Глава 18. Трогать можно, брать запрещено

Листар

Вот же хитрая лиса.

Уже пятнадцать минут я лежал на постели, закинув руки за голову, и рассматривал залитую утренним светом женскую спальню.

Мысленно благодарил богов, что с вечера надел рубашку и брюки. Решил, что теперь просыпаться с Амалией голым – это, как чесать шею об острое лезвие гильотины. Так я в разы быстрее подпишу себе смертный приговор.

И ведь как знал! Одного только не предусмотрел, что эта красотка не в замок мой переместится, а снова меня к себе притащит. Даже веревки подлиннее взяла, чтоб себе неудобства не доставлять.

Неужели не поверила в силу магической печати? Или все же решила перестраховаться?

Я скользнул жадным взглядом по тонкой женской лодыжке, окутанной верёвкой и привязанной к столбику кровати, и снова уставился в стену.

Любовался мелкими безделушками, что пылились на полках рядом с книгами. Изучал резную деревянную оправу огромного зеркала и светлый потолок.

Я был готов смотреть куда угодно, только не на Амалию Дарлинг – шикарную женщину, что закинула на меня свою соблазнительную ножку, свободную от пут. Даже руки за голову спрятал, чтобы совладать со своим желанием провести рукой по гладкому бедру и нырнуть в длинный разрез шифоновой сорочки.

Но пальцы зудели… А глаза то и дело замирали на стройной фигурке Амалии, что мирно спала на спине…

Тонкий полупрозрачный шифон дарил небывалое зрелище. Начиная от упругих холмиков груди, заканчивая зазывающе раскинутыми бедрами.

– Драконья кровь, – прошептал почти беззвучно. – За что мне эти мучения?

Чем дольше я лежал в постели и глазел на этот спящий «запретный плод», тем больше бушевала моя фантазия.

Знала бы Амалия, что сейчас я делаю с ней в своих мыслях…

Заррово проклятье! Ну удружил, дед… «Спасибо»!

Аномалия пошевелилась, промурлыкала что-то, как маленький котенок, и закинула голову на мое плечо. Мягкость ее волос и томный вздох спалили все мое самообладание к снежной матери.

– Трогать можно, брать запрещено, – напомнил себе тихонько, и моя ладонь аккуратно легла на женское бедро.

Я закрыл глаза, наслаждаясь гладкостью теплой кожи. Мое тело мгновенно напомнило мне, что порой брюки – это очень неуместный и неудобный атрибут.

Амалия- Аномалия…

Зарр его подери.

Как сдержаться и не полакомиться этой красоткой?

Ещё и эта соблазнительная вещица ярко-голубого цвета, что находилась на ней… Где же ее смешная сорочка в нелепый цветочек? Хотя, она моим фантазиям тоже не мешала. Но, по крайней мере, не выглядела «приглашением». Такой своеобразной тарелочкой с голубой каёмочкой, на которую положили самый вкусный десерт.

– Доброе утро, – прохрипела сонно Амалия и…

Только сейчас я понял, что моя рука уже вовсю нагло путешествует под ее сорочкой, изучая все изгибы и тайные места…

Как будто в беспамятство провалился и мозг отключился.

– Доброе, – отрезал я и замер.

Как мальчишка, которого застали за подглядыванием.

– Значит, не снял печать? – Амалия повернула ко мне лицо и очаровательно улыбнулась.

– Не снял, – в горле пересохло при виде манящих женских губ.

– Почему? – она не предприняла ни единой попытки избавиться от моей ладони, «застрявшей» недалеко от развилки бёдер. Просто сладко потянулась. Выгнулась, как кошка, и я простонал.

– Брать нельзя, но трогать можно, – ещё раз напомнил сам себе и, проигнорировав вопросительный взгляд Аномалии, перекатился на постели, придавливая ее своим телом к матрасу.

Не давая сказать ей и слова, я накрыл ее губы своими, продолжая свое мучительное «исследование».

Мой внутренний дракон победно и радостно зарычал, когда Амалия с готовностью и неудержимым безумием ответила мне, зарываясь в мои волосы свободной рукой.

Понятия не имел, почему из пугливой мышки она вдруг превратилась в раскрепощенную хищницу, но мне нравилось это…

Я вылетел из реальности, превращая все свои смелые фантазии в жизнь.

– Пр-ростите, леди Амалия, я потом зайду, – раздался взволнованный мужской голос.

– Угу, – простонала моя Аномалия, и меня, как огнем обдали.

Я вскинул голову и взглянул на дверь.

Там, замерев с подносом в руках, стоял Филипп. Он шустро поставил его на тумбочку и поспешил скрыться через стену.

– А ну, стоять! – рявкнул, понимая, что этот призрачный дворецкий только что спас мою шею.

Я растерянно взглянул на уже освобожденное от пут запястье Амалии, ее полуспущенную сорочку и изящное тело, которое только что изучал губами. Моя рубашка уже валялась неподалёку от кровати… Без пуговиц.

– Твою бурю! – выругался, возвращая на место свои брюки, которые уже почти спустил.

Чуть не влип! Сам не понял, как!

– Филипп! – окликнул я, чувствуя, что дворецкий далеко от спальни не улетел.

Молча подтянул женскую сорочку, пряча чудесное зрелище. Амалия выглядела растерянной и взволнованной. К ней, как и ко мне, наконец вернулось осознание, что мы едва не сделали.

– Позови его, – рявкнул я и скатился с постели в жалкой попытке побыстрее убраться от этого наваждения.

– Филипп! – крикнула Амалия, вскакивая с постели вслед за мной.

– Вы звали? – дворецкий появился в спальне через две секунды.

Пытался сохранить безучастный вид, но все равно искоса поглядывал на меня, следя за тем, как я накидываю испорченную рубашку.

– Д-да, – Амалия нервно пригладила свои русые волосы и растерянно посмотрела на меня. – Зачем мы его звали, Листар?

– Филипп, никому не слова, что вы только что здесь видели. Хорошо? – поинтересовался, вглядываясь в призрачный силуэт.

– Разумеется, Ваше Драконье Сиятельство. Ещё какие-то просьбы?

– Рубашка… Вы не могли бы одолжить ее у хозяина дома? Естественно, нам не нужно, чтобы Баладар об этом знал.

– Сию секунду, – отозвался Филипп и исчез в соседней стене.

Мы с Амалией переглянулись. Мои глаза невольно устремились к ее полупрозрачному одеянию.

– Оденься, Амалия… – я нервно сглотнул. – Всеми ледяными бурями прошу…

– Да-да, сейчас! – она, как ошпаренная бросилась к шкафу.

Выхватила первое попавшееся под руку платье и умчалась за ширму.

– Вот, как и просили, – голос Филиппа, как и его внезапное появление за моей спиной, заставили вздрогнуть. – Хозяину она немного мала, а вам будет впору.

Поблагодарив дворецкого, я забрал витающую в воздухе темно-серую рубашку с длинным рукавом.

– Я могу быть свободен?

– Нет, – пропищала за ширмой Амалия. – Где отец?

– Баладар в своем подвале. Вместе с Эдит подготавливают нужные для «дела» зелья.

– Сейчас мы спустимся вниз, а ты скажи им, что Листар только что пришел к нам на завтрак. Хорошо?

– Как скажете, леди Амалия. Мне это каждое утро нужно будет говорить?

Амалия выглянула из-за ширмы и внимательно посмотрела на меня. Определенно, ждала моего решения.

Чему я просто не мог не удивиться.

То есть ее больше не смущает мое присутствие в этой спальне? Да что тут произошло?! Может алхимик опять ее чем-то напоил?

– Да, – отозвался я, продолжая сверлить Амалию пристальным взглядом. – Я каждое утро буду просыпаться в комнате у леди Амалии, Филипп. Все равно мне в вашем доме каждый день пока появляться надо. Так почему бы не использовать этот «приворот»? Так мы избежим ненужных сплетен.

– Я все принял к сведению, Ваше Драконье Сиятельство. Могу идти?

– Да.

Как только Филипп исчез в дверном полотне, Амалия тихо и неуверенно уточнила:

– Ты решил просыпаться у меня?

– Да.

Я понимал, что возможно это не самое мое правильное решение. Тем более, после сегодняшнего утра… Но так действительно было безопаснее.

Тащить Амалию в замок, где в коридорах ее может встретить Рой – было ещё опаснее.

Ведь он-то почувствует в ней магию Морелли, если проверит.

И если в отделе Порядка хорошую службу сослужили моя вспыльчивость и его величество Случай, то сейчас все может обернуться проблемами для всех.

Поэтому, мне не оставалось ничего другого, как попытаться взять себя в руки и разобраться с этим безумием, что творится вокруг.

– Я готова, – из-за ширмы выскочила Амалия и лучезарно улыбнулась.

Покрутилась, демонстрируя мне свое простое, но красивое платье бордового цвета.

Выглядела она на удивление жизнерадостной, словно это и не она ещё минуту назад была растерянной и напуганной. И эта резкая перемена напрочь сломала мой мужской мозг. А все попытки понять эту женщину обнулились окончательно.

– Что ты, кстати, любишь есть на завтрак? – уточнила Амалия, распахивая дверь спальни. – Филипп готовит вкуснейшие клубничные пирожные!

Я вопросительно вскинул бровь, ещё сильнее настораживаясь от таких резких перемен.

Что она задумала?

Понятия не имел, какие мысли сейчас роились в ее хорошенькой головке, но становиться ручным драконом я не собирался. Поэтому, легонько подтолкнул ее за поясницу, заставляя выйти в коридор, и ухмыльнулся:

– На завтрак я люблю есть девственниц, Аномалия. Или ты думала, что люди врут?

18.1

Амалия

– Вот он, голубчик… Вышагивает, – злорадно прошептала бабуля, выглядывая из-за угла парфюмерного магазинчика, возле которого уже двадцать минут мы вытаптывали снег. – Я ж тебе говорила, что эта собака Галиан пойдет владения ему показывать.

– Бабуль, хватит оскорблять бедных собак, – усмехнулась я, и последовав примеру старушки, выглянула из нашего укрытия. Хотя, навряд ли эти небольшие бочонки, припорошенные снегом, могли служить отличным тайным убежищем. – А если он не выберет этот парфюм с пахучкой?

– Выберет. Мое колдовское чутье никогда не врёт, – горделиво заявила старушка и резко прижалась к стене.

Кинула на меня заговорщицкий взгляд и хитро улыбнулась.

Когда за углом раздались голоса Роя Голди и Галиана Перра, я закусила от волнения губу и прижалась поближе к бочкам.

– А здесь продают самый лучший парфюм в Хабурне, – отчитывался городовой. – К слову, продавец парфюма тоже может стать свидетелем на суде. Поговаривают, что он частенько к алхимику обращается за помощью в создании своих ароматов. Его можно шантажом на нашу сторону перетянуть.

– Приму к сведению, – холодно отозвался Рой, и дверь магазинчика скрипнула.

– Вот паршивцы, – протянула стиснув зубы. – Шантажом народ заманивают!

– Недолго им осталось заманивать, не переживай. Пару деньков – и очистим город от их присутствия. А теперь, – бабуля снова выглянула за угол. – Пошли быстрее.

Мы пригнулись, пробегая мимо окошка парфюмерного магазина, но я все равно не отказала себе в удовольствии быстро туда заглянуть.

Смерила ненавистным взглядом две мужских фигуры, что топтались у прилавка, и поспешила за бабулей.

– А если не получится?

– Все у нас получится, – отмахнулась бабуля. – Доставляя сегодня парфюм в магазин, Баладар предупредил, что аромат в зелёной коробке предназначается именно для Листара Морелли. Эксклюзив. Готова дать на отсечение свою правую ногу, что продавец проболтается об этом, и этот Голденыш заберёт духи себе.

Я рассмеялась.

– Это папа придумал?

– Скажешь тоже, милая. Я, конечно же. У твоего отца мозгов для такой авантюры не хватит. Зато ума хватило заменить один компонент в зелье, и теперь «пахучку» будут слышать все, кроме его обладателя.

– То есть Рой даже не почувствует, что от него за версту несёт тухлыми яйцами?

– Именно, – победно улыбнулась бабуля.

Мы миновали две таверны и перебежали на другую сторону улицы. Остановились напротив типографии "Городской вестник" и переглянулись.

Теперь сомневаться начала бабуля.

– С газетой не получится. Уверена.

– Получится. Им все равно, о ком гадости писать. Для них главное – это прибыль, – успокоила я старушку, доставая из кармана своего плаща небольшую статью, которую писала целое утро. – Ты жди меня здесь. Проследишь, будет ли у нашего Роя в руках зелёная коробка с парфюмом, когда он оттуда выйдет.

– Листар-р Мор-релли приглашает всех жителей гор-рода на каток и снежную гор-рку! – вещал громко Ману, пролетая вдоль улицы. – Конкур-рсы! Р-развлечения! Коньки и сани будут подар-рены всем, кто захочет р-разлечься с Его Др-раконьим Сиятельством!

Мы с бабулей проводили ворона взглядом и посмотрели друг на друга.

Неподалёку раздались неуверенные голоса горожан, решающих, не влетит ли им от Роя Голди за такие развлечения и не сочтут ли их за это предателями.

– Да идите! Это же не приказ, а обычное приглашение повеселиться! – не выдержала бабуля и тем самым распугала стоящих неподалеку людей.

Они кинулись врассыпную, недовольно поглядывая на старушку.

– И без тебя знаем, ведьма! – раздалось в ответ.

– Чё пялишься? – буркнула бабуля одному из зевак. – Я тебе сейчас как… У! – стоило ей вскинуть руку в пугающем жесте, как молодой парнишка поспешил прочь.

Два раза поскользнулся на заезженной повозками снежной дороге и даже бросил на произвол судьбы свою шляпу, упавшую с головы.

Я усмехнулась. Одна маленькая худенькая старушка держала в страхе весь город, при этом уже много лет не имея магии… Хотя самой главной способностью бабули была именно смекалка. Похлеще любых колдовских зелий будет. А может горожане просто слишком трусливы?

– Молодец твой женишок, Амалия. Последовал совету, – заключила тихо она. – Пусть располагает к себе людей.

– Он ещё пока не мой женишок.

– Это дело наживное. Я ж говорила, что ты ему нравишься.

Я смущённо улыбнулась и поспешила к высокому зданию типографии. Мне не хотелось вдаваться в подробности нашего утреннего пробуждения с Листаром.

Ведь рассказать бабуле подробности я не решилась. Да и не надо ей об знать.

При мысли о том, что чуть не произошло между мной и Листаром, мое сердце застучало быстрее. Там, где он касался меня губами и руками, до сих пор пылала кожа.

Это было каким-то безумием, чем-то порочным и неправильным, но… Это было восхитительно…

Ощущать горячее дыхание на своей коже, касаться крепкого мужского тела, испытывать целую гамму чувств от смелых ласк, сходить с ума от жадных поцелуев, что кружили голову покрепче бабушкиных настоек. И это все сотворил со мной Листар Морелли… А чего же мне ждать дальше?

Необъяснимый страх от предвкушения завтрашнего пробуждения уже сидел внутри. Где-то на границе между необъяснимым любопытством и ужасом от неизведанного.

Зря все же, наверное, я кричала ему в первый день, что не девственница. А может он мне и не поверил?

Понимая, что надо отогнать от себя мысли о красивом драконе и заняться делом, я ускорилась.

Миновала главный вход и сразу же направилась к запасному. Мне не хотелось своим внезапным появлением давать ещё одну сенсацию этой мерзкой газетенке.

Но отомстить семейке Перр я была обязана.

Потому, что за завтраком, когда Филипп притащил хозяину свежий номер «Вестника», меня ждала такая порция позора, что я была готова провалиться сквозь землю. Не говоря уже о том, что пришлось объясняться с отцом.

– Я этот «Городской вестник» к зарровой матери спалю! – кричал отец, молотя кулаком по столу. – Они окрестили тебя любовницей Листара Морелли и самой падшей женщиной Хабурна! «Цена одной ночи с Амалией Дарлинг – четыре золотых!» – зачитал он крупный заголовок на главной странице.

– Четыре золотых, это не так уж и мало, – пожала плечами бабуля и тут же ощутила на себе разъяренный взгляд отца. – Чего смотришь? Позорнее было бы, если бы Амалию в серебряник оценили! Впервые что ли сплетни читаешь в газете?

– Они назвали ее падшей! Любовницей дракона! Тут написано, что этому есть даже свидетели! Да я этих свидетелей!..

– Баладар, успокойтесь, – произнес Листар, и мы встретились взглядами.

«Я все решу», – читалось в его необычных ярко-голубых глазах. И я доверилась.

Хотя слушать недовольства отца было выше моих сил. Обычно он относился к сплетням с долей иронии, но сейчас… я не узнавала его.

И пока Листар лгал папе в том, что эти слухи вызваны исключительно спасением меня и бабули из отдела Порядка, я сидела, как на иголках. Лишь когда отец в тысячный раз уточнил, не было ли между нами связи и получил отрицательный ответ – он немного успокоился.

Но мы с Листаром отлично знали, кто причастен к написанию этой позорной статьи. И дело было не только в семейке Перр. Заказчиком статьи был Рой Голди. И его целью был не мой позор… Таким образом, он хотел осведомить всех горожан о связи Листара Морелли и проклятой семейки Дарлинг.

– За что, сейчас он и будет наказан, – прошептала, осторожно толкая дверь типографии.

18.2

Запах свежих чернил и бумаги тут же ударил в нос. Я остановилась, прислушиваясь к шуму печатных станков и звуку приглушенных голосов.

Осторожно кралась в полумраке здания, как воришка, впервые вышедший на дело. Ладошки вспотели от напряжения, и я покрепче сжала в руке свою статью.

– Отнесите это на печать. У нас несколько новых статей, – мужской голос эхом разнесся по первому этажу.

– Опять Дарлинги? – послышался тяжелый вздох.

Я ухмыльнулась. Приятно было осознавать, что не только я устала видеть нашу фамилию на страницах газет.

– Не вздыхай, Олли. Эта скандальная семейка приносит нам хороший доход. Из которого ты, к слову, получаешь весьма приличное жалованье.

– И то верно, господин Элморт. Вам приносить первый выпуск? Или вы, как всегда, увидите все в отчёте о продажах?

– Мне хватит отчёта, – от омерзительного смеха хозяина типографии я стиснула зубы.

– Будет вам отчёт, господин Элморт, – прошептала едва слышно и поспешила в сторону печатного цеха, где были слышны голоса рабочих.

Юркнув в темный угол, закрытый огромным шкафом, я пугливо приложила к груди свою статью. Сердце от страха готово выпрыгнуть из груди, когда мимо меня прошел кудрявый темноволосый парнишка с небольшой стопкой листов в руках. Это, вероятно, и есть Олли.

– Ребята, у нас новый срочный выпуск. Подготавливайте наборные доски и гарды! – объявил он, вызывая мгновенную порцию возмущений.

– У всех людей праздник! А когда нам отдыхать? – послышались недовольные голоса рабочих.

Я тут же отметила про себя, что надо обязательно рассказать об этом Листару. Ведь, действительно, типография работает абсолютно без выходных.

Выглянув из своего укрытия, я нашла глазами Олли, который бросил стопку листов на свой стол и поспешил «усмирять» бунт рабочих.

Я нервно сглотнула и быстро возвела глаза к потолку, мысленно обращаясь к Святой Нолли.

Это был мой шанс. И я не могла его упустить.

Пригнувшись и не сводя настороженного взгляда с Олли и окруживших его недовольных рабочих, я подкрадывалась к нужному столу.

«Будет вам сенсация» – ехидно подметил мой внутренний голос, когда я вытащила лист под номером один и заменила его на свой.

Надеялась, что Олли не станет снова перечитывать статьи, а просто проверит правильную нумерацию будущей газеты, прежде чем отдать ее наборщикам.

Мое сердце стало стучать ровнее только тогда, когда я оказалась на заснеженной улице.

Прижавшись спиной к зданию типографии, я устало улыбнулась и закрыла глаза, празднуя свою маленькую победу.

– Ну, что там? – раздался со стороны внезапный шёпот.

Я вздрогнула и приложила руку к сердцу.

– Бабушка, не пугай так! – шикнула, увидев взволнованное лицо старушки, что выглядывала из-за угла соседнего здания. – Все хорошо.

– И у меня все хорошо. С зелёной коробочкой наш Голденыш вышел, – усмехнулась она довольно.

Уже через минуту мы деловито вышагивали с бабулей по главной улице, не обращая внимания на насмешливые взгляды горожан.

– Эй, Амалия! За три золотых согласишься скрасить мой досуг? – крикнул сын лодочника, что подпирал дверь таверны и был окружен толпой таких же идиотов.

Те разразились громким хохотом и тут же решили внести коррективы в предложение друга, предлагая мне и пять серебряников, и один золотой.Я подняла повыше голову и одернула бабулю, которая уже развернулась к этой компании, чтобы закрыть им рты.

– А может хватит просто сказать, что я дракон? – мужской дружный хохот только набирал обороты. – Амалия, сколько тебе платит наш правитель?

– Разве правитель что-то должен платить своей невесте? – громкий голос Листара, раздавшийся за нашими спинами, заставил меня и бабулю остановиться.

Я обернулась и удивлённо уставилась на Листара. Его ледяная магия сияла ярким светом – свидетельство того, что он совсем недавно пребывал в ипостаси дракона.

Хватило одного холодного и угрожающего взгляда в сторону таверны, чтобы мужской хохот тут же смолк.

– Вашей невесте? – небрежно поинтересовался один из смельчаков, вероятно решив для себя, что такой правитель ему точно не нужен.

– Моей невесте, – подтвердил Листар грозно. – Можете передать это и остальным. Услышу недоброе слово в ее адрес – превращу в кусок ледышки. Понятно?

Ухмылки, что появились на мужских лицах были красноречивее любых слов. Листар Морелли только что навсегда лишился их поддержки в борьбе за правление и испортил себе репутацию. Но высказать свои мысли вслух никто не решился. Вся компания быстро скрылась в таверне, и я была уверена, что сейчас они сообщают новости всем посетителям.

– А я ж говорила! Говорила! – эмоционально шепнула мне под ухо бабуля, дернув меня за рукав.

– Как дела? – Листар поравнялся с нами и посмотрел мне в глаза.

– Н-нормально, – ответила заикаясь, утонув во взгляде его необычных ярко-голубых глаз. – Н-невеста, Листар? Ты зачем это сказал?

Он улыбнулся, и мое сердце застучало в разы быстрее.

– Ты на коньках когда-нибудь каталась, Аномалия? – поинтересовался он, изогнув свою темную бровь. – Или на санках?

Я промолчала. Просто смотрела в красивое лицо и ждала ответа на свой вопрос.

– Конечно, не каталась! – заявила бабуля. – Она ж зимы сроду не видела!

– Тогда приглашаю вас присоединиться к развлечениям с правителем, – Листар подставил нам руки, и я машинально обхватила его локоть.

– Зачем, Листар? – спросила снова, уже разглядывая его мужественный профиль.

– Тебя устраивает роль моей любовницы, Аномалия? Или женщины, которая скрасит мужской досуг за четыре золотых?

– Нет.

– Тогда не задавай глупых вопросов…