Глава 33
Банкет. Платье. Замуж. Она замуж? В пятницу? В белом платье? Как это получилось? Она же не за этим ехала и не это имела в виду, и вообще…
- Ты бы знакомой своей позвонила, - участливо подсказал Матвей. – Мы тут решаем, а может, это невозможно.
Роза кивнула, как болванчик с блошиного рынка, набрала номер знакомой, та удивилась, но ответила, что в пятницу никаких проблем не будет, только время неудобное, на десять утра. Вот в субботу – никак. А в пятницу, в десять – пожалуйста.
Роза согласилась и на десять утра, и на крики в телефонную трубку Альбины. Та визжала матом, что само по себе невиданное событие, что так не делается. Где она, Альбина, за несколько дней найдёт Розе платье?
«С ума вы там посходили, что ли?!» - орала в трубку Альбина, а уже к ночи стояла на пороге собственной квартиры, держа в одной руке Олесю, а в другой список необходимых покупок, адреса портних и ателье готового свадебного платья. Рядом топталась растерянная, при этом выглядящая неприлично довольной мама, которой была поручена великая миссия - заниматься воспитанием внучки, пока Альбина устраивает свадьбу старшей сестры.
- Ты хоть понимаешь, что так не поступают? – заламывала руки Альбина, таща очередное платье одуревшей в примерочной сто пятого по счёту ателье Розе. – Ненормальная! И Розенберг твой такой же!
- Да я вообще не поняла… - бубнила Роза и только растерянно хлопала глазами, как кукла-неваляшка в руках ребёнка, решившего её принарядить.
Вот она сидела в кабинете Матвея Розенберга и выговаривала ему, подчёркивая свои интересы и даже его, личные. Вот Матвей улыбнулся в ответ, что-то проговорил про секс в свадебном платье, запуская порнографические ролики в воображении Розы.
И вот Роза уже покорно плетётся за Альбиной и выбирает себе платье, обувь, чулки с подвязками и даже бутоньерку для Матвея.
Она же не собиралась замуж? Или собиралась? Если бы Роза не была так глупо счастлива, она бы ощущала себя козой на закланье, за которую всё решили. Сопротивляться и отказываться совсем не хотелось.
Матвей тем временем пропадал целыми днями на работе в клубе, ссылаясь на дела, которые непременно надо сделать до вынужденного отпуска. Правда несколько раз он звонил из магазина, где мама, Нелли Борисовна, пыталась купить свадебный костюм сыночку. Судя по голосу Матвея, в восторге от происходящего он не был, пришлось в итоге Альбине нестись на другой конец города и решать и этот вопрос.
В среду Роза наконец-то встретила своего жениха в аэропорту Пулково, несколько дней они провели в одном городе и даже не виделись толком, пару раз перекусывали в кафе между делами и неслись дальше устраивать неожиданную свадьбу или решать юридические вопросы с базой отдыха «Русский богатырь». Роза не могла перестать улыбаться, как шальная, при встрече и весь путь домой, на курорт.
В тот вечер, они наконец-то доделали то, от чего оторвались на диване в кабинете директора детско-юношеского спортивного клуба «Русский богатырь», когда Роза решилась высказать свои сомнения Матвею. Целую ночь со среды на четверг они сходили с ума, уже по устоявшейся традиции, в домике номер десять.
Утром Роза думала, что не сможет пошевелить конечностями и поднять попу от матраса. Заставила себя забраться в прохладный душ, но и бодрящие струи воды не охладили пыла будущего мужа, решившего охладиться за компанию с Розой. Охлаждались они долго и чуть было не опоздали в аэропорт встречать родных и близких, прилетевших на их собственную свадьбу. Ошарашенные бабочки начинали понемногу шелестеть крыльями, и Роза вспомнила, отчего они шизофренички. Они бились почти в религиозной экзальтации. В отличие от Розы и подсознания, бабочки были счастливы и танцевали канкан.
Встречали родных Матвея. Прилетела бабулечка Идида Яковлевна, отец Матвея и Михаила Леонид Львович, мама Нелли Борисовна, и даже Верочка Абрамовна решила посетить свадьбу Матвея. Она никак не могла пропустить столь важное событие в жизни своей подруги Нелли Борисовны. Прилетела даже Риточка – «чудесная девочка», что нисколько не смутило Розу. Риточка действительно была чудесной и девочкой, если не в физиологическом смысле, то в эмоциональном. Именно так её воспринимал Матвей и сама Роза.
Этим же самолётом прилетела мама Розы с Альбиной и щебетавшей, как довольная птичка, Олесей. К вечеру прибыли приятели Матвея, в том числе и Серёга Витальевич, он же златовласик, и первым делом спросил, здесь ли Рита. Матвей утвердительно кивнул, а Серёга Витальевич растёкся в довольной улыбке. Матвей смерил тренера взглядом, но от комментариев воздержался. И, наконец, заявился Михаил с заспанными Светиком и Даниилом, троица прилетела из Парижа, где встречались с Софой и гуляли в Диснейленде. К ужину все были в сборе.40393c
Компания подобралась разномастная, разновозрастная и шумная. Дети, обрадовавшиеся встрече, были возбуждены предстоящим событием, особенно девочки. Олеся восторженно разглядывала свадебное платье Розы, а Светик всё норовила внести конструктивные изменения в покрой с помощью ножниц. В итоге платье пришлось спрятать на ресепшене, который демонстративно закрыли, а девочек отвлечь игрой с Моней.
Моня отлично справился с поставленной задачей. Пёс катал малышню на санках по базе, пробивал мощной грудной клеткой остатки снежной крепости, построенной Олесей в недавней приезд с мамой. Всё это под присмотром Виктора, наедине детей и кавказца всё же не оставляли. Вся компания, начиная с бывшего военного, заканчивая псом, была довольна друг другом и происходящим.
Альбина бегала по базе, как заведённая, снося всё на своём пути, превращая помещение столовой в банкетный зал, а территорию базы в сказочную страну. В ход шли подвесные фонарики, светящиеся гирлянды, цветы. Роза только закатывала глаза и подсчитывала, сколько же стоит эта роскошь. Вопрос украшений базы Альбина не посчитала нужным обсудить с Розой, а той было неудобно устраивать допрос при гостях. Будь, что будет! Она уже выходит замуж! И делает это в белом платье, с размахом!
- Дай ребёнку наиграться, - спокойно говорил Матвей. – Смотри, как красиво получается. Сама же впоследствии будешь довольна, есть что показать и рассказать детям, - отметил и улыбнулся.
- По поводу детей, - Роза встрепенулась. Не лучшее время для разговора, но лучше обсудить всё до свадьбы, чем потом расхлёбывать разочарования. – Понимаешь, я почему-то не беременею…
- Я заметил, - кивнул Матвей. – У нас проблемы? – нахмурился и посмотрел в глаза.
Розе стала не по себе от внимательного взгляда, но глаза она не отвела. Причин не обсудить этот вопрос у Розы не было… Больше никаких недомолвок, приняла она волевое решение!
- Нет, не было. Я не знаю. Но вроде как должна бы забеременеть уже, нет? А я…
- Во-первых, давай-ка не будем паниковать раньше времени, а во-вторых, хочу, чтобы ты знала, дети для меня не обязательная составляющая брака. Брак – это союз двух взрослых людей, любящих друг друга. Если появляется ребёнок – хорошо. Нет – значит, нет. Не забивай себе голову ещё и этим, хорошо? Если в течение года не получится, сходим к врачу вдвоём, для собственного спокойствия я бы попросил тебя посетить доктора в ближайшее время, если давно не была, но прямо сейчас давай не думать об этом.
- Хорошо, - согласилась Роза.
И правда, чего это она? Наверное, нервы. Вот и мерещатся подвохи на каждом шагу. Вот и от разговора с Нелли Борисовной Роза не ждала ничего хорошего, а его не получалось отложить или вовсе отменить, как и само существование этой женщины.
Нелли Борисовна наступала на Розу в её же комнате, и та ощущала себя мышкой в клетке, которою зажали в угол и того и гляди сожрут. Поглотят со всеми потрохами, страхами, бабочками и подсознанием.
- Вы в положении, Розалия? – без обиняков спросила Нелли Борисовна и уселась на стуле, перекрыв доступ к двери, если Розе вдруг пришло бы в голову сбежать.
- Нет, - Роза покачала головой.
- Тогда к чему такая спешка? Вы почти не знакомы с Матвеем, и вдруг свадьба!
- Ну… это для дела, - пробурчала Роза, не зная, как объяснить спешку матери Матвея.
«Я не верю вашему сыну и поэтому выхожу за него» или «Мне невыгодно заниматься строительством базы отдыха для спортивного клуба вашего сына без штампа в паспорте». Розе бы точно не понравилась такая формулировка. Сына у Розы не было, но понимание, что не понравилось бы – было. Ясное понимание. Без разночтений.
- Милая, - Роза услышала знакомое «милая» и вздрогнула. – Для какого дела женщине необходимо выходить замуж? Замужество крайне невыгодное предприятие для женщины, тем более в это прогрессивное время.
- Выгодное, в некоторых случаях. Уж точно выгодней, чем потерять часть собственного имущества, а также собственные силы и время, - Роза невольно ощетинилась. Невыгодное предприятие! Может, и невыгодное, но слышать такое накануне собственной свадьбы – обидно!
- Вы не хотите мне поведать? – Нелли Борисовна приподняла в удивлении брови.
Удивительно. Матвей и Михаил – близнецы, с абсолютно одинаковыми чертами лица, ростом, строением тела, при этом Матвей похож на отца и бабулю, а Миша – копия матери. Одинаковое выражение лица. То ли насмешливое, то ли высокомерное.
И Роза поведала. Коротко. В нескольких словах. Не надо думать, что её осчастливили этим браком. Не очень-то Роза и хотела, просто пришлось. Ради дела, естественно!
Нелли Борисовна молчала, как воды в рот набрала.
- Нет, я люблю Матвея, - добавила Роза, вздохнув. – И верю. Но в наше, как вы сказали, прогрессивное время, женщине приходится быть начеку, - Роза вздохнула. Вполне искренне. Ей тоже, время от времени, хотелось не думать обо всех кодексах и законах Российской Федерации, а просто жить с любимым человеком, наплевав на всё и вся, но это слишком большая роскошь для Розы Ивановой. А тем более, если она всё-таки забеременеет! Уж о собственном ребёнке, даже будущем, гипотетическом, Роза позаботиться должна. Обязана! И она позаботится!
- Что ж, - наконец произнесла Нелли Борисовна. – Вы мне нравитесь, Роза! – улыбнулась и прижала к себе с такой силой, что Роза едва не задохнулась. – Люблю людей дела, вы – явно такой человек, вам я могу доверить моего мальчика! Не стану скрывать, меня бесконечно печалит ваша национальность, я видела супругой Матвея еврейскую женщину, но у нас ещё есть Миша и, главное, Светочка, а вы, Роза, прекрасно подходите Матвеюшке, а главное – моим внукам! - Нелли Борисовна продолжала прижимать к себе Розу, потряхивать её одобрительно по плечам, потом резко отпустила, Роза едва устояла на ногах. Затем Нелли Борисовна хлопнула себя по коленям знакомым жестом, тут же направляясь к выходу, прекращая беседу в одностороннем порядке.
Итак, Роза не еврейка – что, конечно, минус, но отстаивает свои интересы – что, бесспорный, плюс. По итогам не так и плохо. Если это и имеет значение. Матвей никогда не спрашивал национальность Розы, она и сама не очень-то интересовалась ею.
Родилась Роза в дальнем военном гарнизоне, потом жила в одном из самых космополитичных городов мира, впоследствии переехала на юг России, в сердце Северо-Кавказского заповедника. Роза везде была на дружеской волне, с уважением относилась к чужой культуре, не выпячивая свои традиции или особенности, которые есть у каждого человека и каждой семьи, без исключений.
К десяти утра Матвей, Роза и разномастная компания приехали к местному ЗАГСу. Церемония прошла быстро, регистраторша отчитала положенные слова, молодожёны обменялись кольцами и поцелуями под аплодисменты родственников и торжественную музыку, льющуюся из динамиков. Розе всё время хотелось смеяться и лишь изредка плакать. Она расписалась, где полагается, Матвей расписался там же, потом свидетели оставили росписи, подтвердив свободное волеизъявление брачующихся.
Свидетелями стали Михаил и Альбина, та светилась, как новогодняя ёлка, грозя своим красным платьем затмить невесту. Впрочем, вряд ли бы у неё это получилось, Роза почувствовала такой прилив счастья, что не могла перестать улыбаться, а то и подпевать музыке. Щёки у неё горели от естественного румянца, перебивая безупречный макияж, нанесённый ей Альбиной, а фривольности, которые шептал на ухо Матвей всю дорогу до ЗАГСа, заставляли сверкать глаза небывалым блеском.
Она любила человека, за которого выходила замуж. В окружении любящих людей, тех, кого любит она или ещё полюбит. Обязательно.
Брачная ночь ей обещала много приятных мгновений! Много-много-много! Если, конечно, к тому времени она сможет двигаться, потому что у Альбины был план на свадьбу сестры, и фотоссесия в горах – только самое, самое начало безумного, счастливого и красивого дня.