Глава 10

Лошадь выметнулась на простор и помчала, не разбирая дороги. Я же орала, пытаясь ее остановить. На мои манипуляции с поводьями она не реагировала.

— Тпру! Стой же ты! — моя попа больно ударялась о седло в такт словам.

Я попыталась еще сильнее натянуть поводья. Кобыла, не останавливая бега, запрокинула голову и заржала. Да так у нее получилось ехидно, что я четко поняла — она ржет надо мной.

— Стой! Тпру! Остановись! — в сердцах орала я и дергала поводья.

Лошадь, казалось, это только подзадоривает. Она радостно взбрыкивала и ускорялась. Да что с этой животиной такое? Ветер свистел в ушах, глаза слезились, но самое ужасное, что злобная коняга несла меня к обрыву. Я видела его из окон замка.

Надо прыгать! Попробовать соскочить на всем ходу и попытаться не переломать все кости. Я дернулась и поняла, что нога застряла. Я никак не могла выпутать ее из стремени. Волосы растрепались и лезли в рот, я прижалась к взмыленной лошадиной шее и пыталась освободить ногу. Ничего не получалось.

Обрыв приближался. Эх, недолгой оказалась моя вторая жизнь!

— Убьемся же, шальная ты скотина! — уже ни на что не надеясь, крикнула я и зажмурилась.

Но вместо ожидаемого чувства невесомости от полета вниз, мне в лицо ударило порывом воздуха. Гнедая мерзавка резко свернула и стала сбавлять ход. Недоверчиво приоткрыв один глаз, я отлипла от лошадиной шеи и выпрямилась в седле. Сердце еще суматошно колотилось в груди, но вид парящего над обрывом дракона заставил меня завороженно замереть.

Огромный зверь красовался в полете, поражая воображение. Я вспомнила, как рассматривала огромного бегемота в зоопарке, ощущения очень похожие. Только этот «бегемот» был раза в четыре больше и величественно-грациозней. Солнце играло бликами на его бронзовой чешуе, а крылья простирались могучими парусами.

— Присмирела, пакостница? — спросила я у лошади, наклонившись к холке. — То-то же! А то дядя дракон тебе хвост подпалит.

Но бравада моя была напускной — заговаривая зубы злобной коняге, я лихорадочно выпутывала ногу из стремени. Как только мне это удалось, с победным гиканьем я мешком свалилась с лошади. Чудом не убившись, но оцарапав до крови руки, я сидела на земле. Гнедая животина смирно стояла рядом, чуть всхрапывая после бега, и косила на меня карим глазом. Будто это не она меня чуть не убила, а я виновата во всех ее грехах.

— И не надо строить невинную морду! Я знаю, на что ты способна. — Я отползла подальше от нее.

— За что леди лошадку обижает? — раздался знакомый басовитый голос.

Из ближайших кустов ко мне шагнул лорд Дартиан собственной персоной. Я огляделась — дракона нигде не было. Так значит, это и был герцог!

— Это лошадка обижает леди, — буркнула я и встала, опираясь на протянутую руку лорда Дартиана.

— Не может такого быть. Лапушка очень ласковая и смирная. Правда, Лапушка? — засюсюкал герцог с лошадью.

Он достал из кармана небольшое яблоко и скормил его лошади. В смысле? Он что, еще и с яблоками в карманах в дракона превращается? Я-то представляла, что он как терминатор в фильме: в кустах и голенький. От нарисовавшейся в голове картинки меня одновременно в жар кинуло и стало смешно.

— Ну ты, Шурка, даешь! — тихо шепнула я самой себе, сдерживая нервный смех. — Давненько таких фантазий за тобой не наблюдалось.

— Леди, вы что-то сказали? — обернулся ко мне лорд Дартиан, и я опять утонула в его желто-карих глазах.

— Нет. Я молчала, как рыба об лед. Просто удивляюсь, что такое злобн… несдержанное животное можно назвать Лапушкой, — сказала я чистую правду.

— Это вы просто моего Зайчика еще не видели! — Герцог рассмеялся и залихватски свистнул.

Спустя минуту раздался топот и ржание. Из ближайшего леса на нас несся крупный черный жеребец. Он мощно отталкивался от земли, взрывая дерн огромными копытами. Гнедая Лапушка по сравнению с ним стала казаться маленьким пони. Не лошадь, а черный монстр.

— З-зайчик? — пискнула я и спряталась за лорда.

— Красавец, правда? Дочь его так назвала, потому что у жеребенка были крупноватые уши. Зайчику кличка понравилась, и я не стал менять, — с гордостью глядя на любимца, сказал герцог.

Тем временем конь остановился и, чуть всхрапывая, степенно подошел к нам. Герцог ласково погладил его по шее. Но Зайчик не остановился возле него. Он подошел ко мне и подозрительно скосил на меня глаз. Да что в этом мире с лошадьми? Может, они обладают разумом? Или просто мне повезло встретить два таких экземпляра?

Зайчик еще приблизился, я попятилась. Он продолжал наступать, я вновь отшагнула. Герцог сложил руки на груди и с улыбкой наблюдал за нами. Экспериментатор нашелся! Наконец Зайчик задрал голову, а после миролюбиво и очень по-дружески ткнулся в меня мордой. Теперь настала очередь герцога удивляться.

— Первый раз вижу, чтобы он к кому-то кроме меня проявил такую симпатию, — изумился лорд Дартиан.

И я бы тоже порадовалась. Но в этот момент меня сзади цапнули за плечо.

— Ы-ы-а! — уже по въевшейся привычке взвыла я.

Спасаясь от Зайчика, я опрометчиво повернулась спиной к Лапушке, чем злобная коняга не преминула воспользоваться.

— Отойди от меня, животное! Кто бы знал, что моей смерти захочет лошадь по имени Лапушка, — я отскочила от нее и потерла плечо.

Было не столько больно, сколько обидно. Герцог же от души хохотал. Из этой троицы, кажется, один Зайчик меня жалел. Наверное.

— Леди, вы чудесны! — отсмеявшись, вымолвил герцог. — Позвольте представиться: лорд Дартиан Нортис. А ваше имя?

Я растерялась: не планировала встречаться ни с кем из знати и ответа на этот вопрос не заготовила. Вот же ж!