Глава 15

   - Сто лет не гуляла по ночной Москве! – выдохнула я, когда после вкусного ужина, за которым Макарский вел себя на удивление прилично, мы вышли на улицу.

   Прохлада погладила по раскрасневшимся щекам. Мы не спеша пошли по набережной, любуясь теплоходами и отражением огней в воде. Между нами вился, требуя к себе внимания, назойливый ветерок. Столица, как всегда, с приближением ночи только начинала пробуждаться. Яркая подсветка превращала любое здание в произведение искусства. Красота!

   Первое время я побаивалась, что ехидна-Максим начнет ерничать и критиковать то, что не сам строил. Но магия ночи, видимо, подействовала даже на этого нахала. Он не сыпал архитектурными терминами, не разбирал по косточкам творения конкурентов, не навешивал ярлыков. Просто стал другим человеком! Может, его подменили?

   Я покосилась на мужчину и залюбовалась мужественным профилем. Хорош, паразит! Готова стоять и просто смотреть на него. Черт, мои биологические часики, должно быть, тикают громче кремлевских курантов! Вздохнула, но вышло так громко, что он посмотрел на меня и спросил:

   - Что?

   - Красиво, - сказала первое, что пришло в голову.

   - Ночью прекрасен любой город, - кивнул, глубоко вдохнул ночной воздух и добавил, - даже Москва.

   О, просыпается настоящий Макарский?

   - Вы не любите ее, - усмехнулась понимающе.

   - У нас со столицей сложные отношения.

   - А как же Родина, патриотизм?

   - Я родился в Испании. Так что тяга к березкам у меня в крови отсутствует. – Рассмеялся и пояснил. – Мама была художницей, влюбилась в испанского мачо, появился я. Она уехала к нему, но там жизнь не задалась. Видимо, как раз «Родина, патриотизм» случились. Так что рос я уже в России.

   Тогда понятно, откуда такая внешность. Его, и в самом деле, легко можно представить тореадором или танцовщиком фламенко. Представила, как он одним взглядом укрощает быка, и по коже заструились мурашки. Зябко передернула плечами.

   - Вы замерзли, Валерия, - понял по-своему Максим.

   Одним движением, словно тореадор, взмахивающий плащом, снял пиджак и накинул мне на плечи. Держа его за лацканы, потянул на себя. Я оказалась в ловушке. Ловушке, которая благоухала строгой мужской туалетной водой, влекла сиянием фиалковых глаз и манила изогнутым в улыбке ртом.

   Не успела даже подумать ни о чем, как оказалась в объятиях мужчины. Тех самых, в которых недавно мечтала о защищенности. Время и в самом деле остановилось. Москва с ее шумом и яркостью притихла и поблекла, отойдя на задний план. Я поцеловала его. Сама прильнула и растворилась в поцелуе.

   Таком нежном, киношно-сладком, дразнящем, убыстряющим ток крови по телу, которое прижалось к телу Масима, наслаждаясь его мужской реакцией и ответным порывом навстречу. Безумный миг. Яркая вспышка, нереальный порыв. Стук крови в висках. Нехватка воздуха. И бесстыдное понимание, что хочешь большего.

   - Валерия, - прошептал он, поглаживая мою спину.

   - Простите, - заставила себя поднять глаза и посмотреть на него.

   Фиалковое сияние окутало мгновенно, заворожило, словно сквозняком выдуло из головы все мысли до единой.

   - За что вы извиняетесь на этот раз?

   Усмехнулся – так, что едва сдержала стон.

   А ведь верно, не за что просить прощения. Свободная женщина, неженатый мужчина. Оба взрослые. Все по взаимному согласию.

   - Старая привычка, видимо, - прошептала в ответ. – Привыкла быть замужней и хранить верность супругу. Поэтому поцелуй с другим сразу воспринимается как измена.

   - Вы никогда ему не изменяли?

   - Никогда.

   - Интересно, - хмыкнул и отвел от моего лица прядку.

   - Почему вас это удивляет? Или вы сами заводили по пять любовниц в месяц?

   - По десять, - рассмеялся. – Шутка. Тоже был верен, - с горечью усмехнулся. – Как выяснилось, не взаимно.

   - Понимаю.

   Странно, кстати, я словно на быстрой перемотке проскочила тот этап, когда должна была страдать. Было больно, да, но вовсе не настолько, чтобы метаться, как раненый зверь, не находя себе места. Наверное, к тому времени мой брак уже перестал существовать – фактически.

   Был совестный быт, редкий секс, не особо зажигающий, существование бок о бок, рядом, но не вместе. Когда произносишь «люблю» на автомате, или не говоришь этого вовсе. И не ждешь с замиранием сердца ответного признания. Заключенный на небесах союз превратился в пресловутую ячейку общества, которую сохраняешь по привычке, а не из боязни потерять.

   Может, мне захотелось ребенка не только из-за тиканья биологических часиков? А чтобы меня кто-то по-настоящему любил, нуждался во мне, давал причину просыпаться по утрам, а перед сном благодарить Бога?

   О, не вовремя я задумалась!

   Помотала головой.

   - Что? – Максим рассмеялся. – Что не так?

   - Просто мысли вслух, - пробормотала и отстранилась. – Простите, мне, пожалуй, пора домой. Завтра встречи с самого утра. Работы теперь море.

   - Я рад, - ответил, потом снова расхохотался. – Не тому, что вы уходите, конечно. А тому, что все наладилось в профессиональной сфере.

   - Спасибо, - сняла пиджак и протянула ему.

   - Оставьте себе, - сверкнул фиалками. – Будет повод встретиться снова.

   - Не стоит, Максим, - посмотрела в его вытянувшееся лицо и добавила тихо, но твердо, – больше встречаться нам не нужно.

   - Вы сейчас разрушили мою самооценку, Валерия.

   - Ничего, восстановится.

   - Но почему так категорично?

   - Не время. Вы после тяжелого развода, моя жизнь тоже перепахана вдоль и поперек. Для отношений нет места.

   - Вы себе льстите, - взгляд мужчины стал жестким. – Кто вам предлагал отношения? Просто отличный секс – вот что мне нужно.

   Вот, вернулся привычный Макарский. Здрасьте, а я еще и соскучиться по этому мерзавцу не успела!

   - Да и вам не повредит, - язвительно ухмыльнулся. – Судя по тому, как вы на меня набросились.

   - Ищите секс в другом месте, - пожала плечами, чувствуя, как полыхают щеки.

   В груди теснились обида и стыд. Даже не знаю, чего было больше.

   - А я не собираюсь становиться вашей постельной игрушкой, пока вы зализываете раны, нанесенные бывшей женой. Простите, у самой сердце растоптано, не до того.

   - Какие высокопарные выражения! – скривился. – Что за идиотская привычка драматизировать? Вы же взрослая женщина!

   - Именно, - кивнула. – Поэтому думаю головой, а не тем, что ниже пояса.

   - Предпочитаете друга на батарейках вместо живого мужчины? Или вам больше нравятся на аккумуляторе?

   - Прощайте. – На такое и отвечать не буду.

   Всунула в его руки пиджак и быстро зашагала прочь, даже не подозревая, как скоро нам предстоит увидеться вновь.