Глава 19

Остаток ночи я провела в комнате по соседству. Мейз не казался слишком огорчённым из-за выбитых стёкол. Даже, наоборот, он всячески пытался меня поддержать и заверить, что раньше с его постояльцами подобного не происходило. Народ здесь, по его словам, мирный. Конечно, в моей голове одно с другим не вязалось. Охотники, лесорубы, Дэй — априори для меня оставались и остаются совсем не лучшими кандидатами для определения слова мирные.

Возможно, это очередные недоработки местного перевода.

Местный пьянчужка оказался с сюрпризами. Ого-го какими сюрпризами. Не знаю, почему, но я была уверена, что он больше ко мне не заявится. Во всяком случае со своим кинжалом, который я, перед тем как позвать Мейза, достала из-под кровати.

Нелогично просто. Если он смог выбить окна каким-то образом и уйти, бросив своё оружие, вряд ли он вернётся с новым. Скорее всего, заявится, чтобы вернуть своё. Ведь мог же убить! Раз уж сумел через окно, что, между прочим, на втором этаже находятся, выбраться и скрыться, значит, вполне себе мог завершить начатое. Ну, пока я там лежала, ожидая продолжения теракта, или что это вообще было.

Напрягало в этой ситуации даже не само нападение, не опухшее, ноющее запястье. Напрягали битые стёкла. Не знаю, почему Мейз решил, что их разбили снаружи, воспользовавшись камнем или ещё чем-то тяжёлым. Ничего ведь не было в комнате. Там той комнатушки десять на десять метров. Ну может, тринадцать. Я всё обыскала. А сами битые стёкла были снизу. Совсем малая часть осколков упала на пол комнатушки и осталась на подоконнике. Разве не очевидно, что их выбили изнутри?

Но как? И зачем Дэю их выбивать все? Два сразу? Для того чтобы уйти, достаточно было бы и одного разбитого. Не говоря уже о дверях, которыми он вполне себе умеет пользоваться.

Чем больше я об этом думала, тем больше новых вопросов оставались без ответа. Хотела ли я получить на них ответы? Конечно, но это вовсе не стало моим приоритетом. Скорее, меня просто подтолкнули к тому, чтобы начать думать в другом направлении.

Достаточно ждать. Две недели коту под хвост, правда. А я лишь обзавелась недоброжелателем, новым, послушала местные сказки и задружилась с сыном трактирщика.

Ничего. Я ничего не сделала путного за это время.

Разве двух недель недостаточно, чтобы осознать совершённую ошибку и вернуться за мной? Не думаю, что Даиная сожалеет о содеянном. Она не вернётся. Почему меня не ищет Драг? Если он на самом деле считает меня мёртвой, выходит, что моё существование здесь и потраченное время ещё более бессмысленно.

Положив кинжал Дэя под подушку, я укрылась одеялами и, глядя в окно на занимающийся рассвет, наконец-то уснула.

Утро выдалось обедом.

Выглянув в коридор, я весьма вовремя окликнула Бафи, выходящего из комнаты неподалёку с небольшим тазом и кувшином:

— Баф, золотце, мне можно умыться?

— Я сейчас, госпожа. — растянул губы в улыбке белобрысый мальчишка. — Только за горячей водой схожу.

Потянулись долгие минуты ожидания, за которые я успела посетить нужник и откровенно заскучать. Мальчишка пришёл, когда я безуспешно тёрла ткань платья, пытаясь хоть как-то её очистить.

— Я прошу простить…

— Всё хорошо, Бафи. Не стоит извиняться. Начнём?

Поставив таз на единственный имеющийся в комнате табурет, мальчишка протянул мне чистое полотенце и выжидающе замер с кувшином тёплой воды наготове. Вздохнув, я наклонилась над тазом, подставляя ладони лодочкой под тоненькую струю, и вымыла руки. Водой. Мыло здесь для умывания не предусмотрено.

Умылась и более-менее почувствовала себя бодрее.

— Баф, кто тебе… шьёт одежду? — осторожно спросила я, вытирая руки о полотенце.

— Ривка же ж. Она всем её шьёт. Но мне много не надо. Я за братом ещё не всё доносил. — спокойно ответил ребёнок.

— Она далеко живёт? — так же осторожно продолжала допрос я.

— Час ходу.

— А сколько ей лет? — не могла не задать этот вопрос. Всё-таки мне по-прежнему не хотелось покидать условно безопасный трактир, но и дальше сидеть на месте, я не могла. Если там женщина в возрасте, боюсь, не получится попросить её о визите сюда. Несмотря на выходку Дэя, мне всё равно здесь спокойнее, чем где-то там, под открытым небом.

— Лет сорок. Они с моим папой росли.

Трактирщик, конечно, мужик здоровый. Прямо русский богатырь из сказок. Коренастый, широкоплечий, выше моих метр семьдесят пять на полметра точно. Белобрысенький и активный. Но несмотря на это, я думала, что ему лет пятьдесят. Возможно, даже больше.

— А поближе никого нет? — поморщившись, на всякий случай спросила я, не испытывая тяги к пешим часовым прогулкам.

Ну единственная же она, кто шить умеет, в конце концов.

— У нас все шить умеют. Ривка это делает уже долго и хорошо. У неё весь север одевается. И форму лагерным шьёт, и нашим охотникам камзолы и тулупы. Рубахи всякие вообще быстро-быстро… — затараторил мальчишка, нахмурившись:- Я что-то не то сказал? — заметив мой взгляд, мальчонка побледнел.

Каким ещё лагерным? Здесь тюрьма? Зона? Сюда ссылают преступников, что ли?

— Каким именно лагерным? — кашлянув, попыталась улыбнуться и стереть перепуганную мину со своего лица.

— На севере один лагерь. Лагерь новобранцев. По дороге на запад разбит.

Диалог заходит в тупик. Хотя нет, тупиком многочисленные развилки вряд ли можно назвать. Я задаю один вопрос, а мальчишка, отвечая, рождает в моей голове ещё десяток.

— Новобранцев… — глубокомысленно протянула, промокнув уголком полотенца лоб.

Бафи съел "наживку":

— В армию! — гордо выпятив грудь, уверенно произнёс он. — Я тоже в лагерь отправлюсь, когда мне шестнадцать исполнится. Даже если не пройду, это не страшно. С рекомендательным письмом от командира Вара я могу уехать на запад. Поступить в сыскное училище. Я сильный. Так папа говорит. А если меня ещё заприметят драконы, непременно возьмут на службу в сам Эйрин. Они там в золоте купаются…

Копанный — штопанный!

Ну вот же оно! Наверняка, если существует армия, лагеря эти и училища, в них должны быть маги или драконы! Какие-нибудь учителя, наставники, ректоры. Кто-то да протянет руку девушке, попавшей в беду.

— Бафи, ты золото! — горячо воскликнула я, едва не опрокинув таз с водой, когда потянулась обнять ребёнка. — Веди меня к папе, у меня есть для него деловое предложение. — не удержавшись, взъерошила ему длинную чёлку и чмокнула в макушку. — Ух!

Наверное, это чутьё. Знаю, это всего-навсего вариант, который толком не оброс деталями, но меня просто переполняла эйфория. Мне казалось всё таким простым и лёгким, что я сама подхватила таз с водой и поспешила покинуть выделенную мне комнату, ещё и поторапливая Бафи на ходу.

Разговор с трактирщиком предстоял не из лёгких, но меня это уже не волновало. Если Мейз подтвердит слова своего сына, я здесь надолго не задержусь. Больше можно не бояться сболтнуть лишнего или неуместного.

— Он у себя, вы не туда несётесь… идёте, госпожа!

Вовремя малец меня окликнул, я была уже готова вломиться в кухню.

— Спасибо. Извини. — вернув воду после умывания, Бафи, я спокойно толкнула дверь, у которой остановился сын трактирщика. — Добрый день, господин Мейз. — тут же поприветствовала я сидящего за столом мужчину.

— Госпожа? — удивлённо ахнув, Мейз поспешно вскочил. — Какой же я господин…

— Так и я не госпожа, Мейз. Расскажите мне о лагере новобранцев и перспективах после обучения в нём.

— Прохождения. — поправил меня мужчина, хмуро окинув меня взглядом. — Зачем вам это? Вы девушка.

— Так вы расскажите или мне у кого-то другого спросить? — улыбаясь, как можно беззаботнее, надавила я.

— А что рассказывать? Обычный полевой лагерь. Военная подготовка. Три недели обучения. После недельное прохождение испытаний. Проходишь лагерь новобранцев, забирают в училище на западе. Не проходишь, всё равно получаешь рекомендательное письмо от командира. С ним можешь попытать счастье, добравшись самостоятельно на запад. Но его последний год почти никто не проходит. Вы поэтому прибыли? — заинтересованно разглядывал меня трактирщик, словно впервые видел. — Подозреваете командира Вара в превышении своих полномочий?

Вот те раз. Меня уже за проверяющую приняли. Ревизорша, блин, выискалась.

А может оно к лучшему?