Глава 30

Вероника Саварди

Я сидела в своём кабинете, за ширмой. Мне было хорошо слышно, что происходит в кабинете, но всё о чём говорили Фрэй и Анри пропускала мимо ушей. Я находилась каком-то «розовом тумане».

Нет, я взрослая женщина и вполне могу себя контролировать. Но когда я увидела восхищённый взгляд светловолосого богатыря, я поняла значение слов «бабочки в животе», только они у меня были не животе, а в районе груди. Где-то между сердцем и шеей. Стало вдруг щекотно-щекотно, и всё время хотелось улыбаться.

Чтобы никто не заметил, что у меня губы каждый раз расплываются в дурацкой улыбке, я схватила карандаш и сделала вид, что что-то записываю.

Сколько времени я так просидела, я не уловила. И это был очень плохой признак, потому что обычно у меня всё было рассчитано по минутам, а здесь… когда я посмотрела на лист бумаги, то сразу же перевернула его. Оглянулась по сторонам, не видел ли кто?

На листе был нарисован профиль «богатыря».

«Ника, это тебе не двадцать первый век твоего прежнего мира, ты здесь не просто девушка, ты здесь хозяйка. На тебя все смотрят.» — уже дважды повторила я себе. Но лист бумаги с нарисованным профилем не выбросила, не смогла, спрятала в карман.

— Госпожа Ника, — за ширму зашёл Фрэй, — мы закончили, — посмотрел на меня, мне показалось что даже принюхался и уточнил:

— Вы всё расслышали или вам рассказать?

— Кое-что я слышала, но не всё поняла, — начала я «сочинять», потом вспомнила с КЕМ я говорю и покраснела, ульвы очень хорошо чувствовали ложь. Сразу исправилась:

— Лучше рассказать, Фрэй

Анри Вессан сидел и довольно улыбался.

— Я и не ожидал, что у вас здесь такие дела творятся, — проговорил он, — уверен вашему батюшке будет очень интересно узнать с чем вы здесь столкнулись.

Оказалось, что этот «владелец» Раим Сикор, личность весьма известная в определённых кругах и обычно его нанимают, если нужно разобраться с делом, которое может принести очень большие деньги.

— Он что, преступник? — не удержалась я от вопроса

— Да, — кивнул господин Вессан, и добавил, подняв указательный палец вверх, — причём с большой буквы.

В этот момент в дверь постучали, мы с господином Анри посмотрели на дверь, а Фрэй, втянув носом воздух. сказал:

— Наш обед

Есть и вправду очень хотелось. Ладно я, в последнее время я постоянно забывала про обед и перебивалась, то яблочком, то супчиком, но мужчинам, наверное, совсем было голодно.

Мне иногда «забыть» про приём пищи было полезно. Вместе с высокой активностью я за день совершенно точно больше десяти тысяч шагов делала, и это благоприятно сказалось на моей фигуре. Больше не было болезненной рыхлости. Щёки не закрывали глаза. Да, я не стала «тростиночкой». И скорее всего никогда и не стану, но приятные формы обрела.

У меня появилась талия, животик остался, но это уже не были бесформенные жировые складки. Даже ноги подтянулись.

А верхняя половина тела мне вообще очень нравилась. Когда подтянулись мышцы и ушёл лишний жир, то оказалось, что у меня шикарная высокая грудь, большая, но не огромная, если переводить на известные мне понятия, то размер четвёртый. И с уходом двух «лишних подбородков» у меня оказалась прекрасная плавная линия шеи. Светлые, даже чуть пшеничные волосы стали ещё гуще. Ну а то, что они никогда не были обесцвечены и не подвергались никаким воздействиям, то выглядели просто великолепно

Действительно, два официанта принесли обед и споро накрыли небольшой круглый кофейный стол, за которым с трудом, но мы все втроём всё же разместились.

И вскоре господин Анри продолжил свой рассказ:

— Ну так вот Раим Сикор никогда не попадался и он всегда действует по-разному

Я удивилась:

— Но как тогда расценить его поведение сегодня, что он устроил истерику по поводу счёта за проживание

— О, вы удивитесь, госпожа Ника, этот человек ничего не делает просто так, — улыбнулся господин Анри

Потом замолчал и вдруг высказался на совершенно другую тему:

— Совершенно потрясающий пилау*, госпожа Ника. Я и не подозревал, что его так могут готовить где-то, кроме Лематена.

(*пилау (авт) — блюдо, похожее на плов, но со специями, которые можно купить только в Лематене у асвангов.)

— Конечно, такой пилау можно попробовать у нас, потому что я подписала с Лематеном эксклюзивный договор на покупку специй. По этому договору я не имею право их продавать, только в виде готового блюда и только в моих ресторациях, — пояснила я для господина Анри.

— Вы сами подписали? — удивлённо спросил он

— Да, я сама подписала, — ответила ему и тоже в свою очередь спросила:

— А что здесь такого?

— А как? Лематен не пописывает договоров с замужними дамами без присутствия их мужей

Здесь настала моя очередь улыбаться:

— Ну я подписала не как замужняя дама. Договор подписан Вероникой Форт.

Так мы постепенно съехали на то, кому что принадлежит в графстве и какие бумаги я подписывала. Пришлось после обеда доставать всю канцелярию и отдавать на изучение господину Анри. Он очень дотошно изучал документы и, к сожалению, моё присутствие было необходимо, потому что все документы делала я сама и господину Анри требовались пояснения. Хорошо ещё, что он пока ни разу не спросил, кто эти документы готовил. Потому что у Вероники, какой бы «дочерью своего отца» она ни была, просто не могло быть коммерческого образования, чтобы учесть большинство «подводных камней» торговли.

Так прошло ещё несколько часов, и я поняла, что больше просто не выдержу в кабинете.

Я периодически выходила, но в основном по делам, а вот сейчас мне просто очень захотелось на воздух.

— Господин Анри вам ещё долго? — практически взмолилась я

— Просите, госпожа Ника, — ответил он, — но мне бы надо управиться за два дня, дела, знаете ли не ждут, надо ехать обратно, и увозить ваших «гостей»

Я удивилась:

— Вы увезёте Раима Сикора?

— Конечно! — с каким-то удовлетворением в голосе ответил господин Анри, — это же впервые, когда я могу его «ухватить»

И здесь я поняла, что господин Анри мне так и не рассказал, за что он может «ухватить» лже-владельца моего Дома быта. Но спрашивать сейчас было бесполезно, господин Анри был погружён в бумаги.

— Если я вам сейчас не нужна, то я выйду на несколько минут, — сообщила я господину Анри и, не получив никакого ответа, решила, что это тоже ответ и вышла.

Не успела я выйти на лестницу, чтобы спуститься к выходу, как обнаружила стоящего там «богатыря». Его друзей или сослуживцев с ним не было. Он был один.

Увидев меня, он широко улыбнулся и сообщил:

— А я вас жду, не желаете прогуляться?

Я хотела ответить, что уже слишком поздно для деловых прогулок, но глупое моё сердце забилось, в груди «запорхали бабочки» и я выдала совсем не то, что собиралась:

— С удовольствием