Глава 14

Ты меня оставил, Джеми,

Ты меня оставил,

Навсегда оставил, Джеми,

Навсегда оставил.

Ты шутил со мною, милый,

Ты со мной лукавил —

Клялся помнить до могилы,

А потом оставил, Джеми,

А потом оставил!

Роберт Бернс

Сидевшие за столом смотрели на меня с разным выражением лица. Ярче всех считывались эмоции у муженька. Он был в ярости, но при этом понимал, что навредить мне не способен. Как и принудить меня к чему-то. Спасибо амулетом, отданным мне богиней. А потому все, что ему оставалось, – это в бессильной злобе скрежетать зубами. И молчать. Выразительно так молчать. Потому что перед семьей терять лицо не хотелось. Да и «ответка» от моего медальона могла прилететь не только на действия, но и на мысли. И муженек молчал. Бесился, но молчал.

Его родители смотрели на меня оценивающе. Они как будто решали для себя раз и навсегда, насколько я опасна, как именно следует ко мне относиться. Да и вообще, что же я такое?

В глазах молодых дракониц я видела тщательно скрываемое восхищение. Видимо, не одной мне до смерти надоела дурацкая жизнь по диким правилам. И обе сестры моего муженька хотели бы сами распоряжаться своими жизнями и выходить замуж, думая о чувствах, а не о государственной необходимости.

– Я слышал и об амулетах, – кивнул Артур наконец-то. – И это странно. Вас, не драконицу, магия просто не могла впустить в хранилище.

«Скажи им, – произнес в моей голове знакомый женский голос. – Богиня семьи и домашнего очага Зелагра. Назови мое имя».

Да как скажете.

– Не могла, – кивнула я. – Поэтому меня впустила не магия, а богиня семьи и домашнего очага Зелагра. Она же рассказала, какие амулеты брать и как ими пользоваться.

Муженек выругался, громко и витиевато, не стесняясь никого вокруг. Его сестры и мать одновременно покраснели. Его отец недовольно покачал головой, но мешать сыну не стал.

– Что ж, – произнес он, – это многое меняет. Очень многое. Значит, богиня Зелагра решила вам помочь. Тогда у моего сына действительно нет шансов против такой помощи.

Муженек на этот раз промолчал. Только желваками привычно поиграл.

– Скажите, Ирисия, – вмешалась в разговор Лидия, свекровь, – как вы видите свою жизнь здесь?

– Не знаю пока что, – честно ответила я. – Меня вытащили из моего мира, не спрашивая моего на то желания. Я привыкла к другим реалиям. И сейчас многое здесь для меня и дико, и непонятно. Сначала, думаю, разберусь с тем, что не ясно. Потом будет видно. И, скорей всего, мне нужны будут учителя.

– Естественно, – не выдержал муженек, – и они у тебя появятся! Уже завтра!

– В том числе и учитель магии? – уточнила я, похлопывая ресничками.

– Да, – отрезал муженек.

– Бедный дворец, – шутливо вздохнул Артур.

Сестры и мать супружца весело фыркнули.

– Да, – согласилась я с ним, – дворец действительно следует пожалеть. В том мире, откуда меня вытащили, магии нет. И я понятия не имею, как ей пользоваться. То, что случилось недавно, произошло спонтанно, из-за испытанной злости. Но если я каждый раз буду так учиться, то сил у меня скоро совсем не останется.

– Значит, полигон, – сообщил задумчиво Артур. Он мне казался намного уравновешенней моего муженька. И вот спрашивается: как у такого спокойного дракона мог родиться такой нервный сын? – Там вы точно никому не навредите, Ирисия. Теорию будете изучать в стенах дворца, а на практику – уходить на полигон.

Отличная идея. Заодно и с муженьком видеться будем редко. Не успеем прибить друг друга.

До конца застолья меня расспрашивали о разном. В основном пытались понять, что же я за человек, и что от меня можно ждать.

Затем сестры супружца позвали меня на чаепитие, отдельно от остальных. Я, конечно, согласилась. Надо ж заводить соратников в этих стенах. А то пока что только враги и соперницы появляются.

Мы уселись в небольшой, уютно обставленной гостиной неподалеку от спальни императора. Все здесь, и мебель, и стены, было выкрашено в светло-коричневый цвет. И складывалось ощущение тепла и уюта. Умостившись в удобных креслах с высокой спинкой и резными подлокотниками, мы принялись пить горячий фруктовый чай и закусывать его песочным печеньем и пирожными с заварным кремом.

– Неужели ты действительно хочешь противостоять Ричарду? – спросила Сирин, с любопытством поглядывая на меня.

Ричарду? А, это они о муженьке моем… Да уж, пора привыкать звать его про себя по имени. А то так и забуду, кто это…

– Ты так удивляешься, как будто никто и никогда не может ему противостоять, – хмыкнула я и сделала несколько глотков из небольшой фарфоровой чашки.

– Не столько ему, сколько императору драконов, – влезла Дарна. – Это считается невозможным. Все остальные расы гораздо слабее драконов, не только физически, но и в остальных сферах. Их воля, например, тоже слабее, причем в разы. Они не могут ослушаться приказа даже обычного, не влиятельного дракона, а уж тем более – императора.

– Ах, вот в чем проблема, – понятливо кивнула я. – Что ж, спешу огорчить вашего брата. Моя воля ничуть не слабее его. Он в этом уже убедился. И дальше не раз убедится. Я не люблю эгоистичных наглецов, которые пытаются лезть ко мне с указаниями, и всегда ставлю их на место.

Сестры недоуменно переглянулись. Им такие речи были в новинку. И смотрели они на меня сейчас, как на миленькое экзотическое животное. Вроде и не страшное, и погладить хочется. А кто его знает, как оно на ласку отреагирует.