей коже, лаская каждый миллиметр. Вышивка сложными узорами переливалась в зыбком свете канделябров, то вспыхивая золотыми искрами, то мерцая приглушенным серебром. Драгоценные камни на широком поясе, затянутом на талии, словно подмигивали мне, намекая на богатство, власть и на ту самую сказку, в которую я, кажется, угодила, не спросив разрешения.

Но, облачившись в эти одежды, я испытала странное, парадоксальное чувство – я ощущала себя… голой. Нет, дело было вовсе не в откровенности фасона – наоборот, наряд был на удивление закрытым, скромно обрисовывающим фигуру, но не выставляющим ничего напоказ. Проблема была глубже. Это был чужой покров, чужой стиль, чужая жизнь, насильно навязанная мне. Я чувствовала себя в нем неуютно, как будто роль, которую мне предложили сыграть, была написана не для меня. Словно нарядилась в костюм принцессы на театральной постановке для школьного утренника – вроде бы и красиво, ярко, но совершенно нелепо и фальшиво.

Неуверенно, будто воровка, пробравшаяся в чужой дом, я огляделась в поисках своей старой одежды. Той самой, в которой я еще пару часов назад чувствовала себя собой. Вопрос "Куда она подевалась?" прозвучал у меня в голове скорее утверждением, чем вопросом. Еще минуту назад моя старая джинсовая куртка, пропахшая пылью дорог и дымом костра, и мои видавшие виды кеды, помнившие сотни километров пути, валялись где-то здесь, на резном стуле. Но сейчас… ничего. Абсолютная пустота. Словно моя привычная экипировка просто растворилась в этом чрезмерно роскошном царстве шелка и золота, превратившись в дым, повинуясь щелчку пальцев какого-то сумасшедшего волшебника.

И тут меня осенило. Я даже не заметила, когда эти услужливые тени-слуги успели незаметно вынести мою одежду из шатра. Как они могли так бесшумно проникнуть внутрь, оставаясь совершенно незамеченными, словно призраки? У них что, подошвы обуви сделаны из толченой пыльцы фей, а сами они прошли курс маскировки у ниндзя-ассасинов? Странное чувство – то ли восхищение, то ли легкий испуг, – пробежало морозцем по моей спине.

Понимая, что выбора у меня немного, я принялась обшаривать взглядом весь шатер, словно загнанный зверь, ищущий хоть какой-то намек на спасение. Моя цель – найти что-то более-менее привычное, что можно было бы накинуть на себя, чтобы чувствовать себя немного комфортнее и перестать ощущать себя экспонатом в помпезном музее костюма, выставленным на всеобщее обозрение. Мои руки уже нерешительно потянулись в сторону вышитого золотыми нитями халата, больше подходящего для восточного шейха, но в этот момент мой взгляд внезапно заискрился, зацепившись за что-то куда более подходящее.

На одном из кресел словно по волшебству – или скорее словно подброшенное туда добрыми духами здравого смысла – лежало толстое шерстяное покрывало. Обычное, простое, грубое, местами даже колючее, но такое… приземленное, такое родное. Без лишних украшений, без претензий на роскошь, оно словно кричало мне: "Эй, полегче! Все будет хорошо. Ты еще вернешься домой, в свой привычный мир. Просто потерпи немного".

Не раздумывая ни секунды, я схватила это спасительное покрывало и с головой закуталась в него, словно в самую надежную броню, защищающую меня от назойливых взглядов и чужого влияния. Да, это было не самое элегантное решение, возможно, даже довольно комичное – представьте себе, аляповатый турецкий наряд, богато украшенный драгоценностями, и сверху наброшенное грубое шерстяное покрывало, – но мне было абсолютно наплевать на мнение окружающих. Сейчас мне было гораздо важнее ощутить себя в безопасности, хоть немного скрыть наготу, символизирующую мою уязвимость, от этих незнакомых и странных людей.

Ощутив знакомую тяжесть шерсти на плечах, вдыхая ее слабый, едва уловимый запах, я немного успокоилась. Дыхание выровнялось, тревога немного отступила. Теперь я выглядела не как безвольная марионетка, которую нарядили по чужой прихоти, а как хиппи, случайно забредшая на костюмированную вечеринку, не поняв дресс-код. И, честно говоря, второй вариант мне нравился гораздо больше.

Теперь я сидела, закутанная в покрывало словно в кокон, и ждала, что же будет дальше. Ну не совсем ждала, вернее не только ждала, но еще и подъедала угощения, что были на подносах, надеясь что мне за это не влетит от “Прынца” и “Бэдбоя”. Когда я наелась, стало скучно.

Я ждала, кто решится первым нарушить эту тягостную тишину и появиться в дверях шатра – учтивый принц с манерами лощеного аристократа, импульсивный "плохой мальчик", от которого веет опасностью за километр, или, может быть, сам Сатана собственной персоной в безупречном смокинге и с дьявольской ухмылкой на губах. Но самое главное, я отчаянно ждала ответов на вопросы, которые роились в моей голове, подобно взбесившемуся пчелиному рою. Кто все эти люди? Что им нужно от меня? И как, черт возьми, мне, простой студентке философского факультета, вернуться домой, в свою тихую, предсказуемую жизнь?

Тишина в шатре ощутимо давила на меня, словно бетонная плита, готовая в любой момент раздавить своей тяжестью. Слышно было только тихое потрескивание канделябров, отбрасывающих причудливые тени на стены, и мое собственное сбивчивое дыхание, выдающее мое волнение. Внезапно полог шатра с легким шорохом откинулся в сторону, и в проеме появился…

Полог шатра с легким шорохом откинулся в сторону, и в проеме появился… огромный персидский кот. Нет, не просто кот – КОТ. Он был настолько пушистым, что казался скорее бесформенным облаком шерсти, чем живым существом. Его длинная шелковистая шерсть переливалась всеми оттенками бежевого и кремового, а огромные выразительные глаза смотрели на меня с невозмутимым достоинством монарха. Да уж, только кота мне тут и не хватало! Интересно, он тоже часть тщательно разработанного плана по моему порабощению? Или просто сбежал из ближайшего гарема, решив, что на воле поприятнее будет набить пузо?

Кот лениво потянулся, демонстрируя неимоверную грацию, зевнул во всю кошачью пасть (надеюсь, не заразно) и, вальяжно переваливаясь с боку на бок, направился ко мне. Он двигался так, будто оказывал мне величайшую честь своим появлением. Подойдя ко мне, он потерся головой о мои ноги, мурлыча настолько громко, что, казалось, вибрируют стены шатра. "Ну вот, еще и липнет!" – подумала я, но вслух ничего не сказала. Не хотелось обижать потенциального союзника. Мало ли, вдруг именно он окажется ключом к моему спасению.

Я не удержалась и присела на корточки, протягивая руку, чтобы погладить это мохнатое чудо. Кот снисходительно позволил мне это сделать, прикрыв глаза от удовольствия. Шерсть была невероятно мягкой и шелковистой, словно облачко. "Интересно, каким шампунем его моют? И сколько он вообще весит?" – размышляла я, увлекаясь, гладя кота за ушами, почесывая пузико и шею. Кот довольно щурился и урчал все громче. "Наверное, тоже привык, что его все беспрекословно слушаются."

Я совсем забыла о тревоге и ожидании. Возня с этим гигантским котом оказалась невероятно успокаивающей. Я почувствовала себя немного лучше, словно он своей пушистой аурой прогнал часть страха и неуверенности. Идиотские мысли, конечно, но сейчас я готова была верить во что угодно, лишь бы не сойти с ума от всего происходящего.

Внезапно я вспомнила о подносах с угощениями. "Интересно, а коты такое едят?" – подумала я и взяла со стола небольшую тарталетку с фруктами. Кот проследил за моими действиями с нескрываемым интересом. Я протянула ему тарталетку, и он, недолго думая, принялся ее уплетать, изящно перебирая лапками. Аристократ, чего уж.

Я хихикнула. “Вот обжора! – подумала я, наблюдая, как кот поглощает уже вторую тарталетку. – Наверное, его хозяева кормят одной икрой и фуа-гра”.

Проведя так, наверное, час, гладя и кормя пушистого гостя, я почувствовала, как накатывает усталость. Все-таки бессонная ночь и неожиданное перемещение в этот сказочный мир давали о себе знать. Я зевнула, потянулась и, решив, что принцы и "плохие мальчики" (и кто там еще должен появиться?) могут и подождать, приняла решение заночевать здесь. С чего бы мне, собственно, ждать их тут, наряженной в этот нелепый наряд? Пусть сами меня ищут.

Я огляделась, выбрала местечко помягче, раскидав в стороны подушки и соорудив себе гнездо на матрасе, и улеглась, закутавшись поплотнее в спасительное шерстяное покрывало. Кот мгновенно прыгнул ко мне, свернулся клубочком рядом и замурлыкал свою успокаивающую кошачью песню. "Ну вот, теперь я еще и кошачья подстилка. Зато тепло," – подумала я, устраиваясь поудобнее.

– Спокойной ночи, Пушок, – прошептала я и уснула, обнимая это огромное, теплое, пушистое существо. Заснула крепко и безмятежно, возможно, впервые за последние сутки. В конце концов, даже в самой волшебной сказке иногда нужно просто хорошо выспаться. А с таким компаньоном, как этот персидский кот, никакие принцы и злодеи не страшны. Ну, или, по крайней мере, не так страшно. И кто знает, может, во сне я увижу способ вернуться домой или хотя бы научусь говорить на кошачьем. Жизнь полна сюрпризов, особенно когда тебя перемещают в другой мир.