ГЛАВА 2

В «Приюте путника» я прожила четыре дня. Госпожа Милкинз, узнав, что я приехала в Эрнефъялл жить, свела меня со своей знакомой, которая сдавала квартиры. И хотя несколько комнат в каменной коробке не были пределом моих мечтаний, привередничать не приходилось. На коттедж с собственным садом у меня пока не было денег. Поэтому я согласилась. И, распрощавшись с Милкинзами, собрала вещи и отправилась в свое новое жилище.

Это была квартира на втором этаже четырехэтажного дома недалеко от центра. Да, небольшая, состоящая из спальни и совмещенной с кухней гостиной. Зато в ней из крана текла горячая вода, двойные оконные рамы не пропускали холод, а больше всего радовал вид, который открывался из окон. Они выходили на небольшой квадратный сквер, заросший елями и соснами. Пусть старые, немного уставшие и застывшие от холода, но это были живые деревья. Моя эльфийская душа оказалась искренне рада увидеть их среди каменных зарослей города.

После того, как я определилась с жильем, насущным вопросом стал поиск работы. Нет, из Имиль-та-Эли я уходила не с пустыми руками. Несколько невзрачных эльфийских побрякушек, проданных в Равене, принесли мне неплохую сумму. Но почти половина от этих денег ушла на новые документы и амулет с личиной. Остатка хватит хорошо если на полгода не слишком разгульной жизни. А ведь мне уже сейчас нужно покупать зимнюю одежду, чтобы не окоченеть здесь мимоходом.

Честно говоря, я слабо представляла, чем могу заниматься в человеческом городе. Не переводчицей же с эльфийского быть, в самом деле. А куда еще можно податься без связей, образования и опыта? Ведь я притворяюсь человеком и не смогу рассказать, чему меня учили в Имиль-та-Эли и чем занималась по поручениям отца.

Становиться официанткой или торговкой мне не хотелось. Даже не потому, что я была эльфийкой из влиятельного Дома и считала такую работу недостойной. Просто она предполагала постоянное общение с людьми, которые так часто меня раздражали. Все же разница менталитетов у нас была огромной, и мне не хотелось из-за этого срываться.

Может, стоит поискать работу секретаря? У меня красивый почерк, как у всякого эльфа, я вынослива и внимательна к деталям. Думаю, в Эрнефъялле найдутся мелкие конторы, которые не станут сильно придираться к опыту. Конечно, там не стоит рассчитывать на большое жалование, но пока деньги есть, можно и потерпеть, а потом уже думать дальше.

С насущными делами я решила не затягивать и сразу переезда принялась обустраиваться на новом месте. Обойдя свою квартиру, примерно прикинула, чего мне в ней может не хватить, и отправилась гулять. Пройдусь по району, осмотрюсь, загляну в магазины. Заодно посмотрю, не ищут ли в конторах поблизости секретаря, и куплю газету с объявлениями.

Наверное, район, в котором я поселилась, по человеческим меркам считался вполне симпатичным и благополучным. Центр квадратной площади, к которой со всех сторон сходились узкие извилистые переулки, был занят аккуратным сквером. Вокруг теснились четырехэтажные дома с фасадами, выкрашенными в розовый, желтый и зеленый. Первые этажи домов занимали небольшие магазинчики.

Мило, да. Вот только я задыхалась в этих каменных зарослях. Мне не хватало жизни, свободы и простора. Я не чувствовала землю и природу вокруг. Наверное, к этому тоже удастся привыкнуть, ведь другого выхода у меня нет. Но Имилея… как же тяжело.

Осмотревшись по сторонам, я быстро перешла неширокую дорогу, оказываясь в сквере, и шагнула под древесный полог. Выбрала ель с самыми длинными и густыми лапами, стянула перчатки и прижала ладони к стволу.

– О Богиня, вот так хорошо, – прошептала я, прикрыв глаза.

Под ладонями текла живая энергия. Пусть медленная, застывшая до густоты старой смолы, которая оседала на языке вязкой горечью, холодная и терпкая. Но она была там. И меня это до невозможности радовало. Дышать сразу стало легче, а тело наполнилось силой и бодростью. Наконец-то….

Любой эльф, даже не обладающий магией как таковой, чувствует природу. Внутри нас живет ее энергия, энергия Имилеи, создательницы всего сущего. Она течет от источника родовой рощи, от деревьев Имиль-та-Эли, даже от любой травинки, самой ничтожной и слабой. Потеряв возможность чувствовать этот ток, эльфы быстро чахнут, теряя силу, молодость, а затем и жизнь. Мой Эндиль сейчас очень далеко и связь с ним слаба, поэтому мне никак не обойтись без соприкосновения с местной природой. Надо бы приходить сюда почаще и просто касаться деревьев, хоть как сейчас.

Жаль только, у меня очень быстро замерзли пальцы и пришлось снова надевать перчатки. Да и задерживаться надолго не стоило. Все же у меня сегодня было очень много дел.

Выбравшись из сквера, я неторопливо пошла вдоль домов, рассматривая первые этажи. Книжная лавка… Нет, я совершенно не знакома с человеческой литературой и вряд ли смогу ее продавать. Нотариальная контора… Здесь помешает незнание законов Виронии, которые нужны, наверное, даже секретарю нотариуса. Мясная лавка… Нет, это точно не мое. Слишком уж грязная работа. А там что? «Цветы»?!

Вопреки расхожему мнению, к срезанным цветам эльфы относились довольно ровно. Да, наши собственные дома мы растили прямо из живого дерева и терпеть не могли, когда кто-то уничтожал природу просто так или исключительно ради жажды наживы. Но при этом мы понимали, что растения тоже приходят в наш мир, чтобы вырастить семена, плоды, которые можно съесть, или цветы, которые могут стать чьим-то украшением или подарком. Просто я не ожидала увидеть цветочный магазин здесь, в царстве снега и холода.

Мне стало интересно. Поднявшись по ступенькам, я открыла дверь и зашла внутрь, с любопытством осматриваясь по сторонам. Воздух пах зеленью и цветами, ароматы которых переплелись в единый густой дух. Вдоль стен стояли полки с букетами в вазах и живыми растениями в горшках. На полу под ними теснились мешки с землей, пустые кашпо, лейки и прочий садовый инвентарь.

– Добрый день, – поздоровалась невысокая девушка за стойкой. – Я могу вам чем-нибудь помочь? Может быть, вы ищите что-то конкретное?

– Нет, не ищу. Если честно, я зашла просто посмотреть. Понимаете, я приехала в Эрнефъялл совсем недавно и не думала увидеть живые цветы зимой.

– Вам казалось, что у нас нет ничего кроме снега? – рассмеялась цветочница.

– Наверное, – я дернула плечом. – Никогда не была на севере.

– Понятно. Но цветы есть, и люди очень охотно берут их.

– А откуда их к вам привозят?

– Ниоткуда, – огорошила девушка. – Их выращивают прямо в городе, в теплицах господина Дивногора. И не только цветы, но и овощи, свежую зелень.

– Надо же… – пробормотала я задумчиво.

Теплицы… Это может стать отличным местом для чистокровной эльфийки, которая чувствует природу как саму себя.

– А вы не знаете, там ищут работников?

– Не знаю. Если вам нужно, просто пойдите туда и спросите у них. – Девушка написала адрес на листке бумаги о подала его мне. – Вот. Отсюда полчаса пешком.

– Благодарю, – кивнула я.

Что ж, раз у меня появился адрес, нужно хватать гнома за бороду и идти туда прямо сейчас. Кажется, мне наконец улыбнулась удача. И в этом я еще раз убедилась, когда добралась до нужного места, ни разу не заблудившись.

Теплицы уютно устроились в квартале коттеджей. Большие стеклянные постройки, занимавшие сразу несколько участков, было заметно издалека. На улице уже начало темнеть, и они светились, как настоящие магические шкатулки, которые зачаровывали эльфийские умельцы.

Я уверенно зашла в ворота и направилась ко входу через двор, заставленный пустыми ящиками и поддонами. Из дверей мне навстречу выскочил чумазый парень с очередным ящиком в руках, и я тут же взяла его в оборот.

– Скажите, вам нужны работники в теплицы?

– Работники? – Парень остановился, растерянно моргнув. – Это вам лучше с хозяином говорить, с господином Дивногором.

– И как мне его найти?

– Войдете прямо в двери, потом направо, налево и еще раз направо.

Посчитав свою миссию выполненной, он побежал дальше, а я вздохнула и пошла искать этого господина Дивногора.

Указания паренька привели в одну из теплиц. И уже на подходе к ней я услышала ворчание, из-за которого у меня внутри подняло голову очень нехорошее подозрение. Но Богиня ведь не могла так надо мной подшутить?

Как выяснилось, могла. Когда я шагнула в теплицу, чтобы посмотреть, кто же там такой ворчливый, сразу поняла это и обреченно вздохнула. Мои подозрения оказались не напрасными. Впрочем, стоило догадаться об этом, только услышав фамилию хозяина теплиц.

Там сидел гном. Самый настоящий гном, невысокий и коренастый. Его длинные волосы, похожие на жесткую проволоку, были такими рыжими, что это даже казалось странным. Заплетенную в косу такую же рыжую бороду гном закинул за фартук, чтобы она не мешала, и сейчас вертел в руках горшки с азалиями, недовольно бурча себе под нос.

О Имилея, ну почему гном? Мы с самого сотворения мира недолюбливаем друг друга. Гномы считают нас высокомерными зазнайками, а мы их – скупердяями и грубиянами. И как прикажете проситься к нему на работу? Мой счет к Келемису вырос еще на один пункт.

Да и вообще, виданное ли дело – гном-садовник? Эти бородатые карлики всю жизнь проводят в подгорных пещерах и не могут отличить розу от моркови. Ковать, копать, клепать – вот что они действительно любят и умеют, чувствуя металлы и камни так, как этого не может никто другой. До живого же им обычно вообще нет никакого дела. И как господину Дивногору пришло в голову заняться цветами? Это все равно что мне податься в ученицы к кузнецу.

Подавив очередной обреченный вздох, я постучала костяшками пальцев по косяку, обозначая свое присутствие. Гном оставил горшок в покое, обернулся и глянул на меня недовольно.

– Чего надо?

Я мысленно скривилась, но все же постаралась спокойно ответить:

– Добрый день. Не нужны ли вам работники в оранжерею?

– Работники… – прошипел гном, глядя на меня своими маленькими глазами. – Уже взял одну, вот так, с улицы. Столько растений мне чуть не загубила! Иди отсюдова.

Раньше я бы в ответ на такую грубость вызвала хама на поединок. Но пришлось поскрипеть зубами и уточнить, вычленяя главное:

– То есть, работник вам все-таки нужен.

– Нужен. Но это явно будешь не ты.

– Что, даже не побеседуете со мной? – Я сложила руки на груди, не собираясь так просто сдаваться.

– А почему я должен тратить на тебя свое время? – хмыкнул гном. – Время, как известно, – деньги.

– Может потому, что я не так уж и плоха? А вы из-за своего негативного опыта потеряете шанс заполучить действительно хорошего сотрудника, который разбирается в растениях?

– Разбирается она… – Господин Дивногор смерил меня скептичным взглядом, но все же махнул рукой: – Тогда скажи, что не так с этими цветами?

Я сделала серьезное лицо и подошла к столу. Подвинула к себе горшок с азалией, усыпанной розовыми бутонами, и тронула поникший лист. Да, наверное, обычному человеку было бы не так просто понять проблему, хотя белый налет на глиняных стенках говорил сам за себя. Я же исключительно для вида внимательно осмотрела цветок со всех сторон и заявила:

– Его перекормили. Слишком много удобрений.

– Хм… да? – прищурился гном. – А что это за цветок и как за ним вообще ухаживать?

– Азалия, – я спокойно пожала плечами. – Любит влагу и яркий, но не обжигающий свет.

– А это? – господин Дивногор сунул мне в руки какую-то луковицу.

– Гиацинт, – ответила я после недолгих «раздумий». – Но он еще спит. Луковицу стоит либо вернуть в прохладное темное место, либо высадить в землю, чтобы разбудить.

– Хорошо. – Недоверие в глазах хозяина оранжереи сменилось задумчивостью. – Что можешь сказать вот о нем?

Он кивнул в левый угол, где в горшке стояло небольшое деревце с очень красивыми трубчатыми цветками, большими и белыми.

– Это дурман, – улыбнулась я. – Дивной красоты растение. Но оно настолько же опасно, насколько и красиво. Все его части ядовиты и могут даже убить.

– Надо же, – пробормотал гном. – Не ожидал, клянусь бородой.

– Так я вам подхожу?

– Пожалуй.

Пожалуй? Ох уж эти гномы. Такого специалиста, как я, нужно было хватать сразу, обещая все возможные блага. А Дивногор расщедрился всего лишь на «пожалуй».

– Когда готова приступить?

– Хоть завтра, – я пожала плечами.

– Отлично, – довольно улыбнулся господин Дивногор. – Приходи с утра, зачислю тебя в штат.

Домой я возвращалась в очень приподнятом настроении. Мы с гномом поторговались насчет моего жалования, но, как ни странно, быстро сошлись на условиях, которые устраивали нас обоих. Видимо, Дивногор все же осознавал, что не стоит экономить на работниках, если хочешь иметь прибыльное и крепкое дело. Я понимала, что на ближайшие несколько лет мне стоит забыть о шелковых платьях, украшениях из драгоценных камней и изысканных эльфийских винах, но суммы, которую пообещал мой новоявленный начальник, вполне должно было хватить на квартиру, еду и одежду. Правда, придется перестать питаться в ресторанах и кофейнях.

Готовить еду мне еще не доводилось. Дома этим занимались слуги, а в редких выездах из Имиль-та-Эли я могла себе позволить даже самые дорогие рестораны. Теперь же все изменилось, и мне было очень нужно освоить готовку самой. Так что по пути моя сумка пополнилась продуктами и поваренной книгой из той самой книжной лавки по соседству.

К счастью, больше ничего особенного не понадобилось. Квартирная хозяйка оставила мне кастрюли, тарелки и прочую кухонную утварь. Поэтому, вернувшись, я просто разложила продукты и принялась за готовку.

Начать решила с супа. Тем более, нужный рецепт нашелся на первых страницах книги.

– Это же не должно быть слишком сложно, ведь так? – пробормотала я без особой уверенности, читая скупые строчки.

В конце концов, я освоила боевую и защитную эльфийскую магию, умею вскрывать замки и запоры, подделывать почерк и разбираюсь в травах. Неужели не смогу справиться с супом?

Подбадривая саму себя, я вытащила цыпленка из пакета, брезгливо держа его за ногу двумя пальцами, и сунула в кастрюлю с водой. Поставила ее на плитку и, сверившись с рецептом, принялась мыть овощи. Картофель, морковь, корень петрушки, лук и немного зелени. Да, мои руки больше привыкли к кинжалу из отличной закаленной стали, а не к туповатому ножу для овощей, но в этом не должно быть ничего сложного.

Мурлыкая себе под нос эльфийскую мелодию, я почистила картофель. Взялась за морковку, мимоходом бросив взгляд на бульон, и возмущенно воскликнула:

– Это еще откуда?

На поверхности варева, которое должно было стать моим супом, нахально плавало перо. Небольшое, ободранное, но оно лежало промо на поверхности воды, и этот факт меня ужасно возмутил. На суп с перьями я не подписывалась. Поэтому быстро стащила кастрюлю с плитки и вылила еще не успевший как следует нагреться бульон в раковину.

Источник неприятности нашелся быстро. Оказалось, что местами на куриной тушке сохранились коротенькие пеньки от перьев, а кое где даже и остатки пуха.

– О Имилея, – пробормотала я, держа убиенную птицу за крылья и осматривая со всех сторон, – неужели нельзя было ощипать нормально? Мне что, самой теперь это делать?

Естественно, пришлось самой. Правда, просто так выдергиваться эти пеньки категорически не пожелали. Они сидели в коже крепко и оказались слишком короткими и скользкими, чтобы можно было удобно ухватиться. Подумав немного, я достала спички и попробовала перья обжечь. Но кухня быстро заполнилась мерзкой вонью, и я, швырнув цыпленка в раковину, побежала открывать окно.

– Счет к Келемису вырос еще на несколько пунктов, – прошипела я, вывесившись на улицу и вдыхая холодный вечерний воздух. – Чтоб ему мхом порасти!

Ведь именно из-за него мне приходиться терпеть все эти… лишения. Из-за его неумения слышать слово «нет». А совсем не из-за моей гордыни, как выразился братец. Нежелание покорно идти в постель высокопоставленно мерзавца – это не гордыня, это чувство собственного достоинства. Качество, жизненно важное всякому разумному существу.

Пока вспоминала Келемиса недобрыми словами, противная вонь немного выветрилась. Но так и не дождавшись, пока воздух окончательно очиститься, я замерзла, заперла окно и решительно пошла к птице. Взяла нож и без всякой жалости срезала всю кожу, где чувствовались острые пеньки.

– Вот так тебе, – удовлетворенно хмыкнула я и вернула тушку в кастрюлю с чистой водой.

Готовка продолжилась. Я нашинковала морковь, лук, умудрившись расплакаться от едкого сока, нарезала аккуратными кубиками картофель. Отвернулась к книге, чтобы проверить, не забыла ли чего, и вдруг подпрыгнула от громкого шипения.

– Да что же это такое? – взвыла, стаскивая с плиты кастрюлю, бульон в которой бурлил через край и выливался на горячую поверхность. – О Богиня-Прародительница… – Еще и палец обожгла.

Наверное, не нужно было наливать так много воды. Но об этом в книге вообще не написали! И про перья тоже! Неужели каждая человеческая хозяйка знает об этом без всяких книг?

Пришлось идти за эльфийской заживляющей мазью. Палец болеть перестал, вот только пока я бегала туда-сюда, пока чистила плиту, чтобы она не воняла, мой энтузиазм уже успел угаснуть. Может ну ее, эту готовку?

Осмотрев мрачным взглядом плавающую в мутноватом бульоне курицу и овощи, выложенные на доске красивыми горками, я вздохнула. Нет, нужно продолжать. Иначе придется идти в ресторан и снова оставлять там солидную сумму. Да и в конце концов, я же не могу так просто сдаться? Я, Ниарэн Олиер Нимдаран, прекраснейшая дочь Дома Остролиста, магиня и шпионка, которой когда-то гордился весь Дом. Разве трудности меня останавливали? Нет уж, если понадобится, сварю хоть десять таких кастрюль, но разберусь, как это правильно делать.

Бульон был возвращен на плитку, где варился еще почти час под моим бдительным взором. Потом, сверившись с рецептом, я забросила туда овощи. Снова взяла часы и двадцать минут пристально следила за тем, как варево лениво кипит, а в конце засыпала зелень и немного странный продукт – лапшу, похожую на мелкие желтоватые палочки. Подождала еще минут пять и с облегченным вздохом выключила плитку. Наконец-то.

Предвкушая вкусный ужин, я сервировала свой стол. Разложила красивую салфетку, столовые приборы, аккуратно порезала хлеб. Осторожно налила горячий суп в глубокую тарелку и поставила ее на стол. Что ж, он пах аппетитно, да и выглядел вполне пристойно, наверное, за счет ярких вкраплений петрушки. Так что я с воодушевлением взяла ложку, зачерпнула, и, дождавшись, пока немного остынет, сунула ее в рот. Чтобы тут же застонать:

– О-о-о не-е-ет…

Ну как? Как можно было забыть его посолить?!

Обреченно рассмеявшись, я схватила солонку, сыпанула в суп соли и села обратно, уже ни на что не надеясь. Но распробовав собственное варево, признала: вот теперь оно получилось съедобным. Да, пришлось вылавливать курицу из кастрюли и разделывать, чтобы забросить мясо обратно. Да, в соленом бульоне плавало несоленое мясо и такие же пресные овощи. Зато это было горячо и сытно. А главное – дешево, особенно по сравнению с ресторанными блюдами.

Отставив пустую тарелку, откинулась на спинку стула и удовлетворенно вздохнула. Остатки супа вполне можно будет доесть завтра, так что голодной смертью я точно не умру. Жизнь потихоньку налаживается. Пусть север – не самое дружелюбное место для такой как я, но ему меня не сломить. И пусть Келемис даже не надеется, что Ниарэн из Дома Остролиста приползет обратно в Имиль-та-Эли, не сумев справиться в одиночку.