Глава 25

ОЙРО

Мы так и остаёмся в кровати добрую половину дня. К счастью, никто не решается прийти нас проведать, вряд ли я сейчас смогу нормально объяснить всю ситуацию брату и сестре. Но, с другой стороны, мелькает жадное желание заявиться на ужин и первым делом объявить всем, что этот человек теперь мой. А лучше всему дворцу… всему миру сразу.

Рушан показывает свою ванную комнату. К моему удивлению, она оказывается даже больше моей. Назари поворачивает кран, чтобы наполнить ванну водой. Окидываю взглядом его крепкие руки и моментально отворачиваюсь, пытаясь скрыть горячие щёки, но по телу разливается приятное ощущение от внезапных объятий со спины. На Рушане лишь домашние штаны, а я сама завернулась в одно из тонких покрывал с его кровати. Сердцебиение кахари успокаивающе отдаётся мне в спину.

– Вода прохладная, – говорю я, опуская пальцы в воду, и всерьёз раздумываю заодно опустить в неё и свою голову.

Многие моются по утрам или вечерам, поэтому сейчас подают только холодную.

– Холодная вода нам сегодня как нельзя кстати, – задумчиво тянет кахари, словно читает мои мысли, и кладёт подбородок мне на голову.

Я расстроенно поднимаю взгляд, и тот хмыкает.

– И как теперь тебе отказывать?

Он присаживается на край ванны, закрывает кран и опускает руку в набранную воду. Я заворожённо наблюдаю, как работает его Дар, и могу увидеть едва заметный пар, что начинает подниматься над поверхностью.

– Всё-таки ты можешь и размораживать?

– Могу. В действительности мой Дар Воды слаб. Могу найти, перенаправить, заморозить или согреть. Но у настоящих потомков Шейна способности в разы сильнее. Они могут придавать воде форму и при желании даже создать оружие.

Я киваю в такт его словам, но, что бы он ни говорил о слабости своих способностей, мне они кажутся восхитительными.

– Спасибо.

– Какова плата за мои труды? – Рушан серьёзен, отчего я издаю неловкие смешки.

– Можем помыться вместе, – неуверенно предлагаю я.

– Как-то маловато за Дар Воды в сердце пустыни, – с наигранным разочарованием бормочет Назари, но вновь притягивает меня к себе. Вся его притворная серьёзность растворяется в улыбке. – Однако сегодня я сделаю исключение ради тебя.

После ванны Рушан переодевается в чистые рубашку и штаны, а потом переносит меня в мою комнату, где я выбираю новое платье. В столовую на ужин мы приходим вместе и самые первые, когда Ноуша и Диля заканчивают накрывать на стол. Они обе не могут скрыть недоумения из-за улыбающегося им кахари, ведь обычно Рушан серьёзен. Теперь мы садимся рядом, хотя обычно выбираем места напротив, чтобы не покалечить друг друга, если начнём препираться.

Следующим приходит Анис. Друг так и замирает на пороге комнаты, следя, как мы с Рушаном накладываем друг другу еду. Анис пристально наблюдает, как близко кахари наклоняется ко мне и что-то говорит, а я смеюсь и вместо того, чтобы сражаться за пирог, сама накладываю ему побольше. Назари насторожённо обходит стол и садится напротив меня. Он даже не начинает выбирать еду, только сжимает пальцами вилку, не переставая таращиться на нас.

– Тебе тоже положить? – легко бросает ему Рушан.

– Что-то тут не так… – тянет Анис.

– Что не так? – Айла присаживается рядом с ним.

– Эти двое. Они… ладят. – Парень тычет вилкой в нас, а мы его игнорируем, поглощая еду.

Я не осознавала, насколько проголодалась, пока не почувствовала запах ароматного мяса в специях и рагу с картофелем, которое Рушан ненавязчиво подкладывает в мою тарелку, стоит мне прикончить первую порцию.

Сестра и Анис потихоньку выбирают блюда для себя, но я чувствую, что теперь две пары глаз следят за каждым нашим движением. Через минуту к нам присоединяются остальные. Самия садится рядом с сестрой, Дарен рядом со мной, а Даян занимает место во главе стола. Раньше мы садились, где хотели, но теперь оставляем это место брату, чувствуя, что с новым статусом он стал нашим полноценным покровителем.

Среди всех только Дарен понимает всю ситуацию быстрее остальных и пару раз легко хлопает меня по плечу.

– Значит, пожар ликвидирован? – бросает он нарочито громко, а я едва не давлюсь водой.

– У нас что-то горело? – удивляется Самия.

– Да, Рушан полыхал, а Ойро, похоже, его потушила. – Даян внимательно сверлит меня взглядом, а Рушан, к всеобщему удивлению, опускает глаза в тарелку и слегка краснеет.

– Я даже не уверен, что именно Ойро его потушила. Возможно, всё было наоборот, – помогает моему брату Дарен, накалывая кусок мяса на вилку.

– И как им это удалось? – Уголки губ младшей сестры дёргаются.

Я чувствую, как все начинают потихоньку понимать, в чём дело. В душе зарождается странная мысль, что мои собственные чувства все распознали раньше меня самой и уже давно знали, к чему всё идёт.

– Ради нашего же спокойствия, сестра, думаю, лучше нам не знать, – растягивается в наглой улыбке Даян, наслаждаясь нашей неловкостью.

– Как насчёт того, чтобы сплетничать мысленно? И давайте поговорим о чём-нибудь другом, – вздыхает Рушан.

– Хорошо, например, можешь рассказать, чем занимался всё утро, – подкидывает Самия дров в огонь нашего терпения.

– А чем? – встревает Анис с набитым ртом.

Мы все с изумлением смотрим на молодого человека, а тот застыл с не меньшим удивлением, не понимая всеобщего замешательства из-за его вопроса. Он единственный до сих пор даже и не догадывается, а лишь переводит взгляд с одного на другого, когда мы ведём беседу.

– Нет, а что?! – недовольно ворчит он, пытаясь прожевать набранную в рот еду.

– Удивительно, что именно ты самый недогадливый. – Самия бубнит себе под нос, качая головой.

– Я и Рушан теперь вместе, – не выдерживаю я и прямо смотрю в глаза Анису.

– То есть? Утром занимались вместе?

Айла начинает хохотать, одновременно прикрывая рот рукой.

– Небеса, думаю, стоит попросить Ноушу принести вина. Пережить этот ужин будет не просто, – с вымученной усмешкой качает головой Даян, бормоча себе под нос.

– Анис, дорогой. – Я теряю терпение, наклоняюсь немного вперёд, пытаюсь сохранять ласковую улыбку, но цежу слова сквозь зубы: – Мы были вместе не только утром, но и ночью до этого.

Слишком поздно понимаю, что забыла уточнить о том, что мы много говорили, вспоминая детство. Когда же я научусь держать язык за зубами? Рушан прикрывает рот рукой и откидывается назад на спинку стула, наблюдая за реакцией друзей. Анис, наоборот, открывает рот и задумчиво захлопывает обратно. Оглядывает нас и всех остальных за столом. Никто не двигается, все ждут.

– Да не может быть… – Он недоверчиво смотрит на Рушана. – Ночь и утро? Серьёзно? – с подчёркнутым сомнением делает едкое замечание Назари.

Рушан поднимает бровь и делает короткое движение пальцами. Вода из ближайшего стакана должна была выплеснуться Анису в лицо, но тот тоже не промах, он моментально дёргается вперёд и захлопывает ёмкость раскрытой ладонью.

– Дважды со мной у тебя это не пройдёт, – скалится в победной улыбке Анис.

– Ты хотел сказать «в шестой раз», Анис, – сладко тянет Рушан имя друга, одаривая соратника снисходительной улыбкой, – я же тебе говорил, что ты можешь не стесняться и считать на пальцах. Мы все знаем, что с цифрами у тебя всё плохо.

Анис хватает ближайшую сливу и кидает в Рушана, но тот легко перехватывает фрукт.

– Даже не думай воображать что-то в своей голове, – предупреждает кахари, игнорируя смех остальных. – Подливка в твоём рагу тоже жидкая.

Анис морщится от перспективы получить едой в лицо.

– Продолжите играть с пищей и выйдете вон, – нарочито грозно предупреждает король, после чего Назари прекращают свои игры.

Даян выжидает какое-то время, удостоверяясь, что все угомонились, и только после обращается ко мне:

– Вообще я предполагал что-то подобное, поэтому, несмотря на твой день рождения, решил, что не стоит тебя искать. Мы обсудили с Айлой и пришли к решению устроить праздник завтра. Но твоя сестра всё равно выбила все свои подарки ещё на рассвете, – улыбается Даян, кивая в сторону моего близнеца.

Сестра в ответ убирает волосы, демонстрируя потрясающее рубиновое колье, которое ей очень к лицу.

– Но и тебе я приготовил подарок, хотя он получился спонтанным.

Я откладываю вилку, немного нервничая в предвкушении. Я, как и Айла, любила подарки в детстве, но всё отрочество мы провели порознь, и не представляю, какую вещь брат выбрал для меня. Даян возвращается, неся в руках длинный предмет, обёрнутый в серую материю. Ничего необычного, но почему-то эта ситуация мне что-то напоминает.

– Я решил вернуть то, что твоё, – загадочно объясняет Даян.

Я поднимаюсь из-за стола, и стоит только мне взять в руки подарок, как по весу и форме он кажется знакомым. В нетерпении разматываю ткань и, не веря своим глазам, рассматриваю два парных клинка.

– Как? – Это всё, что я могу выдохнуть, проводя пальцем по знакомым ножнам тёмно-серого цвета, покрытых россыпью звёзд.

Моё оружие, сделанное Дареном. Я уже не думала когда-либо увидеть их снова. Сомневалась, что каиданцы вообще сохранили клинки, ведь могли скинуть на какой-нибудь базар и продать. Или вообще переплавить, чтобы сделать один громоздкий меч.

– Когда вы с Рушаном задерживались дольше, чем положено, я и Анис отправились во дворец. По воспоминаниям Дарена, я знал, что они хранятся в комнате Эола.

Меня удивляет, что моё оружие было у принца. Вряд ли он знал, что оно моё. Или узнал, выбив информацию из Дарена?

– Я решил отобрать у него всё твоё, что найду, – рассказывает брат. – Но потом началась неразбериха. Кажется, кто-то поджёг чей-то гардероб, и мы решили убраться.

– Наверное, Рой. Возможно, так он отвлёк всех.

– Я тоже приготовил тебе подарок, – вдруг вскакивает Анис, отчего мы все смотрим на него.

– Только Анис додумается до такого, – первым начинает смеяться Даян, а я с недоумением смотрю на Назари.

– Мой подарок тебе – раздражённые вопли младшего принца Каидана, которые, надеюсь, мы услышим даже здесь, – довольный собой, Анис складывает руки на груди.

– Что ты сделал? – Я едва наклоняю голову, не понимая.

– Оставил ему записку, что это мы к нему заходили, – кажется, его рот сейчас треснет от самодовольной улыбки. – Нашу старую шутку.

– Нет, – ошарашенно тянет Рушан. – Ты не сделал этого.

– Ещё как сделал! – возражает Даян и поясняет для остальных: – Он насыпал принцу Эолу в кровать и во все ботинки целые горы песка.

Я моргаю, вспоминая огромный мешок, который Анис тащил на задание.

– Да ты рехнулся! – хохочет Самия.

– Может, кровать ему слуги и приберут, но вот в сапогах ему будет сюрприз, – довольным тоном делится Назари.

– Вы уверены, что уже взрослые люди? – Я перевожу взгляд с Аниса на Даяна.

– Теперь мне понятно, почему ты такая, Ойро. – Дарен смеётся с остальными, но, всё ещё не веря в столь специфический юмор среди илосийцев, качает головой.

Я чувствую его. Это счастье. В окружении моих любимых и друзей оно лежит у меня в руках точно так же, как и эти клинки. Я даже телом чувствую его так же отчётливо, как тёплую руку Рушана, лежащую на моей пояснице. Слышу ясно, как мелодичный смех сестры и нашей будущей королевы Самии. Удивляюсь реальности этого чувства, так же, как и неожиданным слезам, которые текут у меня по лицу. Я думала, что на Островах мне было спокойно. Но не спокойствие мне было нужно, а все они. Мне нужны были только они. Даян называет меня глупой из-за того, что разревелась от таких простых подарков, и, шутя, обещает и мне купить колье. Я выдыхаю, позволяя себе поверить в эти чудеса. В то, что наша история с Каиданом и Квинтилиями позади. Всё плохое у нас теперь за спиной. Все дружно начинают меня успокаивать, на ходу придумывая глупые шутки и комментарии.

После ужина мы с Рушаном выходим из столовой одними из последних. Он забирает у меня клинки из рук и, оглядев пустой коридор, обнимает и целует среди вечерних теней и прохладного ветра, просачивающегося в приоткрытые окна. Его губы сладкие, со вкусом фруктов, которые нам принесли на десерт.

– Мне проводить тебя до комнаты, принцесса?

– Да, проводи до своей.

Он улыбается, поглаживая мою щёку, а я обхватываю его талию руками.

– Не уверен, насколько это хорошая идея. Последние дни были тяжёлыми, и ты устала.

– Рядом с тобой спится лучше, – тихо говорю я, утыкаясь лбом ему в плечо. Не хочу расставаться с ним. Никогда, ни на минуту. Но не могу сказать это вслух.

– Хочешь жить в моей комнате? – Рушан обнимает меня за плечи и ведёт к себе, а когда я слишком быстро отвечаю «да», он смеётся.

Но мои оставшиеся планы на вечер и ночь неожиданно ломают Айла и Самия.

– Нет, нет, нет! – На нас сзади нападает сестра и разрывает объятия, оттаскивая меня от Рушана.

– Завтра у нас важный праздник. Ойро должна быть свежей и отдохнувшей, а не вымотанной! – Мой близнец непреклонен.

– Да, Рушан, тебе бы тоже выспаться, а то вы все силы друг из друга выжмете, – поддерживает мою сестру Самия.

– Хорошо, отдам вам Ойро только на сегодня, – кахари задумчиво пожимает плечами.

– Что значит – отдашь?! – возмущается Айла.

– Потому что она теперь моя.

– Она была моей первее, чем стала твоей!

Я удивляюсь сестре, она стала намного более открытой. Больше похожей на себя в детстве. Та девушка, которую я встретила несколько недель назад, была холодной, с меньшими эмоциями, но сейчас прежняя Айла появляется перед нами всё чаще. Самия хихикает в кулак, наблюдая за этой сценой ревности, а я чувствую себя трофеем в их словесной перепалке.

– А я стал Назари за два месяца до твоего рождения. – Рушан спокоен, как воды Теневого залива.

Айла замолкает, подсчитывая что-то в голове. Но, похоже, результат не вписывается в желаемый, и она уже использует пальцы на руках, сопоставляя цифры.

– Всё верно, мы были выбраны, когда Даяну, как и нам, исполнилось по четыре года, – поддерживает друга Самия. – Даян родился в последний месяц лета. Мы же стали Назари в начале осени, ещё за несколько месяцев до вашего рождения.

– С ними не поспоришь, сестра, – виновато улыбаюсь я Айле.

Та отмахивается от их слов, недовольная, что проиграла спор, и тащит нас с Самией к моей комнате. Я едва успеваю напоследок оглянуться на Рушана. Тот понимающе мне кивает.

– Раз уж мы здесь все вместе, то я хочу кое-что узнать, – говорю я, когда дверь в мою комнату закрывается и мы остаёмся втроём. – Я собиралась узнать у Самии, потому что, кажется, она знает, но, может, нет… но раз, Айла, ты тоже здесь…

– Ойро, – обрывает меня сестра, забираясь в одно из кресел в моей спальне, – ты хочешь узнать про настойку после ночи с мужчиной?

Я старшая из нас двоих, но в эти мгновения чувствую себя подростком. Пытаюсь не показывать своего смущения, однако горящие щёки меня выдают, и я прикладываю к ним холодные ладони.

– Я принесу тебе на всякий случай, – сочувственно улыбается мне Самия. – Для нас их делает Бенеша, хотя тебе и Айле они, скорее всего, не обязательны.

– Почему?

– Потому что мы вряд ли будем иметь детей, сестра, – Айла бросает это спокойно, и я не могу понять, это её расстраивает или радует, – такой уж род Илоса. Дети всегда рождались только у первого наследника. Остальным никогда не удавалось выносить или даже забеременеть. Да и у первого потомка рождается не больше двух детей.

Я рассеянно киваю, вспоминая рассказы Сероша, но всё равно уточняю у сестры:

– Откуда ты знаешь?

– Нашла в книгах и сверилась с нашим древом. Только наше поколение вышло особенным. Три ребёнка, – слабо улыбается Айла. – Бенеша также подтвердила, что это правда. Некоторые женщины в нашем роду предпринимали попытки всеми силами сохранить ребёнка, но из-за этого погибали они сами.

– А ты пила такую настойку? – меняю я разговор, не желая говорить на мрачные темы.

Айла какое-то время не отвечает, дёргая нитку на вышивке платья. Я перевожу вопросительный взгляд на Самию.

– Пила она. Завалилась ко мне под утро. Краснела и заикалась в разы больше, чем ты, – беззастенчиво отвечает девушка.

– И кто это был? Умоляю, не говори, что это был Анис! Про поцелуй-то я знаю, но… – теперь я чувствую себя старшей сестрой, хочу всё знать.

– Нет, что ты! Аниса и Рушана я люблю как братьев, – сразу отнекивается Айла.

– Тогда кто?

– Ты не отстанешь?

– Самия, кто это был? – бросаю я Назари.

– Шиун.

Мы с Айлой, шокированные, поворачиваемся к подруге, потому что обе не верили, что она так просто скажет правду.

– А что? – пожимает плечами та. – Я до сих пор не уверена, воткнуть ли кинжал ему под рёбра или всё-таки не стоит. Поэтому хватаюсь за крупицу надежды, что Ойро разозлится, её демоны его немного покусают и мне не придётся впредь думать об этом.

– Из тебя будет прекрасная королева. Справедливая! – посылаю ей хитрую ухмылку, сгибаясь в насмешливом поклоне.

– Благодарю! – весело отвечает она мне тем же.

Подхожу к сестре и треплю её волосы.

– Если не хочешь говорить, я подожду. Главное, что он не обидел тебя и не принуждал. Если ты сама этого хотела, то расскажешь, когда решишь поделиться.

– Не принуждал. Я сама хотела. – Айла благодарно улыбается, обхватывая мою руку своими ладонями.

Мы проводим ещё какое-то время за разговорами. Сестра не особо раскрывает наши завтрашние планы, лишь говорит, что мы поедем в город, где будем общаться с народом. Они ещё не видели, насколько похожи две принцессы, не видели всех трёх детей прошлой королевы Сарир вместе. Когда Самия откровенно зевает, я выпроваживаю их из комнаты, напоминая, что им самим нужно выспаться.

Оставшись одна, я закрываю балконные двери, переодеваюсь в ночную сорочку и забираюсь под свежее, хрустящее одеяло, зарываясь в подушки. Кровать жутко холодная, и я ворочаюсь, с тоской вспоминая тёплое тело Рушана. Мысли о нём всё ухудшают, отгоняя сон лучше, чем холодная простыня. Спустя час я уже бездумно гляжу в потолок балдахина, запуская руки в волосы и массируя кожу головы, пытаясь прекратить думать о кахари.

Именно в таком положении он и находит меня, применяя перенос и появляясь рядом с кроватью. Мне бы стоило сделать ему выговор за то, что не постучал, но меня предаёт моё же лицо, с которого едва ли можно стереть улыбку при виде любимого. Он опять босой, в домашней одежде.

– Так и знал, что ты тут заскучаешь.

Эта его самодовольная улыбка.

– Ты долго! – обвиняюще бросаю я и сдвигаюсь на кровати, чтобы он мог лечь.

– Но прежде, чем я лягу, есть условие, потому что не хочу утром выслушивать от Айлы. Моя и твоя одежда останется на нас. Она же на тебе есть? – вдруг осекается Рушан.

Он не может разглядеть, потому что я почти вся под одеялом.

– Думаю, тебе придётся проверить самому.

Его изучающий взгляд скользит по одеялу, он действительно гадает и прикидывает варианты, но потом с раздражённым вздохом забирается под покрывало ко мне:

– О, чёрт с этим со всем!

Кахари обхватывает меня руками и крепко прижимает к груди. В каждом его прикосновении, в том, как он вдыхает запах моих волос, я чувствую, что он скучал не меньше меня. Что он так же хочет быть рядом всегда и даже расстояние в несколько коридоров становится для нас сейчас невыносимым. Так чувствуется любовь? В желании раствориться в другом человеке? В тягучей тяжести в груди, когда он дальше, чем ты, можешь дотянуться рукой?

– Всё в порядке? – Его голос звучит обеспокоенно, когда я сильнее, чем нужно, стискиваю его рёбра.

– Да. Лучше, чем когда-либо, – тихо отвечаю я правду.

Мне всё-таки удаётся расслабиться. Рушан успокаивающе поглаживает моё плечо и спину, тихо шепчет приятные слова, которые я едва различаю сквозь дрёму. Из-за его голоса Рушан остаётся со мной и в реальности, и во сне, куда я медленно проваливаюсь.