Глава 21

– У нас точно ужин, а не попытка меня соблазнить?

– Всмысле?

Я стою перед зеркалом в нашей комнате и впервые в жизни пытаюсь накрасить губы красной помады. Раньше всегда боялась этого цвета, как огня. Сейчас же захотелось новенького.

– Ты в одних черных кружевных трусиках. Очень интересных, – подмечает Ригхан, любуясь бельем с доступом – я надела такие впервые. Мэд уговорила купить. И не зря. – Они наводят меня на некоторые мысли. Малышка на высоких каблуках, – перечисляет детально мой внешний вид Кайден, – с кудряшками, пытается сделать что-то с губами. Ты прямо так пойдешь?

Сдерживая улыбку, отхожу назад к кровати, на которой лежит мужчина. Почему он не одевается? Через десять минут у нас ужин.

– Не могу выбрать платье. – Виновато смотрю на него, дуя губки. – Я перемерила уже три.

Псих смотрит на мои стринги.

– Знаешь, почему я до сих пор на кровати?

– Нет. – Строю дурочку, как будто у меня совсем нет предположений. Кайдену не обязательно знать, что я догадливая или умная. Не сейчас.

– Я смотрю на разрез твоих трусиков и думаю лишь об одном последние полчаса. Ровно столько ты не можешь определиться с выбор наряда, Стейс. Может, к черту ужин?

На что это он намекает?

– Ходи голодным. – Во всех смыслах.

Пожимаю плечами, отворачиваясь к комоду, где в нижнем ящике лежит еще пара платьев. Смахиваю кудри на левую сторону и медленно нагибаюсь, провоцируя Ригхана. Я играю пальчиками с бедрами, не стесняясь прикасаться к себе.

– Сука! – Кайд подлетает ко мне.

Резкий поворот. Он крутит мое тело, как йо-йо. Мужчина дает рукам свободу: одна ложится на подтянутую ягодицу (спорт все также присутствует в моей жизни, держа тело в тонусе), другая скользит к проходу между ног.

– Я уже говорил, что ты гребаная провокация? – Теряя терпение, злится псих.

– Писал. – Вспоминаю я, прежде чем Ригхан спускается и начинает ласкать меня языком там, внизу. – Что будет, когда я постарею и не буду так горяча, как сейчас? – Задыхаясь спрашиваю, чувствуя тянущую сладкую боль в животе.

– Ты будешь горяча в любом возрасте, чертова ведьма! Я навечно в твоей власти, Стейс Рейвен.

Потекшая от оргазма тушь, размазанная ярко-красная помада по лицу и доведенное до экстаза тело – причина, по которой мы опаздываем на ужин. Целый час нам понадобился, чтобы очнуться от дурмана. Когда Ригхан надевает брюки, изводить его начинаю уже я. Минет – отличный способ мщения. Псих извергается и сперма попадает на штаны.

– Люблю тебя. – Завороженно шепчу и целую, не акцентируя на оплошности. Ай-ай, Кайден!

Переодевание занимает еще полчаса, потому что мы идем по второму кругу. В общей сложности час и получился. На одно дело тридцать минут, на другое тоже тридцать.

– Мы уже вас не ждали. – При параде встречают нас семья и друзья.

Смотрю на Кайдена, он на меня. Оба выглядим, как счастливые психи.

– Красивый макияж. – Делает комплимент Рон.

– Стейс, помада. – Сильно морщится Мэд, показывая на своем лице область, где нужно убрать. Что не так?

Я быстро отворачиваюсь от стола и с мольбой смотрю на Ригхана.

– Немного поели. – Оправдывается Кайден перед гостями с безупречной улыбкой.

На мне что были… А! Мои ноздри раздуваются от злости. Ригхан знал, что на моем лице остались капли спермы и ничего не сказал?! Он чокнулся?

Идиотская волчья ухмылка! Скала Кайден Ригхан. Непобедимый. Нерушимый. Пуленепробиваемый.

Ненавижу!

– Ты гребаный псих!

– Малышка, ты говоришь мне это с самой первой встречи! – шлепает меня по заднице на глазах у всех мужчина.

Я стучу своими маленькими кулачками по недоумку, но это его только забавляет. На лице расцветает улыбка. Точно псих, не иначе! Кайд выглядит так, словно в него вселился Джокер.

Злость на Ригхана никуда не уходит. Я сажусь в дальний угол стола и не пересекаюсь с ним взглядом на протяжении всего ужина. Он выставил меня гребаной дурой! В следующий раз я намеренно подберу момент, сяду ему на лицо и от души кончу! А после заставлю так ходить весь день!

Вообще идиотская затея! Лучше я больше никогда не буду смотреть в его сторону! Никогда не позволю ему касаться меня! Разверните яхту, я выйду к дьяволу!

– Стейс, запивай. – Подмигивает Ригхан с другого края стола.

Слева и справа от мужчины ржут Рон с Заком – местные шуты Ванкувера, как я уже догадалась. Мэделин, расположившаяся слева от меня, кидает полотенцем в Кайда и шипит:

– Ублюдок!

Она сочувствующе кладет руку на мое бедро.

– Мы им отомстим. Обязательно! Рон будет держать вынужденный (хоть такого и нет) целибат до свадьбы. – Успокаивает на ушко Роуздейл.

Обожаю женскую солидарности. Думаю, девушки должны держаться вместе. Нет более могущественной силы, чем наше объединение. Чего говорить о поддержке, которую мы оказываем друг другу? Лично я очень верю в женскую дружбу, несмотря на прошлый опыт с Оливией и Деем.

– У тебя лицо красное. – Поясняет Кайд.

Я показываю ему средний палец и приподнимаюсь из-за стола.

– Все было очень вкусно.

– Было вкусно и до ужина. Да, Стейс? – подает голос перепивший Зак.

Он за столом-то еле сидит, чего говорить о вдобавок покачивающейся яхте. Мы сидим в центре судна на нижней палубе. Качка здесь минимальная. Хотя младшего Ригхана это вряд ли спасет. Уходя, краем глаза, я замечаю, как Фостер заступается за меня. Да, неужели? Поздновато вы как-то спохватились.

– И чего они на тебя так набросились? – Поспевает Мэделин, хотя я не просила ее идти за мной.

– Спроси у Кайдена, Рона, Зака. Потому что я ни черта не понимаю, Роуздейл.

Нашу перепалку взрослые не видели. Мой отец с Рэймондом сразу же после нашего появления с Кайденом ушли играть в бильярд, Мия с Сарой проследовали за мужчинами. Они никак не отреагировали на шутки о сперме Ригхана на моем лице. Думаю, я поступила бы также. Зачем отвечать на бред малолетних идиотов? Только вот Фостеру и Кайду не пятнадцать лет, чтобы шутить подобным образом. Или стереотип о том, что мужчины – это вечные дети, правдив?

– Мэделин, пожалуйста, оставь меня одну.

– Ты уверена, что справишься?

– За борт не выброшусь, даю слово подруги!

– Хорошо. Если что, ты знаешь, где меня искать. Рона отправлю спать к Кайдену, а лучше Заку.

– Отличная идея!

Минуя вторую палубу, я поднимаюсь на самый верх яхты – третий этаж.

Приют нахожу на огромном ложе, где завтра утром буду загорать, избегая Ригхана. Он какой-то переменчивый. А его поступок скотский.

– Эй, принцесска!

Зак. На гигантской яхте столько мест, куда бы он мог пойти, но выбрал третью палубу, откуда открывается вид на черноту шумящего океана. Изумительный выбор!

– Я погорячился. – Падает рядом со мной его тело.

От брата Кайда сильно разит алкоголем. Мне неприятно находиться с ним рядом, поэтому уже ищу предлог, чтобы свалить отсюда. И он находится сам:

– Устроишь мне хэппи-энд?

– Хэппи… Что?

– Счастливый конец, принцесса, – убирая прядь моих светлых волос, шепчет Зак.

– Чего ты от меня хочешь, Ригхан? – бешусь еще сильнее, потому что не понимаю его дурацких намеков.

– Я тебе прямым текстом говорю: оседлай мой член и сделай папочке хорошо.

Твою мать! Он начинает расстегивать ширинку и пытается приподняться, чтобы приспустить брюки.

– Ты вообще больной придурок? – вскакиваю вслед за ним я и тут же жалею, ощущая под ногами сильную качку.

Пьяных Бог бережет. Поэтому младший Ригхан до сих пор не вылетел за борт? Я чертовски зла на мужскую половину яхты и была бы рада, если бы Зак скрылся с моих глаз.

– Какой папочка? Ты старше меня на пару месяцев.

Мне очерствели его трепыхания. Парень еле стоит на ногах, завтра наверняка не вспомнит о произошедшем.

– Стейс! – Какая ирония судьбы. А вот и главный шутник судна – сам Кайден Ригхан к нам пожаловал!

Мужчина присматривается к тому, что мы делаем.

– Зак, что ты делаешь?

Я смеюсь. За такую ерунду даже оправдываться не стану. Могут оба идти к дьяволу и в унисон звенеть своими молниями на брючках! Уверена, в аду и не такое прощают. Скорее, поощряют подобное.

– Стейс, подожди, – перехватывает меня старший Ригхан, когда я спешу уйти.

Глупая, потому что застываю возле него.

– Давай поговорим.

– О том, что твой брат только что предложил мне отсосать? – На глаза наворачиваются слезы.

Господи, какой же чудесный праздник ты мне устроил! А это, наверное, предпраздничный сюрпрайз? Ох, Стейси, ничего ты не понимаешь! Видишь, как все тебя стремятся порадовать. Ты должна быть благодарна. День рождение наступит как-никак ровно через час.

– Или ты о том, как выставил меня дурой перед нашими семьями и друзьями? Кайд, спасибо за праздник. – Последнее предложение я шепчу, сил на истерику нет. Они кончились, когда я краснела перед всеми за столом.

– Я не думал, что тебя это так заденет.

Он это сейчас серьезно? Идиотам многое прощается в жизни, понимаю… Вероятно, Ригхан привык к такому. Но я нет!

– Стейс, я провожу Зака. Нам нужно поговорить.

– Нет, Кайден. Нет.

– Стейс, прошу.

Все, как обычно, Ригхан продолжает гнуть свою линию. А я дура, сдаюсь.

– Две минуты. Я спущу Зака и вернусь.

Младший Ригхан тащится, держась за корпус яхты, каждую его стену. Кайд хватает парня за ворот рубашки и рвет ее. Может, намеренно. Может, случайно. Энергия его злости психа разносится вокруг.

Обрывками со второй палубы доносится:

– Если доживешь до утра, я прикончу тебя, Зак! – рычит Ригхан. – Выбирай, как будет лучше – сам или это сделаю я.

Голос мужчины становится все тише. Через несколько секунд и вовсе становится не слышен.

Прохладный ветер заставляет меня спуститься на первую палубу и взять плед. Днем здесь жарко, а вот ночами холодно. Я удобно устраиваюсь на ложе и гляжу на звезды. Все небо усеяно ими. Когда последний раз я вообще видела их?

Кайдена долго нет. Вообще жалею, что согласилась подождать его. Звезды бесспорно красивые, но превратиться в ледышку не хочется. Я собираюсь пойти в каюту. Соберу вещи и на оставшиеся два дня перееду к подруге. Она, вроде как, Фостера собралась выгнать. Стоит подняться на ноги, как вижу Ригхана с пледом. Тень решительно надвигается на меня. Мужчина бросает вязаную вещь на у моих ног и опускается на колени.

Я смотрю на него, когда он обвивает ладонями мои лодыжки. От такой неожиданности забываю, как дышать. Кайден решил замолить прощение, покрыв кожу поцелуями? Его губы влажные, будто перед этим он что-то выпил.

– Прости меня. Я не хотел, чтобы все вышло так…

– Ты хоть понимаешь, что сделал? Выставил меня шлюхой какой-то! А твой друг на пару с братом поддержали. У Стейси на лице капля спермы! Весело? – Кричу я, спрыгивая с ложи и убираясь подальше от Ригхана.

Мы не будем вместе!

– Стейс, я пошутил. Неудачно. Ты не шлюха! Я не думал, что это окажется такой проблемой.

– Выставить меня шлюхой не окажется проблемой? – Безумно смеюсь я.

Господи, ну точно дура! Я держусь за кормовой релинг, желая скинуться за борт, лишь бы не слушать этого идиота.

– Мы вместе. То, что мы делаем друг с другом – это не означает, что ты шлюха. Почему в твоих мыслях секс – это что-то грязное?

– Он никогда не был для меня чем-то грязным! – Повышаю голос, не видя Кайдена детально.

Ночь уберегает меня от гнева, отображающегося на лице мужчины.

– Но теперь… – Холодный порыв ветра затыкает мне рот. – Теперь все, что связано с тобой для меня грязно. Минет. Твой член. Язык, который ублажает меня там. Между нами все кончено. Поищи себе кого-нибудь. Хотя… Тебе и искать не придется.

Я не двигаюсь, наблюдая, как Ригхан в два счета оказывается у меня. Он берет меня за горло. Я даже не успела сделать вдох. Кайден жестко толкает меня к корпусу яхты и задирает платье.

– Ты простишь меня, Стейс.

Бью его по лицу. От души, насколько хватает сил. Я упиваюсь его выражением лица – он ошарашен.

– Нет, – сквозь зубы шиплю, выпуская последние крохи воздуха.

Псих пару секунд дает мне подышать, когда разворачивает спиной к своей груди. Я успела заметить, что его рубашка расстегнута наполовину. Надеюсь, Ригхан как следует взбесился после того, как увидел меня со своим братом.

– Знаешь, Рейвен? Уже поздно.

Ширинка брюк Кайда трещит. Он высвобождает член из штанов и прижимается ко мне. Поступательными движениями он ласкает мою киску, но не входит.

– Потому что, если не простишь меня, ты не будешь ни с кем.

Обжигающий холод морозит мой зад, несмотря на горячую плоть Ригхана. Я задыхаюсь уже не от руки, ослабшей на моей шее (думаю, там теперь останется отпечаток Кайдена), а от твердого члена любимого мужчины. С таким удовольствием я сегодня делала ему приятно, вот она благодарность – выставить меня шлюхой.

– А! М! – Все, что я способна промычать, когда с меня начинает капать.

Ригхан продолжает двигаться вдоль моего влагалище и массировать клитор. Когда его движения набирают скорость, я сдаюсь. Выгибаю спину и кричу на темное небо, усеянное звездами.

– Ты же простишь меня?

– Кайд, пожалуйста. – Прошу его не останавливаться. Замедленный темп, который он сейчас подобрал, не к месту. Я уже готова была кончить.

– Стейс, пожалуйста. – Мужчина опаляет горячим дыханием, в котором витает запах дорогого виски.

– Да! Я… Я… Я прощу тебя, – дрожа всем телом, отвечаю я, достигая пика.

Сияющие точки теперь не только на небе, но и в мои глазах. Я поворачиваюсь лицом к Кайду и с жаром целую. Мы двое сумасшедших, безумно вспыльчивых и истеричных человека.

– Ригхан, в комнату.

– Стейс, я не выдержу. Я хочу твою девочку. – Головка психа проскальзывает в меня.

Я сопротивляюсь.

– Ты дойдешь. – Резко отстраняюсь от него и убираюсь прочь, вниз по лестнице.

Ригхан настигает меня у нашей каюты. Мы безудержно пожираем друг друга в коридоре. Кайд целуется так, словно у него окончательно сносит башню. Он никогда не был таким.

Пару раз мы пытаемся открыть дверь, нас качает то влево, то вправо от переизбытка чувств. Наши отношения – езда на американских горках и выплеск скопившихся эмоций. Страсть всегда накрывает так внезапно. Она, как злой полицейский, грубо хватает за запястья, закрывает тебя с таким же гневным преступником в камере, и наблюдает, как вы терзаете друг друга. Идеальное описание для нас с Кайдом.

– Сейчас нет нужных вещей, чтобы связывать тебя. Но дома… Я отомщу, Стейс, за твою дерзость.

Очень резко мы влетаем в комнату и падаем прямо на кровать, которая стоит напротив двери. Ригхан напополам рвет мое красивое, такое девчачье по цвету нежно-розовое платье. Я ахаю. Откуда в нем столько силы, чтобы разорвать на части одежду?

– Они не давали мне покоя весь день. Чертовы кружевные! – рычит Кайд, глядя в сторону. Я поворачиваю голову и замечаю на горящем светильнике повисшие трусики. Ригхан забросил их туда? Я даже не заметила, куда они улетели перед ужином.

Мужчина выключает светильник и опускается на меня. Внутри что-то вновь перегорает. Мысль берет в узду возбуждение. Когда я не отвечаю на поцелуй психа, он с тревогой спрашивает:

– Что-то не так?

– Кайден, ты всегда гасишь свет, когда остаешься со мной. Тебе не нравится на меня смотреть?

Он всегда проводит со мной время только во тьме. Особенно, когда дело доходит до интимных моментов. Приходит ночью, утром не дает открыть шторы. Меня беспокоит это, я чувствую удушающую неуверенность.

Ригхан приподнимает мой подбородок, заставляя посмотреть в глаза. Его серые светятся даже во темноте.

– В следующий раз я трахну тебя в полдень. – В лицо заявляет он.

Кайден опускается к груди и начинает по очереди ласкать мои соски.

– Вылижу каждый миллиметр твоего тела в лучах солнечного света. День будет свидетелем нашего секса. Но я бы предпочел, чтобы это была ночь.

Мне тоже больше по вкусу ночь. Заниматься любовью при свете дня – это все равно, что делать грязные вещи на глазах у кого-то. День треплет о происходящем, а ночь бережет секреты.

– Я люблю тебя. Иди ко мне, Ригхан!

Моя очередь раздевать его. Я не церемонюсь: сильно дергаю за рубашку, часть пуговиц улетает на пол. Кайден жадно лижет мою шею и заставляет сесть на колени. Он собирает светлые волосы в кучу и наматывает на кулак. Заставит извиняться?

– Собери в хвост, – командует Ригхан, находя на кровати резинку.

Повинуюсь. Хоть и хочется возразить! Язык жутко чешется сказать что-нибудь неприятное!

– Ты был такой красный, когда Рон сказал, что тебя не посадят, потому что мне исполняется восемнадцать. – Припоминаю въедливую сцену.

Кайден направляет свой член в мой рот, заставляя сосать. Я раздвигаю ноги шире, поудобнее усаживаясь перед мужчиной и чувствую, как касаюсь пола влажной промежностью. Какие же приятные порхающие движения вызывает это в животе!

Сначала псих действует медленно. Его толчки очень умеренные, будто он считает, на какой счет ворваться в меня. Я дрожу перед Ригханом. Чавкающие звуки из моего рта заставляют краснеть. Я закрываю глаза, пытаясь избавиться от стыда.

– Смотри мне в глаза, Стейс! – груб Кайд.

Мои губы смыкаются вокруг его члена. Когда Ригхан увеличивает темп, по щекам текут слезы. Он такой внушительный, что я не могу уместить его в своей глотке.

– А теперь встань.

– Но я не закончила начатое. – Освобождаясь от стояка во рту, кашляю я.

– Стейс!

Поняла, исполняю. Кайден быстро целует меня и нежно опускает на кровать. Ригхан гладит мои бедра, ласкает внутреннюю их часть. Мои ноги широко раздвинуты для него. Язык мужчины вылизывает меня, готовя к проникновению.

– Я люблю тебя, Рейвен!

Впервые он оказывается внутри полностью. Я чувствую, как сильно напрягаются мои мышцы. Первые минуты пытаюсь привыкнуть к размеру и движениям психа. Кайден контролирует все. Позу, темп, глубину проникновения. Мне как-то неудобно, что он отвечает за наш секс. Не хочу лежать, как бревно.

– Кайден, я…

Ригхан, будто чувствует: он на секунду покидает мое тело, ставит меня четвереньки и шлепает по заднице.

– Главный здесь я. – Он упоительно проводит ладонями по спине, хватается за мою маленькую попку и грубо врезается в киску.

Адский коктейль удовольствия взрывает меня. Я двигаюсь навстречу мужчине и кричу. Мне нравится громко стонать, не скрывать от партнера наслаждение. Ригхан вытрахивает из меня всю дурость, все истерики и недопонимания между нами.

Его толчки становятся слишком быстрыми, и я понимаю, что он вот-вот взорвется внутри меня. Вот черт! Резко прогибаюсь в спине, закатывая глаза. Океан оргазма берет в плен.

– С днем рождение, Стейс!

Ровно в полночь мы оба кончаем, но это не финал…