10. Коф-фэ

Элина

Я чувствую, как его дыхание постепенно выравнивается. Он не сводит с меня взгляд, не выпускает из объятий, смотрит на меня не как лорд, а как мужчина, который только что едва не потерял что-то важное.

— Об этом мы поговорим позже, — выговаривает лорд Харлан и несёт меня к двери.

— Лорд Харлан… — начинаю я робко. — Я могу идти сама…

— Молчите, — коротко отрезает он.

Мы выходим из зала Круга. Дверь закрывается за нами с глухим металлическим звуком. Коридор кажется тёплым после белого света.

Он несёт меня по своему этажу, и я понимаю, что сейчас нахожусь там, куда посторонним вход обычно закрыт.

Высокие двери. Тёмное дерево. Белые гравировки по наличникам.

Дракон вносит меня в свои покои.

Комната просторная, строгая. Камин уже горит. Тяжёлые шторы отсекают вечерний свет. На столе — карты, свитки, печати.

Он осторожно усаживает меня в кресло возле огня.

— Сидите, — велит уже почти ровным голосом.

Тело только сейчас осознаёт, что выжило, накатывает слабость, но не болезненная, скорее как тишина после бури.

Дракон поворачивается к камину и метает в него небольшую белую искру. И огонь вспыхивает ярче, становится теплее.

— Вам нужно переодеться и поесть, — говорит уже спокойно. — Побудьте здесь, я распоряжусь.

С этими словами он покидает комнату. Мне до одури хочется посмотреть, что у него на столе, но сил встать нет. Всё-таки хорошо, что он не позволил мне идти сюда пешком, я б упала где-нибудь по дороге.

Вскоре в комнату входит Шека. В руках у неё новое тонкое светлое платье.

— Миледи, лорд Харлан велел помочь вам переодеться, — бормочет она, протягивая мне одежду.

— Если поможешь встать, — кряхчу я совершенно искренне.

Она почти бросается ко мне и вытягивает меня из глубокого кресла. Меня пошатывает, но в мокром платье холодно, кожа гусиная, так что я держусь.

Шека помогает мне переодеться, сесть обратно в кресло и поспешно выбегает из покоев лорда.

В сухом теплее, меня начинает клонить в сон, но заснуть я не успеваю. Лорд Харлан входит в комнату вместе с мужчиной в одежде слуги. Ему лет пятьдесят. Подтянутый, сухощавый, с короткими русыми волосами с проклёвывающейся сединой.

Вежливый и с внимательным взглядом.

Тот несёт поднос с тарелкой, от которой поднимается пар, и ещё какими-то вкусностями. От очень вкусных ароматов мой желудок делает протяжное «ур-р-р».

— Это Феодор, — представляет лорд Харлан. — Сенешаль моего замка. К нему вы сможете обращаться по любым вопросам. И, если он не сможет их решить, уже адресует их мне.

Я киваю. Феодор ставит поднос на тумбу рядом со мной, коротко склоняет голову и уходит. Мне принесли жидкое рагу, травяной настой и свежий хлеб.

Дверь закрывается. Повисает тишина.

— Вы, может, скажете, что ещё нужно обсудить? Или утрясти? — спрашиваю я.

— Сначала вы поедите, леди Элина, — строго отвечает лорд Харлан.

Я наблюдаю, как он снимает перчатки. Медленно. Сосредоточенно. Словно оттягивает момент.

После он садится в соседнее кресло аккурат через тумбу и ждёт, пока я поем.

Я улавливаю его эмоции прямо сейчас. Смесь остаточной тревоги и злости.

— На что вы злитесь? — спрашиваю, уплетая похлёбку.

— Что согласился на вашу безумную авантюру, — рычит он. — Откуда вы знаете, что я злюсь? Вы Этера эмоций?

Я чуть смущаюсь, топлю взгляд в тарелке.

— Чуть шире, — поправляю его. — Этера чувств. Физические ощущения я тоже могу считывать при некоторой сноровке.

Лорд Харлан прищуривается, но ничего не говорит. Только его гнев становится ещё плотнее. И, кажется, я догадываюсь, с чем это связано. Он уловил, что мои слова про Тиберия не с воздуха взяты и не выдуманы. И его злит, что я права.

Я доедаю рагу. Принимаюсь пить настой. Он горький. Я морщусь.

— Что это? — выдавливаю, не в силах справиться с лицом. В горле почти першит от вкуса.

— Это то, что поможет вам быстро восстановить силы, — произносит дракон, упирая в меня тяжёлый, но улыбающийся взгляд. — Как сказала жена моего друга, это ко-фе. Или коф-фэ. Напиток из другого мира, откуда она прибыла. Я так и не смог заучить название до конца. Но этот горький настой тонизирует.

(история про этого самого друга и его жену тут: «Не трожь мою ёлочку, дракон!»

Я заставляю себя допить, отставляю кружку. И правда ощущаю прилив бодрости. Сердце чуть разгоняется, сонливость слетает как сухая листва на ветру.

— Теперь вы скажете, в чём дело? — спрашиваю я.

Огонь трещит. Свет мягкий. Дракон упирает локти в колени, складывает пальцы в замок.

— Теперь, когда вы в состоянии слушать и воспринимать, — произносит он ровно, — нам нужно обсудить вопрос вашего пребывания в этом замке.