Глава 20. Зелье, да не то

— Джиник, ну Джиниусик, ну Джиниус Квадро I, ну пойдём со мной плавать, — канючила я, стоя у кромки воды. Тот смеялся, но в воду лезть отказывался, мотивируя тем, что чистый.

— Вот утащат меня подводные жители, что делать будешь? Куда побежишь? Что родным скажешь? — кувыркнувшись на большом одеяле, уставилась снизу вверх на джинна.

В своём мире на пляже я была только в детстве. Красивые лежаки, белые столики кафе с вкусным мороженым. Решив вспомнить детство, утянула джинна вниз, к реке. Благо, в чемодане лежало пять новеньких купальников на любой цвет и вкус.

Рядом сидел медведь в расслабленной позе, опираясь на лапы и подставив морду солнышку.

— Ах так, всё, беру с собой медведя, сейчас ему нитки подтяну, подошью и пойдём купаться. А нет, лучше, правда, оживлю. Сейчас, сейчас… — роясь в сумке, вытащила неопробованное зелье. Подтянула нитки на доверчивом медведе. — Ты не бойся, больно не будет, ты же плюшевый. Мы, конечно, его ещё не испытывали, но думаю, что всё пройдёт удачно. Капну на всякий случай две капельки.

— Констанция, дай я попробую, ты кулон перемещения испытывала, сейчас моя очередь, — джинн потянул на себя флакон, но не рассчитал и дёрнул сильнее, чем требовалось. Флакон подлетел вверх и, переворачиваясь, разбрызгал всю жидкость вокруг себя. Больше всего попало на ошарашенного медведя.

— Что мы наделали?!

Вокруг творилось светопреставление: вырастали новые деревья, трава, цветы.

— Но такого не может быть, мы капнули только рядом, и только на медведя. Констанция, ты какие ингредиенты туда сыпала? Да и потоков жизни столько у нас не было… Да их нигде нет в таких количествах.

Я крутилась на месте, восхищённо хлопая в ладоши:

— Вы только посмотрите, мы изобрели не оживляющий, а омолаживающий эликсир. Это великолепно, как в сказке, когда великан Крокодо, взяв волшебную кисть, обновил цвета своего мира. Мы волшебники! — крутилась я, размахивая рукой и фантазируя, что в руке держу волшебную кисть, и я фея, которой подвластно всё.

— Хватит веселиться, собирай вещи, загадывай желание, пора убираться из этого мира, пока Академический мир не послал сигнал о помощи в Технический узел. Ой, и достанется нам за эксперименты от твоего деда, если не успеем переместиться.

Я остановилась и осмотрелась вокруг. Выросли новые деревья, песок блестел отполированными песчинками, вода реки была небесно-голубого цвета, все дома вокруг не только обновили цвета, а стали новенькими, как в день постройки, даже заборчики радовали взгляд обновлённой покраской.

— Но что мы сделали ужасного? Наш эликсир провёл капитальный ремонт, если не этого мира, то квартала точно. На что им жаловаться? Спасибо должны сказать. Не буду тратить желание.

— Спасибо, Констанция Ангелина Аника фон Чистосвет, от всего Академического мира, а особенно от меня, — услышала я детский голос.

На одеяле сидел маленький ребёнок лет пяти, одетый в смешные штанишки с подтяжками. Белая панамка прикрывала большие уши.

— Хочу вас уверить, как дух Академического мира, что обновления произошли повсеместно. Так как я и есть мир. Будь во флаконе капель на десять больше, — засмеялся малыш, — и вам пришлось бы менять пелёнки младенцу, а все академии были бы на стадии строительства. Только в этом случае мне пришлось бы просить помощи. Спасибо, Констанция, я чувствую себя таким молодым, полным сил! Ух, сколько свершений ждёт меня!

Малыш подбежал, я присела и распахнула руки для объятий.

— Все миры благодарны тебе, Аника, богиня разрушения, за спасение мира Белых чешуйчатых бабочек. Мы же думали, что он погиб, когда сигнал прервался. Мы чувствуем друг друга, как братья-близнецы. И тут случилось чудо, прошло десять лет, и его голос прорвался в эфир, долгожданный голос маленького брата. Сейчас мир поправился, бабочки наполнили его, благодаря кудесникам плетения. Но для полного восстановления, так как там не проживают магики, поэтому нет императора… Если более коротко, то в нём сейчас карантин, пока полностью не восстановится. За ним присматривают кудесники.

— Это вам спасибо, что вы (миры) так прекрасны и неповторимы, — по моим щекам текли слёзы счастья. — Я хочу увидеть чудеса, и я обязательно заработаю на путешествия сама, без чьей либо помощи.

— Познакомились, поплакали, и хватит, пора собираться, — ворчал чем-то обеспокоенный джинн. — Нам ещё гостиницу искать.

— Не нужно гостиницы, я приглашаю вас к себе в гости, выбирайте любую академию, я встречу вас у ворот. А пока должен откланяться: срочное совещание у императора, — и малыш исчез, растворившись в дымке.

Джинн собирал вещи, а я открыла брошюру с перечнем академий и выбрала самую престижную. С картинки на меня смотрело старое величественное здание с огромными серыми шпилями, вершины которых венчали флаги.

— Едем сюда, и я докажу им всем, что могу создавать великие зелья.

— Кому «всем»?

— Профессорам, что не рассмотрели во мне искру таланта.

Джинн замер, будто к чему-то прислушиваясь, нахмурился и произнёс:

— Констанция Ангелина, у меня плохое предчувствие, должна случиться беда. Ты извини, но я настаиваю, чтобы мы на время покинули этот мир, причём немедленно. Загадывай желание.

Я внимательно на него посмотрела. Особым умением Джиниуса было чувствовать приближающиеся неприятности, но мне очень не хотелось тратить желание на перемещение.

— Может, всё же успеем на магогусенице уехать, на любой, в любом направлении? — с надеждой спросила я, хотя прекрасно понимала, что джинн не отступит.

— Смотри-ка твои друзья к нам спешат, а с ними полихранники. Констанция, быстро к реке, а я схожу, узнаю, что им нужно. Если подам знак, бросай вещи и беги в первую попавшуюся академию, дух мира тебя защитит и спрячет. Я постараюсь их задержать!

Напуганная словами джинна, я медленно начала отступать к воде, пятясь спиной.

От ресторана, размахивая руками, к нам шли огр, сафир и перевёртыш, почему-то в сопровождении двух полихранников.

Я внимательно следила за руками Джиниуса, боясь пропустить знак, и не заметила, как под ногами засветилась пентаграмма, и вихревая воронка, опутанная сетью, начала затягивать меня вниз.

Мои внутренности пронзила боль. В этот момент мне показалось, что кости сворачиваются, как при отжиме белья. Я закричала нечеловеческим ором. Последнее, что увидела, как ошарашенный джинн бросает магическое лассо с меткой, и в мою сторону несутся друзья.