Эпилог

Три месяца спустя

— Доброе утро всем, — поздоровалась с моим отделом и обратилась к секретарю. — Детальный отчет о последней выплате принесите к двенадцати и договоритесь о встрече с компанией по поставке оборудования, которая нам писала на прошлой неделе. Они новенькие на рынке, но думаю, что можно дать им шанс. Они обещали придержать образцы и там уже решить, как мы станем действовать дальше.

— Как скажете, мисс Ася. Вам тут прислали открытку с приглашением на ужин. Цветы, я уже отнесла к вам в кабинет. Отправителя я не нашла, может быть вы назначали встречу?

— Хм. Вроде нет. Контактов тоже не имеется?

— Нет принес курьер, на вопрос об адресате сказал, что не может сказать по понятным причинам политики их компании. Открытка красивая. Может это какой-нибудь ухажер? — улыбнулась Сесиль.

Ох уж, эта женщина. Постоянно хочет меня познакомить с кем-нибудь или обратить мое внимание на нашего начальника, что уже давно оказывает мне странные знаки внимания.

— Сесиль, самое важное в моей жизни — это моя работа и удобное кресло. Ты же знаешь, что все твои попытки пойдут прахом.

— Ты бы хоть попыталась.

— Отчет Сесиль, — загибаю пальцы, — кофе и отдай мне мою открытку. Попробую выяснить, кто там такой настойчивый.

Вошла в кабинет и стала разглядывать кусочек бумаги, увенчанный красными розами.

Самый дорогой ресторан в центре города. Я туда конечно не ходила, потому что не было необходимости, но много слышала, о его видах на последнем этаже и кухне. Интересно. Может быть это действительно Томас? Надеюсь, что нет. Могу ведь и не пойти. Мне это все не нужно.

Автоматически положила руку под левую грудь.

Три месяца. А картинки все не меркнут, не стираются.

Шрам, который мне остался в напоминание о нем, иногда болит, какой-то фантомной болью. Щемящей.

С тех пор, как я переехала в Торонто и устроилась в фирму TJ-Group, заполучив место начальника отдела финансов и аналитики, я не успокоилась. Не пыталась забыть или сделать вид что уже не болит. Конечно, я не терзаю себя этой грустью постоянно, мне нужна светлая голова, я позволяю себе вспоминать после, когда одна.

Не было свиданий или даже заигрываний с другими мужчинами, я живу дальше, следуя за солнцем и луной. Но пока что, именно это все, что окружает и держит на плаву.

Часто думаю о том, каким он стал в супружеской жизни. Счастлив ли? Любят ли они друг друга? Я провела в больнице еще две недели после пробуждения. Потом покинула страну. Продала квартиру в России и сразу же уехала в Канаду. В Европу отправлюсь потом, когда у мамы будет день рождения.

Поверить не могу, что мы общаемся.

Тогда я приехала полностью разбитая. И в какой-то степени мне немного стыдно, что мое состояние способствовало нашему перемирию.

Я хотела попасть в заботливые руки. Как у Лейлы. Лишь одна женщина, могла подарить, или хотя бы попытаться, мне их.

Пока была в больнице, ко мне не приходил никто. И я не знаю, хотела бы я видеть кого-нибудь из них. Я бы просто не выдержала этого. Наверное, я все-таки благодарна им за молчание.

Все было оплачено и на высшем уровне. Пуля прошла навылет и была в сантиметре от сердца пробив и легкое. Не знаю, как я осталась живой. Что стало с теми, кто это сделал я не знаю. Идти за ответами к Мустафе я не стала, потому, что обещала не появляться. Свадьба прошла, и я сдержала свое слово.

Ничего намеренно не узнавала, не читала и не спрашивала ни у кого. Боюсь этой информации и тем более, вдруг увидеть фото. Это выше меня.

Работа пошла на пользу. Я отвлеклась, забылась.

На ужин решила не идти. Но, позвонил начальник и сказал, что встреча назначена компанией «A&A», той самой, с которой мы хотим начать сотрудничать.

Получив старый отчет, поняла, что мы сделали все правильно и прибыль оправдала вложения.

Встреча с компанией назначена на шесть вечера — это самое время для деловых переговоров, а выбор ресторана понятен своей эксклюзивностью и высоким уровнем обслуживания.

Томас сказал, что будет ждать меня там, а документы брать не стоит.

— Ну, как тебе ухажер, размером с компанию в пару миллиардов? Я же говорила, — остановилась возле девушки, уходя домой, раньше времени.

— Вполне себе. А может там какой-нибудь красавчик, что ты сразу же потеряешь голову после обычного «привет».

Помню такое уже было.

— Не смеши.

— Ну хоть в ресторан сходишь. Потому что там, насколько я знаю, цены астрономические. Я туда бы в жизни не попала.

— Да и я туда, как-то не планировала ходить, меня вполне устраивают местечки, типа "Джиллиан". Ладно я побежала. Звони мне если буду нужна.

— Хорошего вечера, Ася. И расскажи мне потом об этом ужине и как там внутри и…

— Ладно-ладно. Пока.

Дома приняв быстрый душ, я стала надевать любимое платье в пол и положила на комод брошь. Ту самую. Она стала моим любимым украшением.

Стиль одежды, я не меняла. Ведь и раньше не надевала ничего открытого.

Брошь в виде лилии подаренная моим мужчиной красиво обосновалась над левой грудью. Если я ее надевала, то только там, где ей самое место, у моего сердца.

Такси остановилось возле входа в здание. Меня всегда удивлял сервис в таких дорогих заведениях. Готова ли я была платить выше, за то, чтобы мне открыли дверь и разрешили припарковать машину у входа? Наверное, нет, но я и не того статуса птичка, чтобы об этом думать. Видимо мой мозг запрограммирован считать деньги и их разумное вложение, даже если они, лежат в чужом кармане. Боже, аж стыдно стало.

Поднявшись на самый верхний этаж из двадцати возможных, меня встретила хостес. Приветливо провожая по красивому залу, в красно-белых тонах, к моему столику. Видимо находился он у задней стены возле окон. Начальника я так и не увидела, потому была уверена, что он уже на месте.

Вау, самая красивая точка этого заведения. Вся фишка в том, что столики возле окон находились будто в нише, которая была полностью стеклянной. По факту ты сидишь и видишь под собой прозрачное стекло вместо пола. Красиво, но на мой взгляд опасно, а я еще и высоты боюсь.

Девушка завернула за колонну и мое сердце прострелила молния, когда я сделала тоже самое, пройдя в самый угол.

На миг показалось что в комнате закончился воздух, и я не могу вдохнуть. Пространство, стало сужаться и мне не на шутку стало страшно, что я умираю, от сердечного приступа.

Картинка пошла темными пятнами. Мои руки искали опоры, потому что ноги подкашивались. Я была потеряна в этом пространстве.

Он сидел за столиком и смотрел на меня улыбаясь. Такой же красивый, ласковый взгляд. Словно мягкое прикосновение.

Я не могла сделать и шаг. Остановилась и больше не двигалась. Мое потрясение видимо передалось и ему, хотя скорее всего он знал куда идет и кого увидит. А вот меня пора бы в больничку, если это не плод моего воображения. Сразу захотелось себя ущипнуть.

Айяз поднялся и вышел из-за столика направляясь ко мне, а я так хотела бежать к нему и от него одновременно.

«Он не мой. Он чужой. Не мой. Не мой», — шептал разум.

И я с ним согласилась, а мое сердце металось в груди, сходя с ума, желая попасть в объятия такого желанного и любимого человека. Сделала шаг назад, стала отдаляться, пока он не успел подойти слишком близко.

Мне нужно уйти. Нельзя допускать мысли, что он тут не случайно или наоборот. «Бежать», — пульсировало в голове одно и тоже слово.

— Айсель? — он удивился моему поведению? А мне каково сейчас?

Я замотала головой потому, что вариант, что мне все показалось, отметался в сторону. Он тут, передо мной, но зачем? Воскресить мои муки? Разворошить старые раны, которые итак никогда не заживают?

— Нет… нет… нет… — шептала как безумная. А потом зажмурилась и снова открыла глаза.

Борьба внутри меня продолжалась, и никто не мог победить.

Вдруг осознание. Что я делаю? Это же мой любимый. Куда мне бежать, когда ноги сопротивляются мозгу и идут к нему?

Он подошел вплотную и взял мои руки, медленно поднес к своим губам целуя их, как делал это раньше. Ну зачем? Он ведь женат. Что если она тоже где-то тут?

Эта мысль пыталась отрезвить…но…

Айяз поднял руку и стал водить пальцами по моим щекам. А я удивилась от того, что они были… мокрыми? Я даже не заметила, что плачу.

— Айяз?! — не знаю вопрос это был или утверждение, или что я хотела. Наверное, просто произнести его имя вслух.

— Забавная, — сказал и заключил в свои крепкие объятия, ведь только в них, я могла успокоиться и почувствовать себя в безопасности. Мой мир вновь окутал меня собой.

Поток новой порции слез обрушился на меня вновь. Я стала остервенело хватать его за пиджак. Стараясь сделать объятия еще крепче. Срастись с ним и не отпускать больше никогда. Вдыхаю его аромат и таю. Аромат моего мужчины… Он окружил меня, взял в плен, как и его медвежьи руки. Я снова с ним, маленькая и такая нужная.

— Айяз. Боже мой, это ты, поверить не могу.

Мы стоим на виду у посторонних людей обнимаясь и прижимая друг друга, как можно ближе и крепче, боясь, что этот миг раствориться во времени и не повторится никогда.

— Я здесь родная. Я с тобой, — отстранился и поцеловал в губы.

Я ответила ему, не задумываясь ни о чем. Обхватила его шею и целовала, впиваясь в губы, больно раздирая их зубами, до крови. Было плевать на все. Прошлое, будущее, третьи лица, жены, отцы. Все стало прозрачным, не важным. Только он и только я, в центре нашей вселенной. Его мягкие и неумолимые губы. Крепкие руки, стискивающие до хруста в ребрах. Языки ласкающие друг друга.

Мой любимый. Самый желанный. Мой самый дорогой человек. Он здесь.

— Пойдем к столику. Нам многое стоит обсудить.

Неужели этот миг закончился? Неужели вот так — пфф и испарилось? Я не хочу говорить.

Отодвинул стул для меня, но сам сел не напротив, а рядом со мной и я была ему благодарна, потому что, даже это расстояние, было бы катастрофически большим для меня.

— Что ты тут делаешь Айяз? — начала я взволнованно. — Это ты назначил встречу? Вы теперь поставляете оборудование?

— Ты очень красивая Айсель, — только и сказал он, смотря на меня переплетая пальцы наших рук.

Его глаза сияли, как бриллианты. Даже раньше не было такого блеска. Надеюсь, что это, счастье в них.

— Спасибо, — немного смутилась. — Я… я тосковала по тебе. Скучала так что…

Он быстро поднял руку и погладил по щеке.

— Я тоже маленькая. Поэтому я тут. Чтобы, перестать тосковать. Быть рядом.

Вот именно то, что отрезвило меня уже окончательно. Опустило на землю, прижимая гравитацией глупую девчонку, что слишком далеко ушла в своих мечтах и желаниях.

Я отстранилась. Хотела забрать руку из его захвата, но он не отпустил.

— Айяз. Как ты так можешь? Зачем ты здесь? У тебя дома жена. Зачем ты приехал? — голос срывался на высоких нотах.

Все-таки выдернула свою руку и посмотрела на него.

— Жаль, что ты перестала носить платок. Но я очень соскучился по твоим волосам

Что это? Не хочет смотреть в глаза реальности и не отвечает на вопросы?

— Перестань. Ответь мне. Так нельзя. Я ведь просила тебя. И твой отец, что ты сказал ему? Если он узнает? Я ведь обещала ему, что не стану видеться с тобой и искать. Я поклялась, — поток слов все лился из меня не прекращая.

— Как же мне не хватало тебя, хаяти (араб. — моя жизнь)

— Айяз, — почти прорычала я ему.

Что за шоу он тут устроил?

— Пора тебе уже вернуться домой. Да и отец с матерью скучают по своей невестке.

Вот так ударил. Безжалостно. Пощечина наотмашь.

— Это не смешно Айяз. Это слишком больно, вот так шутить. Как ты можешь? Что за игры такие? Не смей слышишь? — ком в горле пошел в атаку, глаза вновь налились влагой, что обещала целый потоп.

— Успокойся. Ну ты чего? — подвинул меня ближе к себе, вместе со стулом и приобнял за плечи. — Я не шучу красивая. Мы едем домой. Пора тебе вернуться. Нам всем тебя не хватает.

— Ты издеваешься? Быть второй женой? На такое только и сойду? Или без оформления в любовницы?

Я начала злиться. Меня переполняло гневом. Неужели он за этим приехал?

— Смешная моя. Я не женился тогда, — поцеловал в висок.

Что??? Я не была готова к такой правде.

— Как? Но ведь, все было оговорено с родителями невесты и дата назначена, и помолвка.

— Все так, но после того, — он громко сглотнул, — что произошло, думаешь отец бы так просто отпустил бы тебя?

— Что?

— Я ведь еще даже не поблагодарил тебя хабибати (араб. — любимая моя).

— Не нужно благодарностей прошу. Не от тебя, — затараторила и тут до меня дошло. — Что? Что ты… как ты меня назвал?

Он мне в любви признался?

— Люблю тебя нежная, — шепчет на ухо.

Господи. Как выдержать такое. Любит. Признался.

Начинаю глубоко дышать. Это что поздний подарок Санты?

Беру себя в руки. Смотрю укоризненно.

— Значит отец хочет, чтобы ты женился на мне, в знак благодарности что ли?

— Смешная моя. Просто теперь он знает, что ты особенная для меня и для него ты стала еще ближе к сердцу. Он разорвал помолвку на следующий день как только закончилась твоя операция. Не мог раньше. Провел под дверью в операционную почти сутки. Кстати, свадьбы с Ранией и не было бы, в принципе. Я бы не женился. Выжидал время, чтобы ублюдков достать. Поэтому решил, что твой отъезд будет к лучшему.

Его слова, лились бальзамом, на мою израненную душу.

— Но я не понимаю. Вы даже не приходили ко мне. Никто. Я думала ты женился, в свадебном путешествии, но твой отец? Я была обижена немного, но понимала, что это было бы лишним.

— Желанная моя, я приходил каждую ночь. Чтобы не тревожить тебя.

— Значит, мне не снилось, что ты держал меня за руку и говорил со мной?

— Нет милая, я был с тобой и отец с матерью тоже. Мы, просто решили, дать тебе немного времени, побыть одной и привести в порядок мысли и здоровье.

— А вот сейчас, я хочу ударить тебя. И не скажу спасибо за это решение. Ты мне был нужен. Три месяца, Айяз. Я умирала от тоски. Думала, что ты с другой, — голос вновь стал хриплым и ранимым. — Может быть беременные. Счастлив, любишь ее.

— Я не покидал тебя ни на минуту. Я был рядом почти всегда. Жил недалеко. Видел постоянно.

— Но как? Я тебя даже не видела, не чувствовала тебя. Поверить не могу. Может я все-таки сплю?

— Я был не заметен. Но сейчас, я тут и хочу тебя забрать. Если ты не против конечно.

— Ну-у-у… Мне нужно подумать. А то, меня тут замуж зовут.

— Я просил его присматривать и быть другом. Убью за самоуправство, — прорычал зло.

— Перестань. Я же шучу, — уткнулась в его плечо смеясь.

— Томас мой хороший знакомый.

— Вот как? Обложил меня со всех сторон? Наверное, меня должно напугать такое пристальное внимание мужчины?

— Но?

— Но не пугает, — шепчу в его губы. — И я поеду с тобой.

— Спасибо милая, — целует громко. — За все спасибо. ТамАли маАк.

— Ухиббука (араб. — люблю тебя).

— Ана ухиббуки (араб. — я люблю тебя).

Поцеловал и в миг стал серьезным.

— Айсель, я должен извиниться.

— За что? — удивилась я.

— Я тебя подвел. Не уберег. Мне стыдно за это. В который раз? Не мог прийти раньше. Просто не мог. Мать и отец говорили, что ты вряд ли держишь зло, но я сам не могу простить себя. Лишь большая тоска заставили прийти к тебе сейчас. Но я буду всю жизнь винить себя за тот день.

— Эй, эй, — взяла его лицо в ладони и заглянула в глаза. — Ты что? Я бы никогда не стала тебя винить в том, в чем ты не виноват, милый. Я так боялась что ты умрешь. Там было так много крови, когда он ударил тебя. Молилась, чтобы тебя отец, стал искать, как можно раньше. Но вы все успели сделать вовремя.

— Ты пострадала. Чуть не умерла. Айсель, — его голос задрожал, а мне хотелось плакать, — я был готов умереть рядом с тобой. Никогда ничего так не боялся, как те мгновения, что ты лежала на моих руках.

— Все хорошо. И я не злюсь. Ты мой мужчина.

Весь вечер в ресторане, мы много говорили. Не могли остановиться. Постоянно касались друг друга. И не расцепляли наших рук.

Поверить не могу, что это и есть конец, а точнее, вот оно — начало.

Наше общее будущее, зарождающееся вновь в эту секунду.

— Ты уверена, что хочешь повести парня домой, после первого свидания? — спросил Айяз, когда мы подошли к моей квартире.

Открыла дверь и переступила порог. Повернула голову в сторону мужчины и сказала:

— Только если он уверен в том, что он настоящий мужчина, — положила руки за спину и пошла вперед, виляя бедрами, расстегивая медленно, длинную молнию платья.

— О, да. Сейчас я тебе покажу, красивая. Ты такого еще не видела, поверь.

— Уверен?

— Не смешно.

После его слов я почувствовала, как мое лоно трепетно сжалось в предвкушении сладенького.

А ведь мы скучали. Ой, что же будет.

Я подошла к дивану в гостиной и включила лампу. Нам не нужен яркий свет.

Наклонилась вниз к тумбе, чтобы достать кнопку. А после медленно стянула с плеч платье.

Айяз не подходил близко. Любовался мной. А я давно перестала стесняться моего мужчину.

Когда платье задержалось на бедрах, я стала стягивать его поочередно с каждой стороны. Мои бедра не останавливались, и все движения были похожи на соблазнительный танец.

— Айсель, ты меня просто убиваешь, — сказал он

Оставшись в нижнем белье и чулках, я повернулась к нему и увидела, как он, еле сдерживаясь, зажимает открытый рот рукой. Восхищение, желание, голод — это эмоции его глаз и тела.

— По-моему ты слишком одет, чтобы быть со мной на одной волне.

— О, черт, — воскликнул и принялся лихорадочно стягивать с себя пиджак, рубашку и брюки, сразу с трусами.

Его член выскочил из боксеров и пружинил, гордо «глядя» вверх. Я засмотрелась на моего мужчину и не могла сдержать шумного выдоха.

Айяз быстро подошел ко мне и посадил на спинку дивана, накидываясь на мой рот. Я чувствовала его горячее тело и желание, разливалось бурным потоком, унося за собой все лишние мысли.

Это уже был секс. Ласки наших языков, что сплетались и дразнили друг друга.

Мне в голову пришла идея. Безумная и порочная. Надеюсь, что Айяз, не будет против.

Пока мы целовались, я опустила руку на его толстый ствол и сжала крупную головку. Он был горячим, а моя ладонь стала немного мокрой. Это и есть мужская смазка?

Айяз сразу застонал, стискивая мое тело еще сильней.

Я провела рукой от основания и до конца, повторяя вновь и вновь.

— Я уже готов кончить, милая, — оторвался от меня и положил голову на плечо вдыхая мой запах.

— Я хочу кое-что попробовать, Айяз.

Главное не испортить все.

— Что ты хочешь? Только скажи, я все сделаю, — проговорил со сбившимся дыханием.

— Я сама. Тебе не придется ничего делать.

— Ччееерт… — застонал еще громче. — Ты серьезно?

Посмотрел мне лицо. Я кивнула, и он снова, закрыл лицо ладонями, запрокидывая голову назад.

Поцеловала его в шею. Провела языком вниз к груди и решила проверить его чувствительность.

Лизнула плоский, коричневый сосок и прикусила его зубами, а затем снова коснулась языком.

— Айсель… — прошептал на выдохе и вцепился в мои волосы крепкой хваткой.

Спустилась короткими поцелуями к его члену, вставая на колени. Провела языком по всей длине и взяла его в рот, придерживая рукой ствол. Он был реально большой. Думаю, я не смогу полностью его засунуть в рот, никогда.

Вкус был солоноватым, но не противным. Прошлась губами чуть дальше и язык погладил выемку на головке, как-то автоматически, исследуя, но Айяз еще крепче сжал кулак в моих волосах, и я поняла, что это означает. Повторила этот трюк и получила ответную реакцию.

Подняла одну руку и погладила яички. Хотя это больше, наверное, было похоже на урок по анатомии. Не думаю, что у меня получалось как надо.

Я продолжила ласкать его губами и языком. Он стал делать небольшие поступательные движения, что вызывало рвотные рефлексы, но сразу останавливался. Давал перевести дыхание.

В какой-то момент, я почувствовала, что он словно больше стал, и вены проступили еще сильней чем были до.

— Милая, я сейчас кончать буду.

Я кивнула и поняла о чем он. Решила, что раз уж пробовать новое, то не отказываться ни от чего.

Айяз притянул голову еще ближе и стал изливаться мне в горло, вязкой, горячей жидкостью. Я даже не могла сразу понять ее вкус. Лишь когда он медленно выходил подрагивающим членом, из моего рта, я ощутила соленый привкус. Не скажу, что приятный, но готовилась я, к более мерзкому чему-то. Не понимаю, почему так считала до этого.

Хотела встать и пойти прополоскать рот, вдруг ему неприятно будет, он ведь мужчина все-таки. Но он схватил мои запястья, рывком поднял так, что я невольно подпрыгнула вверху и он ловко усадил меня на себя.

Схватилась за его плечи от неожиданности и засмеялась.

Айяз обошел диван и сел на него вместе со мной, оставляя меня сверху. Кружевное белье все еще было на мне и именно им он решил заняться.

Завел свои руки мне за спину, в этот момент целуя меня в губы, шею. Расстегнул застежку бюстгальтера и зубами стал снимать лямки с плеч.

Как же это завораживает, возбуждает. Ткань оказалась на локтях, и я немного выгнулась, потому что он положил ладони на спине так, чтобы я легла на них. Прикрыла глаза, в ожидании прикосновения, но его не последовало.

Решила посмотреть чем он занят, и поняла. Подняла правую руку, чтобы прикрыть шрам под левой грудью, но он остановил меня.

— Не нужно Айяз.

Я не знала, что с ним, снова вина?

— Ты прекрасна Айсель.

Так вот что он подумал.

— Я не стесняюсь его. Подумала, что ты вновь начнешь о том, что виноват.

Он сразу стал напряженным.

Поднялась к нему всем телом и поцеловала в уголок губ.

— Все хорошо. Я так скучала по тебе.

Наклонился и коснулся невесомо места, где оставлен след, что мой мужчина для меня дороже всего на свете.

Подо мной уже чувствовался его вновь вставший член и Айяз не заставил себя ждать. Аккуратно, сдвинул в сторону мои трусики, при этом нежно провел пальцами по припухшим от возбуждения складочкам и приподнял меня над собой.

Я опустила руку, погладила его достоинство и приставила к входу. Медленно вводя его в себя. Мужчина сжал мои бедра до боли и видимо не выдержав этой сладкой пытки, насадил меня на всю длину.

Я громко вскрикнула, а он еще громче выругался матом.

Мы довольно рассмеялись и принялись остервенело целоваться. Вильнула бедрами, чтобы понять, насколько привыкла к его размеру и сделала первое движение. Как же это круто. Как хорошо быть с ним. Чувствовать его в себе.

Удобней уселась на нем и стала двигаться сама. Поднимаясь так, что он почти выскальзывал из меня, и тут же опускаясь, с громким шлепком на его бедра.

Мы стонали, тянули друг друга за волосы и кусались. Наверное, завтра на наших телах не останется и живого места, но сейчас все происходило идеально, как нужно.

Я скакала на нем, и чувствовала, что уже скоро мы оба получим желанный оргазм. Я ощущала его в себе еще более четко, более ярко. Айяз резко подхватил меня и перевернулся не выходя, так что я оказалась под ним. Он вбивался быстро и четко, проникая под правильным углом, касаясь точки, что приближала мое тело к сладкой неге.

Очередной толчок и я выгнулась так, что могла встать на мостик. Айяз, подхватил одной рукой за ягодицы, а второй за плечо и вошел с громким рыком, кончая глубоко во мне. Наполняя собой, даря удовольствие… ни с чем не сравнимое.

Пролежали так в обнимку очень долго. Уснули бы, если бы диван был шире, поэтому пришлось встать. Да и душ не помешал бы.

— Сколько времени тебе понадобится на сбор вещей? — спросил Айяз, когда мы вышли на кухню решив выпить чай.

— Не знаю, может пара дней. Еще ведь и с работой нужно все решить.

— Томас уже все решил.

— То есть ты был уверен, что я соглашусь ехать с тобой?

— Конечно, — нагло подмигнул.

— Самовлюбленный мужчина, — толкнула его в плечо.

— Я неотразимый.

Посмеялись, выпили горячий напиток, промочив горло и ушли спать.