Глава 14. Олег

Переворачиваюсь на бок, с закрытыми глазами тянусь, чтобы обнять и прижать к себе Алину. Но рука нащупывает только простынь и пустую подушку. Открываю глаза. В окно ярко светит луна, освещая постель, в которой, кроме меня, никого нет.

– Алина! – зову я в надежде, что она впорхнет в дверной проем и вернётся в постель. В ответ мне тишина.

Встаю с постели и брожу по комнатам в поисках девушки. Её нигде нет. Сбежала! Осознание накрывает волной злости и отчаяния. Сколько раз я вызывал девушкам такси после секса, чтобы только не видеть их утром, когда мне нужно быстро собраться на работу. Я выслушивал их капризы, их уловки, чтобы только я позволил им остаться до утра. Всё каждой хотелось спать рядом со мной, прижиматься во сне. А меня от этих нежностей просто тошнило. И вот теперь, когда единственная волнующая меня девушка сбежала, я хотел выть как раненный зверь. Сама ушла! Идеальная девушка, блть! С силой бью кулаком в стену, чтобы унять обиду, расползающуюся в груди.

Сна ни в одном глазу. Хожу по квартире, как лев в клетке. Через час мне удаётся взять себя в руки, успокоиться и даже принять душ. Включаю холодную на максимум. Ледяная вода отрезвляет, переключая внимание на покалывания на коже. Растираюсь полотенцем до красоты. Делаю себе кофе и с кружкой сажусь в кресле возле панорамного окна. Наблюдаю, как восходящее солнце освещает спящий город холодным утренним светом.

Наверное, это сродни медитации. Очень трудно удерживать злость, когда перед тобою, как на ладони, занимается рассвет. В красках восходящего солнца город кажется таким тихим, умиротворенным. И даже не верится, что совсем скоро город проснётся, превратившись в шумный улей.

Дождавшись, когда встанет солнце и город окончательно пробудится ото сна, я выхожу из квартиры и еду в офис. Приезжаю раньше всех. Иду по пустому помещению в свой кабинет. Сажусь в кресло и включаю ноутбук. Пытаюсь работать, но мои мысли то и дело возвращаются к вчерашнему вечеру и сегодняшней ночи.

Постепенно офис наполняется людьми. Сотрудники приходят, занимая рабочие места. Алина проходит к своему столу и включает компьютер. Она садится, выпрямив спину, и привычными движениями щёлкает мышкой. Открывает письмо, читает, печатает ответ, отправляет. А я просто охреневаю от того, с каким спокойствием она выполняет эту рутину после того, как сбежала от меня ночью. Будто для неё это обычное дело – вот так сбегать от мужчины. А вдруг, ей это на самом деле не впервой? Может, для нее такое поведение норма. Ерзаю на стуле от мысли о том, сколько мужчин до меня она успела также обставить. Руки сжимаются в кулаки, изо всех сил сдерживаю себя, чтобы не стукнуть по столу. Прихожу в себя только, когда слышу стук в двери.

– Да? – рявкаю, и тут же замираю, когда на пороге моего кабинета появляется Алина. Она подходит ко мне, ставит на стол чашку с кофе. Все как обычно. Настолько обыденно, что обидно до зубовного скрежета.

– Олег Максимович, у вас совещание через полчаса, – напоминает она, – вторая переговорная. – Поворачивается к двери, собираясь уйти. Но так не пойдёт!

– Не спеши, – говорю ей в спину, – закрой двери.

Она послушно прикрывает двери в комнату. Поворачивается ко мне, наблюдает, как я закрываю жалюзи на прозрачной стене кабинета и, только убедившись, что нас не видно и не слышно, подхожу к ней.

– Что за цирк, Алина? – рявкаю, заглядывая ей в глаза.

– Не понимаю о чем вы, Олег Максимович, – говорит, удивлённо подняв брови и невозмутимо глядя в мои глаза. Я вижу, что она совершенно искренне не понимает, и это злит ещё больше.

– Зачем ты сбежала от меня ночью? – спрашиваю.

– Мне утром нужно было на работу, а все мои вещи у меня в квартире, – отвечает спокойно. – Наверняка, вам так тоже было удобней.

– Не было мне так удобней! – почти кричу на неё. Но она и бровью не ведёт. И вся моя злость мигом испаряется, когда я понимаю, что не имею права что-то требовать от неё. Она поступила так, как посчитала нужным. И имеет на это право. Я шумно выдыхаю, обхватываю её талию и притягиваю девушку к себе. Она обхватывает мои ладони своими руками, убирает их со своей талии и отходит от меня на пару шагов.

– Думаю, будет лучше, если в офисе мы будем держать субординацию, – говорит, глядя мне в глаза. Понимаю умом, что она права. Но эти слова звучат как пощечина. Когда что-то нельзя, этого хочется ещё сильней. Как бы по-детски это не звучало.

– Алина, не играй со мной, – говорю предупреждающе, и она гордо вздергивает подбородок. Упрямая! В одно движение преодолеваю расстояние между нами. Обхватываю руками её щеки и целую, не давая возможности вырваться. Тут же ощущаю, как она отвечает на поцелуй, я целую все настойчивее. Она обхватывает мою талию руками и прижимается ко мне всем телом. И это кажется таким правильным, таким естественным, когда она со мной, вот так прижимается и постанывает мне в губы.

– Никогда больше так не делай, – говорю, оторвавшись от её губ. Она медленно открывает глаза, смотрит на меня чуть затуманенным взглядом. – Пообещай, что не будешь, – настаиваю на своём. И она чуть заметно кивает. А я прижимаю её голову к своей груди. Такая маленькая, но такая упрямая. И такая идеальная для меня.