Эпилог

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова. – Там Глюкоза пришла! – возбужденно прошептала голова. – О! Я пойду! – воскликнула Лиза. Она выскочила из офиса, ворвалась в салон и распахнула объятия: – Наташа! – Лиза! Девушки обнялись. Лиза проводила клиентку в салон VIP, усадила в кресло и вызвала мастера. – Слушай, у меня после твоей маски такое ощущение, будто я вообще никогда волосы не красила! – воскликнула певица. – Просто улет! – Повторим? – предложила Лиза. – Не вопрос! – Слушай, я тут вам изменила, пошла в другой салон, – тараторила Глюкоза. – Можно чаю? – Разумеется, – кивнула Лиза. – Зеленый? Красный? – Зеленый. – Так вот, пошла в другой салон, и все вроде ничего, но как-то не так… И волосы неправильные, и настроение неправильное. Да, я о вас Донцовой рассказала, она телефон взяла… – Она у нас была, – улыбнулась Лиза. – И чего? – возбудилась Наташа. – Ей очень понравилось. А как же иначе? – расхохоталась Лиза. – Слушай, может, челку подравняем? – Наташа уткнулась носом в зеркало и пригладила челку. – Лиз, я поеду, – вмешалась Варя, возникшая из-за зеркала. – У меня встреча в Останкино. – Ой! – воскликнула певица. – Я смотрю ваш сериал! Круто! – Может, хочешь сняться? – предложила Варя. – А в роли кого? – Поговорим, – улыбнулась Варя. Она поцеловала Лизу и вышла на Сретенку. Идея открыть салон пришла Маше. После того как они вернулись в Москву из Туниса, где месяц отлеживались на пляже, Маша твердо заявила, что ни редактором, ни экономистом не будет – ей хочется покоя и какой-нибудь спокойной женской профессии. Лиза сделала съемку для «Луи Вуиттон», Варя написала два сценария, Маша продала квартиру, а на вырученные деньги они сняли помещение, купили оборудование и начали дело. Маша, которая была категорически против волшебства, сначала очень радовалась, что все так легко получается – аренда досталась без хлопот и за копейки, куча знаменитостей пришла на презентацию, известные стилисты сражались за место в салоне, а клиентки просто не хотели уходить, утверждая, что в салоне психотерапевтическая атмосфера. Пару раз Маша закатила скандал, и ее отослали экспериментировать над составом масок, шампуней и кремов для лица. Маша жила у Лизы в Краськове, Лиза жила в Москве – иногда у себя, иногда у Вани, с которым они договорились не торопить события, а Варя официально числилась у себя, на Сухаревской, но большую часть времени ошивалась с Машей за городом. Жизнь протекала успешно, спокойно и радостно – считалось, что всего они достигли сами, но когда Маша принималась восхвалять самостоятельность и самодостаточность, Лиза с Варей перемигивались и старались перевести разговор в безопасное русло. – Главное, не перегибать палку, – утверждала Лиза. – Никакого мошенничества, насилия над волей и никакой мести. – Ну да, – кивала Варя. – Мы же никому не вредим, наоборот – все довольны и счастливы. Правда, вчера приходил Хабенский – извини, подруга, я чуть не сорвалась. – Ну? – Лиза сделала большие глаза. – У него жена, – всплеснула Варя руками. – Мне что, двадцать лет, чтобы уводить парня у жены? – Слушай, а ты сама женой стать не хочешь? – поинтересовалась Лиза. – Я думала об этом, – призналась Варя. – Не хочу. Ты понимаешь, у меня столько родственников, и вы, и салон, и кино, что мне просто некогда скучать. По-моему, если бы я приходила домой и там надо было бы еще с кем-нибудь общаться, я бы двинулась умом. Когда мне не хватает занудства и претензий, я еду к Машке. – А как там твой Паша? – С Пашей все чудесно, – улыбнулась Варя. – Отличный секс, мне с ним весело, он умный, но жить вместе мы не будем. Пока. А что Ваня? Свадьба номер два намечается? Лиза покачала головой. – Видимо, я тоже не из тех, кто мечтает, чтобы в доме были мужчины и дети. Меня все устраивает. – Будем сумасшедшими тетками Машкиному ребенку? – усмехнулась Варя. – Ну да, – кивнула Лиза. – Тем более у Вани есть двое детей от предыдущих браков. Так что всегда можно взять ребенка напрокат и понять, какой это кошмар. Иногда я их люблю, иногда мне хочется их связать и запереть в туалете. И пока я не решила, чего мне хочется чаще. Они расхохотались. – Слушай, – Варя сделала паузу и наклонилась поближе к Лизе. – А тебе нравится быть ведьмой? – Безумно! – Лиза вспыхнула. – Это просто восторг! Я иногда думаю, что надо быть положительной, думать не только о себе, завести мужа, быть ему верной и преданной женой, нарожать детей, но… Тогда мы берем Ваниных детей, я езжу за продуктами, готовлю им борщ, думаю, какая я молодец, какая я ответственная, но, блин, через три дня я начинаю все это ненавидеть! Мне нравится обедать в кафе, нравится часами валяться без дела по выходным, нравится ходить по квартире голой, просыпаться в час дня… Такая я есть. – Ведьма, – уточнила Варя. – Да, – согласилась Лиза. – Может, потом, годам к сорока, что-то изменится… – Не думай об этом. Телефон заиграл любимую песню Вари «Ты – герой» Бонни Тайлер. – Девочки, пожалуйста, приезжайте за мной, – захныкала Маша. – Случилось нечто ужасное! Лиза с интересом посмотрела на Варю, Варя пожала плечами, они расплатились и поехали на Пятницкую, где в темном кафе пряталась Маша. – Представляете, я избила женщину! – Маша схватила трясущимися руками стакан сока и выпила залпом. – Я была в магазине детской одежды, выхожу, иду к машине, а по дороге меня толкает чудовище пятьдесят шестого размера – да так, что меня к стене снесло. Я ей говорю: «Поосторожнее, блин!» – а она на меня как давай орать: «Ты, поблядушка, нагуляла, уродка, и ребенок твой урод…» И со мной просто что-то случилось, я схватила «Биркин», – Маша продемонстрировала большую сумку «Гермес», которую ей на время беременности одолжила Лиза, – и как давай ее лупить! Я ее так оприходовала, что та даже не вякала, а мне, представляете, ни капельки не стыдно, даже наоборот!.. – А в чем проблема? – удивилась Лиза. – Она твоего ребенка называет уродом, а тебе должно быть стыдно? – Нет, – покачала Маша головой. – Не в этом дело. Как бы вам объяснить?.. Суть в том, что мне все это было в кайф. Я чувствовала то же самое, как тогда… – она понизила голос, – с Денисом. – Ну, слава богу! – выдохнула Варя. – Что слава богу? – сердито воскликнула Маша. – Маша, пойми же, ты ведьма, – прошептала подруга. – Ты никуда от этого не денешься! У тебя просто бзик! Ну посуди сама, если бы в тебе этого не было, ты бы вышла за Мизрахи, он ведь предлагал! – Послушай, Мизрахи – это совсем другое дело! – рассердилась Маша. – Я бы сидела с ребенком, а он бы лапал моделей из «Дикой орхидеи»! – Верно, – согласилась Варя. – Но обычная женщина решила бы, что ребенку нужен отец, что она сама слабая, беременная и беззащитная и что лучше жить с богатым, знаменитым и развратным Мизрахи, чем одной! – У моего ребенка есть отец, – сопротивлялась Маша. Но вдруг она задумалась, помолчала минуту и выдала: – Ладно, ты права! Но… Как вы думаете, это не повлияет на ребенка? Лиза и Варя расхохотались. – Так вот чего ты боялась? – воскликнула Лиза. Маша кивнула. – Ладно, поехали к Анжеле, она только что вернулась из Праги, – сказала Варя и потребовала счет. * * *– Знаете, кого я видела? – произнесла Анжела с загадочным видом. – Аво? – спросила с набитым ртом Маша. Анфиса, домработница, сделала невообразимо вкусный гуляш. – Лидию! – Да ладно? – воскликнула Лиза. – Где ты ее видела? – удивилась Варя. – На улице! – торжествовала Анжела. – Мало того, она была в пальто от «Прада» и туфельках от «Марк Джекобс»! – Не может быть! – Маша застыла с вилкой в руке, с которой прямо на стол капал соус. – Еще как может! – ответила довольная произведенным впечатлением Анжела. – Но это только начало! Лидия сказала, что живет с Денисом, держит маленькую гостиницу, а Денис у нее на подхвате! – Да ты че?! – Лиза во все глаза уставилась на Анжелу. – Он что, здесь?.. – Здесь, – кивнула Анжела. – Папаша похлопотал, и его выпроводили на Землю. Только у него условный срок – семьсот лет, так что не разгуляешься. Лидия была единственная, кто его не бросил. Она сказала, что начала работать потому, что у Дениса была депрессия – он валялся на диване и смотрел телевизор, но сейчас она разошлась и, кажется, уже не чувствует себя мямлей. Денис у нее под каблуком – бегает, как заводной. Она его пинком с дивана – иди, говорит, работай, нечего на моей шее сидеть… – Вот это да! – расхохоталась Маша. – Но главное, он на нее смотрит, как на божество! – продолжала Анжела. – Лидочка, можно так? Лидочка, можно вот так? Лидочка, хочешь съесть клубнички? Подруги сидели, открыв рот. – Кстати, он растолстел, отрастил пузо и носит слаксы. Дорогую одежду Лида ему не покупает. – Очуметь! – Лиза всплеснула руками. – Кто бы мог подумать? * * *Вечером они сидели на теплой застекленной веранде и смотрели, как на улице падает снег. – Скоро весна, – произнесла Маша. – Скоро! – воскликнула Лиза. – Сейчас вообще-то февраль! – А мне пока все нравится. И весна, и зима, – призналась Варя. – Слушайте, – оживилась Лиза. – Может, съездим весной в Прагу? К Лиде? – А… – промямлила Маша. – А плевать! – отмахнулась Лиза. – Наоборот, круто даже! – Кстати… – У Вари заблестели глаза. – Мне в марте рожать, – предупредила Маша. – Ну вот на майские и поедем, – предложила Лиза. – Будем преодолевать психологический барьер? – усмехнулась Варя. – Типа того, – улыбнулась Лиза. – Я согласна. – И я, – кивнула Маша. – Надо будет развеяться после родов. – Может, прогуляемся? – предложила Варя. Они укутались в шарфы и дубленки, надели сапоги на меху и пошли по заснеженным улицам. В городе, наверное, теплее, зато здесь лежали белые высокие сугробы, светила ясная луна и были видны звезды. Девушки пошли к реке, которую из-за снега почти не было видно, встали на берегу и посмотрели на ели в голубом инее. – А может?.. – Лиза выразительно посмотрела на подруг. – А что, права-то теперь есть. – Варя пожала плечами. – А ничего, что снегопад? – забеспокоилась Маша. – А мы невысоко, – успокоила ее Лиза. Они пошли к лесу, нашли три крепкие палки, поудобнее устроились и взмыли в воздух. Сверху все было по-другому: снег кружился как-то особенно, видно было излучину реки, белые домишки с желтыми окнами и машину, намертво застрявшую в сугробе. Мужчина, копавший снег совком для мусора, выходил из себя: ну зачем он поперся в такую даль, да еще к женщине, с которой знаком всего неделю? Настроение у него было хуже некуда – лучше бы сидел дома, смотрел футбол и ел пельмени! Но Варя сняла перчатку, протянула руку ладонью вверх – и скоро на ней образовался маленький сугроб. Варя слепила снежок, подула на него, что-то пробормотала и бросила в мужчину. Тот вскочил, огляделся и хотел было выругаться, но передумал – настроение резко пошло вверх, приключение уже не казалось дурацким, а, наоборот, замечательным, и женщина, которая ждала его здесь, в глубине поселка, стала неожиданно такой желанной, что он оставил машину и пошел пешком, подставив лицо холодным крупным снежинкам. – Неужели для того, чтобы сделать кого-то счастливым, надо стать ведьмой? – усмехнулась Варя и, пришпорив палку, бросилась догонять подруг.