Глава 3

Мужчина приподнимается и берёт ведро. Прикрываясь им, опасливо посматривает на девочку и быстро поправляет что-то в районе бёдер.

«Оружие? – холодею я. – Не хочет, чтобы дочь видела пистолет?»

Мысли разъезжаются, как ноги моей кормилицы Мерседес зимой на льду. Я не понимаю, что происходит. Почему Таир заявил, что это его дом? Может, он наследник? Ох, тогда дело совсем плохо! Конечно, я живу здесь не по своеволию, а по разрешению бабы Поли. Но как это доказать?

– Чёрт, костюм испорчен, – цедит мужчина, но ведро всё ещё не опускает. – Сначала молоко, теперь это…

«Это» в представлении не нуждается – благоухает на всю округу. Впрочем, для меня это аромат будущего урожая, а вот городскому неженке запах явно не по вкусу. Хватаюсь за соломинку, желая угодить новому хозяину домика бабы Поли.

– Хотите, я почищу? Будет как новенький!

Думала, откажет, но мужчина неожиданно кивает:

– Хочу. Захвачу из машины запасную одежду.

Прикрываясь ведром, кивает девочке:

– Иди с тётей в дом.

– Не хочу! – капризно топает малышка.

– Кто не слушается, тот в телефоне не играет, – сурово замечает Таир.

– Лядно, – нехотя отвечает девочка и быстрыми шагами направляется к дому.

Я спешу за ней, но постоянно оборачиваюсь и посматриваю на мужчину. Тот отставляет ведро и стремительно направляется к машине. Подходит к багажнику, открывает его, а дальше я уже захожу за девочкой в дом и закрываю дверь, чтобы мухи не налетели. Спрашиваю малышку:

– Ты раньше была здесь?

– Да!

Она залезает с ногами на деревянную скамью, тянется к столу, по-хозяйски приподнимает полотенце и без спроса хватает один из пирожков с малиной, которые я вчера испекла в старой печке. Откусив, морщится:

– Кислё…

Бросает недоеденный пирожок на пол, и я наклоняюсь, чтобы его поднять. Продолжаю расспросы:

– А когда ты здесь была?

Она показывает три пальца.

– Вот когда!

– Три года назад или когда тебе было три годика? – уточняю я и сама отвечаю: – Наверное второе, три года назад ты была совсем крохой. Но почему тогда я не помню, чтобы вы навещали бабу Полю?

– Потому что мы приезжали сюда три года назад, – отвечает за дочь Таир. Он вносит в дом большой чемодан и маленький розовый рюкзак, увешанный игрушками и блестящими брелоками, ставит на пол и продолжает: – Бабушка Пелагея родственница моего близкого друга. Иван очень хотел её навестить, когда приезжал из Мурманска, потому мы вместе посетили деревню «Вперёд».

– Вот в чём дело, – облегчённо вырывается у меня.

Ева, спрыгивая с лавки, бежит к своему рюкзаку, а потом несёт его к кровати и вываливает на покрывало всё содержимое.

– Телефон! – радуется малышка и, включив смартфон, утыкается в игру.

– Полчаса, – сурово предупреждает Таир и снова поворачивается ко мне. – Где я могу переодеться?

Я невольно посматриваю вниз, на его пояс, боясь заметить выступающее оружие, но, одежда уже не топорщится. Должно быть, мужчина спрятал пистолет в машине, и это меня немного успокаивает.

«Раз не наследник, то надо побыстрее выдворить незваных гостей», – решаю про себя.

– Здесь, – отвечаю мужчине и показываю на закуточек, отделённый от основной комнаты старой печью: – А я пока подожду на кухне. Поставить для вас чай? Я сама его собрала!

– Тогда точно не нужно, – поспешно открещивается Таир.

Я обиженно поджимаю губы, ухожу на кухню и зажигаю конфорку.

– И зря, – наливаю в чайник воду из ведра. – Отличный сбор, между прочим. Для здоровья полезно, а ещё очень вкусно. Лист смородины, мята, мелисса и липовый цвет…

– Ева, нет! – внезапно рявкает Таир.

А затем раздаётся жуткий грохот и звон бьющегося стекла.