ГЛАВА 15. Дракон жениться не желает: во всяком случае, не в этом мире.

Из разговоралорда Дэниала Гордерса с Людвином Корстасом: «Слава небу, я в своём уме. Жениться! Да кто меня заставит? Какая-то ворона? И какой ещё, к чёрту, общественный резонанс? Подумаешь, полежал с ведьмой в парке минуту! Я объяснил полицейским, что мы просто упали. Если завтра я поеду в поместье и там во время визита к арендатору упаду на его свинью, я должен на ней жениться? Лидия Реймс, кстати, тоже не видит никаких причин, чтобы спешить к алтарю. Хотя это и несколько обидно, Людвин: она не считает меня достойным драконом».

– Что это за «Древняя книга колдовских знаний»? – спросил Дэниал.

– Долго объяснять, – сказала ведьма и посмотрела на часы, висевшие на стене. – Мы с вами засиделись, и мне пора домой. День был слишком тяжёлым: одно объяснение в полиции чего только стоит! Думаю, Амелия и Агата уже начали волноваться.

– И всё-таки я прошу вас хоть пару слов сказать об этой книге.

– Ну хорошо, – вздохнула Лидия. – Книга сохранилась благодаря отцу Амелии. Если коротко: это целое исследование о четырёх пространствах, четырёх мирах – если так понятнее. Наш с вами мир людей, из которого мы попали в страну драконов и ведьм, назван в этой книге «потерянным пространством». У каждого из четырёх миров есть часы, позволяющие путешествовать в пространстве. На циферблате выбиты буквы: «Д» – дракон, «З» – заоблачное пространство, «П» – подземелье и «ПТ» – потерянное. Почему такими путешественниками оказались мы с вами – даже не спрашивайте. На этот вопрос ответа в книге нет. Все четверо часов должны находиться в руках Часовщика, но, видимо, он оказался недобросовестным хранителем, раз часы были разбросаны по мирам. Насколько известно мне, недавно Часовщик сумел собрать все вверенные ему часы.

– В моих руках были часы мира драконов, к тому же и наши фамильные часы, и я лишился их! – Дэниал схватился за голову. – Я мог бы уже давным-давно оказаться дома. Что за проклятие…

Он увидел, что Лидия посмотрела на него с сочувствием, и её маленькая ладошка легко коснулась его руки. Всего лишь жест сострадания, но он был ему приятен.

– Ага, голубки, вот вы где! – услышал Дэниал голос вороны. – А я-то летаю по Дракстону, ищу их. Грешным делом подумала, что вы уже договариваетесь с регистратором, чтобы, наконец, узаконить ваши отношения.

– Какие отношения? – поморщилась девушка. – Оставь свои глупости, Дэза.

– Да уж как бы! – огрызнулась ворона. – Все в парке видели, с какой страстью граф накинулся на тебя! Юбка измята безобразно, парик слетел! Я обратила на это внимание почтенного начальника полицииКорустера.

Как не вовремя появилась пернатая мошенница! Дэниал уже решил, что ему понравилась молодая ведьма, как и он, пострадавшая по воле судьбы от игры или безалаберности Часовщика. Часы не могут быть виновными, они – всего лишь орудие, а каждым действием управляет человек. В конкретной ситуации – Часовщик.

Но наглая птица сумела всё изменить: невольная симпатия была мгновенно приглушена напоминанием о том, что он скомпрометировал Лидию Реймс. Должен же быть способ поставить нахалку Дэзу на место.

– Господин Корустер и слова не сказал о двусмысленности нашего с леди Реймс положения, – сухо заметил он.

– Он просто побоялся твоего грозного взгляда, – прокаркала ворона. – На самом деле, он уверен, что дело идёт к свадьбе. Я не первую сотню лет разменяла, уж как-нибудь в драконах разбираюсь. И не только в них.

Конечно, Дэниалу не стоило вообще обращать внимания на Дэзу, но она была навязчивой, драчливой и жутко раздражающей. На душе у него стало неспокойно. Им постепенно овладевал гнев.

Дэза уже устроила перепалку со своей хозяйкой.

– Как ты вообще здесь оказалась? – спросила ведьма.

– Как, как! Через дымовую трубу, – она отряхнулась, и сажа с перьев полетела во все стороны. Дэниал брезгливо посмотрел на себя: мерзавка нарочно это сделала в непосредственной близости от него.

И он не выдержал:

– Чтобы раз и навсегда закрыть этот вопрос: я не считаю леди скомпрометированной, а, следовательно, жениться на вас, Лидия Реймс, не собираюсь. Что видели в парке прогуливающиеся парочки? Упавших вместе женщину и мужчину. Кто в здравом уме может сказать, что у мужчины после этого возникла обязанность жениться? Считаю вас женщиной благоразумной, поэтому скажу всё напрямик. Мы с вами, как сегодня выяснилось, здесь люди случайные. И вы, и я надеемся, что в скором времени всё изменится, вернее, вернётся к тому, что и должно быть. У каждого из нас есть своя пара, и мы должны дождаться её. Главное – не совершить ошибку. Мы не должны позволить ввести себя в заблуждение, Лидия. Вы же со мной согласны?

Красиво всё-таки и логично он выразил свою мысль: как в парламенте. Дэниал почувствовал гордость после сказанного: речь не мальчика, но мужа. Он не бежит от ответственности, но совсем не готов прыгать в брачную петлю без веской причины. В их с Лидией мире лет сто нет понятия «скомпрометировал». Всё-таки драконьему миру ещё далеко до цивилизованности не только в части электричества и, чего уж греха таить, санузла; «страшно далёк» он и в том, что в мире людей давно и правильно определились: брак – это сделка. А какая может быть сделка с ведьмой? Он даже хмыкнул про себя – смешно!

– А кто вам вообще сказал, что вы мне интересны как претендент на мою руку? Про сердце вообще не желаю говорить. Не про вас моё благородное и нежное сердечко? – насмешливо произнесла ведьма. – Брак с вами мне и даром не нужен. Достойным драконом я вас точно не назову. Для меня вы представляете интерес только как человек, имевший отношение к часам. Тем самым. А без ваших фамильных часов за вас и одного гранта отдать жалко.

– Отлично! – каркнула Дэза. – Один-один! Продолжайте, дорогие мои! Вы прямо как семейная пара со стажем.

Дэниал бросил взгляд на ворону. Она выглядела очень довольной и… Вороны же не умеют улыбаться?

Ему бы радоваться, что ведьма не заинтересована в их браке, не считает себя скомпрометированной, но после слов «даром не нужен» и «одного гранта отдать жалко» он почувствовал обиду. Да в мире драконов он с первого дня ведёт себя как паинька. Никто не назовёт его поведение недостойным. Вся их перепалка походила на дуэль. Задетое самолюбие требовало удовлетворения.

– Я и забыл, что вы-то достойная дама во всех отношениях. Подскажите, разве благопристойные женщины колотят боксёрскую грушу в одном белье? Откуда в даме столько агрессии? И почему в вашей ведьмовской секте учат женщин носить не панталоны, а… другое нижнее бельё?

Дэниал понял, что сказал глупость, и выдал себя с головой: ведьма поймёт, что он знает об их женских «собирушках».

– Подглядывал! – подлила масла в огонь ворона. – Я же говорила тебе, Лидия!

Дэниал ничего не ответил. Он не стал опровергать, что видел всё собственными глазами.

– Мы просто забыли закрыть окно магическими шторами, – расстроилась девушка. – Очень легкомысленно, там ведь были и другие женщины. Нужно быть крайне осторожными. Кстати, лорд Гордерс, вы не расплатились за чай. Возможно, в вашем видении за вас должна заплатить женщина? Извините, но я вас не угощала.

«Унижает, вредная девчонка!» – подумал Дэниал и с лёгким пренебрежением бросил звякнувшие монетки на стол.

Хозяйка кондитерской быстренько подбежала и с улыбкой забрала монетки, поблагодарив его за щедрость после того, как он сказал волшебную фразу «без сдачи».

– Вот отлично, – прощебетала Лидия. – Вы ничего не должны кондитерской, да и мне тоже. Можете быть свободны. А теперь – задом наперёд и с ветерком!

И какая-то неведомая Дэниалу сила заставила его приподняться со стула и пойти к выходу из кондитерской спиной. Лидия Реймс наказала его каким-то заклятьем. Он надеялся, что на улице оно потеряет силу. Напрасно он рассчитывал на доброту или сердечность ведьмы: две мили до дому на потеху прохожих он так и шёл спиной, к счастью, никого не задев и не сбив по дороге.