Глава 61

— Я был словно призрак все эти бесконечные месяцы без тебя, любимая, — тихо рычит он, приближая ко мне свою морду, так что даже в темноте я могу видеть мельчайшие чешуйки вокруг его золотых глаз, — ты простишь меня?

Его слова застигают меня врасплох.

Я думала, что он начнет проявлять силу, приказывать, крушить все вокруг. Но этот новый Гай мне непонятен. Он ведет себя не так, как я привыкла.

— Простить тебя? -- словно эхо повторяю я.

— Да, я совершил ошибку, оступился, я не думал о твоих чувствах, Я не понимал, что такое любовь.

— А теперь понимаешь? — недоверчиво спрашиваю я его, обходя кругом.

Он поворачивается вслед за мной, поднимая клубы пыли с обочины.

— Меня сделали таким, — говорит он, — меня учили брать все, что я хочу и не думать о чувствах других. Я даже не задумывался о том, каково тебе, Лилит.

— И что же заставило тебя задуматься?

— То, что я потерял тебя, — говорит он и склоняет голову, признавая свое поражение, признавая, что все сейчас в моих руках.

Этого я не ожидала. Придя сюда сражаться с ним, я столкнулась с тем, что мне нужно... Пожалеть его?

Какое странное чувство. Впервые Гай просит о чем-то и признает, что он не властен абсолютно над всем.

— Так ты вернешься ко мне? — спрашивает он и заглядывает мне в глаза.

Вместо ответа, я взмахиваю крыльями и отрываюсь от земли. Метка раздирает меня изнутри, требуя, чтобы я сказала «да», я знаю, что если бы прошла еще секунда, если бы я смотрела в глаза моего истинного хоть одно мгновение, я бы дала тот ответ, который он хочет.

Я взмываю вверх, к самым облакам, пока машины и дома внизу не становятся маленькими точками. Я не оборачиваюсь, но чувствую, что Гай летит за мной. Я не обращаю на него внимания и прокручиваю в голове все, что случилось за последнее время.

Перед глазами проносятся картины обиды и отчаяния, причиной которых стал мой истинный. Истинный, который должен был любить меня больше жизни, но променявший мою любовь на сиюминутную прихоть. Истинный, который причинил мне боль, которая даже теперь, по прошествии времени, оказывается, все так же терзает мое сердце.

Я оглядываюсь назад и вижу, как Гай нагоняет меня, словно стрела преодолевая расстояние между нами.

— Оставь меня, — рычу я и выпускаю струю пламени в его сторону.

— Я не могу, Лилит, — рокочет Гай в ответ. Сейчас его голос подобен раскатам грома и будоражит меня, вызывая в душе неистовое влечение к нему. Он знает, что моя решимость на волоске. Он знает, что еще немного и я за буду обо всем, что он сделал.

— Нам суждено быть вместе, — слышу я.

Я взлетаю еще выше, надеясь скрыться от него, но он быстрее. По сравнению с моими навыками полета, он виртуозно владеет своим драконьим телом. Я уже чувствую, что выдыхаюсь, в то время как он, явно даже еще не начал разогреваться.

То, что я сейчас лечу, это само по себе чудо. Жаль, что оно омрачено присутствием предателя. Как было бы чудесно испытать радость первого полета с тем Гаем, которому я верила, с тем истинным, который не предавал меня. С таким человеком, который любил бы меня любой… Таким, как Лазарус.

Я расправляю крылья и прикрываю глаза, отдавая свое тело потокам ветра.

Лазарус бы никогда не предал меня. Он любил меня все эти годы, он ждал, несмотря на то, что ожидание было безнадежным.

Стоит мне подумать о Лазе, и та тянущая сила, заставляющая меня стремиться к Гаю, едва заметно, но но начинает ослабевать. Я представляю, что было бы, если бы не Гай, а Лаз был моим истинным и сердце наполняется теплом и радостью, словно любовь, которая так долго уступала место боли, снова возвращается, вселяя в меня веру в то, что я имею право на счастье.

Я разворачиваюсь и лечу в обратную сторону, едва не столкнувшись в воздухе с Гаем., он в последнюю секунду уворачивается, уступая мне дорогу.

Зорко глядя вниз, на город, кажущийся таким маленьким с этой высоты, я пытаюсь найти место, где оставила Лаза.

— Куда ты? — спрашивает Гай.

Я не отвечаю и продолжаю искать то самое место и наконец нахожу его. Я устремляюсь вниз, не обращая внимания на Гая, я знаю, что скажу Лазу, когда увижу его.

— Ты летишь к нему? К этому простому смертному? — презрительно говорит Гай, — зачем он тебе? Ты не сможешь любить его и с ним ты никогда не узнаешь, что такое настоящая сила истинности, ведь он всего лишь человек, лишенный истинной свободы, лишенный огня.

— Ты думаешь. что ты лучше его, Гай? — спрашиваю я его, приземляясь в поле, недалеко от машины, все еще стоящей на дороге с включенными фарами.

— Я лучше для тебя, — говорит он и приземляется рядом, — и ты это знаешь. Каким бы сильным он ни был, он всего лишь человек. Какой бы сильной ни была его любовь, она не будет сильнее истинной любви, что между нами.

Я перевоплощаюсь обратно в человеческую форму и бегу к машине, не слушая, что говорит Гай.