Глава 18

Несколько секунд висело звенящее молчание.

А потом все буквально взорвалось. Метались и орали все. Наги, асуры. Раш был бледный, как полотно, куда только его шикарный смуглый оттенок кожи делся. Потому что это произошло в его клубе.

— Мне конец, брат, — вытаращил он свои черные глаза.

— Это мне конец! — сквозь зубы выругался Руслан Умранов. — Хвост свой сожрать… Я отцу обещал, что не будет эксцессов. Хвост свой сожрать!

Самое неприятное, что никто так и не смог отследить сам момент перемещения. Следа не осталось. А Зарина разводила руками:

— Я не знаю, как у меня так вышло!

Пытались искать. И Наги, и асуры. Обычно, когда такое происходит, можно найти по ментальному следу, по возмущению магического фона — даже самый слабый, но он есть всегда. По энергетике. А тут никак. Никак!

Руслан уже был белый от волнения. Стоило представить, как он скажет отцу, что не уберег Лизу, ему становилось дурно. Еще младшие братья рвались искать, спасать, биться. А ему надо было их удержать. И вообще. По возможности удержать все это в тайне. Потому что…

— Что здесь происходит?

В проходе возник Саха Умранов, рядом с ним шел Гадес. Руслан, как увидел дядю, нервно сглотнул и замер, понимая, что с него сейчас шкуру спустят, причем в самом буквальном смысле.

— Успокойся, — оттолкнул его в сторону Ширас. — Не ты один здесь брал на себя ответственность.

Несколько неприятных минут, пока они смогли доходчиво объяснить ситуацию, прошло. Саха хмурился, слушая, потом выдал:

— У нас время до рассвета. Дольше я не смогу прикрывать вас.

Потом они разрабатывали план. А действовать надо было быстро. Ширас предложил попробовать поискать дракона и Лизу по мирам.

— Ты что?! — Саха вытаращился на него. — Стоит только тебе подняться к границе мира и трепыхнуть там крыльями, об этом сразу узнает Гаруд Амар. А если об этом узнает Гаруд Амар, то меньше чем через полчаса об этом будет знать его личный психолог. А если узнает личный психолог пернатого и это дойдет до Леры, представляешь, что будет тогда? Нет, мы будем искать не так.

И повернулся к сыну:

— Эй, иди сюда!

Мехидар подошел бочком, предчувствуя, что ему сейчас влетит. Ведь это он был куратором Кая. Все остальные отвечали за Лизу, а он за дракона.

— Вот он я, — буркнул, отводя глаза, такие же яркие и голубые, как у отца.

— Как в прошлый раз дракон искал Лизу?

— Э…

— Соображай быстро! Когда ее похитили уроды Радужные.

— По крови, — отвечал Мехидар. — Он по своей крови искал, но точно вышел на Лизу. А я был рядом и помогал ему перемещаться.

— Сможешь выйти на него?

— Ну… — Мехидар нахмурился, погружаясь в собственные ощущения. — Попробую. Но я так никогда не делал, не могу ручаться за результат.

— Мы в тебя верим, у тебя все получится.

Поисковую бригаду составили быстро. А дальше пошли кружным путем, потому что до этого еще никто так не перемещался.

* * *

Общий совет кланов должен был состояться сразу после приема у Умрановых. Но сколько будет длиться этот чертов прием и когда закончится, Карахан Тильбек не знал. Раньше он был бы в курсе всего, а теперь он вынужден был сидеть вместе с сыном в какой-то дыре.

Ожоги у Магифа начали затягиваться, он уже не так стонал и охал. А бывшего главу клана Радужных глодала жажда поквитаться и просто бесило отсутствие информации. Он ругался не переставая и готов был смешать бестолкового сына с дерьмом за то, что тот с элементарным делом не справился. И тут Магиф выдал интересную мысль.

Карахан сразу за нее ухватился. Даже повеселел и сказал, потирая руки:

— Сынок, пора отсюда выбираться.

* * *

Когда их внезапно вынесло из клуба куда-то в ночь и темноту, Лиза была просто ошарашена. Только что она готова была испепелить этого… дракона! Ее еще трясло от злости, и вдруг раз — и все пропало. А она очутилась в незнакомом месте, какая-то дичь кругом, деревья, овраги. Было душно и пахло сыростью. Рядом слышался плеск.

Она привыкла гонять по тропическому лесу на своем байке и не боялась ни темноты, ни непогоды. Но сейчас она была тут одна, и у нее не было байка.

Стало жутко.

Лиза тихонько позвала:

— Кай…

И вовсе не потому, что ей казалось, будто деревья тянут к ней свои ветки, а просто… И тут опять рядом что-то плеснуло и зашуршало в листве. Мороз продрал по коже. Она хотела было вскочить на ноги, но тут поняла, что находится на самом краю оврага. Одно неверное движение, и ее нога, обутая в туфлю на высоченной шпильке, поехала по сырой траве. Труха посыпалась вниз, раздался плеск воды…

— Ай! — взвизгнула Лиза, понимая, что сейчас просто свалится вниз.

Кай появился откуда-то снизу, со дна оврага. Голый по пояс, мощный, безумно красивый, мокрые волосы рассыпались по плечам. Мгновенно подхватил ее на руки:

— Держу!

Она снова непроизвольно ахнула, потому что внезапно оказалась прижата к его крепкому телу.

— Я здесь. Все хорошо, не бойся.

Низкий рокот у него в груди, а у нее от этого вибрация по всему телу. Бархат под ребрами. И надо бы руки разомкнуть, но они так и застыли, глядя в глаза друг другу. Вдруг у него под ногой дрогнул корень.

Одно смазанное движение, их мгновенно притянуло друг к другу, спаяло вместе, словно два магнита. И объятий не расцепить. Не поднять глаз, не шевельнуться.

Только сбитое дыхание. Жаркое, шумное.

Сколько это продлилось? Секунду? Год?

Наконец он рывком втянул воздух, грудь дернулась, а ее накрыло волной, дрожь побежала по коже, глаза закрылись. Но ведь нельзя. Она Умранова. Неправильно! До свадьбы — табу. Но отказаться? Ни за что. Неважно как, не имеет значения, что будет потом. Пусть ЭТО случится. Пусть…

Одно случайное касание может заставить сорваться в крик. Оглушительный и безмолвный, потому что его жадно проглотят губы. И теперь — все, уже не остановиться, не разомкнуть тел, не прервать поцелуй. На грани все. Остро до крика. Не прекратить это безумие, и пусть мир вокруг сорвется в пропасть.

И мир… сорвался.

* * *

На самом деле оторвался корень, на котором стоял Кай. Поехала под ногами влажная труха, скопившаяся на стенке оврага. Но разве он дал бы ей упасть? Он приземлился на спину, а Лизу распластал на груди и закрыл руками.

Еще пару раз его тряхнуло, пока он окончательно не съехал на дно оврага. А потом Кай сел, прижимая ее к груди. Все. Его огонек.

— Я сказал тебе, что не будет никого другого?

— Ты!.. — фыркнула, попыталась его отпихнуть.

Но Кай только удобнее и мягче ее перехватил, прижал к себе крепче.

— Никогда, слышишь?

— Ты… ужасный, — тихо проговорила она, глядя в его глаза.

— Я дракон.

Лиза смотрела на него долгим взглядом, и неизвестно, что было в ее глазах. Потом так странно хмыкнула, как будто своим мыслям усмехнулась. Он хотел понять, но еще он хотел получить то, что они не закончили.

— Ты будешь танцевать со мной? — спросил Кай и застыл не дыша.

Потому что это было принципиально важно. Добровольное согласие.

— Ну, может… — она лукаво прищурилась и прикусила губку.

Это ведь было — да?! Ведь было? Его выдержке сразу пришел конец. Перехватил ее, бережно подминая под себя, закрывая руками.

Но в тот момент ворох прелой листвы, на котором он сидел, поехал снова, и они оба сползли, на этот раз в лужу на самом дне оврага. Подняли тучи брызг.

— Чччерт! — выругался Кай, пытаясь вылезти.

Под ногами глина, скользко. А она засмеялась, крикнула:

— Догоняй! — И вспорхнула птицей.

Только синие крылья мелькнули.

* * *

Лизе действительно было очень смешно. Она взлетела на самый верх и уселась на краю оврага, смотреть, как дракон будет выбираться. Вытянула шейку и уставилась вниз.

Шорох раздался совсем рядом. Когда она это поняла, было уже поздно. Ее схватили раньше, чем она успела взмахнуть крыльями. Лиза успела услышать только:

— Держи ее крепче, сынок, и не смотри ей в глаза!

* * *

Попалась птичка!

Перемещение было мгновенным. Подальше от этого места, теперь оставалось только спрятать ее в каком-нибудь гроте. А дальше Карахан знал, что со строптивой дрянью делать.

Это был шанс! Тот самый шанс, которого так ждал Радужный. Девчонка снова была в их руках. Но только прежней ошибки он не допустит! Не даст ей возможности лить свой яд и охмурять их речами. Птичку он в бараний рог согнет.

А ДалгетХан ничего не сможет ему предъявить. Общий совет кланов? Лишение власти? Ха-ха! Черный змей сам приползет к нему и будет умолять, чтобы он сохранил девчонке жизнь. А он еще подумает.

— Магиф, — шикнул он на сына. — Дай ее сюда.

И протянул руку, чтобы забрать птицу у растяпы-сына.

Но не успел.

Черная тень вдруг возникла над ним словно ниоткуда. Огромная лапа с когтями, как плуги, опустилась на него, отдавливая туловище и хвост. Раздался жуткий рык, к ним приблизилась кошмарная пасть, из которой струей вырвался огонь.

Магиф сначала застыл в ступоре, забыв про птицу, а потом умчался, вопя от ужаса.

— Дракон! Дракон! Это дракон!

А дракон выпустил ему вслед еще одну струю пламени, потом забрал птицу, тут же слетевшую к нему плечо. Развернулся и ушел, двинув напоследок распластанного, словно лягушка, Радужного Змея, огромным шипастым хвостом.

Обожженный и полупридавленный Карахан не верил, что остался жив. Не смел шевельнуться, он только услышал, как захлопали огромные крылья, поднимая ветер.

Дракон улетел? Он не смел даже повернуть голову, чтобы в этом убедиться.

Некоторое время было тихо. Радужный уже попытался привстать, кряхтя и охая. И вдруг… Шорох крыльев, огненный жар. А потом шаги. Медленные, тяжелые.

Перед ним возник суховатый мужчина в строгом сером костюме. Гаруд Амар.

— Вээээ! — завопил Карахан, пытаясь отползти.

Бессмертный подошел ближе и спросил:

— Ты помнишь свою клятву?