Глава 5. Мирабель

Дракон, которому я доверилась, даже не посмотрел на меня, когда нехотя скинула пропахшую похотью простынь и потянулась за предложенным мне платьем. Черное, полностью закрытое, чудовищно длинное… Оно казалось спасением. Жутким, жарким и неудобным спасением.

Радовало, что Эрриан отослал братьев. Тот рыжий точно не отвел бы глаз. У меня мурашки по всему телу от одного его взгляда. Мужчина будто имел меня во всех мыслимых и немыслимых позах, и от этого цепенело тело. Другой, очень похожий на моего преподавателя зарубежной литературы, который постоянно ходил в очках, смотрел на меня, как на любимую сестру. И это тоже будило неловкость.

Этот же…

Я оправила платье и осторожно покосилась на мужчину. Он перебирал какие-то склянки на тяжелом столе из цельного куска дерева. Дракон был хорош! Статен, изящен, и в то же время каждое движение наполнено силой, будто передо мной не человек, а зверь.

О чем это я?

Передо мной не человек! Возможно, самый опасный хищник этого мира. Стоило вспомнить, как ужасные чудовища скулили, как побитые щенки, едва Эрриан просто смотрел на них, и по спине прокатывалась волна холода.

Когда мужчина, будто ощутив мой пристальный взгляд, повернулся, я почти задохнулась от его пронизывающего внимания. Меня словно просветили неким иномирным рентгеном. Казалось, от этого существа невозможно что-то утаить. А стоило Эрриану направиться ко мне, я и вовсе перестала дышать, страшась, что он прочтет мои мысли.

Но, наравне со страхом, во мне росло тепло. Оно разгоралось, грозя захлестнуть меня волной невыносимого жара незнакомых до этого момента чувств. От которых алели щеки и где-то внутри в томительном напряжении закручивалась пружина.

Эрриан силой усадил меня на кровать. А в моих мыслях воцарился хаос. Меня купили, как вещь! Купили после того, как я мастурбировала на потеху зрителям. После того, как потеряла веру в мужчин, а мое сердце оказалось разбито вдребезги.

Воспоминание о Тео полоснуло по груди отрезвляющей болью, заново воскрешая весь ужас, который мне пришлось пережить. Я сжалась на чужой постели, которую дракон назвал моей. Эрриан же задрал подол платья и, обнажив ногу до бедра, обхватил щиколотку длинными изящными пальцами. Я прошептала немеющими губами:

— Что вы собираетесь сделать?

— Исцелить, — выгнул мужчина бровь.

Осмотрев рану на стопе, зубами вырвал пробку из маленькой бутылочки темного стекла.

— Ну конечно! — облегченно воскликнула я. — Не стали бы вы меня одевать перед тем, как… А-ай!

Дракон, крепко сжимая мою щиколотку, с непроницаемым лицом лил на мою ранку вонючую жидкость коричневого цвета. Мало того, что она жутко пахла, так еще и жалила сильнее йода. Я извивалась и пыталась освободиться, но Эрриан держал крепко. А когда разжал пальцы, я торопливо забралась на кровать с ногами и отползла в темный угол.

— Мне же больно!

— Хм, — неопределенно ответил он и вернулся к столу.

Я же обхватила свою щиколотку и, развернув стопу так, чтобы подуть на ноющую ранку, обнаружила лишь гладкую кожу. Пореза словно никогда не существовало! Лишь ногу в том месте, где он недавно был, слегка саднило.

— Вот это да! — восхитилась я. — Вы меня вылечили. Круто… То есть, спасибо.

— Хм.

Я поджала губы: какой разговорчивый! Но мне нужно выяснить, в каком я положении оказалась и что теперь от меня потребуют. Впрочем, это и так ясно. Важно, кто из трех мужчин будет моим… Даже мысленно я не могла произнести слово «хозяин», все мое существо сопротивлялось одному предположению.

Но стоило Эрриану уйти, я ощутила неприятный укол в груди. Даже слова не сказал. Не посмотрел и… не захотел? Я похлопала себя по щекам. Что за мысли? Может, Тео подсыпал мне какую-то гадость в еду или питье, чтобы я была более послушной и податливой? Попыталась вспомнить, что же принимала, как сразу пришел на память удушающий запах роз. Точно, я вдыхала яд! Наверное, теперь розы буду всю жизнь ненавидеть.

Значит, возбуждение — это следствие отравления. Хорошо, что я не надышалась сильнее, а то сама запрыгнула бы на Эрриана. Стыд какой! Вот бы дракон посмеялся над моими жалкими потугами соблазнить его… Судя по виду, женщины ему прохода не дают, так что могу предложить я — девственница с разбитым сердцем?

Я медленно сползла с кровати и осторожно ступила на прохладный пол. Место раны перестало саднить, а стопа ощущалась, как здоровая. Ничего не оставалось, как поддаться любопытству и подойти к столу. Перебирая странные склянки, осматривала комнату, которую дракон назвал моей.

Здесь жила женщина. В воздухе витал ее запах — аромат душных лилий и сладкой пудры. На полках лежала ее одежда… Это беспокоило больше всего. Если бы я уезжала, даже в спешке, то взяла бы с собой хоть часть вещей. Здесь же все выглядело так, будто прежняя хозяйка комнаты просто однажды исчезла.

Во рту пересохло, по спине пробежался холодок.

— Прекрати, Мирабель! — строго приказала я себе. — Это не сказка о Синей бороде… Черт! Похоже, что это нечто намного хуже. Что же теперь делать?

Впрочем, долго страдать я не умела физически. Через некоторое время, проведенное в жалости к себе несчастной, которую бросили, растоптали, унизили… уверенно вытерла щеки и направилась к двери. Надо срочно поговорить с Эррианом в обстановке, где не будет и намека на кровать. Там дурман не возьмет надо мной верх, и я смогу сопротивляться навязанным желаниям.

Но дракона я не обнаружила ни в огромной столовой, где стоял длинный украшенный серебряными подсвечниками стол, ни в шикарной библиотеке, — столько книг я не видела даже по телевизору! И в просторном холле мужчины тоже не было.

И тут мой взгляд приклеился к чудовищному полотну на стене. Огромная картина в тяжелой золоченой раме поражала жестокостью изображенных на ней сцен. У меня мурашки побежали по телу, сердце заколотилось, как при беге, изо рта вырвался то ли вздох, то ли стон.

И тут открылась дверь. Я, было, обрадовалась, что пришел Эрриан, но ко мне уже приближался рыжий мужчина с бесстыдным раздевающим взглядом и манерами завзятого ловеласа. От одного его присутствия все внутри сжалось в панике. Захотелось сбежать и укрыться. Но я осталась стоять на месте. А куда мне бежать?

— Картина называется «Бой за межмирье».

Голос его был обволакивающим и сладким, будто липкий мед, в который попала муха, и нет шанса вырваться.

— Наш, ваш, — выводил мужчина, пронзая меня красноречивым взглядом, — Верхний, Нижний… То есть, уже четыре. Помочь?

Я машинально прижала ладонь к груди. Щеки мужчины немного покраснели, глаза приобрели оттенок заката, и вертикальный зрачок в них немного замерцал алым. Или мне это кажется…

Губы мои шевельнулись:

— Я буду кричать.

Уголки его губ приподнялись: мужчине нравился мой страх. А еще он знал, что я нахожу его привлекательным. Да и как иначе? Лица всех трех драконов настолько совершенны, что художники передрались бы за право рисовать с такой натуры. Но спать с ним я не хотела.

А вот его желание ощутила весьма отчетливо. Кое-что очень твердое, будто каменное, уперлось мне в бедро, когда Акзэл обнял меня. Смотрел при этом, как на куклу для утех, как на игрушку, и это придало сил. Я разозлилась и, притворившись податливой, двинула его изо всех сил. Когда прекрасное лицо мужчины исказилось от боли, бросилась куда глаза глядят. Бежала, пока не выдохлась.

Запыхавшись, забилась в угол и опасливо огляделась. Тоскливо прошептала:

— Что же делать? — то, что только что сказал мне Азрэл, повергло меня в шок. Я думала, что меня купили для одного. Неужели, они все трое будут… Спина похолодела. — О, нет… Что это?

Взгляд остановился на приоткрытой дверце, по периметру которой вырывался яркий свет. Будто в подвале, куда явно вел этот скрытый от посторонних глаз ход, горели прожектора. Я встрепенулась в надежде. Может, Эрриан там? Все лучше, чем этот нахальный Акзэл.

Потянула на себя холодную кованую ручку.

Прислушиваясь к тишине, я зашагала по ведущим вниз каменным ступенькам. Щурясь от яркого света, касалась стен, чтобы не упасть, как ощутила, что лестница закончилась. Здесь было еще светлее, чем наверху, глаза нестерпимо жгло, я почти ничего не видела, но упрямо двигалась, выставив руки.

— Эрриан, — позвала осторожно. — Вы здесь? Мне нужно с вами поговорить… Можете уделить мне минутку?

Пальцы наткнулись на что-то бархатистое и теплое. Я обрадовалась. Может, это плащ дракона? Радость улетучилась, когда я вспомнила, что мужчина скинул его в холле.

С трудом проморгавшись, я кое-как привыкла к свету. Я оказалась в просторном помещении с голыми стенами, которые сходились аркой где-то вверху, откуда и лились сумасшедшим потоком болезненно яркие лучи. Они обрушивались на большую статую, которую я сейчас и трогала…

Все бы ничего, только это был огромный мужской орган.

Я отдернула руки и со смесью удивления и гадливости обошла скульптуру. Казалось, что фаллос выполнен из камня, но на ощупь совершенно не так. Меня пробил нервный смех: драконы поклоняются члену? Может, они «голубки»? То-то ни старший, ни младший на меня, как на женщину, и не посмотрели.

Тогда слова Акзэла о том, что братья «присоединятся к пиршеству», открылись мне с другой стороны. Неужели, среди драконов лишь рыжий — мужчина? А другие… как бы это помягче?

И тут на шарообразных частях детородного органа, что расширялись внизу «скульптуры», я заметила странные бордовые разводы. Сердце ухнуло в ребра и сбежало в пятки, улыбка растаяла. Стало не до сексуальных пристрастий драконов.

Кровь?

Я вспомнила о пустой комнате, где явно некоторое время жила женщина. А что, если эти «члены» секты приносят каменному уродству человеческие жертвы?

Рухнув на колени, я потянулась к пятнам и прикоснулась дрожащими пальцами к ненормально теплому камню. Надо проверить. Вдруг это вино. Или же соус… Глупость. Все равно нужно знать точно — что это.

Потерев бархатистую поверхность, я согнула руку в локте и медленно прижала к губам кончики пальцев. Металлический и солоноватый привкус рассеял последние сомнения.

Это точно кровь!

От охватившего меня ужаса я не сумела подняться. Даже просто шевельнуться. Продолжала сидеть у каменного изваяния и прижимать пальцы к онемевшим губам.

Конечно же! Эти красавцы явились на аукцион не за девкой для развлечений, а за жертвой. И лишь рыжий был не против поразвлечься с покупкой. Напоследок…

Свет медленно померк. Кажется, я потеряла сознание. Тогда почему все еще осознаю себя? И тут зазвучал голос. Он был во мне и вокруг, дребезжал, будто бьющееся стекло. И от него некуда было скрыться.

“Дайна!”

Может, мне это снится? Точно, я сплю. Иначе как объяснить то, что я не ощущаю своего тела, но слышу низкий и хриплый незнакомый голос?

“Ты пришла, моя невинная дайна. Я так долго ждал тебя!”

Голос причинял боль, но я не могла сказать, что именно ныло. Даже пошевелиться не могла, чтобы хоть как-то избежать неприятных ощущений.

“Подчинись мне, дайна, — продолжал истязать меня голос. — Не сопротивляйся”.

И я сдалась. Во мне будто что-то сломалось, голос словно завладел мной полностью. Стал мной! Он все еще звучал, но я уже не испытывала неприязни.

“Иди и отдайся ему, дайна. Завладей его сердцем и освободи меня!”

Темнота растаяла…

Я увидела лицо. Что это было за лицо? Я не понимала — различала лишь светлое пятно. Но при этом была уверена, что мужчина передо мной — самый прекрасный во всех мирах.

И я хотела его. Так приказал голос. Желание было нестерпимым, как огонь.

Таким, что я схватилась за стройный торс, будто за дерево над бездонной пропастью. Прижалась губами к его холодным губам. Было абсолютно все равно, что на поцелуй ответа не последовало. Я ласково заскользила ладонями по мускулистой груди, ловко просунула пальчики в брюки. Обхватив напряженный член, довольно улыбнулась. Не так уж дракон холоден, как хочет показать!

— Возьми меня! — собственный голос показался мне чужим. — Прямо сейчас.

Я не могла толком разглядеть лица мужчины, но была уверена, что это Эрриан. И от одной мысли, что он хочет меня, что возбужден, внизу живота разгорался пожар. Похоже, газ, которым я надышалась по вине подлого Тео, окончательно снес мне крышу. До странных галлюцинаций и голосов в голове…

Да плевать! Я будто спрыгнула с высоты. Невероятное ощущение полета кружило голову, в венах, казалось, текла лава, адреналин щекотал нервы. Я уже была на грани!

Нежно провела пальцами по атласной коже члена и сладко простонала:

— Как же приятно ласкать его… Но я хочу большего! Я жажду ощутить тебя в себе.