Глава 40. Вкусный чай

Говорят, что дождь — это слёзы богини, которая оплакивает своих детей. Одна капля — одна погибшая душа. Дождь смывает с души горе и боль, давая той переродиться в светлый солнечный день нежным младенцем.

По широкой аллее, не замечая дождя, неспешной походкой шла высокая девушка в чёрном балахоне, широкий капюшон полностью скрывал её лицо. До опушки леса оставалось пройти не более ста метров. В руке та, что была в балахоне, держала огромную клетку, закрытую плотной тканью, что не пропускала дождь.

Она остановилась, чего-то ожидая, подняла голову навстречу тёплым каплям и улыбнулась. В тот же момент на аллею выступили внушающие страх своим видом чёрные волкодлаки, ростом огромные, видом ужасные. Сделали несколько шагов в сторону девушки, поигрывая стальными мышцами под смоляной шкурой, и разом, зарычав, оскалили морды, вязкие слюни закапали из ужасных пастей. Они ждали, многого им не нужно было, только капельку страха. Пусть на мгновение испугается, и они кинутся, разорвут девчонку в клочья, сожрут плоть, а кости выкинут в овраг, как делали не раз.

— Интересно тут встречают гостей, — дама медленно стряхнула с лакового ботинка прилипший зелёный листок, выпрямилась и скинула капюшон. — Ням, ням, волчики, поиграть захотели? — глазницы полыхнули голубым огнём.

Волкодлаки взвыли и пригнулись к земле, пряча головы в лапах.

— То-то же, хватит валяться, ведите на бой. Зря я, что ли, такой далёкий путь проделала, чтобы время на шавок терять? — девица рявкнула не хуже чёрношкурых и обратно надела капюшон на голову.

*****

Меня отпаивали душистым чаем. Ах, этот великолепный сбор! Я, как зельевар, сразу прочувствовала букет аромата: ромашки необыкновенной, коры венозного дерева, цветка рассыпухи весенней, и даже горчинку от летней неувядающей маргаринки.

— М-м-м, я в нирване, продайте мне чуточку этого сбора, — умоляющим взглядом посмотрела на старейшину акварельных сибов.

Улыбнулась про себя: оказывается, почти угадала название вида милых рогатых пушистиков.

— Продадим, всё бесплатно отдадим; всё, что вашей душе угодно: любой сбор, любые травы нашего мира, они ваши, уважаемая ведьма, только спасите моего сына!

Перед столом стояли два мешка летней ветрянки. Только заслышав, зачем я копалась на болоте и что хотела делать на поляне, сибы незамедлительно достали из своих запасов сушёные листья.

Устало потёрла лоб и вновь заговорила:

— В триста десятый раз повторяю: ведьм не существует. Я прибыла из Академического мира для сбора трав. Я понимаю ваше горе — это чудовищно, что вашего сына ради развлечения толпы похитили бандиты, но одна я ничего сделать не могу. Мне нужно дождаться прибытия своего отряда, и только тогда, посоветовавшись, мы попробуем помочь. Хотя, что могут сделать студенты, если даже полихрана не смогла туда проникнуть.

— Но вы ведьма, вы обладаете огромным могуществом. Обратитесь в ужасное чудище, не знающее страха, вас и пропустят, — с обескураживающей наивностью и надеждой в глазах смотрел на меня старейшина.

— И как вас ещё раньше по одному не выкрали и не продали на невольничьи рынки? Вы же до одури наивные, вас обвести вокруг пальца, что у младенца соску отобрать, — на мои глаза навернулись слёзы. — Я не я буду, если не вызволю вашего сынишку из плена. И чем он так привлёк боссов «чёрного» бойцового ринга?

— Мы очень мирный народ, но в минуту страха или опасности меняем внешность, — и с этими словами он достал из скрытого нагрудного кармана изображение.

— Это вы?

Я не верила своим глазам. С карточки на меня смотрел полностью серый невзрачный, но тем не менее очень грозный сиб: с острыми клыками, огроменными ушами, когтями саблями и четырьмя рогами, обвивающими друг друга наподобие кос…

— А вы кто во второй ипостаси?

— Так мы всё те же добрые сибы, только вот лишаемся красок и от этого впадаем в бешенство, можем даже разодрать, — смущённо произнёс старейшина, забирая снимок.

— Так, а как тогда?

— Ночь была, сонным порошком усыпили, сын в дозоре был, деревню обходил.

На улице пахло цветами, разнотравьем — блаженство для гурмана запахов. Я вдохнула полной грудью.

— Если вы не против я в выходные загляну в ваш Акварельный мир, вкусный чай попить, сил набраться.

— Мы успеем отстроить вам личный домик. В любое время приезжайте, только сынишку спасите.

— Домик, конечно, заманчиво, но это такие траты, — и достала пять золотых монет, по-тихому от джинна спрятанные на чёрный день. — Обставьте всё в деревенском стиле, как у вас. И кресло-качалку не забудьте.

— Да вы богаты, леди, — может, и за меня платить будете? — Насмешливый голос заставил вздрогнуть и повернуться в сторону открывшегося портала.

— А в нашем отряде пополнение, — защебетали подлетевшие ко мне близняшки, — эльф и морской медведь, такой красавчик…

— Кто красавчик? — мои щёки покраснели, будто меня поймали на месте преступления, то есть передачи неучтённых денег.

— Эльф, — мечтательно закатив глаза и жеманно обмахиваясь рукой словно веером, произнесла Кария.

— Нет, медведь, — подтолкнула сестру Мартиника.

— Девочки, не ссорьтесь, вы смущаете всех, вас слышно на другом краю деревни, — зашептала я и покраснела, словно спелая ягода.

— Констанция Ангелина, а расскажи-ка мне, что могло произойти на простейшем задании? — раздался за спиной недовольный голос. — Всем нам очень хочется узнать о твоих приключениях, что произошли за какой-то несчастный час. И где, позволь узнать, твоё «око»? — голос джинна звенел, словно натянутая струна.

— Тут такое… такое произошло, Джинни, не ругайся, я нечаянно утопила в болоте переговорник, и кулон перемещения там же, — джинн прикрыл лицо рукой. — Но это того стоило. Смотри, какие бесценные клыки я добыла. Ну, скажи, скажи, что я молодчина.

Джинниус подскочил ко мне и заулыбался.

— Да ты просто гений торга, моя Ангелиночка. Или силой вырвала?

На его слова, из складок платья недовольно заурчав, высунул голову червяк.

— Нет, ты что, мы же с тобой ещё в детстве решили: ни какой грубой силы, только торг. И сумку для этого такую, замечательную пространственную купили. Представляешь, на что мы можем выменять один зуб?

Наши головы склонились над пространственной сумкой.

— Да, одним словом, увлечённые свои делом люди. Ау, друзья, скоро бал, давайте ближе к делу, — произнесла Эларри.

Рассказ о приключениях и просьбе акварельных сибов занял не более десяти минут.

— Да, я думаю, что мы сможем помочь. Но где искать это логово в незнакомом мире? — спросил Маркус.

На протяжении всего рассказа я не отпускала руку смущённого огра. Я была безумно рада, что он присоединился к нашему отряду. На мои упрёки: почему пропал и не приходил, услышала, что только глупые девчонки могут напридумывать всякой ерунды. А он уезжал по делам семейным, не смог игнорировать приказ старейшин прибыть домой на смотрины невест.

Грустно, конечно, но куда я в чужой мир со своими колбами.

— Выбрал? — я посмотрела на него исподлобья.

— Нет.

— А когда следующие смотрины?

— Скорее всего, через три месяца, а почему ты интересуешься? — улыбнулся огр.

— Так, просто так, разговор пытаюсь поддержать.

— Понял, — и улыбка сползла с лица друга, губы сжались в тонкую полоску. — Насчёт поиска логова сейчас всё устроим, может, даже на бал успеем.

— А, всё равно надо мыться и приводить себя в порядок, — легла на бок и приложила ухо к земле. — Тук, тук, есть кто дома? Уважаемый дух, вашим детям нужна помощь, не откажите, уважьте…

*****

— Ты всё поняла? Повтори!

— Прийти открыто, по главной аллее, нагло и надменно потребовать распределителя боёв; выставить своего воина на поединок — это первое. Во-вторых, никого не жрать, не убивать и не нервировать тебя. Джинни, а если на меня нападут и начнут убивать, что и тогда не отвечать?

— Констанция, душа моя, — простонал джинн, — если тебя будут убивать, я уверен, что спуску ты не дашь, но, будь добра, постарайся удержать себя в руках! Мы будем в зале среди зрителей и даже сделаем ставку на тебя, чтобы не вызывать подозрений, не зря же мы потратили столько денег на взятку, чтобы тёмный продажник не задавал вопросов, кто мы такие.

— Да этот барыга на нас озолотился — не билеты на вход, а билеты на отдых в райских кущах, — возмущённо засопел Маркус. — На выходе выбью из него наше кровное золото.

— В-третьих, — продолжила отчёт, — после ставки на бой удостовериться, что сын старейшины находится в подсобном помещении. Незаметно освободить его и также незаметно покинуть помещение через чёрный вход. Продажник должен заплатить охране немалые деньги, чтобы всё прошло гладко. Мне страшно, я боюсь, если… я ещё понимаю, как туда попасть и выставить своего бойца на ринг, то дальше… Вдруг у меня не получится открыть клетку? А вдруг продажник сдаст нас своим работодателям?

— Не сдаст, не беспокойся, дух этого мира на пальцах пояснил оборотню, что будет с ним и его семьёй в случае предательства. Насчёт всего остального: у нас есть супер-артефактор, он мушку к тебе прицепит и универсальный ключ выдаст, — попытался успокоить джинн.

— Нет, я не согласна!

— Ну что ещё? С чем ты не согласна? — Джиниус устало потёр переносицу.

— А как другие несчастные, что томятся в клетках? Кто их отпустит на волю? Им тоже есть куда возвращаться: в тёплые дома, любимые руки! — во мне начала показывать характер свободолюбивая Аника.

— Полихрана о них позаботится. Как только попадём внутрь, Шерли отправит видео-сообщение в академию и в участок охраны. Если ты довольна, то давай выдвигаться, — Джинни приобнял меня за плечи.