99. Согласие

Когда до родов оставался месяц, Хитэм снова завел разговор о свадьбе. Он подошел ко мне вечером, когда я сидела в кресле, вытянув и положив отекающие к вечеру ноги на низкий пуфик, и поглаживала свой большой круглый живот. (В последнее время я чувствовала себя огромной, неповоротливой и вечно уставшей, но при этом очень счастливой).

- Люда, любимая, я больше не могу откладывать этот наш с тобой разговор. Нам нужно успеть пожениться до рождения сына, - сказал он серьезным тоном, садясь напротив. - Я не хочу, чтобы наш ребенок родился бастардом, от этого будет слишком много проблем.

Я подняла на него глаза, мы редко говорили о свадьбе. После того как я согласилась остаться, тема как-то сама собой ушла на второй план, заслоненная более насущными делами - моим здоровьем, подготовкой к родам, бесконечными спорами о том, что купить в детскую, проверкой состояния земель и угодий, наведением порядка в замке… в общем, дел было невпроворот.

Но он был прав. Я и сама понимала, что в этом мире без официального статуса ребенку будет тяжело. Бастарды не наследуют титул, не получают земель, их редко принимают в приличном обществе. А я хотела для своего сына лучшей доли.

Поэтому я кивнула.

- Хорошо. Давай поженимся, я согласна.

Хитэм удивленно на меня посмотрел, словно не ожидал услышать такой ответ, облегченно выдохнул, и я поняла, что он боялся моего отказа. Я улыбнулась и потянулась к нему, чтобы поцеловать.

За эти семь месяцев, что мы вместе, я привыкла к мысли, что моя жизнь теперь навсегда связана с этим мужчиной. И с его зверем. Теперь я была уверена в них.

Ведь, если честно, поначалу я боялась дракона. Помнила, как он разрушил отношения Хитэма и его первой жены. Но время шло, а он ни разу не повысил на меня голос. Ни разу не предпринял попытки настроить барона против меня. Наоборот - часто помогал уговорить Хитэма, где тот упрямился и упирался.

Например, со шторами.

Бездна их побери, эти шторы. В последнее время у меня бывают моменты, когда гормоны шалят, и я становлюсь плаксивой и очень капризной. И в один из таких дней мне отчаянно, до дрожи в руках, захотелось переменить шторы в нашей спальнею

Это была спальня Хитэма – главная в доме, выдержанная в строгих черных тонах. Черный бархат на креслах, черные стены, тяжелые темные портьеры. Все это было величественно, мрачно и… угнетающе.

И мне захотелось … розовые. Нежно-пудрового цвета, воздушные, как зефир, чтобы комната наполнилась светом и нежностью.

- Нет, - сказал Хитэм категорично.

- Почему? - надула я губы.

- Потому что в этой спальне уже несколько десятков лет черный цвет. Это традиция, смотрится солидно и эстетично. Это, в конце концов, мужская спальня.

- Теперь это наша спальня, - возразила я. - И я хочу розовый!

- Розовый - девчачий цвет!

- А я - девочка!

- Но я с сыном против. Так что двое против одного.

Я возразила:

- Так не считается. И вообще, мой голос самый весомый.

- Люда, ты женщина, мать моего ребенка и будущая баронесса, я тебя сильно люблю и уважаю. - ответил Хитэм. - Но розовых штор в нашей спальне не будет. Точка.

Я обиделась.

Не просто обиделась - я ушла в глухую оборону. Перестала с ним разговаривать, демонстративно спала на краю кровати, отвернувшись к стене, и на все его попытки примириться отвечала ледяным молчанием.

Два дня.

Я сама не знаю, что на меня нашло. Возможно, я просто привыкла, что меня балуют, и этот отказ показался мне личным оскорблением, а может, гормоны. Но я твердо стояла на своем: или розовые шторы, или никакого мира.

На третий день, когда я сидела в гостиной и смотрела с надутым видом в окно, обиженная на весь свет, я почувствовала вдруг знакомое присутствие зверя.

И вдруг услышала у себя за спиной:

- Не переживай, я уговорю его.

Я вздрогнула и оглянулась. В дверях стоял Хитэм, но, судя по вертикальным зрачкам, сейчас это был сам дракон.

- Правда? – радостно спросила я.

- Да. – и тут он подмигнул и улыбнулся. - Но у меня есть условие.

Я насторожилась.

- Какое?

- Ты проведешь со мной ночь… Но … вне очереди.

- Вне очереди? - я чуть не рассмеялась вслух.

- Да, одной ночи в месяц мне мало. Хочу больше.

А я и не была против. Почему бы и не совместить приятное с полезным?!

- Договорились, - ответила я.

Зверь сдержал слово. Я не знаю, что он сказал Хитэму, какие аргументы привел и как уговорил его сдаться, но уже через три дня в спальню от швеи принесли новые шторы.

Они были нежнейшего пудрового оттенка - точно такого, как я и хотела. Легкие, струящиеся, они преобразили комнату, сделав ее светлее и уютнее. Черные стены перестали давить, а розовый бархат придал спальне королевское величие.

Хитэм, глядя на мою сияющую физиономию, только вздохнул и сказал:

- Ты счастлива?

- Бесконечно, - ответила я, чмокнув его.

Но странное дело началось после.

Когда вечером мы закрыли окна и задернули шторы, комната наполнилась мягким, приглушенным розовым светом. Он падал на стены, на мебель, на кровать и действовал на Хитэма словно сильнейший афродизиак.

И не успели мы лечь в постель, как он уже притянул меня к себе, целуя жадно, страстно, без передышки. И все это перетекло в долгую, безумную, прекрасную ночь.

На утро я, лежа на его груди, спросила:

- Что с тобой сделал розовый цвет? Стоило задернуть шторы и ты буквально обезумел от страсти.

Хитэм смутился. Отвел взгляд, помялся и пробормотал что-то невнятное.

- У меня просто… приятные ассоциации с этим цветом.

- Какие?

- Эмм… личные, - ушел он от ответа.

Я не стала допытываться. Какая разница, что именно вызывает в мужчине такую реакцию? Главное - что это работает и работает безотказно.

Теперь, когда я хочу особенно страстной ночи, я просто подхожу к окну и дергаю за шнурок, раздвигая плотный розовый бархат. И мой Хитэм сразу идет ко мне, оставляя все дела и бумаги, чтобы доказать, как сильно он меня любит.

- Мне кажется, ты специально это делаешь, - сказал он мне как-то с хриплой усмешкой.

- Конечно, - ответила я, обвивая его шею руками. - А ты как хотел? Я жду дракона и мне нужна магическая подпитка…

И судя по тому, как много магии мне отдает мой будущий муж, наш сын теперь просто обязан родиться сильным драконом.