Глава 6

В «Белой звезде» я смотрелась чужеродно, как чернильное пятно посреди старинной шпалеры. Одной из тех, которые украшали стены декорированного в теплых спокойных тонах холла.

Сложив зонтик, лишившийся одной спицы в ходе боев с ненастьем, подошла к стойке портье. Его на месте не оказалось, пришлось позвонить.

– Чем могу быть полезен? – наконец объявился он и скептически покосился на мое пальто.

Будто ни с кем не случается, я сама себя облила.

– Вот!

Положила на стойку визитную карточку.

– Мне нужно оставить сообщение для лорда Эснака. Он здесь проживает?

Портье пристально изучил карточку, потом еще раз осмотрел меня.

Разозлилась:

– Вас что-то смущает?

Например, мои губы. Не удивилась бы, если после шального поцелуя Леонтия они превратились в две лепешки.

Мысленно торжествовала: мне удалось спровоцировать ледышку. Если бы он чуть меньше времени уделял работе и чуть больше чувствам, давно наставил бы рога своей ведьме. Как ее там звали?.. Элис? Элжбета. Наверняка повелась на смазливого красавца или профессионального обольстителя дамочек. Дура!

Чем дальше, тем большую неприязнь я испытывала по отношению к бывшей жене Леонтия. Если ты нашла свое счастье, имей совесть явиться на судебное заседание! Хотя чего я хочу, она даже сбежала тайком, без записки, пока муж был на работе. С удовольствием бы с ней побеседовала, такую статью написала, Юбер бы от радости в окно выбросился.

Мельком взглянула на часы: девять. Стася уже ждет, надеюсь, не под дождем.

– Ну? – вперила нетерпеливый взгляд в служащего гостиницы.

Понабирают всяких, отель «пять звезд» называется!

– Совершенно верно, госпожа, милорд остановился у нас. – Отмер, наконец-то. – Если вам угодно его видеть, милорд только-только спустился к завтраку.

Изумленно подняла брови.

– Спустился?

В моем представлении, аристократы трапезничали вдали от чужих глаз, в роскошных люксах.

– Он в ресторане. Туда, пожалуйста!

Портье указал на двустворчатые двери с витражными стеклами. На каждой – название гостиницы и ее монограмма в виде семиконечной матовой звезды. Интересный символ! Случайный? Пусть мне не удалось поступить в академию, я знала, что семиконечную звезду еще называли Звездой мага. Недаром она присутствовала на гербах многих учебных заведений. Семь лучей звезды символизировали три элемента вверху и три внизу плюс один самостоятельный – путь познания.

Все еще сомневаясь, забрала визитку. Может, лучше записку?.. И Стася… А, подойду, засвидетельствую свое почтение. Прогонит – минус одна проблема. Нет – выясню, что ему от меня нужно.

– Я оставлю?

Сняла запачканное лихачом пальто и вместе с зонтом положила на стойку.

– Конечно, госпожа.

Судя по гримасе, портье не радовала перспектива на время переквалифицироваться в гардеробщики, но не могла же я явиться на деловую встречу в сомнительном виде.

В любой гостинице четырех «звезд» и выше в уборные на первом этаже пускали всю приличную публику.

Я наскоро, насколько позволяла одежда, привела себя в порядок. Покусала губы, чтобы налились кровью, заплела волосы в высокую косу и расстегнула верхнюю пуговку платья. Соблазнять дракона не собиралась, просто не так уныло.

Ну вот, уже не посудомойка, а скромная служащая.

Эх, с Триединой!

Решительно толкнула двери в ресторан. Его отделали в том же стиле, что и холл – повсюду респектабельная роскошь. Столы накрыты белоснежными скатертями. Если стаканы для воды, то хрустальные. Тарелки фарфоровые, с росписью. На стенах – натюрморты. Люстры и канделябры, разумеется, с подвесками. А с потолка на все это взирает… Правильно, очередная монограмма гостиницы. Ее изобразили на геральдическом щите среди цветочных гирлянд. Дворец дворцом!

И где же мне искать лорда Эснака?

Замерев на пороге, повертела головой.

Драконы – блондины, реже рыжие. Проблема в том, что половина публики светловолоса. Может, я чего-то не знаю, что за слет Крылатых лордов?

– Вам помочь?

Передо мной будто из-под земли вырос метрдотель. Лощеный, в идеально сидящем сюртуке, он сам казался лордом. Однако я не стушевалась, вновь показала визитную карточку и вскоре лицом к лицу встретилась с новым старым знакомым.

Если имена я запоминала не всегда, то лица навсегда оставались в памяти. Вот и взглянув за чинно орудовавшего ножом и вилкой мужчину, мигом признала в нем племянника-дракона с последнего спиритического сеанса.

– Доброго утра, госпожа Диана!

При свете дня паршивец оказался еще симпатичнее. А еще эта легкая улыбка на губах и запах морозной свежести, исходившей от его кожи… Я ощущала его с расстояния пары футов. Волнующий, манящий, он толкал познакомиться ближе, утонуть в нем. Не сомневаюсь, Крылатый лорд прекрасно сознавал, как действует на женщин, поэтому-то спустился вниз, чтобы устроиться у окна, смущать своим видом слабый пол. Драконы те еще позеры! И не упустят шанса затащить в постель все, что движется.

– Доброго, милорд.

На мгновение испугалась, что он признал во мне Ирен Авести, но нет, ничего такого в его взгляде не читалось. Эдвин Аларий посматривал на меня с интересом… и легким разочарованием.

– Я представлял вас несколько иначе…

Он галантно отодвинул стул, настаивая, чтобы я присоединилась к скромной трапезе.

– Отчего же?

Всеми силами сохраняла видимость спокойствия, хотя внутри все одеревенело от тревоги. Мы со Стасей занимались не совсем законным бизнесом… Да что там, совсем незаконным. Если в редакции узнают, мигом стану безработной, а то и вовсе познакомлюсь с жизнью по ту сторону решетки.

– Ну… – Эдвин улыбнулся. – Тон ваших статей… Не обижайтесь, он больше подходит бойкой даме, а не серой мышке.

Хрипло рассмеялась:

– Поверьте, я бойкая, милорд. В профессиональном смысле.

– Надеюсь.

Между нами ненадолго повисла напряженная тишина. Эдвин пристально изучал меня, а я – меню.

Что же выбрать, чтобы не нанести непоправимого удара кошельку? Стеснение в духе «благодарю, я сыта» не подойдет. Зачем лишний раз заставлять мужчину думать, анализировать? Этак он начнет разбираться в причинах моей скромности и докопается до самых страшных секретов.

– Итак, – прочистив горло, взяла на себя смелость продолжить разговор, – вы что-то хотели от меня, милорд?

В качестве перекуса выбрала чашку кофе с молоком и тост с яйцом, ветчиной и зеленью. Стоил он, правда, как полноценный обед, но в заведении для драконов драконьи цены.

– Совершенно верно, – рассеянно кивнул Эдвин, вынырнув из пучины своих дум. – Мне рекомендовали вас как подходящего специалиста.

Насторожилась.

– Подходящего для чего?

И мельком глянула на большие часы в противоположной части зала. Уже четверть десятого, Стася меня убьет!

– Торопитесь?

Лорд оказался наблюдательным.

– Немного. Решила позавтракать с подругой.

Если не в курсе планов собеседника, выбирай полуложь.

– Так отправьте ей записку, предупредите, что задерживаетесь.

Ясно, пятью минутами не отделаюсь. Придется растянуть кофе и сэндвич на все утро. Его как раз принесли – крохотный, на два укуса, чем тут наешься?

– Худеете?

Эдвин покосился на мою тарелку.

– Да.

Признаться в собственной бедности не хватило духу. Это для Станиславы я богачка, а для Эдвина – тьфу! Он костюмы шьет на заказ, а не покупает в магазине готового платья.

– Измените, пожалуйста, сегодня своим правилам, позавтракайте нормально. Запишите все, что закажет дама, на мой счет, – обратился лорд к официанту.

Э, вот уж не надо! Не желаю никаких обязательств!

Говорить ничего не пришлось, Эдвину все подсказал мой гневный взгляд.

– Вы не так поняли, госпожа Диана. Никаких личных отношений и непристойных просьб. Просто ваш внешний вид… Рискую вновь вас обидеть, но вы небогаты, тогда как мне ничего не стоит оплатить ваш завтрак. Не заставлять же вас глотать слюну и гордо довольствоваться чашкой кофе?

Расслабленно опустила плечи.

– На такое я не обижаюсь, милорд. Разумеется, если мой достаток не упоминают через слово.

Прекрасно, хотя бы решил познакомиться не ради галочки «я спал с той самой Дианой». Не смейтесь, желающие находились, заваливали редакцию непристойными письмами. Один даже предложение сделал, заманивал перспективой стать хозяйкой амбара, пяти коров и несметного числа цыплят. Я посмеялась – глупая женщина!

– Итак?

Эдвин с хитрецой уставился на меня.

– Чем будет завтракать дама?

И дама беззастенчиво поразила размером своего аппетита. Гулять так гулять!

Пока готовили еду, принесли чернильный прибор – для Крылатых лордов все делось по щелчку пальцев.

Написала Станиславе короткую записку с извинениями, просьбой позавтракать без меня, но дождаться.

Как неловко отправлять такую мелочь с посыльным!

– Полно, это их работа! – Эдвин не разделял моих убеждений.

Он вручил метрдотелю ассигнацию, и тот обещал устроить все в лучшем виде.

– Теперь поговорим о нас.

Когда мелкие дела были улажены, Эдвин вернулся к главному.

– Сразу оговорюсь, это не моя идея. Я всего лишь плачу. Словом, требуется составить фамильную хронику.

– Но…

Лорд оборвал меня выставленной вперед ладонью.

– Мне не нужен сухарь-историк. Если уж тетушке потребовалось сочинение в пяти томах, пусть оно будет бойким, похожим на роман. Я читал ваши колонки… Хм…

Его верхняя губа дернулась, красноречивее любых слов выразив отношение Эдвина к «Досье леди N».

– Ну да не в содержании дело. Вы подходите. Я беседовал с дюжиной журналистов – сплошная скука!

– Но с чего вы решили, будто я справлюсь?

Право, странное предложение и не менее странный выбор исполнителя.

– Говорю же, – с легким раздражением, нашедшим отражение в его глазах, повторил Эдвин, – я отклонил многих претендентов. Мне нужно бойкое перо, умение работать с фактами, грамотный язык. По этим критериям вы подходите, по остальным… Выполните тестовое задание, узнаем.

– Какое же?

Эдвин сумел удивить.

– Напишите обо мне. Без пошлостей. Задавайте любые вопросы, я отвечу. Результат можете опубликовать. По нему окончательно и решим, годитесь вы или нет.

– А каковы условия? Оплата?

Задумчиво почесала нижнюю губу.

Еще одно интервью, вдобавок с Крылатым лордом – я на шаг ближе к новой квартире.

Он наверняка хорошо заплатит, может, не стоит кочевряжиться? Подумаешь, прежде не работала в таком жанре, журналист должен уметь все. Сама недавно сетовала, что тебе поручают только бульварные писульки.

– Проживание в родовом замке, питание за мой счет.

– Проживание?

– Да, вам придется на время переехать. Замок на северо-востоке, за пределами Озольда. Я оплачу дорогу и все накладные расходы. К сожалению, архивы рукописные, частично в очень плохом состоянии… Не волнуйтесь, там не глухомань. В замке постоянно проживают слуги, рядом деревня, в одиннадцати милях славный городок с железнодорожной страницей, магазинами. Можете беспрепятственно пользоваться моторной каретой с водителем, она все равно мне не нужна. Временно не нужна, – подчеркнул Эдвин, – пока не улажу свои дела здесь.

– Оплата?

Пусть земли Озольда и владения Крылатых лордов тесно соприкасались, плавно перетекали одни в другие, покидать пределы империи не хотелось, поэтому искала повод отказаться.

– Сдельная. Я не настолько вам доверяю, чтобы сразу пообещать круглую сумму, но аванс в сорок тысяч ассигнациями выделю.

– Семьдесят.

Ого, да за такие деньги я куда хочешь уеду, но, если есть возможность, всегда торгуйся.

– Пятьдесят.

– Шестьдесят. Вы ставите меня в зависимое положение, бросаете одну, посреди чужой страны…

– Пятьдесят, и точка.

– Пятьдесят пять, – упрямо настаивала я, рискуя сорвать сделку.

Брови Эдвина действительно угрожающе нависли над глазами. Зрачок сузился, уподобился фитилю в ставших огненными глазами. Однако лорд быстро расслабил мышцы, вернул радужке привычную голубизну.

– Хорошо, пятьдесят пять, – неохотно согласился он. – Но только после интервью, которое я проверю от сих до сих.

– По рукам!

Протянула Эдвину ладонь, чем вогнала его в ступор.

– У нас так принято – скрепить сделку рукопожатием.

– Даже с женщиной?

Ох уж это дворянское воспитание!

– Даже.

– Никогда прежде такое не делал! – чуть стушевавшись, покачал головой Эдвин, но руку пожал.

Свою ладонь положил сверху, чтобы не забывала, кто тут главный.

– А теперь за чашкой кофе обсудим вас, милорд, – воодушевленно проворковала я.

За пятьдесят пять тысяч, даже если Эдвин ни кроны больше не добавит, можно пободаться с Юбером и ненадолго смириться с жизнью в сельской глуши.

Упоминание железной дороги вселяло оптимизм. Одиннадцать миль для человека с целью не расстояние, не понравится, сбегу безо всякой моторной кареты.

«Белую звезду» я покинула поздно, около полудня.

Дождь перестал, ветер гонял по лужам пароходики из кленовых листьев.

Подняв воротник пальто, огляделась – не хотелось бы, чтобы при переходе улицы меня сбил очередной лихач. И тут заметила его.

Сначала решила: показалось, мало ли молодых людей, но, встретившись со мной взглядом, он поспешил юркнуть в ближайший магазин.

Держу пари… Нет, мне не показалось, он продолжал тайком следить за мной. Еще один посетитель последнего спиритического сеанса, тот самый нервный паренек, жаждавший разбогатеть за счет покойной бабки.

– Не ты ли ее прикончил? – пробормотала я и медленно двинулась вниз по улице, в сторону новых кварталов. – И явился проверить, не достанет ли она тебя с того света.

Призрак на сеансе своего пола не назвал, с чего я решила, будто он и дракон – одно лицо? А то и вовсе не было никакой бабушки, зато очень денег заработать хотелось. Например, раскопал могилу, а там… Фантазировать дальше не стала. Причин множество, результат один.

Временами останавливалась, якобы разглядывала витрины – проверяла, не преследуют ли меня. Вроде, отстал, но все равно мутный. Все они мутные, если на то пошло. А это значит… Извлеку-ка с антресолей круг с буквами и с помощью Дерека попытаюсь связаться с убитым. Или убитыми. Раз некромант не желает мне помочь, придется самой.

* * *

– Иди ты!

Широко распахнутые глаза Стаси блестели. Она пританцовывала от желания вытащить из меня подробности встречи с Эдвином. Я предпочитала многозначительно помалкивать, выдавала информацию дозировано. Не то чтобы я не доверяла двоюродной сестре, не хотела сглазить. Вдруг Эдвину не понравится интервью, или Юбер доберется до него и наполнит похабщиной. Нет и еще раз нет, пока лучше молчать.

Стася знала немного, только то, что с утра я завтракала с Крылатым лордом и взяла у него интервью.

– Он тебя поцеловал? – не унималась сестренка.

Возмутилась:

– Нет, конечно!

– Ты ответила с опозданием. – Все она подмечает! – Значит, было?

– Было, но не с ним, – неохотно призналась я.

Мы стояли на скудно освещенной лестничной площадке, ждали хозяйку квартиры, которую собирались превратить в гнездышко Дианы. Предприимчивая Стася сэкономила, добыла ключи через знакомых знакомых. Спрашивается, откуда связи у простой продавщицы? Станислава устроилась в обувной магазин, где якобы прежде работала я.

– С кем же?

Затаив дыхание, Стася подалась вперед, даже привстала на носочки.

Недовольно засопела и отвернулась. Рука потянулась к ридикюлю, за зеркальцем, чтобы в который раз проверить, все ли в порядке с губами.

– Родители скоро подойдут, а у нас еще море работы!

– Ничего не скоро, мы все успеем. Бася?

Станислава обошла меня, склонив голову набок, заглянула в лицо.

– Он, – призналась в страшном преступлении.

– Кто? – нахмурилась сестренка.

Вместо ответа сунула ей остатки газеты. Стася жадно вцепилась в нее, пробежала глазами последнюю страницу – догадливая, поняла, где искать.

– Иди ты! – выдохнула она и потрясенно покачала головой.

Тяжко вздохнула.

– Угу!

– Он больной? Ему понравилось? А тебе?

Вопросы выпрыгивали из ее рта со скоростью паровоза на прямой.

Подмывало ответить, что единственная больная здесь я, потому что мне действительно понравилось, но требовалось сохранить реноме.

– Он нормальный, Стася, устроил скандал. Поцелуй вышел случайно.

– Случайно можно прищемить палец, а не оказаться в чужой постели.

– Твой последний опыт доказывает обратное. Со счета собьюсь считать, сколько людей занимались сексом с теми, кого видели в первый раз. И вообще, у нас не секс, а поцелуй. И…

– Тем более. Не знаю, как твой опыт, а случайно я ни с кем не целовалась. Разве только вы оба напились.

– С утра?

– Ну так?..

Сестрице бы в полицию устроиться, подрались бы за такого опытного следователя.

– Он назвал меня неудовлетворенной уродиной, я устроила скандал. Ему надоело терпеть и… Обычный способ заткнуть женщине рот.

Станислава хитро молчала. Чем дольше, тем больше я нервничала. Наконец не выдержала:

– Да нет между нами ничего!

– Так сделай, чтобы было.

Неизвестно, чем бы закончилось наше препирательство, если бы не появилась хозяйка квартиры. Ею оказалась степенная пожилая дама, одетая скромно, но со вкусом. Смерив меня из-под очков подозрительным взглядом, она протянула Стасе ключи:

– Смотри, чтобы никаких оргий!

– Помилуйте, – захлопала ресницами сестричка, – какие оргии, какие мужчины! Мы тихо посидим с девочками и уйдем.

– Прибрать за собой не забудьте! Это квартира сына, не желаю, чтобы по приезде он застал груду мусора.

– Обязательно уберем, обещаю, госпожа.

Стася ловко выхватила у нее ключи. Когда надо, сест-рица умела преображаться, вот и теперь улыбалась, смотрела так, будто даже не читала о греховных соблазнах, не говоря о том, чтобы в них участвовать.

– Ладно, устраивайте свой девичник! – проскрежетала старуха и пригрозила пальцем: – В восемь вернусь, проверю! У меня запасные ключи имеются.

И, не попрощавшись, спустилась по лестнице.

Дождавшись, пока внизу стукнет входная дверь, Стася припечатала:

– Стерва!

Меня больше волновало, как привести берлогу холостяка в респектабельное жилище известной журналистки. На то, что сыночек хозяйки не женат, указывало поведение его родительницы.

– Зато бесплатно, – предчувствуя мое недовольство, привела весомый аргумент Стася.

Ну взглянем на бесплатный сыр в мышеловке.

Квартира на третьем этаже выходила окнами во двор. Просторная, особенно после моей каморки, пусть и не шикарная, средний класс. Только мебели мало, голо.

– Соври, будто недавно переехала, – отдернув шторы, посоветовала Стася.

Придется – нет у меня приятелей в антикварных лавках, чтобы бесплатно наполнить комнаты милыми женскому сердцу безделушками.

И все же меня одолевали сомнения: поверят ли мать и дядя? Диане полагалось жить в старинном доходном доме, в крайнем случае на одном из бульваров в новой части города, а не на Ломанной улице. Увы, второй вариант, который удалось найти за столь сжатые сроки, еще хуже – Паровозный переулок, два окна на первом этаже. Вечный шум от сортировочной станции неподалеку в комплекте.

Одна радость: родственники меня не хватятся. Во время недавней прогулки я несколько раз намекнула на крайнюю занятость, посетовала, что не смогу их сопровождать.

– Надеюсь, они не попросят устроить экскурсию по квартире.

Засучив рукава, принялась за дело. Нужно вытереть пыль, переставить мебель, разложить принесенные с собой «личные вещи».

– Диана ни перед кем не оправдывается. Да и вообще, богатство и слава не одно и тоже. Если бы у Дианы водились деньги, она давно выскочила бы за какого-нибудь лорда.

Станислава бережно извлекла из чемодана парные портреты в дубовых рамках.

– Знакомься: твои родители.

С поблекшей акварели на меня смотрела блондинка с томным взором. «Отцу» повезло чуть меньше – мутный дагерротип давал лишь приблизительное представление о его чертах.

– Купила на блошином рынке.

– Моего портрета там, случайно, не завалялось?

С интересом поглядывала на чемодан Стаси: что еще интересного она прихватила?

– Случайно, завалялся. Не благодари.

– Надеюсь, не…

Слова замерли на языке, когда я увидела «это».

– Мама сбежит сразу же, – мрачно прокомментировала я, разглядывая сомнительный портрет.

Выполненный маслом, двадцать на пятнадцать дюймов, он запечатлел некую обнаженную особу, игриво покачивавшую ножкой на атласной простыне. Женщина лежала на животе, нижними округлостями к зрителю, и лукаво отводила взор, будто стеснялась.

– Зато лицо плохо видно, меньше вопросов.

– Да тут одни вопросы, причем без ответов.

– Для тебя старалась, между прочим, могла бы оценить!

Старалась она в первую очередь для себя, но я решила об этом не напоминать.

Обиженно сопя, Станислава полезла на диван, чтобы повесить обнаженную.

– Что стоишь? Молоток давай, гвозди!

Через полтора часа усилиями двух хрупких женщин гостиная изменилась до неузнаваемости. Всего-то пара картин, подсвечников, вышитые покрывала, пара деревянных статуэток и небрежно перекинутый через спинку стула пеньюар – и обитель главной развратницы Меробейта готова.

Пришло время заняться внешностью Дианы.

– Отлично! – Стася одним словом оценила проделанные усилия и, бросив взгляд на часы, заторопилась. – Ну, я за ними!

– Триединая с нами!

Ненавижу ждать и извиняться, поэтому с воодушевлением поспешила в прихожую, едва только задребезжал колокольчик. Там, правда, пришлось себя осадить: Диана не бегает, нацепить на лицо выражение легкой скуки и только после открыть.

– Ах, это вы…

Изобразив разочарование, посторонилась, лебедушкой поплыла в гостиную.

– Я ожидала горничную. Послала мерзавку за новым платьем, до сих пор не вернулась.

Играть именитых несложно: побольше холода, высокомерия, и вот в чужих глазах вы наследница титула в десяти поколениях. Матушка тоже поверила, робко топталась в прихожей. Дядя и вовсе сбежал под надуманным предлогом. Понимаю, «бабские штучки», вроде сватовства, не для него.

Оправившись от первоначальной робости перед белокурой голубоглазой небожительницей, мама поздоровалась, представилась и изложила суть просьбы.

– Да, – старательно наморщила лоб, – секретарша за вас хлопотала. В виде исключения полчаса ваши.

– Больше и не потребуется, миледи.

Мама грозно глянула на Стасю, – то ли опасалась, что та тоже сбежит, то ли по какой еще причине, – и прошла в гостиную. Разумеется, она заметила срамной портрет, поджала губы, но промолчала.

– Вам сказали, дело в моей племяннице. – Мама кивнула на Станиславу. – Это не так. Мое сердце тревожится за дочку. Не хотела при ней говорить, соврала: слишком уж болезненно она относится к браку. Стасю тоже неплохо пристроить, но Бася важнее. Бася, Божена – это моя дочка. Она у вас секретарем работает. Ладная, умная девочка, только с мужиками не везет. Нельзя ли ее свести с кем-нибудь?.. Я сейчас покажу.

Родительница закопошилась в сумке, достала заранее приготовленный список имен.

– Вот!

Она протянула листок вымышленной Диане.

– Мы на знатных не претендуем, ученый или преподаватель идеально бы подошел. Вы Басеньку знаете, она не без образования, читает много, готовит хорошо. Едва в местную академию магии не поступила, да по блату место увели. Уж помогите, а я щедро отблагодарю.

– И что конкретно я должна для вас сделать?

Повертела бумажку в руках и положил рядом с собой на диван.

Ну мама, ну лиса! Станиславу она выдать замуж собралась! Горбатого могила исправит.

– Намекнуть тем господам: мол, девочка хорошая на примете, встречу случайную устроить, достоинства ее расписать. Не им, так их холостым братьям, коллегам. Вы все про всех знаете, плохонького да пьющего не подсунете. А дальше дело молодое, само до свадьбы дойдет.

– Молодое?

Интересно, что мама вкладывала в это понятие.

– Ребеночек. Басеньке уже не восемнадцать, как иначе замуж выйти – только до брака забеременеть. Но это не ваша забота, сама ее научу, вы только познакомьте ее с кем.

Усмехнулась:

– И сразу уложить в постель?

– Почему же сразу? – стушевалась матушка. – Сначала выяснить, кому она приглянется. Пусть погуляют немного, поговорят…

– И сколько лет вашей Басеньке?

С трудом сохраняла серьезное лицо. Мама практически подвиг совершила, разрешила телесную любовь до брака, а я в смех.

– В том-то и дело, перестарок уже, еще годик-другой, ребеночка родить не сможет, старость. Тридцать два ей. Стаська, – родительница отвесила ей воспитательный подзатыльник, – тебе тоже пора. Двадцать восемь стукнуло, а она все выбирает! Потом плакать будешь, да поздно. Кому ты нужна через десять лет? Возьмут только с золотыми приисками.

– Кстати, о золоте… Во сколько вы оцениваете мою работу?

Разумеется, никаких денег брать я не собиралась, искала повод для отказа.

– Да… – Мама смутилась. – Люди мы небогатые, муж мой скобяную лавку держит, у нее отец, – кивок на Стасю, – почтовый служащий в отставке, сейчас нам помогает. Думаю, полсотни ассигнациями бы нашли.

Развела руками:

– Простите, мои услуги стоят дороже. Намного дороже.

Это чтобы мама торговаться не начала.

– Жаль!

Родительница искренне расстроилась.

– Но при случае, чего вам стоит, имейте наших девок в виду. Ладно бы гулящие, так… Вечно мужчины как мухи, мимо бриллиантов проходят.

Пообещала и с чистой совестью выпроводила родственниц за дверь. Станислава потом вернется, поможет. Заодно в красках распишет, как меня, то есть Диану, поносили.

Сдернула с головы парик и прижалась затылком к стене.

Ну мама! Надеюсь, после Дианы она не отправится околачивать пороги местных свах. Не хотелось бы по утрам отбиваться от женихов с чахлыми розочками и столетними конфетами «Балерина» с розовыми ленточками.