Глава 35

Несмотря на то, что Ярослав был в состоянии адреналинового шока, вызванного страхом за дочь и жену, когда, наконец, они смогли прорваться в охотничий домик, он хорошо запомнил слова Раста о восстановлении детородных функций жены. Яр долго готовился, набирался смелости, чтобы обратиться с просьбой к Камиль. Случай подвернулся на празднике в честь рождения малышек.

— У вас очень хорошая дочь. Я счастлива за неё и братьев, — Камиль щебетала весь обед, рассказывая о традициях Ганзалеона, и невзначай перевела тему на семейные отношения. — У Оли есть ещё сестрёнки или братья.

— Нет, — Жанна прикрыла глаза и убрала руки со стола. — После Оли открылось кровотечение, и я больше не могу иметь детей.

— Бедная, — Камиль протянула руку и погладила Жанну по плечу. — Неужели ничего нельзя сделать?

— На Земле ничего, но Раст сказал, что нам можешь помочь ты, — Яр с надеждой посмотрел на Камиль и сжал руку жены, лежащую на коленях и теребящую юбку.

— Что же ты молчишь, Яр, — воскликнула Камиль. — Мы уже столько времени потеряли.

Камиль вскочила со стула, схватила Жанну и потащила её в дом. В спальне заставила лечь на кровать и расслабиться. Ярослав наблюдал за зелёным свечением, окутавшим кисть Камиль, за её сосредоточенным лицом с закрытыми глазами, за складкой, образовавшейся между сведённых бровей. Сколько прошло времени? Яру, казалось, вечность.

— Мы с сёстрами можем исправить косяки ваших докторов, работы на три-четыре часа, но я на вашем месте рассмотрела бы вариант ганзалеонского брака.

Камиль говорила для двоих, но смотрела на Яра, считывая его реакцию на её слова. Тот нахмурился, сжал челюсть и заиграл желваками.

— Исключено! — возмутилась Жанна, поднимаясь и беря мужа за руку.

— Я оставлю решение за вами, но подумайте хорошенько, — Камиль так и буравила Яра, старающегося держать себя в руках. — Сколько вы проживёте с учётом наших технологий? Пятьдесят? Шестьдесят? Максимум семьдесят. Ваша дочь, внуки, следующие дети, если вы решите родить ещё, около тысячи лет. Брак с ганзалеонцами омолодит, оздоровит и увеличит продолжительность жизни. Подумайте. Можно жить молодыми несколько сотен лет, рожая детей, воспитывая внуков, снова рожая, и снова воспитывая. Я в любом случае помогу и буду радоваться за вас, чтобы вы не выбрали. Можем уже завтра провести восстановление.

— Спасибо, Камиль. Завтра будет замечательно, — Ярослав с благодарностью посмотрел на Камиль. — О твоём предложении мы обязательно подумаем.

— Ну и хорошо, — Камиль легко встала и улыбнулась. — Надо возвращаться, а то мои мужчины весь дом перевернут в поисках меня.

Они вернулись в сад и продолжили знакомство с устоями планеты. Жанна восхищалась природой, отношениями в семье, заботой о сакиа и привязанности к ним мужей. Долгожительство, практически вечная молодость, способности старших мужчин к лечению энергией, привели Жанну и Яра в полный восторг.

— Почему на Ганзалеоне всё время лето? — Ярослава очень взволновал этот факт.

— Два солнца, — ответил Заил. — Наша планета не делает годовой оборот, как Земля. Только суточный, погружая Ганзалеон в ночь. Поэтому два светила обеспечивают круглогодичное тепло.

— А как природа справляется при редких дождях? Здесь много зелени, цветов. Как они выживают без полива? — Жанна генерировала один вопрос за другим. Ей всё было интересно.

— Вся планета испещрена подводными реками, плюс много водоёмов на поверхности, — к разговору присоединился Натэл. — Природа приспособилась. Деревья добывают воду под землёй, а цветы развили поверхностные корни и поглощают воду из воздуха.

Обед плавно перешёл в ужин и закончился глубоко ночью. В темноте Таларри со своими близняшками показали фосфоресцирующее шоу, создавая разноцветные, сверкающие картины, рассыпающиеся брызгами вспышек.

Обильная еда, вино, не прекращающее литься в бокалы, срубило Жанну на входе в спальню. Яр донёс жену до кровати, уложил спать, а сам спустился в библиотеку, пропустить стаканчик виски. Ему надо было обдумать предложение Камиль. Хотел бы он прожить со своей Жанет тысячу лет? Несомненно да. Хотел бы родить много детей, увидеть, как растут внуки, правнуки и их праправнуки? Конечно да. Хотел бы он делить свою женщину с другими мужчинами? Исключено.

В раздумьях за одним стаканом пошёл второй, затем третий. Яр вспоминал, как он встретил Жанет, такую молодую, чистую, светлую. Жанна распространяла вокруг себя столько тепла, что Яр, пригревшись в нём, не смог её отпустить, не смог лишить себя этого кайфа. Тысяча лет тепла, нежности, его кайфа…

Он бы, наверное, просидел здесь всю ночь, уйдя в воспоминания, но на вискарь потянулись Лароз, умотав жену и уложив её спать.

— Вредно пить в одиночестве, — вырвал из прошлого голос Алекса. — Не откажешься от компании?

— Не откажусь, — Яр встал с дивана, достал новую бутылку и ещё три стакана. — Даже хорошо, что вы зашли. У меня много вопросов.

— Интересно. Что за вопросы? — Ал разлил виски по стаканам и раздал остальным.

— Как развивались ваши отношения с Тал? Как вы пошли на такой брак? Делить жену на троих. Дарт, не в обиду, но у землян немного другой менталитет, — Яр подался вперёд, ожидая ответы на мучащие его мысли.

— Всё просто, — Ал сделал большой глоток. — Всего лишь любовь. Я брыкался поначалу, отказывался, прогонял. Знаешь, что я спросил, когда Рыжая прилетела на землю и предложила жениться на ней? «Что ты можешь мне предложить?!» Она ответила просто: «Себя. Любовь. Крепкую семью. Тысячу лет жизни», а я, придурок разозлился и не нашёл ничего умнее, чем выплюнуть очередную гадость: «Тысячу лет делить тебя с двумя мужиками?! Тысячу лет чувствовать на тебе чужую сперму?!» Тал обиделась и улетела, а я продолжил умирать без неё.

— Яр. Нужно отпустить земные стандарты, — Марк влился в разговор, когда Ал завис, вспоминая свои промахи. — И я, и Ал готовы на всё ради нескольких сотен лет рядом с любимой женщиной. И мы не делим её. Я, Ал, Дарт и Тал семья, одно целое. Это и есть любовь.

Они ещё немного посидели и разошлись. Яр долго не спал, обдумывая слова Алекса и Марка, таких же землян, как и он, с такими же взглядами и образом жизни, привитым законами Земли. Яр улыбнулся сереющему началу утра за окном. «Тысяча лет моего кайфа…»