Глава 15. Эх, где мои родные девятнадцать лет?!

Сияна беспокойно замахала крыльями, не зная, куда себя деть. Тоже рвалась помочь хозяйке, но ей поручения не дали. Услышав ответ лявры, Адель пыхтя вытащила заброшенную под диванчик грязную книгу и торжественно объявила: – Теперь все понятно! Я с любопытством взглянула на обложку, запачканную хлопьями пыли и чёрной липкой жижей, и с трудом прочитала название. Была уверенна, что сейчас девочка покажет книгу, о которой прежде мне рассказывала горничная. Как же та называлась?! Что–то про ритуалы переноса. Однако падчерица держала в руках пособие по молодильной магии. «С рецептами и дозировками», – как было указано на обложке. – Сейчас найду тот самый ритуал! – оживленно запрыгала возле меня Адель, от её скачков пол под ногами заходил ходуном. Девочка забубнила что-то себе под нос, как вдруг взвизгнула, наверняка оставив на беспокойном сердце Сияны громадный рубец. – Вот!.. «В этом ритуале в качестве вольта вы можете использовать душу чистокровки», – с выражением прочитала падчерица и уставилась на меня, будто я могла разгадать её загадку по началу фразы. – Вольт… вольт, – задумчиво промычала вместо ответа. В памяти завертелось какое-то похожее слово из эзотерических терминов моего родного мира. Когда мне было пятнадцать, я интересовалась свойствами натуральных камней, эфирных масел и разноцветных свечей. Взахлеб читала много разного по эзотерике, правда, ничего хорошим это не закончилось. Однажды, когда я выходила с покупками из магазина «Путь к вашей душе», на меня накинулась безумная бабка, отобрала пакет и убежала, расцарапав руку ногтями. Я рассказала о случившемся маме, и та меня отругала. Сказала, что с такими вещами лучше не шутить! Мало ли, что на уме у любителей бесовщины! Жизнь дороже! Больше по эзотерическим магазинам я не ходила, а все «эзотерщину» распродала на авито. – Вольт – это кукла-жертва для колдовства! – вспомнила я значение слова, но – прежнему не могла сообразить, к чему ведет девочка. Адель покачала головой и ткнула пальчиком в название книги. Но до меня все равно не доходило. – Не всегда в молодильных ритуалах силу жизни берут у растений, отнимая свежие соки. Иногда вместо побегов трав используют людей с чистой кровью, – медленно объяснила девочка, положила книгу передо мной и тыкнула пальчиком в текст. – Любой ритуал требует ответной жертвы, а значит, если кто-то забрал у тебя силу жизни, то должен был поделиться своей. И этот кто-то был тёмный! – Выходит, – испуганно потянула я. – Кто-то забрал у меня молодость? – Скорее, несколько лет жизни, – поразмыслила девочка. В горле снова пересохло. Я налила нам чая и повернулась к Адель. – Семья Янок использовала твою чистоту в молодильных ритуалах, – вынесла вердикт падчерица. – Ты отдала годы жизни темному магу, а он оставил на тебе следы своих чар. Я часто заморгала. Послушать, так мои годы разбазариваются направо и налево! Сначала отобрали восемнадцать лет, закинув в этот мир, а теперь выходит, что несколько годков еще кто-то себе отжал?! Да так вообще ничего не останется! Я выпила чай залпом. Догадка звучала слаженно, но что-то не совпадало. Наверняка, такие серьезные ритуалы хорошо оплачиваются. Помешанные на вечной жизни не стали бы жадничать и платили щедро! Тогда почему отец Мирины открыто жаловался, что дела в лекарской лавке плохи и у семьи финансовые проблемы?! Любой темный старик-маг наверняка отдал бы много тысяч динариев, чтобы забрать себе несколько лет жизни. – Адель, ты что-нибудь слышала про переносы из других миров? – я встала и заходила по комнате кругами, помассировала виски. – Только в сказках, Мира, – остановила меня девочка и заглянула в глаза. – Ты не волнуйся, Тьма скоро выветриться, и ты снова будешь чиста. А несколько лет часто пролетают мгновенно, ты и не заметишь, что их не достает. – Не замечу, как однажды в зеркале вместо своего лица увижу дряхлую старуху?! – прыснула я. – Конечно, замечу! Я часто задышала. Стройная теория Адель никак не объясняла, почему я оказалась на месте Мирины. Затянувшееся молчание разрушил неожиданный стук в дверь. Мы с Адель хмуро переглянулись. – Ая, скажи, кто?.. – прошептала девочка, но договорить не успела. – Госпожа Адель, доброе утро! Вы позабыли о нашем уроке? – раздался за дверью бархатный мужской голос. – Это учитель Грэм! – падчерица сначала покраснела, затем побледнела, вперившись взглядом в меня. – Он не должен тебя увидеть! В магический дом темного нельзя пускать посторонних! Я нервно бросилась к шкафу. Прижалась сбоку, но вся комната просматривалась, как на ладони. В ней не было ни одного укромного уголка. – Стой! Не шевелись! И молчи! – зашипела на меня девочка. – Он не войдёт! Шш-шшш-ш! Главное, молчи! – А если войдет?! – не выдержала я. – Не войдет! – закатила глаза падчерица, затем развернулась к двери, пригладила ладонями растрёпанные волосы, похлопала себя по щекам, чтобы те покраснели, и, подмигнув мне, облизнула губы. – Простите, господин Грэм, – она покорно склонила голову и заслонила собой бóльшую часть прохода. – Я вернулась за книгой, о которой вы рассказывали в прошлый раз, и потеряла ход времени. – Идемте в дом, сегодня слишком яркое солнце, чтобы вести урок в лесу, – дружелюбно произнес баритон, а меня разобрало любопытство. Если этот мужчина также прекрасен, как и его голос, я должна на него посмотреть! Хотя бы одним глазком! Подалась вперёд, и сердце забилось чаще. Учитель Адель напоминал темного мага из романтических фэнтези-историй. Он вполне бы мог играть без грима властного ректора магической академии, если бы не казался настолько молодым. Мужчине было около двадцати пяти. Эх, где мои родные девятнадцать?! Я с тоской вздохнула, поймав взглядом его холеное лицо с дерзкой улыбкой и дымчатые глаза. Добрые, располагающие, приветливые, но с коварными искорками! Мужчина носил длинные белые волосы. Мне никогда раньше не нравились такие прически у парней… Но опять же я никогда раньше не шастала по мирам с красавцами темными магами! – Можно я пойду с вами под одним зонтом, господин Грэм? – проворковала Адель. Я моментально вылетела из сладкой дремы, в которой этот темный колдун отбивает меня у мужа-грубияна и забирает с собой любоваться закатом. – Это не безопасно, госпожа, возьмите лучше свой! – ответил учитель. – Я бы рада, но, к сожалению, мой испачкала сова, – Адель отлично отыграла замешательство и смущение, мне очень хотелось выкрикнуть ей в спину «Браво!». Правда, Сияне колкость не понравилась. – У! – с горькой обидой отреагировала птица и вылетела из домика. – Пойдёмте, господин Грэм, я не хочу, чтобы мы тратили зря драгоценные минуты занятий, – продолжила девочка, оглянулась и поймала мой благодарный кивок головы. С её стороны было очень мило оставить зонт мне. Без него я бы не смогла вернуться в дом сама. – Тогда держитесь поближе, госпожа! – вновь заговорил мужчина, а я пошатнулась на ватных ногах, будто он произнес эти слова не девочке, а лично мне. К счастью, не упала. Вовремя успела схватиться за шкаф. В тембре мужчины пряталось что-то теплое, обволакивающее. Так бы и слушала, как он шепчет на ухо: «Ми-ра, Ми-ра, уезжай отсюда со мной». – Успокойся, ты замужем! – опомнилась я, и, подождав несколько минут, чтобы учитель-искуситель и падчерица ушли на безопасное расстояние, взяла в руки энциклопедию с демонами. Пролистала несколько страниц и, еще не дойдя до картинки, почувствовала, что нашла то, что искала. – «Семейство Буфалидан – демоны-стражи, – прочитала я описание. – Своенравны, могут самостоятельно выслеживать хозяина, если почувствовали с ним родство. Услужливы, любезны, имеют кроткий нрав. Способны управлять холодом, при должной тренировке могут распространить магическое воздействие на территории несколько государств. В 1237 г. демон по имени Зепар по приказу хозяина вызвал два морозных года с характерной суровой зимой, гибелью урожая и голодом, за что был казнён вместе с темным магом». Перевернула страницу и прижала ладонь к сердцу. На меня смотрел чёрный лев с золотыми глазами. Но сейчас он не выглядел пушистым другом с густой гривой. Клыки демона и когти на массивных лапах сверкали, как огромные острые лезвия. Впрочем, страха я все равно не почувствовала. Скорее трепет и восхищение силой зверя. Никак не могла назвать этого «чёрного котейку» демоном! – Семейство Буфалидан, – произнесла я подпись к изображению вслух. Выходит, Марбас – его личное имя?!