20

Кая пыталась удержать Амоа, когда тот уходил, но… не смогла.

Она по-прежнему ощущала связь, только что-то неуловимо изменилось. Словно раньше их связь была длинной гладкой веревкой, а сейчас превратилась в живую лозу с шипами, то и дело ускользавшую из-под пальцев. С непривычки не подступишься, и управлять надо совершенно иначе.

Такое последствие близости огорошило и стало неприятным сюрпризом. Не потому ли сбежал Амоа? Почувствовал запах свободы и тут же забыл обо всем, что наплел ей немногим ранее?

Киара перевернулась на спину на софе и закрыла лицо ладонями.

С другой стороны, а чего она ждала? Стоило быть честной хотя бы с собой. На месте нианца она поступила бы, скорее всего, так же. Не потерпела бы чужой власти над собой, подчиненного положения, унижения. Возможно, они были слишком похожи, а потому им сложно вместе.

А может, Амоа поспешил к своему хозяину? Подгорному королю. Кто знает, может быть, Стивен все это время был прав, и Киара просто не в его вкусе.

Невесело усмехнувшись, Кая все же нашла в себе силы наконец подняться и хотя бы магией скрыть следы того, что произошло.

Бездна! А ведь ей понравилось.

Это упоительное чувство разделенной на двоих страсти, огонь, сжирающий изнутри. Видеть себя в отражении чужих глаз и сходить с ума от одного обращенного взгляда, от каждой ласки, каждого движения.

На какое-то время она забылась в руках Амоа, поверила, что они вместе, что ей больше не надо справляться со всем в одиночку. Что теперь всегда будет рядом кто-то, кто в нужный момент подаст руку помощи.

В любом случае она разберется с этой «живой лозой», пусть и не сейчас, а позже. И больше никогда не позволит себя обмануть.

Вздохнув, Киара пошла к выходу из кабинета. Сейчас были проблемы куда важнее сбежавшего нианца. Нужно решить, что делать с сыном Ирила. Девушке очень не нравились настроения Хранителя, но из-за чересчур болтливого Стивена теперь, кажется, вся столица была в курсе, что Вирен пытался зарезать королеву. Может ли она отпустить его?

Выйдя в коридор, девушка неспешно прошла несколько этажей вниз, намереваясь спуститься в темницу, чтобы поговорить с Виреном лично, когда ей вдруг почудился запах гари.

Ее редко посещали предчувствия, но тут словно что-то кольнуло изнутри.

Киара остановилась с гулко колотящимся сердцем, пытаясь прислушаться к доносившимся издалека звукам. Что же горит? Пустила магический импульс, чтобы лучше определить.

Зря все-таки она заперла Стивена, сейчас он бы очень пригодился.

Так и не разобрав, что происходит, Кая решила просто идти на запах. Но всего пару пролетов и один поворот лестницы спустя она перешла с шага на бег, а затем понеслась что было сил. Потому что гарь шла с того этажа, где находилось оцепленное крыло с ее родителями. И ни одного человека навстречу, никого не было рядом. Кто посмел распустить охрану?!

Когда Киара оказалась на месте, пожар уже был сильным. Горели деревянные перекрытия, мебель, картины на стенах. И ни единой живой души вокруг. Кая понимала, что опоздала, но не могла сдаться так просто.

Попыталась снова дернуть за связь с Амоа, но содрогнулась от боли из-за впившихся в сознание ментальных шипов. Счет, возможно, шел на секунды, звать слуг, поднимать замок на уши уже не было времени. Утихомиривать стихию с помощью магии – тоже весьма кропотливое и долгое дело.

Единственное, что Кая могла еще предпринять, – это кинуться прямо в огонь и попытаться вытащить из него родных. Был бы у нее при себе кристалл перемещения, она бы провернула все быстро. Но готового артефакта не было, а напитывать незадействованный – непозволительная трата времени.

– Создатель, прошу тебя, помоги… – прошептала Кая и, призвав силы, обернулась змеей и кинулась прямо в объятый пламенем коридор.

Воздух наполнял едкий дым. Обычно, пребывая во второй ипостаси, Киара чувствовала тепло и могла безошибочно угадывать, в какой стороне находится живое существо, но сейчас жара огня было слишком много, чтобы полагаться на чувства.

Вперед, резко вбок. Дверь в родительскую спальню оказалась открыта настежь. Идти в пылающую комнату было самоубийством, но она все же попыталась. Пламя обхватило и ее, боль обожгла тело…

Киара вынырнула из комнаты, покружилась на месте и предприняла еще одну попытку.

Сверху обрушилась догоревшая балка. Треск охваченной огнем мебели оглушал.

Нет, она не должна сдаваться! Она не может отступить! Ведь все, что она делала, было ради них. Врала, обманывала, предавала, чуть не развязала войну, пошла против всего королевства, бросила вызов древним устоям! Неужели все это было напрасно?!

Киара почти не чувствовала собственное тело от переполняющей ее физической и душевной боли. Но в конце концов инстинкты взяли верх. Она пришла в себя за пределами охваченного огнем коридора. Нужно было звать на помощь. Иначе еще чуть-чуть – и огонь распространится на весь замок.

Силы стремительно покидали Каю. Магия развеивалась, превращая ее опять в человека. Она лежала на полу, опустив голову на прохладные камни.

Не смогла. Не справилась. Проиграла.

Кожа на руках вздулась, покрылась волдырями, но ей было все равно. Все равно, даже если от полученных ожогов погибнет на месте.

Не справилась. Подвела свою семью.

Неудачница. Ведьма.

Как же она ненавидела себя в этот момент.

Чужие неспешные шаги эхом раздавались в ушах. Сердце билось в такт с ними, и кажется, только их звук сейчас удерживал Киару от того, чтобы не впасть в забвение.

Рядом кто-то остановился. Кая попыталась сфокусировать взгляд, получилось далеко не с первого раза.

Над ней стояли Адам Герэ и Ирил Нест. Рядом с мужчинами еще парочка смутно знакомых офицеров.

Ирил наклонился к девушке. Когда его горячие руки прикоснулись к ее запястьям, она зашипела от боли, но тот лишь что-то защелкнул вокруг них.

Киара не сразу поняла, что это. А когда поняла, вместо страха вдруг почувствовала приступ безумного веселья. Жаль, что она была слишком слаба, чтобы рассмеяться.

Антимагические браслеты. Точно такие же, как были на Амоа в тот день, когда она купила его на рынке рабов.

Как это назвать? Карма? Возмездие? Провидение?

– Уведите ее и бросьте в темницу, – отдал приказ офицерам Ирил. – А потом можно приступать к тушению пожара. Хотя если этот замок сгорит дотла, я буду не против.

– А как же этот ее маг? – опасливо покосился куда-то в сторону Адам. – Уверен, что с ним не будет проблем?

– Этот маг был ее рабом, как ты знаешь. Я видел, как он недавно сбежал из замка. Беглые рабы не имеют привычки возвращаться к хозяевам. Так что, надеюсь, мы его больше не увидим.

– Я бы предпочел надежде твердое знание, – поморщился Адам и тоже кивнул офицерам: – Уводите, но так, чтобы никто не видел.

Пока ее тащили по переходам, Киара периодически теряла сознание от боли. Почему ее оставили в живых? Почему не убили на месте? Хотя, может, после побега Амоа ее попытаются отдать Триленду, чтобы откупиться от войны.

Девушку бросили в каменный мешок с единственным маленьким окошком под потолком. Несмотря на антимагические наручи, еще приковали к вмурованному в стену кольцу и нацепили кандалы на ноги.

Магия внутри нее поддерживала жизнь, не давая погибнуть от ран и ожогов, но, видит Создатель, Киара предпочла бы быструю смерть подобному жалкому существованию. Она понятия не имела, что стало со связью между ней и нианцем, но из-за наручей не могла даже попытаться ее использовать. Никогда в жизни Кая еще не чувствовала себя настолько ничтожной и беспомощной.

Интересно, кто предал ее? Только Ирил и Адам или в сговоре все благородные? Но может, она это заслужила? Такой финал? Киара была слишком увлечена властью и не сделала того, на чем нужно было сосредоточиться в первую очередь, – не спасла родителей. Она была слишком уверена в себе и просмотрела очередной заговор.

Минуты и часы в каменной тюрьме сливались воедино. Болезненные видения перетекали в сон, и она уже не отличала явь от кошмара.

Кошмара, в котором черная удушливая дрянь облепляла ее с головы до ног. Заползала в уши, рот, нос, наполняла внутренности, нашептывала откуда-то изнутри:

«Ты не должна сдаваться, ведь ты – истинная королева…»

Но Киара не верила этому шепоту, потому что она не была истинной. Лишь проклятой.