глава 31

Эмилия

Сердце трепетало от предвкушения скорой встречи с родными. И я была благодарна Эмилю. Его забота ощущалась так явно, как невидимая теплая шаль, укрывающая от всех невзгод. Мы неспешно продвигались по знакомой дороге, и я, словно заводная кукла, приветливо махала рукой каждому встречному.

— Добрый день, тетушка Лия! — заливисто прокричала я, увидев морщинистое лицо старушки, выглядывающее из-за калитки.

Тетушка Лия, известная своим пристальным взглядом и любовью к сплетням, лишь кивнула в ответ, с неподдельным любопытством изучая моего спутника. Казалось, она пыталась посмотреть сквозь него, чтобы понять, что за фрукт я привезла домой.

И вот, наконец, показался родной дом. Дверь распахнулась, и навстречу мне вихрем вылетела матушка. Ее объятия были такими крепкими, что, казалось, она желала меня раздавить.

— Ах, доченька, как же я переживала! — причитала она, поглаживая мои волосы.

Я почувствовала, как к глазам подступают слезы. Вслед за матушкой появились отец и братья. Они, как медведи, по очереди подхватили меня на руки, закружив в вихре объятий и шуток. Чувство, будто я вернулась в безопасную гавань после долгого плавания. Эмиль стоял в стороне, наблюдая за этой бурной сценой семейного воссоединения. Я заметила, как отец, оторвавшись от меня, направился к нему. В его взгляде читалось не только любопытство, но и подозрение.

«Интересно, что он ему скажет?» – промелькнуло в голове, и я невольно затаила дыхание. Зная отца, разговор мог пойти в любом направлении, от задушевной беседы до допроса с пристрастием.

— Здравствуйте, — произнес он, протягивая руку Эмилю, будто предлагая перемирие после долгой и изматывающей битвы. — Я Джон Райт, отец этой пропаданки.

Эмиль, сохраняя непроницаемое выражение лица, ответил сдержанно:

— Эмиль Берджи, начальник охраны Его Величества.

В голосе чувствовалась сталь, как будто он постоянно был готов отразить любую угрозу.

Гарри, стоявший рядом, не удержался от колкости.

— А к чему такие почести для нашей тыковки? — ухмыльнулся он, бросив шутливый взгляд на отца.

Эмиль сухо произнес:

— Она фрейлина принцессы.

Отец внимательно осмотрел нас обоих

— Так, вы сейчас мне все расскажете, — произнес он, не спрашивая, а утверждая.

— В письме я, кажется, все упоминал, — нахмурился Эмиль, словно его раздражало, что его слова ставят под сомнение.

— Но ты ж не думаешь, что мы все за чистую монету приняли? — отец махнул рукой в сторону дома, — заходите. Отдохнуть надо с дороги.

Нас усадили за большой, добротный стол, отполированный годами, за которым обычно собиралась вся наша шумная семья. Матушка, с лучезарной улыбкой на лице, тут же принялась наполнять стол знакомыми, до боли в сердце, блюдами. Простая, деревенская еда, но какая же она сытная! Я так соскучилась по этому вкусу дома, по этому ощущению тепла и уюта. Но, сдерживая трепет в груди, решила сначала поделиться своими приключениями. Братья, как всегда, отреагировали бурно. Оливер и Гарри хохотали до слез над злоключениями Франциска. Особенно над его именем.

— А я говорил! — сквозь смех приговаривал Оливер, утирая слезы. — Этот гусь еще покажет всем!

Однако, когда я, собравшись с духом, упомянула о пробудившейся во мне магии, веселье вмиг угасло. Наступила тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в печи. Я почувствовала, как ладони вспотели от волнения.

— По закону… я должна пройти обучение, — печально выдохнула я.

— Как… как она в тебе появилась? — недоверчиво спросил отец, в глазах застыло беспокойство.

Я лишь беспомощно покачала головой. Откуда мне знать? Магия просто… была.

— Такое бывает, — вступился Эмиль. — Она может проявиться сама по себе. Главное — вовремя заметить.

— Я же тебе говорила, Джон! — воскликнула матушка, с укоризной глядя на отца. — Что Мили еще в младенчестве свою бутылочку двигала, просто глядя на нее! А ты мне не верил! Говорил горячка.

— Мне придется уехать, — тихо проговорила я, опустив голову, не в силах смотреть в глаза родным.

— Ты ничего не потеряешь, если покинешь эту дыру, — весело воскликнул Гарри. — Барри будет на себе волосы драть!

— Кто такой Барри? — резко спросил Эмиль.

Кажется, он был не в восторге от упоминания о поклонниках.

— Ему наша сестренка нравится. Еще с детства, — пояснил Оливер, подмигнув мне.

— И когда ты хочешь уехать? — спросил отец, голос звучал сдержанно.

— Через день, — ответила я, стараясь говорить уверенно, хотя в душе бушевала буря. — Принцесса меня ждет, а потом я должна приступить к обучению и научиться обуздывать силу. Это мой долг.

— Ничего не поделаешь, — смиренно произнес он. — С одной стороны, это и к лучшему. А то будешь как твои братья-охламоны. Это ж надо умудриться потерять сестру.

Он с укоризной посмотрел на Оливера и Гарри, а те поспешили виновато пожать плечами.

А дальше разговор потек более непринужденно. Родные, казалось, искренне радовались моей новой должности. В воздухе витали надежды на лучшее будущее.

— Ой, и хорошо, – мечтательно проговорила матушка, ее глаза заблестели от предвкушения. — Найдешь себе достойную партию. Там, в столице.

Я украдкой взглянула на Эмиля. Мое сердце забилось быстрее, в груди поселилась тревога. Неужели он будет молчать? Неужели не найдет в себе смелости попросить моей руки у отца? Но Эмиль просто сидел, окаменев, и даже бровью не повел. И тут в мою душу закралось неприятное, леденящее подозрение. А что будет дальше? Неужели наши пути разойдутся? Ведь он мне так ничего и не обещал. Ни слова о будущем, ни намека на совместную жизнь. Только молчание и виноватый взгляд. И от этого становилось невыносимо больно.