Глава 32

– Не хочу! – на всю улицу кричит Ева. – Не-е-е-т!

Таир поднял девочку очень рано, едва я успела подоить корову и коз, и малышка отчаянно сопротивляется возвращению в город. Она цепляется за перила крыльца, выкручивается из рук отца и пытается сбежать в колючие кусты крыжовника, чтобы Таир не достал дочь.

– Ненавижу садик! Не хочу! Нет! Пусти… Я слёмаю зябор!

Она снова начинает коверкать слова, и я не выдерживаю.

– Оставь Еву со мной, – предлагаю Таиру. – Если доверишь её мне, глаз не спущу.

– Хочу с тётей Деей! – тут же переобувается девочка. – С Мерседес, Розочкой и Беляночкой! Хочу остаться!

– Довольно! – рычит Таир и опускает девочку на ноги.

Ева тут же бежит ко мне и, с размаху уткнувшись в меня, обиженно смотрит на папу:

– Не люблю тебя. Люблю тётю!

– Ладно, ладно, – проведя пятернёй по густым волосам, сдаётся мужчина. – Оставайся. Но если Дея пожалуется на тебя…

– Не пожалюется, – зло выпаливает Ева.

Я цокаю языком и качаю головой. Девочка тут же исправляется:

– Не пожалуется! – мило улыбается она. – Обещаю!

– Если что потребуется, звони, – Таир подходит ко мне и касается щеки. – Привезу, что нужно.

Ева хихикает и отворачивается.

– Целуйтесь уже, – громко говорит она и, обернувшись, хитро смотрит на нас. – Как вчера!

Холодею, в панике вспоминая, когда и где девочка могла нас видеть. Таир наклоняется и шепчет:

– Когда молоко пили. Она в окно подсматривала.

– Не подсматривала! – возмущается ребёнок. – Я с Павлом Пузиковичем играла! А вы…

Осекается и, закрывая рот, опять хихикает.

– Ну, раз дочка разрешила… – громко говорит Таир и, наклонившись, касается моих губ своими. А потом смотрит в глаза: – До завтра. Не скучай.

– С Евой-то? – иронично выгибаю бровь.

Таир тихо смеётся и, выпрямившись, поворачивается к дочери:

– Будешь вести себя хорошо, куплю, что скажешь. Куклу? Приставку? Новый «айфон»?

– Братика, – неожиданно выпаливает девочка.

Мы с мужчиной столбенеем и переглядываемся. Таир поправляет воротник белоснежной рубашки и бормочет:

– Ничего себе заявление…

– Ты обещал! – выкрикивает Ева и топает. – Я буду хорошо себя вести.

– Понимаешь, милая, – осторожно вмешиваюсь я. – Братики в магазине не продаются. Их долго нужно ждать.

– Сколько? – живо интересуется малышка.

– Не меньше года, – поразмыслив, отвечаю ей.

– Я подожду, – милостиво соглашается девочка и толкает папу к машине: – Уезжай. Нам ещё скотину выгуливать!

– Такая деловая стала, – растерянно хмыкает Таир и, бросив на меня странный взгляд, уходит. – Постараюсь вернуться как можно быстрее.

– Не спеши, – машу ему вслед.

Мы с Евой наблюдаем, как Таир садится в «мерседес», и тот уезжает, поднимая пыль. А потом спешим к сараю. Нам действительно некогда скучать!

К обеду возвращается в дом, и малышка помогает мне готовить. После идём к колодцу, и, пока я набираю воду, девочка бегает и ловит мух. Сажает их в коробочку и поясняет:

– Павла Пузиковича тоже надо кормить.

Я подхватываю ручки вёдер, и мы возвращаемся, а по дороге встречаем женщину с соседней улицы. Она везёт тележку с пустыми вёдрами.

«Плохая примета», – мелькает в мыслях.

Но я в приметы не верю, это баба Поля так говорила, вот и отложилось.

Соседка умиляется при виде ребёнка:

– Какая красавица! Вся в маму!

– Это не… – начинаю я.

Но Ева перебивает:

– Да, я красивая! И мама у меня красивая!

Обнимает меня, и теперь язык не поворачивается объяснить, что девочка мне не дочь. А ещё не хочется этого делать, ведь так приятно ощутить себя мамой. Соседка смотрит на меня и обеспокоенно предупреждает:

– Ты дитё одну гулять не пускай. Ночью опять городские колесили на своём чёртовом драндулете. Орали, как резаные! А на конце улицы какой-то мужик поселился в пустующем доме. С виду вроде приличный, но кто его знает?

– Ева всегда со мной, – уверила я.

Но поблагодарила сердобольную женщину за предупреждение.

«Хорошо, что Таир починил наш забор!»

Решила запирать на ночь и дом, и сарай. На всякий случай.

Как чувствовала.