Глава 7

Вся следующая неделя прошла более или менее спокойно. Я (стараясь не думать об Иване) дописывала картину, Динка оборудовала себе мастерскую, Янка корпела над бумагами, успешно продираясь через ненормальные юридические термины. Митька же прикипел к Анастасии Семеновне, которую теперь только и величал: баба Настя. Мы же, не смотря на все наши усилия, уже через четыре дня принялись называть ее так же. Сначала это у Динки вырвалось. Она даже замерла, как олениха в свете фар, но Анастасия Семеновна так растрогалась, что мы все махнули рукой и впустили в обиход новое обращение. А вот Гавриил Даниилович стал Гаврюшей с легкой Янкиной руки. Она быстро подружилась с садовником, несмотря на то что большую часть времени проводила в кабинете. Утром вторника я стояла у мольберта и старалась не испортить картину лишними штрихами. Вот только у меня телефон где-то зазвонил. Пришлось отложить кисть и искать гаджет. Тот нашелся под подушкой. - Алло. – Ответила, поднимаясь с кровати и складывая подушку на место. - Марина Генриховна, я нашел вашу картину. – Раздался в трубке голос Александра. - И где она? – На самом деле, это было странным, что картину, взятую его дядей, парень нашел только сейчас. - В Большом Художественном Музее. Вот только она не выставлялась. Почему-то ее закрыли в запасниках. – Было слышно, как «кудряшка» мучается собственной несостоятельностью в этом вопросе. – Директор музея сказал, что картину отдаст только вам. - Хмм. – Я задумалась. – Когда мне подъехать? Александр вздохнул. - Я договорился о встрече в двенадцать часов дня. Сегодня. Вы сможете приехать? – Поинтересовался он. - Да. – Я посмотрела на время. У меня есть еще немного времени на сборы. Через минуту я уже влетела в комнату Янки. Сестра сидела на кровати с какой-то папкой бумаг в руках. - Ян, собирайся. Нам нужно через час выехать, если мы хотим успеть. – В легкой панике выпалила я. Янка оторвала удивленный взгляд от бумаг и подозрительно на меня посмотрела. - Куда выехать? - В музей. За пропавшей картиной. – Всплеснула я руками. – Господи, почему я такая глупая, что не понимаю, как в этом всем разобраться? – Обратилась я, подняв голову к потолку. - Ты не глупая. Мы со всем разберемся. Мне бы встретиться с этим Анатолием Барановым и поговорить. – Задумалась сестра. - Это можно устроить. – Я тоже задумалась. – Но нужно нам сначала в музей. В музей Глеб Степанович повез нас без разговоров. Если честно, то я к нему уже привыкла, так как мужчина постоянно находился в зоне видимости и по коммуникабельности мог поспорить с тумбочкой. Музей стоял в центре города и выглядел весьма солидно. Я была здесь пару раз во время учебы. Больше как-то руки и ноги не доходили. Кроме этого было, чем заняться. Войдя в просторный холл, мы наткнулись на выходящую из музея группу посетителей. Пришлось прижаться к стеночке и подождать, пока все пройдут. - Добрый день? Вы моя дневная группа? – Спросил экскурсовод, проводивший предыдущую группу до дверей. - Это со мной. – К нам подошел Александр Баранов, скользнувший недовольным взглядом по Яне, выглядевшей сегодня особенно хорошо в простом строгом синем костюме. – Идемте. – Кивнул он нам и направился к лестнице. - А здороваться вас не учили? – Фыркнула Яна, совсем не расстроившись. - Добрый день. – Вымученно выдавил из себя парень и понесся по ступенькам. Сестра скривилась, но соизволила промолчать. И чего она его так невзлюбила? Не за рост же? Кабинет директора музея оказался на втором этаже. Худой мужчина с одухотворенным лицом и плутоватым взглядом поднялся из-за стола, стоило нам появиться в кабинете. - Снова вы? – Возмутился он присутствием Александра. – Я же сказал, что никому не отдам эту картину, кроме вашего дяди. О, как интересно! - Даже непосредственной хозяйке этой самой картины? – Холодно спросил Баранов и отошел в сторону, указав на меня. – Знакомьтесь, Эдуард Ильич, Марина Генриховна Кауф. Внучка Изольды Петровны. Эдуард Ильич никак не ожидал меня здесь увидеть, а потому слегка посерел и тяжело опустился в кресло. - Здравствуйте. – Улыбнулась. Директор музея рвано выдохнул. - Но у Изольды Петровны не осталось родственников. Ведь Генрих умер больше двадцати пяти лет назад…. – Он неверяще покачал головой. - И все же Марина Генриховна является внучкой Изольды Петровны и непосредственной наследницей ее имущества. Картина, о которой я вас спрашивал, так же принадлежит ей. – На стол лег какой-то документ. Дрожащими руками Эдуард Ильич взял документ в руки и пробежался по нему глазами. - Действительно. – Неуверенно сказал он и положил документ обратно на стол. - Извините. – Янка протиснулась вперед и тоже взялась читать бумагу. Удовлетворенно кивнув, она спрятала ее в свою сумочку. – Итак, где картина? - Картина? – Еще сильнее посерел наш собеседник. - Я хочу ее увидеть и решу, что делать с ней дальше. – Вмешалась я. - Кого? – Пискнул мужчина. - Свою картину, которая находится в запасниках вашего музея. – Терпеливо объяснила я. Глаза директора забегали по кабинету и вдруг он выпалил. - Марина Генриховна, я хочу выкупить у вас эту картину. Музей хочет…. – Исправился он. Я нахмурилась и покосилась на сестру. Она покачала головой. - За сколько? – Заинтересовалась я все же. - Семьсот тысяч. – Вдруг уже более уверенно отозвался мужчина. – Художник писал неизвестный. Картина небольшая. Есть огрехи…. - Тогда зачем вам эта картина? – Прищурилась я. - Не мне. – Он сделал попытку вымученно улыбнуться. – Музею. Мы будем выставлять ее на неактуальных выставках…. - Я хочу увидеть картину! – Отрезала я как можно жестче. - Н-но…. – Эдуард Ильич резко замолчал после того, как к нему подошел Глеб Степанович и что-то тихо сказал на ухо. После этого мужчина как-то сдулся, осунулся и страдальчески на меня посмотрел. – Идемте. – Он поднялся на ноги и направился к двери. – Я уверен, что цена, предложенная мной за картину более чем честная. – Не отступился он от задуманного. Я вновь взглянула на Яну, которая сосредоточенно сверлила взглядом спину директора музея. Не нравился он ей. Мне тоже. А еще мне стала очень непонятна позиция Александра по этому вопросу. Он же сейчас действует не в интересах своего дяди. Ну, это мне так кажется. Так почему? Вопросов пока было больше, чем ответов. Я почему-то думала, что запасником в музее служил подвал. Но нет. Это было отдельное хранилище на первом этаже, окна которого были заложены, а на потолке виднелась обширная вентиляционная система. Чуть приглушенный желтый свет не мешал мне разглядывать хранящиеся здесь шедевры. Эдуард Ильич безошибочно нашел уголок, где хранилась моя картина. - Вот, - нехотя указал он на картину, висевшую на стене в тяжелой резной раме. Работу Ивана я узнала сразу. – О художнике, написавшем ее, ничего не известно. – Вновь повторил мужчина, встав так, чтобы не подпустить меня близко к этому шедевру. А я уже прекрасно понимала, что продавать эту картину ни за что не буду. Написанный широкими мазками пейзаж играл мягкими красками, а деревянное обрамление подчеркивало легкость картины. Человек, создавший это, явно был мастером своего дела. И, кажется, я начала догадываться, кто этот самый мастер. Не многие художники работали именно широкими мазками одного размера, создавая при этом уникальную структуру построения цвета…. - Я не буду продавать эту картину. Я забираю ее домой. – Безапелляционно заявила я, оттерев от шедевра директора музея. Тот сдавленно хрюкнул. - Но… вы не можете. – Тоненько пискнул он. – На картину уже нашелся покупатель…. – Он резко замолчал, кажется, поняв, что сболтнул лишнего. - Перебьется ваш покупатель. – Покачала я головой. – Тем более, что картина никогда не должна была выставляться на торги и быть представленной каким-то покупателям. - Если не секрет, кто этот самый покупатель? – Втерлась в разговор Янка, что-то записывая в блокнот. - Я не имею права раскрывать личность, пожелавшую приобрести данное произведение. Так что продать картину вы сможете только при моем непосредственном участии. – Самодовольно высказался Эдуард Ильич, не желающий никак принять мою позицию по этому вопросу. - Глеб Степанович. – Я повернулась к телохранителю, топтавшемуся позади Янки. – Заберите картину. Пусть ее хорошо упакуют. Мы возьмем ее с собой. - Что?!? – Возмутился было директор музея. - Что? – Переспросила я спокойно. - Но вы не можете этого сделать! – Занервничал мужчина. - Могу. – Не согласилась я. – Картина моя. Кстати, как она к вам попала? - Он ее, наверное, украл. – Хищно улыбнулась Янка. Эдуард Ильич побледнел и пошатнулся. Кажется, до него только начало доходить, в чем его могут обвинить. - Я не крал ее! – Попытался он возмутиться. – Это Анатолий Викторович Баранов привез ее. И покупателя он же нашел. - Но Анатолий Викторович права не имел забирать что-либо из дома моей бабушки. Значит, вы с ним подельники. – Терпеливо объяснила я. – Но этим вопросом займутся уже другие люди. - Я не виноват! – Почти взвыл мужчина. - Следствие это выяснит. – Хихикнула Янка и пропустила Глеба Степановича вперед, чтобы он забрал картину. Я внимательно проследила за тем, чтобы произведение неизвестного пока художника было аккуратно упаковано и отнесено в машину. Директор музея пытался возмущаться, но кто бы его слушал. - Так, - Янка взяла Александра за лацкан пиджака и, открыв дверь нашей машины, впихнула его туда. – Ты едешь с нами. - Куда? – Пискнул юрист. - В какое-нибудь кафе. – Решила сестра. – Нам всем нужно серьезно поговорить. Я не возражала, так что Глеб Степанович отвез нас в уютное кафе, находящееся неподалеку от музея. Янка танком прошла внутрь, таща на буксире понурого «кудряшку». Выбрала столик у стены и устремилась туда. Когда мы все расселись (Глеб Степанович сел за соседний столик и принялся сканировать взглядом помещение), сестра уставилась на Александра немигающим взглядом. Тот сделал вид, что не замечает этого. Пришлось мне брать ситуацию в свои руки. - Александр, у нас к вам несколько вопросов. – Начала я разговор. - Догадываюсь. – Серьезно кивнул он. - Почему вы решили нам помогать? Ваш дядя явно был замешан в пропаже картины. Вряд ли ему понравится то, что вы поспособствовали тому, что картина вернулась ко мне. – Я склонила голову набок. «Кудряшка» вздохнул и поправил очки. - Знаете, «Нотариальная контора Баранова» была создана еще моим отцом. Когда его не стало, наследие отца взял под управление мой дядя, объяснив всем родственникам, что я в силу своего возраста и опыта не смогу удержаться на плаву даже просто развивая правовое направление. Я же был отправлен в столицу учиться, набираться опыта и находить нужных людей. – Александр поморщился. – Два года назад я вернулся в родной город и приступил к работе в нотариальной конторе своего дяди. Когда понял, что у меня под носом прокручиваются различные незаконные махинации, попытался пресечь всю эту деятельность. Однако, за руку дядю поймать так и не смог. А потом к нам пришла ваша бабушка (с которой дядя был давно знаком) с просьбой переписать заявление на неизвестного ей внука и попытаться найти его. Дядя не горел желанием вас искать, поэтому за поиски принялся я, стараясь не попасться. Когда я сказал ему о том, что нашел вас, он был вне себя от ярости. Но ему пришлось заняться вашим наследством и отдать причитающееся. – Он самодовольно улыбнулся. – А сейчас у меня появился реальный шанс поймать своего родственника на горячем, заставить его ответить за все махинации и взять под свой контроль все помещения конторы. - А почему нужно было забирать картину именно сегодня? – Влезла в разговор Янка. - Дядя уехал на два дня по каким-то личным делам. Если честно, Марина Генриховна, я бы порекомендовал вам проверить наличие всех остальных предметов искусства на своих местах. Возможно, было украдено что-то еще. – Баранов задумчиво на меня посмотрел. Я кивнула. Янка тоже оживилась. - Нужно провести опись всего, что находится в доме. Ты проверяла те банковские ячейки, где должны находиться украшения твоей бабушки? – Спросила сестра. - Нет. – Нахмурилась я, чувствуя себя дурой. - Нужно проверить. Мне кажется, что на тебе пытается кое-кто нажиться. - Я вам помогу. – Решил Александр. - Я тебе не доверяю. – Надулась Янка. У меня же возникла совершенно другая идея. - Александр, а кому сейчас принадлежит вся эта ваша контора? – Поинтересовалась я, пытаясь сообразить, как себя обезопасить от банального воровства в пользу одного очень ушлого нотариуса. - Юридически я являюсь владельцем всех помещений. – Оправдал он мои ожидания. - Отлично. – Я улыбнулась. – А возьмите к себе на работу Яну к себе в качестве финансового эксперта. Зарплату ей я и так буду платить. Ну, или мы у вас кабинетик снимем. - Маринка! – Сестра возмущенно на меня уставилась. - Ян, ты будешь находиться в гуще событий. Ты просмотришь финансовые документы Анатолия Викторовича и определишь, откуда он берет деньги и куда их тратит. Ты же у меня самая умная. Ты все сможешь понять. – Я в умоляющем жесте сложила руки. - И что мне за это будет? – Надулась Янка. - А что ты хочешь? – Спросила я, уже понимая, что сестра меня в беде не оставит. - Персональный гамак в саду. – Выдвинула она свои требования. – Такой, чтобы меня выдержал. - Согласна. Гаврюшу попросим, он сделает. – Решила я. Александр же смотрел на нас двоих, как на сумасшедших. Да, мы можем торговаться за гамак. Что в этом такого-то? Парень, поймав мой взгляд, смущенно кашлянул. - Думаю, что стоит оформить моего нового сотрудника до появления дяди в городе. – Он стрельнул неуверенным взглядом в сторону Янки. - Тогда, чего мы ждем? Поехали. – Подпрыгнула сестрица. В усадьбу мы вернулись лишь к вечеру, так как моя дотошная сестрица сначала изучила все кабинеты в конторе, а потом утащила меня в банк, проверять наполненность ячеек. Я была не против, но в украшениях я разбиралась откровенно плохо. Вряд ли я смогу визуально отличить подделку от ее прототипа. Так что в дом я вернулась весьма раздраженной. Янка постоянно задавала кучу вопросов, ответов на которые у меня не было. Возвращенную картину я вернула на причитающееся ей место на стене коридора и отправилась к себе в комнату. Упала на кровать и закрыла глаза. Если честно, то в магазине за две смены так не уставала, как за сегодняшний день. Морально, конечно. Где-то неподалеку тренькнул телефон. Полезла в сумку, чтобы его достать. «С каким уродом ты сегодня встречалась? Кто это? Иван». - Значилось в пришедшем сообщении. Я против воли улыбнулась. Ревнует что ли? Быстренько набрала ответ. «С каким именно?» Через минуту пришла фотография, где мы сидели в кафе с Александром. Причем, фотографировал нас явно Глеб Степанович и так, чтобы Янки видно не было. На изображении мы с Александром наклонились друг к другу, что-то обсуждая. Но со стороны выглядело все… более интимно. «Это Александр. Мой юрист». – Решила я не накалять обстановку. «Ты с ним спишь?» - Пришел быстрый вопрос. Я снова хихикнула. Ответ написать не успела, потому что мой телефон зазвонил. - Так спишь или нет? – Угрюмо спросил меня голос, о котором я старалась не думать целую неделю. - Тебе какая разница? – Проворчала я из вредности. - Ты можешь нормально ответить на вопрос? – Тут же вспылил нервный мужик. - Могу. – Ответила я и замолчала. Иван тоже замолчал. Минуту мы просто сидели и слушали дыхание друг друга. - Мне прийти к тебе? – Хрипло спросил он. Я грустно улыбнулась. - Я еще картину не закончила. – Призналась честно. - Не из-за картины. – Тихо сказал он. - Приходи. – Прикусила губу и покраснела, радуясь, что он меня не видит. - Через двадцать минут буду. – Сообщил он и прервал звонок. Я же счастливо рассмеялась и упала на подушки. Как же мне мало для счастья надо. Потом спохватилась. Ой, надо же еще себя в божеский вид привести. Или, наоборот, не стоит вытрепываться? Если честно, то я даже близко предугадать не могла реакцию этого мужчины на любую мою одежду. Плюнув, решила распустить волосы и нацепить на себя летний сарафан. На улице же тепло. Или мы дома будем находиться? Нет, дома столько людей…. Черт! Что делать-то? У меня почему-то нормальных свиданий в жизни не было. Все как-то по-дурацки получалось. Что я за неумеха такая, а? Решительно надела кеды под сарафан и вышла на улицу. Встречать. Следом за мной на крыльцо вышел Глеб Степанович и, прищурившись, посмотрел на идущего по тропинке Ивана. Я быстро пошла к нему навстречу, потому что мне очень не хотелось, чтобы мужчины начали выяснять отношения. Судя по напряжению, с которым они смотрели друг на друга, мордобой был более чем вероятен. - Привет. – Улыбнулась, подойдя к своему мастеру на все руки. Он переключил на меня свое внимание и оглядел с головы до ног. Уголок его рта чуть дрогнул, намекая на улыбку, но лицо оставалось все таким же сосредоточенным. - Привет. – Ответил он. Взял меня за руку и повел по тропинке, ведущей в заповедник. – Идем, погуляем. Я оглянулась, ожидая, что Глеб Степанович отправится следом за нами, но мой телохранитель остался стоять на крыльце. Пожав плечами, я решила не ковыряться в непонятной мужской логике и спокойно перебирала ногами, пока меня тащили в лес. Иван притормозил лишь за калиткой и, обняв за талию, приноровился под мой шаг. - Ты так и не ответила на вопрос. – Напомнил он мне. Я фыркнула. - Я же не спрашиваю, спишь ты сейчас с кем-то или нет. – Его рука, что прижимала мое тело к его боку, меня совершенно не смущала. Наоборот, так тепло стало. Безопасно. - Не сплю. – Отрезал он. – Отвечай, а то я найду этого барана и вытрясу из него все, что хочу знать. – Спокойно известил он меня о своих планах на будущее. – И не факт, что он после этого выживет. У меня почему-то появилась уверенность, что он именно так и сделает. - С Александром у нас ничего нет, кроме деловых отношений. – Пришлось признаться. – Но я не понимаю, почему тебя это волнует. Ты же всю неделю молчал и на горизонте не появлялся. – Высказала я ему свои претензии. - Думал. – Коротко отрезал он. Я покосилась на своего спутника, рука которого принялась неосознанно гладить меня по спине. - О чем? – Не сдалась я. А что? Ему же можно меня допрашивать, угрожая покалечить другого человека. - О нас. – Сознался он и остановился посреди тропинки, развернувшись ко мне. Я облизала пересохшие губы, чувствуя, как бешено принялось колотиться мое сердце. - И что надумал? – Спросила, прежде чем прикусить себе язык. Его рука все так же гладила меня вдоль позвоночника. - Ты есть хочешь? – Неожиданно спросил он. - Хочу. – Смело ответила я. - Тогда, мы идем ко мне. Ужинать. – Отрезал этот непонятный человек и снова повел меня по тропинке. Я чуть улыбнулась. Особенно весело мне стало, когда я заметила, что Иван сегодня надел рубашку и брюки. И почему я этого раньше не заметила? - Это свидание? – Спросила я после пятиминутной тишины. Молчать с ним оказалось очень уютно. И странно. - Да. – Грубо отрезал он. – И ты больше не будешь встречаться со всякими там…. Я совсем развеселилась, понимая, что буду дергать этого тигра за усы до победного. - Влюбился что ли? – Беспечно усмехнулась, внутренне сжимаясь в ожидании его ответа. Иван посмотрел на меня прямо и открыто. - Не знаю пока. – Признался он с тяжелым вздохом. - Ясно. Просто ревнуешь, потому что махровый собственник. – Решила я. - Может быть. – Не стал отрицать он. – Так что там у тебя за история с пропавшей картиной? – На мой удивленный взгляд, ответил. – Глеб кое какие контакты у меня спрашивал, поэтому общую ситуацию обрисовал. Я кивнула, понимая, что дальше этого мужчины информация никуда не уйдет. Уж больно монолитным и цельным он казался. Весь состоял из принципов, которыми не мог поступиться. Это в нем мне и нравилось. Я коротко рассказала о возникшей ситуации. Иван прошелся ладонью по своей щетине и задумчиво спросил. - А ты им доверяешь? Яне своей и Баранову этому. – Спросил он. - Александру не очень. – Призналась. – Яне доверяю больше, чем себе. Поэтому и попросила ее поработать в этой конторе. Она кого хочешь на чистую воду выведет. Мужчина только хмыкнул и с задумчивым видом повел меня в показавшуюся из-за деревьев деревню. Его дом стоял за ангаром, спрятанный за тремя широкими кедрами. Если честно, то я счастливо засмеялась, увидев этот сказочный теремок. Такой он был…. Весь резной, с ажурными наличниками и красивыми резными ставнями. Перила лестницы были обрамлены чуть заметным узором. Я даже носом уткнулась в одну из балясин, стараясь разглядеть это чудо чудное и диво дивное. - Идем. Я зря ужин что ли готовил? – Возмутился хозяин дома, стараясь оттянуть меня в сторону двери. Ох, какая это была дверь. – Марин, я не шучу. Потом досмотришь. – Посерьезнел он. - Потом солнце сядет. Ай! – Взвизгнула я, когда меня просто забросили на плечо и внесли в дом. - В следующий раз досмотришь. – Мне по попе прилетел шлепок. Теперь понятно, что его сын весь в папеньку пошел. В доме оказалось не менее интересно. Здесь было столько авторской мебели…. - Как красиво! – Я зависла над каминной полкой, украшенной затейливым орнаментом. Я даже не сразу услышала, когда Иван подошел ко мне сзади и обнял, прижав к себе. - Ты сумасшедшая. – Вынес он вердикт, отодвинув волосы в сторону и поцеловав меня в шею. - Кто бы говорил. – Тихо ответила я, растворяясь в такой незатейливой ласке. - Мгм. – Невнятно согласился он. – Как ты думаешь, если мы оба ненормальные, стоит нам попробовать…? - Что попробовать? – Если честно, то у меня все мысли в голове перепутались. - Совпасть. – Он тихо рассмеялся и несильно укусил меня за загривок. У меня табун мурашек по спине промчался. Я прочистила горло и развернулась в его руках так, чтобы видеть на его лице все эмоции. А там столько всего было. Голод, жадность, ярость…. Нежность, ласка, страх…. - А разве мы еще не совпали? – Прошептала чуть слышно. - К черту ужин! – Прорычал он и впился в мои губы, унося в крышесносный поцелуй. Я таяла в его руках, отдаваясь его жадному стремлению обладать, подчинить, подарить удовольствие. Его нетерпеливые пальцы стянули с меня лямки сарафана, а сама я неожиданно оказалась сидящей на каком-то столе. Но все это было неважно. Лишь бы он и дальше прикасался ко мне так, как будто от этого зависела вся его жизнь. Моя так точно зависела. - Кхм! – Пробилось сквозь мое замутненное сознание. – Я, конечно, все понимаю. Не маленький уже. Но я теперь могу обвинить вас в развращении несовершеннолетних. Иван оторвался от моих губ и удивленно оглянулся, полностью закрывая меня от чужого взгляда. - Тимка! Пшел отсюда! – Рыкнул он. Я же в это время быстро натягивала лямки сарафана обратно на плечи и поправляла подол. - Еще чего. – Протянул непослушный парень. – Тут так интересно. Я почувствовала, что сейчас Иван схватит ребенка и надерет ему уши. - Вань, стой! – Спрыгнула со стола и прижалась всем телом к разозлившемуся мужчине. – Не трожь ребенка. Он молодой и глупый. Надо просто подождать, когда поумнеет. Тимка удивленно посмотрел на меня. Потом на отца. Потом снова на меня. - Не смотри на нее. – Рыкнул Ваня. Его сынок ехидно улыбнулся. - Должен же я на будущую мачеху посмотреть. Слышь, бать, а она мне уже нравится. Не дала меня в обиду. Тебя вон как держит… в руках. – Хмыкнул подросток. – Авось, перевоспитает нас, если не сбежит, как мать. Я почувствовала, как Ваня рядом со мной окаменел. - Тимка! – Рявкнула и пошла в наступление. – Совсем с ума сошел. – Подошла к парню и, подпрыгнув, дала ему «леща». - Ай! – Возмутился ребенок и возмущенно на меня посмотрел. – Ты чего дерешься все время. - Потому что ты за языком не следишь. Вот и перевоспитываю. – Я коварно улыбнулась. – Хочешь, еще немного побью? - Злые вы! Уйду я от вас! – Он крутанулся на пятках и вылетел из дома, громко хлопнув дверью. - Охренеть! – Высказался Иван, удивленно глядя на дверь. – Обычно он женщин из дома всех выгонял. А тут сам сбежал. - Ты водил сюда женщин? – Взвилась я на ровном месте. Ваня теперь с удивлением уставился на меня. - Что? Нет. Клиентки иногда за заказом приезжали без звонка. – Покаялся он. – Да деревенские сами приходят обычно, если что-то надо починить. Я кивнула, но всем своим видом показала, что не поверила. - Ты что-то говорил про ужин. – Холодно напомнила ему. - Ревнуешь? – Растянул он губы в улыбке. - Нет. Думаю, что надо будет завтра с Александром встретиться. По деловым вопросам, разумеется. – Парировала я. Ваня победно улыбнулся и прижал меня к себе. - Ты действительно злая. Надо срочно тебя кормить. Вдруг, подобреешь.