Глава 22. Зубных дел мастер, наверное, рыдает от счастья

Со всех сторон раздалось громкое рычание, вой, земля содрогнулась от топота тысячи лап.

— А ты говорил, что их осталось совсем немного. Славно развлекусь. Не забудь, ты обещал жениться! — рассмеялась я вслед уходящему пирату. — И не вздумай возвращаться, храбрый воин, твоя смерть будет напрасной.

Костлявой рукой отряхнула балахон, сняла капюшон, распустила чёрные, как смоль, волосы, спрятала бантик в карман и, улыбаясь, стала ждать милые игрушки.

— Ой, а что это вы не подходите, неужели боитесь? Утю-тю, миленькие котосвёльчики, идите ко мне, я вас приглажу, пожалею. Никем не любимые, никому не нужные, все-то вас боятся.

Клыкастые твари, кружащие в пяти метрах от меня и чувствующие неограниченную силу, исходящую от меня, сели на задние лапы.

— Что уселись? Где ваш вожак? Жрать хотите, так нападайте, я всё же женщина, не мне делать первый шаг в наших непростых отношениях.

Раздался жуткий вой, и чёрная толпа клыкастых тварей расступилась, пропуская трёх огромных вожаков.

— Как интересно, у вас смотрю двоевластие. Даже нет, троевластие. Хотя, скорее всего, вы просто совсем недавно соединились в одну стаю. Есть-то нечего, а отношения, кто главнее, ещё не выясняли. М-м-м… тогда понятно.

— Умна, человечишка, да не совсем — одна вышла против орды.

Моя челюсть отвисла. Они говорили… пасть открывалась, показывая три ряда острых как лезвия зубов.

— Зубных дел мастер, наверное, рыдает от счастья, когда вы посещаете его кабинет. Часто зубки обламываете? Скорее всего, нет. Но сегодня всё поправим: и челюсть, и прикус, и зубы проредим. Подходите, зубной кабинет открыт для приёма.

От такого приглашения никто не отказался. Стая дружными рядами ринулась ко мне. Я вскинула руки, чувствуя жизненную силу тварей, их магические потоки, потянулась к ним, как голодный человек к краюхе хлеба, с жадностью проглатывая одного за другим. Первыми полегли вожаки стаи. За ними волнами первые ряды тварей, ещё не осознавших всей тяжести ситуации. И только после пятой сотни иссохших тел зубастые в страхе остановились, обеспокоенно прижали хвосты, не понимая, как я одна убила столько их сородичей.

«Опасность!» — красной кнопкой зажглось в их мозгах.

Я присела, склонив голову вниз, делая вид, что устала. Бегать за ними по полям мне ой как не хотелось. Я держалась из последних сил, чтобы не сорваться и не затеряться разумом в таких вкусных магических потоках, мысленно представляла перед собой лицо любимой мамочки. Моя уловка удалась, осмелевшие твари кинулись со всех сторон в надежде полакомиться такой доступной добычей.

Я быстро встала, балахон от резкого движения распахнулся, волосы словно намагниченные потянулись, удлиняясь в сторону опешивших агрессоров. Чёрные пряди не жалели никого, обхватывая и высасывая соки из животных. Балахон собирал и удерживал магию словно большой магический накопитель. Я понимала, что ещё немного, и я сдамся, потеряв над собой контроль.

— Всё хорошо, всё хорошо… Открой глазки, Констанция Аника, я тут, я с тобой.

Чёрный туман окутывал и убаюкивал меня, забирая лишнюю, но такую вкусную магию. Я дёрнулась: вот ещё, с кем-то делиться! Но чёрный туман только сильнее меня спеленал.

— Джиниус Квадро, — посмотрела я пьяными от магии глазами на молодого человека, — какой ты у меня красивый, статный. А твой торс, ты меня прямо смущаешь…

Потрепала костлявыми пальцами джинна за щёку.

Недалеко от меня шёл бой: мои друзья и военный отряд, состоящий из двадцати отборных воинов во главе с огром из приёмной комиссии, добивали оставшихся тварей.

— Может, и красивый, но не умный. Почувствовал беду, дал тебе отойти от себя, не прицепив метку, еле успел кинуть лассо.

Герб дома Чистосвет пульсировал на груди молодого человека, надписи на плечах Джиниуса перемещались с невероятной скоростью. Я прикрыла глаза, сейчас джинн распределял по этому миру ту магию, что забрал у меня.

— Не нужно, Квадро, ничего не получится. Мир мёртв, я его не слышу, твоя магия ляжет, словно пыль на землю.

Джинн остановился, подумал.

— Есть одно старое проверенное веками и сотнями джинов средство. Помоги мне, Аника, — с силой встряхнул меня неунывающий экспериментатор.

— Для тебя всё что угодно, красавчик. Ты успел, ты спас людей, что спрятались в подвалах. Спас, от меня, — с глупой улыбкой, пьяным голосом, сказала я.

— Так, сконцентрируйся, приложи руки к земле, собери в шар всю магию, что успела слопать, и направь точечным ударом вглубь мира, целься в ядро. Сейчас обратно волью в тебя магию, что успел забрать, приготовься, я тебя придержу. Второго шанса не будет. Очень надеюсь, что частичка духа успела спрятаться в глубине ядра.

Сконцентрировавшись, насколько это было возможно в моём весёлом состоянии, я, не жалея сил, шарахнула магическим шаром по ядру мира.

Громкий гул разнёсся по округе. Присели все, включая остатки тварей.

Мир сотрясался, волны магии пошли обратно от ядра.

— Он дышит, я чувствую его! — закричала я и икнула.