ЭПИЛОГ.

В доме графа были все. Но об этом Дэниал и Лидия узнали позже. Они были уверены, что все разошлись по своим углам. Сегодняшний день они решили эгоистично посвятить себе.

Супруги Гордерс и Дэза, конечно, ступив за порог, увидели смахивающего с лица слёзы лакея. Он открыл рот, увидев хозяина и его невесту. Улыбающиеся молодые люди и хохочущая ворона вошли, но граф, будто вспомнив что-то, взял Лидию за руку и вывел за дверь. Испуганный лакей открыл дверь, чтобы сказать хозяину, как все волновались, но граф внёс девушку на руках и сообщил:

– Хочу представить мою супругу, графиню Лидию Гордерс!

Влетевшая с супругами ворона радостно каркала.

Лакей, имеющий за плечами много лет службы в доме графа, вытянулся по струнке, а потом поклонился.

– Позвольте поздравить вас, ваше сиятельство! От чистого сердца и с большим удовольствием. Ваша сестра и гости ожидают наверху, в вашем кабинете.

Молодожёны переглянулись.

– Так даже лучше, – сказала Лидия. – Мы всем объявим, что поженились, и из уважения к нам все разойдутся. По крайней мере, я надеюсь на деликатность Агаты и Анны.

Лакей проворно проскочил между молодожёнами и резвым козликом помчался наверх, в кабинет графа Гордерса. Дэза, не желавшая хоть кому-то отдать первенство, опередила его, чтобы выкрикнуть:

– Встречаем молодых! Встречаем молодых!

– Завтра же выезжаем в поместье. Мы имеем право на счастливый медовый месяц вдали от друзей, родственников и прочих сочувствующих лиц. Да и моя Годзилла истосковалась по простору, дракон уже давно нуждается в выгуле.

– Ты называешь себя Годзиллой? – прыснула Лидия.

– Мне и дракону нравится, – засмеялся мужчина.

На лестнице им послышались взволнованные голоса из кабинета Дэниала. Лакей, не обращая внимания на ворону, осчастливил всех сообщением о состоявшемся бракосочетании.

– Граф и графиня Гордерс! – гордо возвестил он, открывая дверь, из-за которой выглядывал Стенс.

Амелия и Лекат стояли у окна, Агата и герцог Корстас сидели в креслах, а напротив них расположились чета Бальтор. Малышка Элис соскочила с колен отца и с восторгом побежала к Дэниалу. Он подхватил малышку на руки и поцеловал её.

– Я так и сказала противному дядьке, что ты – это ты! Я оцарапала его, потом укусила и пустила немного огня в него. Он сказал, что настоящий дядя Деня ушёл в другой мир, я не поверила ему.

Все смотрели на девочку и Дэниала, ожидая, что он скажет. В этой комнате только двое не знали правды: Анна и Витор Бальтор. Сестра Дэниала встала и обняла его и дочку.

– Скажи мне, что ты настоящий Дэниал Гордерс! Ведь тот похититель всё выдумал? Я бы сразу поняла, что ты – это не ты! Не может же на месте дракона оказаться кто-то другой?

– Конечно, не может, – успокоил её Дэниал. – Он поцеловал Анну в щёку, пока Элис уютно устроила головку на его плече. – Этот негодяй был повержен мужественной рукой леди Гордерс и больше не сможет никому навредить или… оболгать.

Было видно, как с облегчением выдохнул Витор, и исчезло напряжение в глазах остальных гостей.

Анна забрала дочку из рук брата и снова поцеловала его, шепнув: «Я никогда не мечтала о брате лучше, чем ты. Не забывай, пожалуйста, что я очень люблю тебя. Мы любим тебя, Дэниал Гордерс».

– Лидия ввела меня в какой-то сон, и я даже не успела поволноваться, – продолжила Анна. – Я пришла в себя, когда в комнату вошёл муж с дочкой. Наверное, это было правильно в этой ситуации.

– Прости, другого выхода я не видела. Мне было нужно спешить выручать Элис, но и оставить тебя так, когда ты могла или поехать вслед за мной, или предаваться горю, я не могла. Если бы рядом был твой муж, я была бы спокойна, но все ожидали нас на регистрации, и мне пришлось позаботиться о твоём спокойствии таким некорректным способом.

– Быть может, пора поздравить молодых? – подал голос Лекат, и тут же подруги Лидии бросились ей на шею.

Они обнимали её и тормошили, желали счастья и утирали слёзы. Зато Лекат и Витор проявили спокойствие и здравомыслие, потому что после краткого поздравления спросили, что же стало с похитителем и как его смогла одолеть молодая графиня?

Опуская подробности, не раскрывая тайны Часовщика, Дэниал сказал, что во время путешествия они встретили одного мошенника по имени Бартоф, который узнал о богатстве графа и решил, что, вернувшись в Грингор, похитит его племянницу ради выкупа. Лидия не перебивала мужа и кивала, подтверждая всё, что он говорил.

– А как же вы справились с негодяем? Надеюсь, его уже арестовали?

– Моя магия оказалась сильнее, – скромно ответила графиня. – Ему не стоило носить свой амулет всем на обозрение. Дэза, рискуя собой, отвлекла его внимание, и он потерял бдительность. Ну а я уничтожила амулет и… обезвредила Бартофа.

Дэза поклонилась, услышав слова восхищения, нахохлилась и гордо каркнула.

Потом спохватилась Анна: она сказала, что нужно дать объявление о состоявшейся свадьбе и нужно обязательно исправить ситуацию, созвав гостей ещё раз.

– Разумеется, это платье уже никуда не годится, как и костюм Дэниала: пыльные, грязные, к тому же с ними связаны неприятные воспоминания.

– Это самое чудесное платье! – возразила Лидия. – Я оставлю его на память, как только постираю и приведу в порядок.

– Этим займутся специально обученные люди, – сказал дракон.

– А на новое торжество мы сошьём новое платье!

Лидия нахмурилась, вспомнив, сколько хлопот может предстоять снова, а Дэниал непререкаемым тоном сказал:

– Завтра мы с Лидией отбываем в поместье, где намерены провести не менее месяца в тишине и покое, наслаждаясь исключительно обществом друг друга. Дорогая Анна, мы ценим твою заботу и любовь к нам, но давай поставим точку в этом деле.

– Мы приедем к вам в гости, – бойко заявила Элис, но, поймав строгий взгляд матери, добавила: – Через месяц. А подарки? Мама, когда же мы отдадим подарки?

Переглянувшиеся между собой молодые супруги сказали, что подарки лучше всего получить после семейно-дружеского обеда.

– Но через месяц! – добавил Дэниал.

– Хочу напомнить всем, что скоро состоится и наша свадьба с Лекатом! – сказала Амелия. – Приглашения со дня на день мы разошлём всем. Нам пришлось перенести нашу свадьбу на неделю позже, потому что у Леката возникли кое-какие дела в Подземном пространстве.

После этих слов Дэниал скривился, вспомнив, как девицы из подземелья едва не растерзали его. Лидия улыбнулась, поняв, о чём думает муж, и с удовольствием посмотрела на руку, где заветное колечко блестело на безымянном пальчике.

– Завтра в «Драконьих ведомостях» будет дано объявление о нашей с Агатой помолвке, – сказал Людвин. – Раз уж все стали сообщать о счастливых событиях, то и мы с Агатой присоединимся к этому более чем приятному мероприятию.

Пока женщины выражали бурный восторг по поводу двух грядущих свадебных торжеств, Дэнаил сказал другу, что рад за него:

– Я рад, Людвин, что, несмотря на мои заблуждения и твои собственные сомнения, ты выбрал счастье.

Когда приторность всех слов и женских слёз – от радости – превысила все допустимые пределы, секретарь Стенс, понявший, что пора бы гостям и честь знать, объявил:

– Ваше сиятельство, возник некоторый весьма важный вопрос, который я должен с вами подробно обсудить перед вашим отъездом в поместье.

Граф и графиня горячо поддержали предложение Стенса, и гости, внезапно вспомнившие о том, сколько дел им ещё предстоит, наконец распрощались с молодыми супругами.

– Спасибо, Стенс, – граф пожал руку секретарю. – По правде сказать, мы ужасно устали. А ваше неотложное дело может подождать?

– Ничего срочного, ваше сиятельство. Завтра утром мы можем набросать план моих действий на ближайший месяц. Желаю вам приятного вечера. Ах да, на вашем столе я оставил коробку, которую вам передали от некоего Часовщика. Это свадебный подарок.

Стенс прикрыл за собой дверь, а Лидия с нетерпением открыла коробку.

– Пока я не увижу подарок, я не улечу! – заявила Дэза.

– Часы! Ничего более оригинального от хранителя времени я и не могла ожидать! – воскликнула графиня.

Он подарил им парные часы на цепочке, выполненные в едином стиле, с выгравированными крышечками. Когда они откинули крышки, Лидия замерла от восторга и неожиданности: на циферблате красовались их инициалы «Л» и «Д». А на обороте крышек с удивительной точностью были выполнены их портреты – Даниила Григорьева и Лидии Ремезовой, тех, что остались в их памяти.

– Самый трогательный и самый неуместный подарок. Что будем делать?

– Сначала стоит принять ванну, затем поужинать, чтобы набраться сил, – обнял жену Дэниал. – А потом нас ждёт первая брачная ночь. А в общем, мы будем жить и любить друг друга в том времени и пространстве, которое нам дано. В конце нашего путешествия мы хотели оказаться дома, и оба понимали, что это Грингор. А сегодня за нас переживали и ждали самые дорогие для нас люди.

Без лишних слов дракон обнял свою жену и крепко её поцеловал.

Дэза тихонько открыла дверь и, взглянув на них, тихонько сказала:

– В следующем году у них родится мальчик. Мои гадания никогда не обманывают. Думаю, придётся увеличить тариф ещё раз!

****

Часовщик стоял перед дверью, за которой его ждали Старый и Новый век. Стейп и Прум крутились рядом. Он был спокоен, зная, что сегодня все его полномочия будут переданы другому человеку. Он даже знал, кому.

На стуле сидел молодой человек лет тридцати, волновавшийся и оттого нетерпеливо поглядывавший на часы.

– Заходите! – в открывшихся дверях стоял старый делопроизводитель, печально вздохнувший, когда мимо него прошёл Часовщик.

В белом зале Старый и Новый век, как судьи, сидели за большим столом с зелёным сукном, возвышавшимся над всем, что там находилось.

Старый век, седой и хмурый старик, что-то сказал, склонившись ближе к Новому веку, бодрому и довольному, приятному мужчине лет сорока. Сегодня на них были белые мантии, символизировавшие новую веху в истории хранителей времени.

Часовщик и его вероятный преемник стояли перед теми, кто был готов определить их дальнейшую судьбу. Пёс и крот остались сидеть около двери.

– Теймс Трекстон, – грозно произнёс Старый век, – сегодня с тебя снимаются полномочия хранителя времени. Ты нарушил закон, дважды воспользовавшись правом перемещения людей во времени и пространстве! Ты перенёс девушку в Драконье пространство, а её двойника – в Потерянное пространство. В то время как ранее ты уже воспользовался данной тебе привилегией в отношении некоего Даниила Григорьева и Дэниала Гордерса. Ты признаёшь свою вину?

– Полностью, – сказал Теймс. Какой смысл препираться? Он нарушил закон времени. Другой вопрос – раскаивается ли он? Но, к счастью, его не задали, вероятно, зная ответ на него.

– Тобой были утеряны часы двух пространств, о чём Старый и Новый век не были поставлены в известность! Ты признаёшь свою вину?

– Полностью. Осмелюсь уточнить, что все они были мной найдены.

– Это невозможно признать смягчающим обстоятельством! С сегодняшнего с тебя снимаются полномочия хранителя времени.

– Слушаюсь!

Он подошёл к столу и выложил ключи от всех квартир в четырёх пространствах и часы. Мужчина поклонился и вышел вместе со Стейпом и Прумом.

– Теймс! – окликнул его Старый век. – Чем ты теперь займёшься?

– Маленький домик возле реки, что может быть лучше? Кроме того, Бонна мечтает о паре ребятишек. Думаю, что смогу уговорить её на трёх, – он надвинул треуголку почти до глаз и широко улыбнулся. – Желаю всем отличного дня!

Дверь закрылась, и Новый век задумчиво произнёс:

– Конечно, он не пропадёт. Если он и не был лучшим Часовщиком, то был самым находчивым.

– Время нового хранителя! – произнёс Старый век.Дорогие друзья, история завершена.