Глава 72

Наша ночевка с Дином прошла спокойно, и даже вернулись мы с хорошим уловом — Дин рано утром поставил несколько ловушек, и ближе к вечеру в лагерь мы возвращались как рыбаки, неся за спиной по связке с рыбой. Свернутые под шапкой с полями волосы, свободная одежда и разнузданная походка не выдавали во мне Герцогиню, которую наши гости хотели быстрее встретить.

— Девочки, сегодня мы приготовим эту рыбу и салат из зелени и редиса, который уже можно нарвать, — меня в шатер Карл впустил только тогда, когда я подняла на него глаза. Нужно больше мальчишек заманить в эту часть лагеря, чтобы я легко затерялась среди них.

— Я тебя не узнал, Лора, — виновато вошел следом за мной Карл.

— Это хорошо. Пусть Дин позовет сюда ребят, якобы, после ужина нужно прибраться здесь и разобрать стол, пусть крутятся недалеко. Рита, принеси платье из моего шатра и коробку с украшениями, Калерия даст ее тебе, — я сняла, наконец эту дурацкую шляпу, и мы начали разделывать рыбу, которую уже почистили с Дином у реки.

Мы поставили запекаться рыбу, отварили немного овощей, что успели созреть — они были как мини — овощи, и на тарелке выглядели интересно. Карл принес несколько бутылок вина и сок для меня.

Рита принесла платье, красиво уложила мои волосы, пока я угольком делала брови и ресницы еще более черными. Для губ отлично подошло вино — нужно было просто подержать салфетку, чуть смоченную вином на губах, и они стали более яркими. Мне нужно было выглядеть чуть старше. Высокая прическа, абы-какой макияж, дорогое платье и украшения с тяжелыми камнями сделали свое дело — я больше не выглядела девчонкой.

Шати и Калла накрыли стол, усадили меня, рядом со мной были служанки из замка Дюбара, которых сразу после ужина должны увести обратно, но сейчас они должны быть здесь. Мистер Кроу смог поговорить с моим отцом, и предупредить, чтобы он не беспокоился ни о чем, и вел себя спокойно. Я боялась этой встречи, и надеялась, что Герцог Анри приедет раньше.

— Господа, прошу вас, Герцогиня ждет вас к ужину, — мистер Кроу откинул полог и впустил делегацию. Первым шел мой отец, и я скромно подала ему свою руку. Он напыщенно поцеловал ее и присел, поскольку сейчас мой титул выше титула моего отца.

За отцом шли два Советника, что вместе с ним представляли короля, и еще три человека, среди которых был тип, что поймал меня в реке. На его лбу красовался плохо заживший шрам. Я отвела глаза, и пригласила всех к столу.

— Герцогиня, меня зовут Николя Фрейзер, я продолжаю дело моего отца, который пришел в Валенторн с истиной верой, что сдерживает все наше общество от греха и ведет к свету, — говорил человек, которому я засветила булыжником, и плохо, что слабо врезала. Он присматривался ко мне, видимо, черты все же были знакомы.

— То есть вы Отец Детей Гасиро?

— Ну, не отец, что вы, я просто пастырь, я помогаю людям прийти к правильной жизни, иначе все они, как дикари, погрязнут во тьме, вы сами видите, что за люди живут и у вас, — я видела, что он смеется над тем, что говорит, и двое его спутников сидели рядом с ним, скабрезно улыбаясь.

— А двое господ, ваши спутники? Это ваши последователи? — я дала знак Дину принести посуду.

— Да, это новые рыцари — защитники нашего ордена, они уже ощутили силу нашей веры.

— И в какой сумме выражалась эта сила? — я посмотрела на него с явной неприязнью, хотя, планировала держать себя в руках. Я не могла смотреть на него без отвращения.

— Нет, что вы, Герцогиня, они верят в то, что мы можем изменить жизнь людей только держа их в руках, иначе, начнется самоуправство и бардак, — он начинал заводиться, и мне хотелось посмотреть на него, когда он станет плеваться от ярости, но Калла уже аккуратно задевала мою спину, давая понять, что я перегибаю палку.

Эти люди убили моего мужа, они сломали мою жизнь, и я ненавидела это красивое лицо, которое сейчас ассоциировалось с моим горем. Я хотела воткнуть нож в его белоснежную сорочку под распахнутым мундиром, чтобы она стала красной, как у всех Детей Гасиро.

Девушки поставили посуду на стол и подали рыбу, салат и гарнир. Карл открыл вино, срывая с него печать прямо перед тем как разлить.

— Интересная подача, Герцогиня, — Николя понимал с чем связаны эти «танцы» с посудой, и он хотел показать мне, что разгадал меня.

— Мы здесь ведем незамысловатую жизнь, мистер Фрейзер, и, думаю, вашим спутникам не привыкать, жить в полях, в шатрах, протыкая утром людей, а вечером ужинать недалеко от поля боя, — улыбка уже сошла с моего лица, и я готова была встать, но в шатер вошла Калерия.

— Герцогиня, я должна предупредить Господина… — она шла прямо к Николя, — Вы умрете скоро, солнце над вашей головой взойдет еще один раз, мне сказали предупредить вас.

— Кто сказал? Что здесь творится? Вы сумасшедшие все, — Николя вскочил и вышел из шатра. Его люди вышли за ним. Я выглянула — они направились к своему шатру.

— Дин, смотри, чтобы они вошли в шатер, не своди с них глаз, — я вытолкнула его на улицу и присела перед Калерией.

— Милая, Калерия, что с тобой, зачем ты такое сказала? — я видела, что она другая — испуганная и будто заведенная чем — то.

— Мне сказали духи. В этой Долине и вправду есть Ангелы, Лора. Я и сама не верила тебе, но я хорошо слышала этот голос. Он смеялся, он повторял, что солнце над головой кровавого гостя взойдет только раз. Я должна была предупредить его, Лора, я должна лечить людей, не убивать, — она упала на колени и зарыдала. Я обняла ее, и на меня обрушилось все мое горе, поглотило меня полностью.

Дин в компании ребят, вел меня к реке, и они гулко смеялись, чтобы заглушить мои всхлипывания. Мой названый брат пихал меня в плечо, и громко говорил:

— Ну, что ты ноешь, как девчонка, получил, завтра дашь сдачи, идем к реке, иначе всех загонят по домам.

Мой отец просто сидел с открытым ртом, не понимая, что происходит. Мистер Кроу отвел его, а он до последнего оборачивался и смотрел как мы с Калерией плачем на полу, обнявшись и завывая.

Утром я проснулась разбитой. Дин принес сюда больше одеял, над головой был полог. Я не хотела вставать, я хотела умереть, и согласна была снова встать перед Ангелами с одним только вопросом: «За что вы лишили меня человека, которого я так люблю, за что вернули меня в другую никчемную жизнь?»

Я вспомнила о ребенке, и положила руку на живот.

— Люка, ты же обещал всегда возвращаться ко мне. Я поверила тебе.

Ответом мне шумел лес и река. Меня снова обманули, и оставили делать выбор.