Глава 12. «Подарок» от бабули

Амалия

Перед тем, как отправиться на новогоднюю ярмарку, я успела в подробностях рассказать бабуле детали своего утреннего пробуждения. Поведала и об угрозах, которые бросил мне напоследок Листар. Но кроме привычного «до вечера, что-нибудь придумаем», ничего толкового не услышала.

От негодования и переживаний я сорвалась на Филиппа, который посмел высунуть свой полупрозрачный нос в коридор, из-за чего мне пришлось выдать себя за невротичку. А вот Ленни, мой костлявый маленький провал, я ругать не посмела. Ведь стоило мне вернуть его черепушку на место – он подхватил свои шахматы и поспешил от меня подальше. Вероятно, все же обиделся за то, что я так безжалостно с ним обошлась.

Отцу я пока была не готова рассказывать о своих утренних пробуждениях в компании дракона. Решила сознаться только в том случае, если до вечера сама ничего не придумаю.

– Ты посмотри, какая красота, Амалия! – бабушка остановилась у очередного прилавка с елочными игрушками.

– Угу, – буркнула негромко, даже не взглянув на товары, что предлагали нам крикливые торговцы.

– Посмотри, Амалия! Какая теплая шаль! Тебе нравится? Купить? – крикнул громко отец, застрявший у прилавка напротив.

Я безразлично кивнула и снова опустила голову вниз.

– Мне бы ваше настроение, – прошипела себе под нос.

– Чудо, а не игрушка! Ещё и с изображением дракона! – бабушка покрутила перед моими глазами блестящее новогоднее украшение. – А эта шкатулка? Ну прелесть же!

– Бери, – отрезала я, разглядывая необычную игрушку. – Вы меня со своими драконами в могилу загоните, честное слово…

Бабуля мило улыбнулась и поправила свои круглые очки – деталь, которую она надевала исключительно для выхода в город, чтоб казаться солиднее.

Хотя нашу семью уже ничто не могло спасти от надменных взглядов горожан и их едких реплик, летящих в спину.

– Ой, да не выгонит нас твой красавчик, – шепнула мне на ухо бабуля. – Не переживай ты так.

– Он не мой, – процедила сквозь зубы.

– А мог бы им стать. Влюбила бы его в себя – и нет проблем. И ты при красивом муже, и горожане не посмеют плохого слова в твою сторону сказать.

– Ага…И Листар все узнает.

– Ой! – отмахнулась бабушка. – Узнает, ну и пёс с ним! Ничего страшного не вижу в этом.

– Он грозился нас выгнать, – напомнила я бабуле.

– Королевство у нас что ли маленькое? Найду себе мужа, коль ты не можешь, и переедем в другой город.

– И все-то у тебя легко, – вздохнула я и усмехнулась.

– Это у тебя и Баладара все тяжело. Приросли к этому городу, как ошалелые. И ради чего? Ради этого? – бабуля кивнула в сторону кучки сплетниц, стоящих неподалеку. – Если бы не вы – я бы уже давно какого-нибудь красавчика приворожила и умчалась бы с ним на край королевства.

– Ба, тебе восемьдесят пять… Какие женихи?

– Красивые, – хитро улыбнулась старушка.

– Тут наш дом. Да и отца я не оставлю.

– Вот поэтому и я вынуждена с вами здесь пропадать.

Бабуля загрузила десяток купленных новогодних игрушек в корзину и двинулась дальше. Я закатила глаза, когда увидела, что она направляется прямиком к прилавкам с сорочками, шалями и платьями.

– Я ж тебе варианты предлагаю, а ты все носом крутишь, – бурчала она.

– То есть, если я буду слушать твои советы – все сразу станет хорошо? – уточнила с ироничной усмешкой.

– Конечно! – бабуля остановилась и игриво ущипнула меня за бок. – Тебе ж нравится этот голубоглазый правитель? Признайся, милая.

– Ну-у-у… Он не плох, – ответила смущённо, вспоминая бурю эмоций, которую во мне вызвал Листар. – А знаешь, бабуль… А, давай! – воскликнула, понимая, что мне все равно уже абсолютно нечего терять. – Как там драконов влюбляют?

Глаза старушки моментально загорелись поярче любых праздничных фонариков.

– Ох, моя дорогая! Сейчас мы как… Ух! Эта змея Карисия умрет от зависти! А если мы ещё сделаем… – от переизбытка эмоций бабуля не смогла договорить ни одну фразу.

Поэтому, мне оставалось лишь гадать, что у старушки на уме.

Следующие пятнадцать минут моя воодушевленная сваха перебирала всевозможные сорочки, которые, по ее мнению, мне были просто необходимы. И совсем не слушала моих заверений о том, что совместного утра с Листаром у нас больше не будет.

– Вы надолго здесь? – отец подобрался ко мне со спины и заглянул через плечо.

– Иди отседова, Баладар, – закомандовала бабуля. – Не видишь, внучку замуж готовлю. Не мешай.

– Замуж? – нахмурился он и бросил на меня непонимающий взгляд.

Я неловко улыбнулась и пожала плечами. Мол, совсем не знаю, что бабуле в голову взбрело.

– Все ясно, – улыбнулся папа и обреченно махнул рукой, решив, что старушка просто принялась за старое, и это непременно пройдет. – Догоняйте меня.

Я кивнула и провела отца взглядом. Все сторонились его, как прокаженного. Стоило ему подойти к прилавку – и всех покупателей, как ветром сносило.

Почему он действительно до сих пор не уехал из Хабурна? Ведь в этом городке кроме людского презрения нашу семью больше ничего не ждёт.

– Нашла! – воскликнула радостно бабуля. – Смотри, Амалия! А цвет какой волшебный!

Я с улыбкой смотрела на небесно-голубую сорочку, откровенную до безобразия, которую бабуля бережно держала в руках словно святой оберег. Эта тканевая находка была под стать Листару Морелли. Такая же бесстыдная и провокационная. Даже цвет одеяния напоминал мне оттенок его необычных глаз.

– Отлично! Заверните нам эту сорочку, мы ее покупаем! – раздался за моей спиной насмешливый женский возглас, и я стиснула зубы от злости.

Бросила взгляд через свое плечо, недовольно посмотрев на Карисию Перр в окружении своих драгоценных подружек. Ее медные кудри выбивались из-под меховой шапки, а в янтарных глазах застыла тень превосходства.

– Ой, Амалия, мне кажется или ты поправилась? – она презрительно изучала мой наряд, подаренный Листаром, пока ее подружки тихо хихикали у нее за спиной.

– А я и не болела, – улыбнулась наигранно, отвечая колкостью на колкость.

– Заверните нам эту сорочку! – Карисия вскинула руку, обращаясь к торговцу. – Девушка от нее отказывается. Она ей не к лицу.

Мои пальцы невольно сжались в кулаки. Вот же маленькая наглая дрянь. Но вступить с ней сейчас в перепалку означало создать себе новую порцию проблем. Да и навлекать на свою голову гнев городового из-за куска красивой тряпки, я тоже не хотела. Мне бы до вечера спокойно дожить и с драконом этим разобраться…

– Руки убрала! – рявкнула бабуля, когда Карисия потянулась к ярко-голубому одеянию. – А ну, катись отседова, подстилка рыжая! Это наша сорочка!

В глазах старушки застыла дикая жажда боя. Не на жизнь, а на смерть… И по ее настрою было ясно, что проигрывать это сражение она точно не собирается…

12.1

Пятнадцать минут спустя на площади была сильнейшая суматоха.

Отец бегал вокруг стражников, что тянули меня и бабулю в отделение Порядка. Прямо в руки городовому.

Мой зимний плащ остался валяться на снегу бесформенной кучкой неподалеку с разбитыми бабушкиными очками…

Карисия Перр заливалась слезами и жалобно скулила на всю площадь, пока ее драгоценные подружки держали у ее затылка и скулы холодный снег.

– Да выгоните их из города! – закричала одна из девушек, успокаивая свою безутешную подругу. – А старуху вообще на костре сжечь надо!

– Чтоб тебе живот скрутило! – закричала изо всех сил бабуля, и горожане в ужасе пораскрывали рты, услышав очередное «проклятье из уст старой ведьмы». – Ещё кто внучку мою хоть раз обидит – порчу наведу!

– Вот видите?! Видите?! – рыдала Карисия, строя из себя невинную жертву.

– Поаккуратнее можно? – возмутилась я, когда два стражника до боли сжали мое предплечье и ускорились.

Я абсолютно не успевала за их размашистыми шагами, поэтому мои ноги просто волочились по снегу.

– Куда вы их?! За что?! – крикнул отец и от переизбытка эмоций отбросил в сторону свою шапку. – Отпустите! Они не в чем ни виноваты!

– Вон пошел отсюда! – рявкнул великан в форме и одним движением своей огромной ручищи отправил отца в сугроб, расчищая путь…

– Балада-а-р! – завопила изо всех сил бабуля, пытаясь оглянуться назад. – Балада-а-р! Сорочку у торговца купи! Эту самую!

Стражники, как по команде, приподняли старушку за руки, и теперь моя худенькая бабуля просто болтала ногами в воздухе.

– Да я вас! Я знаете, что с вами сделаю? Ни одна девица в вашу сторону не посмотрит! Будет висюлька болтаться между ног! Поняли? – самоотверженно угрожала своим «похитителям» бабушка.

И чем дольше из ее уст сыпались всевозможные проклятия, тем больше я понимала, что Новый год мы с ней, вероятно, встретим в тюрьме. И монетки для желания будем кидать в железную миску с похлебкой.

Дожила «спокойно» до вечера. Ничего не скажешь.

– Да они же ни в чем не виноваты! – продолжал сокрушаться на всю площадь отец, пропустивший все «представление».

– Виноваты! – заголосили со всех сторон горожане. – Виноваты!

Я шмыгнула носом и опустила голову вниз, позволяя своим тюремщикам тащить меня, как тряпичную куклу.

Где-то позади раздавался громкий голос отца, призывающий народ «не клеветать на его семью», но все было без толку.

Мы с бабулей действительно были виноваты. Просто папа, ушедший далеко вперёд, не увидел этот безумный бой.

Я до последнего надеялась, что мы сможем избежать скандала… Но когда Карисия вцепилась в эту злополучную сорочку и тут же получила от бабушки в нос – мои надежды испарились.

Пришлось ввязаться в этот бой, защищая старушку.

Минут пять мы с Карисией таскали друг друга за волосы, пока бабуля отстреливалась снежками от ее подруг, не подпуская их ближе, и пыталась рассчитаться за злополучную сорочку.

Когда с криком «ой» бабушка, сбитая метким ударом, упала в сугроб, я отскочила от этой рыжеволосой дряни, оставляя в ее руках не только клок своих волос, но и свой зимний плащ, и кинулась к старушке.

Ругаясь на чем свет стоит, бабуля стянула с лица перекошенные разбитые очки и отбросила их в сторону.

– Ну, держитесь, – воинственно протянула она и приняла мою руку, чтобы подняться из сугроба.

– Успокойся… Прошу.

– Заверните мне эту сорочку, – у прилавка уже стояла запыхавшаяся Карисия. – Быстрее, пожалуйста!

Ошалевший торговец растерянно взглянул на меня, и я утвердительно кивнула, подтверждая, что отказываюсь от покупки и уступаю.

Когда в спину Карисии угодил снежок, я обернулась на бабушку. Приняв воинственную позу, она уже готовила следующий…

– А ну, отошла оттуда! – крикнула она и…

Начался второй раунд этой битвы.

Не такой кровожадный с виду, но от этого не менее ожесточенный.

Снежки полетели со всех сторон. Нас с бабулей было всего двое, в отличие от той надменной компании. Да и некоторые жители были не прочь запустить снежком в старую ведьму и ее сумасшедшую внучку. Два раза мне попали в ухо, бабуле угодили в лоб и в затылок. За что она угрожала всем немедленной магической расправой.

– Бабуль, да оставь ты в покое эту сорочку, – предложила я, прячась за фонарный столб.

– Не в сорочке дело! – рявкнула старушка. – А в уважении!

– Ах, ну если в уважении, – хмыкнула себе под нос и слепила новый снежок своими обледеневшими пальцами.

Бабулю снова отправили в сугроб. Я взглянула на ее торчащие из снега ноги и со всей силы швырнула свое ледяное белоснежное оружие в нашу рыжую зачинщицу.

Карисия взвыла и схватилась за лицо.

– Есть! – улыбнулась довольно. – Бабуль…

– Я сейчас… Сейчас…

Мои глаза широко распахнулись, когда я увидела, что бабушка облепливает снегом два небольших камня.

– Ты что?! Не надо!

– Эй, рыжая! – крикнула бабушка. – Никогда ты не будешь такой красивой, как моя внучка. И умной тоже! Вот тебе мои проклятия!

На площади наступила тишина. Карисия испуганно посмотрела на старушку, по-видимому не зная, как правильно отреагировать на эти слова, и резко отвернулась… Зато бабушка сориентировалась быстро.

Первый каменный снежок «поцеловал» Карисию Перр в затылок.

Она закричала и стремительно обернулась, но тут же словила скулой второй «снежок».

– А-а-ай! – взвыла она и, как раненый олень, упала на снег.

Жители смотрели на эту картину с лёгким недоумением. Ведь ещё минуту назад снежки прилетали в лицо всем, но никто не падал на землю так, как будто его смертельно подстрелили.

– Моя голова! Мое лицо! – в истерике закричала Карисия. – Стражники!

Я аккуратно осмотрелась. По замершей толпе прошёлся первый шепоток «она ее действительно прокляла».

Ой, кажется, плохо дело. Очень плохо.

– Эх, промахнулась, – недовольно протянула бабуля, отряхивая с одежды снег. – В глаз хотела попасть.

Крики «ведьма!» начали сыпаться из толпы и становились все громче и громче.

– Пора убираться отсюда, – шикнула я старушке. – Живее!

– Сейчас только сорочку заберем и пойдем, – ответила она и гордо зашагала обратно к прилавку, оставляя меня любоваться бегущими в нашу сторону стражниками…

Забрать сорочку у нас, конечно же, не получилось. Как и убраться с площади раньше, чем мы попадаем в отдел Порядка.

Поэтому, двадцать минут спустя мы с бабулей все же сидели перед пузатым Галианом Перром.

Нас приковали наручниками к деревянным стульям, как матерых преступниц и усадили напротив стола городового для допроса.

Но он нас и не слушал. Просто внял жалобам своей «милой» дочурки и принялся обвинять нас во всех смертных грехах.

Пока он говорил, я со скучающим видом смотрела на его черные с проседью усы. Для меня это всегда было более интересным занятием, чем слушать обвинения, которые я знаю наизусть.

Стоило Галиану услышать про проклятье, и в его темно-карих глазах моментально вспыхнула бешеная ярость.

– Живо сними его, Эдит!

– Только после того, как ты поцелуешь бродячую собаку под хвост, – сопротивлялась моя воинственная старушка.

– В таком случае вас ждёт смерть! – рявкнул городовой и ударил кулаком по столу. – И вашу нерадивую внучку тоже! Я вас двоих на гильотину отправлю!

– Ещё раз обзовешь Амалию, и я тебя в порошок сотру, – пригрозила бабуля, склонившись ближе к городовому. – А дочь твоя в старых девах до скончания века ходить будет. Понял меня?

Морщинистое лицо Галиана запылало, как свеча.

– Я донесу о ваших деяниях новому правителю. Он казнит вас прямо на центральной площади.

Я закусила от переживаний губу и испуганно посмотрела на бабулю. Ход дела набирал такие стремительные обороты, что мне становилось не по себе.

Казнить за сорочку?!

Что за чушь?!

Но я понимала, что для Галиана это просто ещё один шанс избавиться от нашей семьи… До гильотины мы, конечно, может и не дойдем, а вот из городка нас точно вышвырнут.

– Говори, – заявила бабуля с безразличием. – Поглядим ещё, кого повесят первым.

– Отпустите нас, – я предприняла слабую попытку исправить ситуацию. – Мы приносим свои извинения. Обещаю, такого больше не повторится и…

– Не унижайся перед ним! – прервала мои стенания бабушка, наградив грозным и горделивым взглядом. – Этот усатый мерзавец ещё в молодости с гнильцой был… Не достоин он уважения.

Я виновато уставилась на взбешенного Галиана. Вот как тут «сгладить» ситуацию, когда рядом такая говорливая и бесстрашная старушка?

– Стража! – взревел городовой, едва сдерживая себя в руках.

На пороге, как по щелчку, появились два бравых молодца. Те самые, что тащили меня к отделу Порядка.

– В темницу их! Ни еды, ни воды не давать до завтрашнего утра! – скомандовал Галиан.

Нас рывком подняли со стульев и потащили в сторону подвала. Запах дикой сырости, плесени и жуткой вони от отходов ударил в нос, когда мы только ступили на каменную лестницу.

Спустя две минуты «прогулки» по холодным серым коридорам нас с бабулей втолкнули в сырую темницу с маленьким узким окошком.

Я тяжело вздохнула, глядя на то, как бабуля воодушевленно вышагивает к единственному источнику света.

– Да уж, ба… Сходили на ярмарку всей семьёй. Ничего не скажешь…