Глава 25

Эзер:

Я шел к этому неимоверно долго. И почти получил.

Я всегда получаю то, что хочу, но Рина заставила побегать. Нет. До сих пор заставляет. И это воспламеняет холодный разум.

Я не понимаю, что за тараканы сидят у нее в голове, и это бешено злит. Но какая разница, что я чувствую, если есть цель?

Эта женщина должна стать моей. Она будет моей, сколько бы не пришлось крошить те стены, что она вновь и вновь возводит.

Я знаю, что нам суждено быть вместе. И мы будем.

Но сейчас нужно дать ей выдохнуть. Дать ей пространство, чтобы она поняла, какой становится жизнь без меня. Уверен, она почувствует то же, что и я.

Потому что вся ее ретивость и ярые попытки сопротивления — не более, чем попытка от меня убежать. Убежать от себя самой, что куда сложнее.

Я вижу, как она на меня смотрит. Я чувствую ее. Так почему она продолжает противиться? Хочет меня наказать? Нет.

Ее тревожит что-то другое. И пока что не знаю, что это. Но выясню.

Рина:

Что за прелесть на моем запястье? Вязь истинной?

Эзер это видел?

Не должен был. Слишком бледная, может быть, только-только проявилась. Однако, предугадать, когда появится целиком, невозможно.

Через час? Через год? Лучше не рисковать и найти что-нибудь с длинными рукавами, а потом поискать в библиотеке маскирующее заклинание. Буду я еще ходить и меткой всем светить.

А уж если семья об этом узнает, то замужем буду уже завтра.

Как назло, в шкафу все блузки и платья были с рукавами в три четверти, потому пришлось напялить поверх кофту. Утро выдалось достаточно прохладным.

Занятия сегодня длились почти до вечера, потому я забежала на работу по просьбе профессора Азеля в одиннадцатом часу и обещала вернуться попозже, чтобы еще раз прибраться и произвести учет остатков.

Однако, когда вернулась, было уже убрано и посчитано, а сам профессор возился с каким-то котлом. Вызывать, что ли, кого-то собрался или шпионить?

— Так, подай-ка мне соляную кислоту, — махнул он мне, не отвлекаясь от книги, и я тут же нашла нужную склянку. — Ага, три капли.

Его манипуляции все больше походили на зельеварение, из котла шел густой белый дым и растягивался по помещению. От духоты не спасало даже распахнутые настежь окна.

Не желая свариться тут заживо, я решила снять кофту, но вспомнив про вязь, отложила эту идею, и уже через десять минут стояла вся мокрая.

— Тебе не жарко? Чего так укуталась? — кинул на меня беглый взгляд профессор и опять уткнулся полуслепыми глазами в страницы фолианта.

— Чувствую недомогание, вот и боюсь простудиться, — объяснилась я, оттягивая рукав кофты до самых пальцев.

— От перегрева тоже можно запросто заболеть. Снимай это. А микстуру для иммунитета я тебе сейчас наведу, — заверил добрый дедушка. Отложил свое творчество и принялся копошиться в верхнем ящике стола.

— Ага, вот это и вот это, — сказал он и набадяжил мне зельце.

Я покосилась на жидкость, пахнущую имбирем, затем на вязь, которую сама едва ли могла разглядеть на коже и решила все-таки избавиться от кофты.

Вряд ли господин Азель с его-то зрением, да еще и в том тумане что-то увидит.

Вязанный предмет гардероба лег на спинку стула. Я вздохнула с облегчением, отпила микстурку и почувствовала себя живой. Даже летать захотелось. Жаль, крыльев нет. Ну тогда колдовать, ибо энергии в миг стало столько, что хоть горы сворачивай.

— Ну-ка подсоби, — попросил профессор, указывая на книжку взглядом. Руки его были заняты склянками, по очереди вливающими жидкость в шипящий чан.

— Так-так, — прищурился он, сквозь запотевшие от пара очки, над переданным мной фолиантом. — Вот же невезение, не вижу. Что там написано?

— Где? — присмотрелась я.

— Третья сточка снизу.

— Lobero iluys aqor lue seto, — прочитала я, и котелок тут же зашипел с невероятной мощью.

— Ой! — отскочила я. — Простите! Я не знала, что оно сработает без магии!

— Оно сработало с магией, — рассмеялся довольный профессор, развеивая заклинанием дым над чаном.

— Но я не направляла потоки.

— Я ведь говорил, что у некоторых магов особенный потенциал. Вот тебе и подтверждение, — похвалил он, а я немного зардела и в который раз пожалела, что не училась в свое время. — Так, а теперь передай корень полыни и вот эту темную склянку справа.

Дальше зелье издало такой запах, что я еще полчаса слонялась по двору Академии, надеясь проветриться. Теплый закат окрасил рваные пушистые облака в оранжевый цвет.

Я сидела на лужайке, перечитывая конспекты и тренируя мелкие заклинания, которые нужно было продемонстрировать завтра. Двор стремительно пустел, сумерки сгущались и пришлось возвращаться.

Едва я двинулась к зданиям, как заметила в дверях знакомый силуэт.

Сегодня Эзер изменил белоснежным рубашкам и облачился в светло-голубую, перекликающуюся с его лазурными глазами. Накрахмаленная ткань обнимала крепкие широкие плечи дракона, повторяла изгибы атлетичной фигуры, бесстыдно выделяя каждую мышцу.

Он шел не один, с мужчиной, которого я не знала. Этот товарищ не из Академии. Старше, чем адепты, примерного того же возраста, что Эзер. С такой же боевой выправкой и строгим выражением лица.

Наверное, мое любопытство было слишком явным, потому что незнакомец заметил меня. Прищурился и посмотрел как-то неподобному, словно в чем-то виня. Дракон, проследив за взглядом друга, тоже меня обнаружил.

Я вздрогнула, не зная, куда сейчас бежать, но никто и не собирался меня преследовать. Эзер посмотрел на меня то ли с упреком, то ли с сочувствием, а затем вернулся к беседе с гостем.

Они направились к воротам Академии, а я преспокойненько вошла внутрь, гоняя в голове не самые радужные мысли.

Нет. Ну вы только посмотрите на него!

Еще вчера этот дракон был в моей постели, как бы двузначно это не звучало, а сегодня и знать не знает?

Ну, я, конечно, не отрицаю, что была груба и резка, может даже слишком, но как же вязь истинных и прочий бред, который Эзер без устали твердит. Прошло, перегорело? Гордость задета?

Ну и отлично. Мне же лучше! Я ведь хотела, чтобы он отстал. Вот и отстал дракон. А ревность пристала, черт ее подери.

Ночь прошла тихо. Даже скучно. Мысли долго мешали спать, потому припозднилась в подъемом, и на как только собралась, на всех парах понеслась к девчонкам в обеденную залу. Только зашла, а тут шушуканья и пересудов — мама не горюй.

Видать что-то интересное случилось, раз все так увлечены болтовней, что ничего вокруг не замечают. Я отыскала своих красоток в центре зала и плюхнулась на свободный стул.

— Ну и кто у нас герой последних сплетен? — протянула я, воруя с чужого подноса пирожок, и девчонки испуганно переглянулись.

— Ты, вообще-то, — выдала Мей, и тут же получила от Тери предупредительный взгляд. Чего?!