Короля я разглядывала внимательно. И пожалуй что он мне понравился.
Мужчина лет пятидесяти, такой высокий, седоволосый, осанистый… Интересно, какой у него наследник? Хотя это еще впереди, а вот что король достаточно умен – видно. Не в настроении, но и это понятно, кому ж такое понравится – с заставами.
А так…
Слушает спокойно, не кривится, не сердится, Орландо рассказывает, его величество не перебивает и не задает вопросов.
На карту смотрит тоже вполне осмысленно.
Сколько раз я видела «отстраненные» взгляды? Когда человек изображает внимание, а сам или не разбирается в вопросе, или думает что-то вежливое, вроде: «Да провались вы поглубже!»
Но нет. Король тут адекватный, это радует.
Вот честно, для дурака было бы жалко денег. А так… пусть. Я вообще эти деньги пока в глаза не видела. Вот то, что говорил мне раэн Мора, – было. То, что капало от кузнецов и портных, – да. Это мне лично и останется. А азартные игры должны быть в руках государства.
Слишком уж они доходны. И дураков во все времена хватает.
А еще – пусть это будет как откуп. Своего рода подарок моему новому дому. Чтобы мне здесь было хорошо.
А мне будет. И король доволен, и эс Малавия уже подсчитывает поступления в бюджет, и пусть забирает. Быть хозяйкой казино или создать свое Монте-Карло я никогда не хотела, мне бы летать. А чтобы летать, нужна безопасность. А чтобы была безопасность, надо разобраться с Баязетом.
И вообще, когда человек получает что-то хорошее, он потом и к неприятностям относится спокойнее. Наверное.
Рассказ все же получился неприятным.
Его величество уточнил кое-что по направлениям и задумался.
– Даже и не знаю, что сказать. С одной стороны, все логично. С другой… неужели раньше это никому не бросалось в глаза?
Я промолчала.
Бросалось, не бросалось… это как с медью. Сколько лет она провалялась в самородном виде, прежде чем кто-то догадался ее нагреть? Как со стеклом, вроде и невелика хитрость – линза, а ты поди отлей ее правильно! Как со змеиным ядом – сколько лет змеи ползали сами по себе, а потом люди догадались, начали их ловить, доить и лекарства из яда делать.
Нет, тут не угадаешь.
– Хорошо, – принял решение его величество. – Будем ждать подтверждения гипотезы.
– Ваше величество?
Какое, на фиг, подтверждение? Химеру тебе отловить, чтобы заговорила и подтвердила, или Аласту явить?
Так они обе против будут, я точно знаю.
– Если то, что вы рассказали, – правда, в Санторине будет и еще одно нападение химер. Или несколько. А я пока позову жрецов. То, что вы рассказали, они должны знать. И тогда подождем ремонтировать заставы. А вот что делать с драконами…
– Ваше величество, – Орландо смело шагнул вперед. – У меня есть предложение, которое, возможно, не придется вам по вкусу, но я умоляю его обдумать.
– Слушаю.
– Посадите на драконов эсс.
– ЧТО?!
Такого искреннего удивления на мужском лице я давно уже не видела. Явно не ожидал.
– Еще сто лет назад, ваше величество, эссы летали наравне с мужчинами и считались полноправными драконариями. Почему бы не возродить этот обычай?
– И с кого начать?
– Если на то будет королевская воля, – шагнула я вперед, – я не боюсь.
Его величество сдвинул брови:
– Не знаю. Орландо, мне надо обдумать этот вопрос.
Кто знает, до чего бы дошло, но…
– Ваше величество! Срочное донесение из Санторина! Нападение химер!
– На заставу?
– Нет. На войско его высочества принца Селима.
Лично мне другого доказательства и не надо было. А его величеству?
Из кабинета нас выставили мгновенно и решительно. И король явно принялся или читать, или слушать донесение.
Мы спокойно ждали.
Что-то мне подсказывало, что обратно нас позовут достаточно быстро, и загадочное чувство не ошиблось.
– Чавез!
Первым в кабинет вошел Орландо и тут же высунулся, махнул нам рукой, мол, заходите.
– Верю, – резко сказал король, бросая документ на стол. На то, что я эсса, он больше внимания обращать не собирался. – Вы правильно угадали, храмов там нет. А нападение такое же, как и два предыдущих.
Мы переглянулись.
– Ваше величество, – на этот раз взял слово Хавьер, – из-за Баязета погибли драконы. Тридцать шесть драконов. Они этого ему никогда не спустят.
– Вот даже как?
– Да. Если люди и готовы простить смерть сородичей, то для драконов это… невозможно. Если мы откажемся с ним разбираться, они сделают все на свой страх и риск. И втянут в эту войну драконариев.
– Замечательно. – Судя по тону короля, лучше б ему клизму сделали. Без наркоза. – А если будут втянуты драконарии, то это и Равен.
– Ваше величество, подозреваю, что Равен так или иначе в эту войну уже втянут, – вздохнула я. – Не просто же так заболели в прошлом году драконы? И именно тогда, когда на территории академии был его высочество Баязет.
На меня тоже посмотрели без особой радости.
– Эсса, объявить войну легко. А вот что с этим делать дальше?
– К примеру, поддержать другого претендента на трон. Того же принца Селима. – Я невинно похлопала глазами. – И получить благодарного нам тора?
Инициативу оценили по достоинству – гневным королевским взглядом.
– Идите, эсса! Эсы, я извещу вас о принятом мной решении. Эс Малавия знает, где вы остановились?
– Да, ваше величество, – поклонился Орландо.
С тем мы и пошли на фиг. А как еще можно это трактовать? Ясно же – политика…
Только вот Баязет – это не политика. Это уже личная проблема всех драконов разом. И удержать мы их не сможем.
* * *
Военный совет состоялся аккурат по дороге в гостиницу. А что? В экипаже нас точно никто не подслушает, какие уж тут лишние уши в трясущемся тарантасе! Тут и кучеру-то не до нас. На улице шум, гам, не сиди мы так близко друг к другу, и не услышали бы ничего.
– Идея летающих эсс раздражения не вызвала, – первой начала я. – Это хорошо.
– А вот вмешиваться в политику Санторина его величество не хочет.
– А он может и не вмешиваться. – Хавьер вздохнул. – Драконов мы не удержим. При всем желании. Они полетят туда, нравится это королю или не нравится.
– Пока на драконах сидят эсы Равена – получается, что Равен объявляет войну Санторину. – Эс Перез нахмурился.
– Ничего, что Санторин первый начал? – Я сверкнула глазами. – Этот гад пытался отравить драконов, он организовал нападения на заставы – чего еще? Ждать, пока он нападет, собственно, на академию?
– Такого не может быть! – Эс Перез даже не засомневался.
– Не может? – Тьяго Ледесма прищурился. С моей подачи математик отлично знал теорию вероятности. Расширенную и дополненную. – Единственная сила в этом мире, способная остановить химер, – драконы. И вы всерьез считаете, что Баязет оставит нас в покое?
Эс Перез сердито засопел.
– Я понимаю, но одно дело – выманивать химер в Санторине. А здесь? Это просто нереально!
– Почему? – Раэн Ледесма выглядел абсолютно невинным. – Мы же не патрулируем ВСЮ территорию на день пути от академии? Кто мешает Баязету сделать все, что он пожелает?
Я кивнула:
Ну да. Похищать эсс ему ничего не мешает, пакостничать – тоже, а тут вдруг совесть проснется? Али рассказал, как все это было организовано. Так вот! Для умелых палачей много времени не надо. И территории тоже. Найдут какую-нибудь пещеру и там будут мучить людей.
Драконы силу Аласты не ощущают, то есть рядом с ними можно мучить человека. Если он НЕ драконарий – их это не затронет. Может, почувствуют дискомфорт, но и только.
Если никто не будет шуметь, орать в голос, лезть под самый драконий нос…
А Баязет достаточно умен, чтобы все это организовать правильно. И придет к нам полярный лис.
Драконов и так не слишком много, потеря даже половины популяции будет невосполнима. И все присутствующие это отлично понимают.
Только вот…
Если король не скажет своего слова, его скажу я. Или Хавьер. Потому что я твердо уверена, мы с ним сейчас думаем об одном и том же. Неприятном таком.
Бить надо быстрее. Не ждать, пока враг укрепится и пустит корни, а бить и бить! И не тянуть!
Пока еще мы можем справиться. А через месяц у нас может и не быть шансов.
* * *
– Полетаем?
Отказаться было выше моих сил.
Я кивнула, прикрыла дверь за Хавьером и начала переодеваться.
Кожаная одежда, теплое белье, куртка, на голову – балаклава. Буквально пять минут, и я готова.
Драконы будут ждать нас за городом, я знаю. Сама с Виолой договаривалась.
– Как ты думаешь, получится у нас что-то?
– Не знаю. Я поговорил с Орландо, тот уверен, что король предоставит нам еще одну аудиенцию в течение трех дней.
– Он выглядит умным. Король.
– Христиан Четвертый действительно мудрый и сильный правитель. Я давно его знаю, и поверь, откладывать неприятные решения не в его характере.
– Верю. У него есть наследники?
Как-то не интересовала меня раньше королевская семья. Вот не задумывалась я.
Хотя это из прошлого. Меня и в родном-то мире все эти звезды, принцы и прочая шантрапень не волновали. Есть они и есть. И отлично. Пусть живут и радуются!
А чего их обсуждать-то?
Допустим, певец работает, поет, новые песни сочиняет, концерты дает, актер в фильмах играет – это важно. Обсудить фильм, в котором сыграл актер, его роль и успех – пожалуйста. А обсудить, с кем он спит и что ест? А зачем? От этого фильм будет лучше?
Вот и я думаю, что нет. Пусть уж живут, как им захочется.
– Есть. Два принца, принцесса. Старший наследник, его высочество Виктор, весьма приятный и умный молодой человек.
– Из него получится хороший правитель?
– Я думаю, да. Он уже женат, у него есть ребенок, более того, Виктор серьезно помогает отцу. Армия на нем. Младший пока не женат, его высочество Франко. Неглуп, но вспыльчив, пока еще не нашел себя в чем-то одном, вроде бы тяготеет к морскому делу. Но тоже не скучные перевозки, а вот пиратов погонять, торговые пути почистить – ему нравится.
Откуда такие познания? Вроде бы Хавьер из академии не особенно выезжал?
Эс поймал мой удивленный взгляд и пояснил:
– Сам я сплетни не люблю, но не забывай, сколько знати у меня в подчинении. Поневоле наслушаешься.
Я кивнула:
– Понятно.
А потом была ночь.
И полет. И звезды надо мной, и облака под крылом, и ледяной воздух, который свистит в ушах, бьется в крыльях дракона, разрывается на части, и счастье, которое пронизывает каждую твою клеточку.
Не только мое счастье, нет.
Это мы делим с драконом.
Виола наслаждается полетом – и я с ней.
Я счастлива в небе – и Виола со мной.
Ненадолго, но я выкинула из головы все нехорошие мысли. Пусть час, пусть два, но здесь и сейчас этот полет и это счастье – мои! И я их никому не отдам!
Баязет?
Порву!
Он у меня еще пожалеет, что родился в этом мире! Здесь и сейчас я никого и ничего не боялась. И серьезно надо обдумать, да и слетать к нему в гости? В компании, конечно, я девушка приличная, я просто так по гостям не разлетываюсь.
К примеру, сотня драконов… то есть дракониц – подойдет?
Отличная компания!
– Мы не станем возражать, – подала голос Виола.
– Да уж надеюсь.
Это не доказано, но я уверена, что те кувшины с ящерицами – его рук дело. Так что у всех драконов к нему счет. Большой такой, объемный.
– Если его – мы его просто сожжем, – спокойно сообщила Виола.
– Может, оно и правильно будет, – согласилась я.
Посмотрим, как лучше сделать, чтобы не вызвать международного скандала.
С одной стороны, драконов все терпят именно потому, что они нейтральны.
С другой… если они перестанут держать нейтралитет, на Равен могут ополчиться остальные страны. Железных доказательств нет, а без них не докажешь, что Баязет и химеры связаны. А и докажешь… есть гарантия, что других таких идиотов не найдется?
Все ведь достаточно просто делается, а искушение получить такое оружие и спустить его на врага…
Кто из политиков удержится?
Я таких не знаю.
Патовая ситуация.
Может, и правда лучше мне слетать? Надо это хорошенько обдумать, повод для вмешательства драконов должен быть железобетонным. Ничего, мы изобретем.
Эх, надо было тогда похищаться, когда предлагали. Сейчас бы и Баязета не было. Но кто ж знал?
* * *
Не знаю уж, какие процессы происходили во дворце, да и знать не хочу, но к его величеству нас вызвали ровно через два дня. Меня, Орландо, Хавьера. И хорошо.
Потому что у меня уже была одна мысль. Если король откажется…
Я сама полечу в Санторин.
Я подниму своих девочек, я полечу, я найду… Баязета надо убить. Нравится, не нравится, как это звучит, существо, которое травит химерами людей, жить не должно. Пока я об этом молчала.
Уверена, мужчины постараются меня никуда не отпустить. Проще не спорить, а сделать все по-своему. Время и силы надо экономить.
Но – вызвали.
Тот же кабинет, его величество напротив, двое парней. Хотя – парней?
Старшему лет тридцать, смотрит пристально и жестко. Никак, наследный принц? И на отца похож, вон, глаза такие же. И цвет, и форма, и даже выражение. Только моська длинновата, чуточку непропорциональна. И потому кажется, что в лице есть нечто лошадиное.
Младшему примерно двадцать пять. Но белым и пушистым заинькой он тоже не выглядит. И похоже, неплохой моряк? Или хотя бы проводит в море много времени?
Да, кажется. Вот и лицо так характерно обветрено, и нашивки на куртке, и даже какой-то морской орден. Я в них не разбираюсь, но тут с символикой просто. Заслужил его за подвиги на море – орден будет в сапфирах.
На земле – в изумрудах.
Пролил кровь – будут рубины.
Тут на ордене сапфиры и рубины, так что ранен его высочество точно был. Просто так здесь ордена не даются.
Представлять нас друг другу никто не стал, да и ни к чему. Его высочество Виктор, его высочество Франко. А о нас они тоже знают, не сомневаюсь.
– Присаживайтесь, эсы, эсса, – не стал церемониться король. – Итак, в Санторине все плохо. Если мы не поможем Селиму, к власти придет Баязет. А он, похоже, и правда причастен к случившемуся. Мыс Альбатросов атаковали химеры. Армию его брата Селима тоже атаковали химеры. Я в такие совпадения не верю, не говоря уж о заставах. Получив такое оружие, Баязет не успокоится, а я не хочу воевать на своей земле. Поэтому… Хавьер, сколько драконов готово к вылету? Вы сказали, что для них это личное дело? Так сколько?
– Шестьсот двадцать пять, – спокойно отозвался Хавьер. – И мне хотелось бы увеличить это число.
– Драконы без пары?
– Нет. Для них это напрасная гибель. Драконицы. Эсса Кордова предлагала хороший выход, почему бы и не согласиться?
– Потому что это бред. Женщины не могут на равных драться с мужчинами, – подал голос младший принц, – тем более их не признают драконы.
Я кашлянула. Вежливо.
– Ваше величество?
– Слушаем вас, эсса?
– Если вы меня пригласили, надеюсь, мое мнение тоже здесь прозвучит?
– Слушаем, – чуть раздражился король. Ну что ж…
– С вашего позволения, я спокойно справлюсь с его высочеством. А потом пройду Выбор с драконицей. Я не боюсь.
Франко поднял брови. Выглядел он при этом точь-в-точь как коняшка из «трех богатырей». Изумленная такая.
– Вы, эсса? Со мной?
Я вздохнула:
– Ваше величество, с вашего позволения… пусть его высочество просто попробует меня схватить?
Король посмотрел на Орландо, получил в ответ кивок и пожал плечами:
– Хорошо. Допустим, эсса. Франко?
– Как скажете, отец.
Сопля самоуверенная.
Этот самец лошади пожал плечами и вразвалочку, чуть ли не руки в карманы, направился ко мне. Я подождала его, потом, когда он протянул руку, перехватила ее, шагнула в сторону, вперед – и его высочество скорчился на ковре. Руку я ему за спину заломила прямо-таки хрестоматийно.
– Сломать?
– А так можно? – уточнил Виктор.
– Вполне. Надо только усилить нажим, но так даже я справлюсь.
Я отпустила его высочество и сделала шаг в сторону. И правильно. Уязвленный мужчина тут же решил взять реванш.
И кто сказал наивному человеку, что я буду стоять и ждать его? Пока он меня схватит уже всерьез?
Понятно, прыжок с колен ничем не закончился, разве что его высочество неудобно проехался локтем по ковру, а я молча поманила его к себе. Не удержалась – средним пальцем. Все равно здесь такого жеста нет.
Принц, правда, так и так оскорбился.
Поднялся с колен и пошел ко мне уже с другой целью. Уже медленно, примеряясь… сам и виноват. Сам напал, пусть сам и защищается.
Схватить себя за шиворот я позволила. А потом осторожно, почти ласково, хлопнула его двумя ладошками по ушам.
Если выполнять прием в полную силу, тут можно и барабанные перепонки порвать. Я очень старалась все сделать медленно и печально, но принц все равно взвыл. И тут же получил схематично обозначенные удары в глаза двумя пальцами и кулаком в горло.
– Я не хочу никого убивать. Но рука у меня не дрогнет.
Виктор произнес несколько слов, которые… я думаю, они выражали восхищение моей скромной персоной. Я развела руками:
– Как-то так. Простите, ваше высочество, если причинила боль. Вставайте!
Руку я протянула. А вот хвататься за нее и пытаться меня повалить и подмять… ай-яй-яй, как некрасиво! Вот и получил, дурачок.
Я упала контролируемо, так, чтобы локтем надавить на горло бедолаге. Ну не в пах же ему бить, это ж принц, там престолонаследие пострадать может!
– Добавить?
– Не надо, – выдохнул Франко. – Ладно, признаю. Вы и дракона не испугаетесь, эсса.
– Не испугаюсь, – спокойно подтвердила я. – И в связи с этим у эса Чавеза есть одна идея, которую он может озвучить вашему величеству.
– Слушаю? – Его величество смотрел вполне благосклонно. Понятно, мужчины здесь все боевыми искусствами занимаются, клинки у каждого есть. Он прекрасно понял, что я могла бы его сыночка покалечить в три минуты. И оценил, как я старалась этого НЕ делать.
– Ваше величество, что, если нам спровоцировать принца Баязета? – Орландо смотрел невинными глазами. – Мы не можем на него нападать первыми, но можем защищаться. Если, к примеру, он похитит знатную эссу, мы будем протестовать. И, как обычно, санторинцам будет наплевать на наши протесты, разве что отпишутся в ответ.
– И?
– А если эсса будет драконарием, то протестовать будет ее дракон. И ему можно писать или не писать… это как раз неважно.
– А вы уверены, что эсса будет драконарием? – прищурился его величество.
– С позволения вашего величества, и я, и мои подруги пройдем Выбор, как только я вернусь в академию, – четко сказала я. И даже не соврала. Будет, будет у нас выбор. Лететь или не лететь, воевать или не воевать. И через него мы все пройдем. А что там себе король подумал – пусть думает. – Мы не боимся драконов. Единственное, мы хотели бы знать, что с нами будет, если мы станем драконариями?
Его величество пожал плечами:
– Ничего. Что с вами должно быть, эсса?
– Раньше эсс-драконариев приравнивали в правах к эсам, – спокойно ответила я. – Ваше величество, это разумно и справедливо, ведь если обычная эсса не связана ни с кем, то драконарий… не все драконы одобрят браки с кем-то вроде Жоао Феррера или Матиаса Лиеза.
Его величество сдвинул брови. Но крыть было нечем. Может, не будь у него дочери, он бы и высказался, но дочь есть, детей своих он любит, и выдать дочку замуж за сумасшедшего или дурака… только если другого выхода вот вообще не будет.
– Допустим, эсса. Право на свободу женщины заявляют и сейчас, и проходят испытания, и выдерживают. Дракон вполне может быть приравнен к испытаниям, согласен. Да и не так вас будет много, женщин-драконариев.
Я кивнула.
Немного, все верно.
Но и этого хватит, чтобы серьезно возмутилась общественность. Типы вроде Маркуса Лиеза или моего папаши никогда не смирятся с тем, что уже не вольны распоряжаться дочерями, как… как овцами! Ну и получат… по рогам. И мне их даже жалко не будет.
* * *
– Что значит – можем не лететь?!
Мариса так на меня смотрела, я думала, меня сейчас по загривку треснут. Лопатой. Конечно, она с нами в столицу не ездила, а потому и не была в курсе дела.
После королевского решения мы еще два дня потратили на всякие документы.
Я сидела в казначействе и подписывала кучу всего. Небольшую такую.
В том числе и доверенность для эса Малавии.
Так как я получаю королевское покровительство, разбираться с гильдией кузнецов, кожевников и прочих и подписывать за меня документы будет казначей. Я же пока еще не полноценный член общества!
Я пока не получила свою свободу, это только после Выбора, а Выбор-то якобы не пройден. Вот потому – доверенность, и эс Малавия разберется, кто там, что там, сколько… судя по потиранию рук и зловредной такой улыбочке – он точно разберется.
Не знаю, какие у него терки с гильдиями… о! Записать себе и изобрести в этом мире терку. Такую, полезную. Для корейских салатов, как у меня была. Отличная штука, с ящичком, можно еще и держалку для овощей, а то вечно, как морковку тереть начнешь, себе теркой по пальцам проедешь, а то и не один раз.
Я вас научу о женщинах заботиться!
Так что этот груз с моих плеч упал. Взамен навалился другой: надо лететь в Санторин.
Нужно оружие.
Какое?
Вопрос даже не стоял. Арбалеты. И болты ядом смазать. Вот что хотите со мной делайте, с санторинцами мы справились тогда на пляже потому, что те не ожидали сопротивления. Ну и не думали, что бабы на что-то способны, и хотели нас взять живыми. Затрофеить и притащить на корабль.
Если бы они всерьез дрались, там бы наши трупики остались. Санторинцы с детства с оружием, их самый главный бог это уважает и обожает, если санторинца подпустить к себе, он тебя просто прирежет. В пять минут. Что там – пять! Двух хватит!
Вывод?
По возможности никакого близкого контакта!
Арбалеты, яд, и лучше – издали.
Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы!
Что ж я такая дура-то! Вот честно, из пистолета я стреляла в своем мире, но было это давно и неправда. Неинтересно мне было. Так, пострелять ради развлечения и бросить. Собрать – разобрать, почистить – смазать, это я предоставляла Димке, он от оружия фанател. А мне… не мое! Точка!
Сейчас как хорошо было бы собрать «кольт»! И вспомнить «великого уравнителя» добрым словом. Но даже если мне откуют револьвер, кто мне отольет патроны? Я смутно помнила, что были пулелейки, можно делать пули из свинца, но это так размыто…
Дешевле не связываться и не пытаться изобрести велосипед. А вместо этого…
Изобрести порох.
Хм-м-м-м…
А что, если – правда?
Допустим, белый порох я не изобрету, а вот черный, грубый, паршивый – запросто. Тот, в котором надо смешать серу, селитру и древесный уголь. Надо на эту тему поговорить с Виолой.
Но это потом, а пока надо пережить недовольство девушек.
– Девочки, я все понимаю, но Санторин – это риск. Серьезный. И кто-то из нас может умереть.
– А жить – не риск? – Ярина расправила плечи. – Каэтана, даром нам ничего не дадут, понятно, придется отработать.
Я развела руками:
– Девочки, любая из нас при этом может погибнуть. Понимаете? И я, и кто угодно из вас. Лю-ба-я! Нам придется воевать, нам придется убивать людей, мы сильно будем рисковать. Реально сильно. Пожалуйста, подумайте, готовы вы или нет. И без всякой ерунды, вроде «я справлюсь», «я не брошу подруг», «мне стыдно струсить»… я понимаю, что это все есть. Но если вы сейчас себя переоцените, а потом струсите в бою, вы подставите всех. Сейчас свернуть в сторону не страшно, вы этим никого не подведете. А потом – очень сильно. И мы все можем погибнуть.
Девочки переглядывались.
– Мы подумаем, – тихо сказала Кайа. – Ты права, Каэтана, это не игрушки и не полеты к храмам. Мы воевали с химерами, они жуткие, но тупые. Мы не воевали с людьми…
– Пираты, – заметила Майя, разглядывая свои ногти.
– Это не люди, это мразь, – огрызнулась Кайа. – И хочу заметить, мы их не убивали. Мы выводили из строя корабли, но мы не убивали людей целенаправленно.
С этим было сложно спорить.
Схватка с пиратами – одно. Драка с войском его высочества Баязета – другое. А драться наверняка придется. Определенно, надо поговорить с Виолой.
* * *
– Каэтана, я тебя не брошу. И к Баязету у нас серьезный счет. Но… ты уверена, что нас не хватит?
– Не знаю, Виола. Может, и хватит, но если тебе из копьемета выстрелят под крыло, к примеру? Или попадут снарядом из катапульты? Их же можно перенастроить…
Виола застучала по земле кончиком хвоста.
К чести моей драконицы, она не стала кричать, что драконы круче всех, и все они отлично справятся, и всех сожрут… нет!
– Нам бы посоветоваться со старыми драконами.
– С удовольствием. – Я поднялась.
– Сейчас, я с ними согласую.
Виола выскользнула за дверь. Все же есть в драконах нечто змеиное, стремительное, вот была она тут – и только кончик хвоста за дверью мелькнул. Я осталась ждать.
Подумала немного.
Порох.
Что из него можно сделать? Получится ли объемный взрыв? То есть если рассеять порох в воздухе и поджечь? Что из этого будет? Плохо, когда нет никакой магии, во всем приходится полагаться на свои мозги. Так бы как хорошо… нет, объемный взрыв нам не подойдет. Может зацепить драконов или меня саму оглушить. Это неправильно. Нам бы что-то такое, что не получится потушить. К примеру, нефть.
Или магний… ладно! Сырой магний я не получу. Равно как и прочие активные металлы. Это нереально. А вот приятный керосиновый дождичек, который сверху подожгут драконы, – это реально. Вверх керосин не полетит, гореть он будет даже на воде, потушить его легко и просто не выйдет, драконы пострадать не должны… Нефть.
Есть ли здесь нефть?
Должна быть!
И можно ее перегнать, почему нет? Ректификационной колонны у меня нет и не будет, или где там ее перегоняют.
Но самогонные аппараты-то никто не отменял! Смешать и порадоваться.
А вот как потом?
А потом – просто. Глиняных фляжек налепить и нести в когтях. Или на спине. Сверху сбросили, дохнули – и полетели. А что там горит, как горит…
Красиво горит, чего неясного?
Виола вернулась быстро и пригласила меня куда-то в Пещеры. Я послушно отправилась за своей подругой.
И правильно.
В пещеру Виолы эти три дракона не влезли бы. Вообще никак.
Две драконицы, один дракон, все здоровущие, раза в полтора побольше Виолы, все явно старые, одна – Алимара, двух других я просто не знала.
– Сардар и Лиона, – представила их Виола. – Это и есть мой человек. Каэтана.
Я уважительно поклонилась. Голова не отвалится. Драконы кланяться не стали, но хвостами шевельнули вполне дружелюбно. Я кашлянула и принялась излагать ситуацию.
Правда, долго переговоры не длились.
Я рассказала в очередной раз свою теорию про Баязета и химер. Драконы послушали, покивали головами – и согласились, что лететь надо. Причем и драконицам, и драконам. Такие вещи они спускать никому не собираются.
К примеру, первой лечу я.
То есть еду.
Если Баязет меня не похитит и ничего мне не сделает, это будет удивительно! Даже более чем.
Главное, не убил бы. Но зная эту гадскую породу… наверняка захочет сначала попользоваться или поиздеваться.
И тут вступают драконы.
И начинают вдохновенно кусаться.
Виола имеет полное право вернуть своего человека.
Девушки имеют полное международное право помочь ей. Что за наглость, драконариев воровать? А потом – кого? Короля сопрут?
И вопли о том, что драконариевженщин не бывает, просто не прокатят. Учи историю, гад! Мы – бываем, есть и будем есть! И драконы тоже будут… есть. Может, и тебя. Сделают по такому случаю исключение!
А под шумок…
А под шумок Баязета вполне можно порвать на запчасти. Равно как и тех из его слуг, кто посвящен в ситуацию.
Знающих секрет не может быть слишком много. Просто практически отдавать ТАКОЕ в чужие руки – надо быть дебилом. Баязет сволочь, но не идиот, он не отдаст. Значит, их там человек десять. Может, двадцать, но вряд ли больше. Уничтожаем их, и достаточно.
Дальше – Селим.
К нему как раз направятся драконарии-мужчины. И защитить, и поддержать, и вот им как раз пригодятся мои идеи насчет нефти.
Не-не-не, никаких дать-подарить. Технологию знаю я и знают драконы. Остальное мудрые ящеры предлагают устроить здесь, в Пещерах. Сами будут доставлять нефть, сами перегонять.
– Серьезно? – уставилась я.
Потом подумала и поняла, что лучше помолчать. Действительно, человек – тварь такая, он в оружие превращает все, до чего добирается. Дай ему «греческий огонь», он и тут напакостит.
Так что – обойдутся.
Кстати, рецепт греческого огня ушел в историю неразгаданным. Греки, видимо, были умнее нас. А вот «коктейль Молотова» найти можно. Легко!
И самим сделать.
Спорить я не стала. Пусть будет так.
Действительно, сырую нефть драконы и найдут, и принесут, хоть сколько. Самогонный аппарат тоже не бог весть какая редкость.
А дальше… главное – технология. Но ее ящеры тоже соблюдать будут. Они умные. Ну, выход там маленький. И что? Нам хватит!
Решили мы именно так.
Сейчас покупаем все необходимое, собираем примитивный аппарат, получаем «коктейль» и делаем самые простые глиняные бомбы. А потом – летим.[14]
* * *
Следующие три дня у меня прошли под знаком «песца песцового», особо замороченного.
Ладно, самогонный аппарат я представляла! Но собрать его – сложно. Вы даже не представляете насколько! Особенно если ты его только видела, а не собирала.
Помогло, в Пещерах хватало условий. И драконы могли подогревать нефть до нужной температуры сами. А потом еще гончары, которым я с трудом вдолбила, ЧТО нам нужно.
Бомбы я делала в гордом одиночестве. И учла опыт с бутылками.
Да, была в истории и такая засада. Ты во врага кидаешь бутылку с «зажигалкой», а она не разбивается! Враг ее ногой пнул – и дальше на тебя прет. Невезуха.
Нам такое не нужно.
А что нам нужно?
Хорошая вещь. Бутылка с фитилем, можно поджечь и кинуть – она разбилась и поползла лужа огня. Можно просто кинуть – она разбилась, дракон дыхнул – и снова пополз огонь. И его так просто не остановить, он даже на воде гореть будет.
Просто?
А ни фига!
Это в условиях двадцать первого века просто, когда все можно в интернете заказать и в магазине купить. А здесь, когда половину своими руками, а вторую – чужим ручным трудом… месяца за три-четыре я бы справилась без напряжения. И нефть перегнали бы кое-как, кривокосо, и бутылок наделали…
Но сделать это за несколько дней?
Практически нереально. То, что мы успели… может, и правда, в этом мире есть магия? На растяжение – ускорение времени?
Теперь – столица и Санторин.
* * *
Хавьер выглядел так, что хотелось под стол от него спрятаться. От ужаса. А что я такого сделала? Я просто изложила свой план и свою роль в нем. В общих-то чертах он знал, а вот подробности…
– Каэтана, ты понимаешь, что с тобой могут сделать в Санторине?
Я пожала плечами:
– Понимаю. Убить, избить, кинуть в тюрьму, изнасиловать – варианты возможны. В зависимости от фантазии Баязета.
– И ты все равно туда идешь!
Я развела руками:
– Драконы выбрали нас, мы выбрали небо. Мы знали, на что идем, Хавьер. Это больно, страшно, иногда смертельно, но разве у нас есть выбор? Ты тоже пойдешь сражаться с химерами…
– Это всего лишь смерть.
– Ну так и то, что могут сделать со мной, тоже ею закончится.
За себя я была спокойна.
Страшно – что? Страшна не смерть, страшно, что мы ничего не знаем о посмертии. А я знаю. Даннара мне обещала хорошую жизнь, ну так и чего стесняться? Богиня, конечно, будет недовольна, что я не все успела сделать, но я этого так и так не переживу.
– Для тебя и Виолы.
– Виола уже согласилась. Ты знаешь, что у драконов свои законы? И за жизнь они могут отдать жизнь?
Хавьер кивнул. Знал. Со Свартом они частенько болтали о том о сем.
– Виола сказала, если бы не моя идея, драконы бы погибли. Я догадалась, я помогла, я спасла. Они мне обязаны. Если в результате нашей авантюры она погибнет, она погибнет за всех драконов.
– Если погибнет… Каэтана, прошу тебя!
Взгляд у него был таким отчаянным, измученным, почти… умоляющим?
– Хавьер?
– Если ты погибнешь, мне тоже жить будет незачем.
Дура я все-таки, да? Не понимала, пока носом не ткнули. И сейчас стою… вот что мне с этим делать?
Он же не играет, не ищет во мне никакой выгоды, не… Он просто меня любит.
– Я понимаю, между нами ничего быть не может. Возраст, положение, да все против нас, но я хочу, чтобы ты – была! Понимаешь?! Чтобы ты жила, была счастлива… для меня это уже будет счастьем! Смотреть на тебя хоть иногда. Знать, что у тебя все хорошо. Это уже целая жизнь!
Я вдохнула.
Выдохнула.
А потом… потом положила свою ладонь на его руку.
– Прекрати, пожалуйста.
– Каэтана?
– Хавьер, не надо унижать себя. Прошу. Ты умный, сильный, красивый, ты замечательный мужчина, который заслуживает и любви, и уважения. Верь мне…
Хавьер посмотрел недобрым взглядом. Знал он, что начинают такими словами. Ты хороший, но… иди отсюда. Получше есть.
– Но не твоих, правильно?
– Мое уважение у тебя уже есть, – парировала я. – А любовь… я буду с тобой откровенна. Меня предали и обидели. Нет-нет, физически я не пострадала, но мне было очень больно. Меня спасла Даннара, но у этого спасения была своя цена. Я обязана, понимаешь? Обязана решить проблему с химерами и Баязетом. И только тогда смогу распоряжаться собой.
Про Аласту я предусмотрительно не сказала. И про Сантора. Но…
Да, можно считать меня кем угодно. Но… я сейчас серьезно посмотрела на Хавьера как на мужчину. Будем честны, когда тебе восемнадцать – тебя интересуют ровесники. Когда тебе за тридцать – тоже. Умом-то мне давно не восемнадцать, я целую жизнь прожила в другом мире. И выходить сейчас замуж за ровесника, это как ребенка взять на воспитание!
Что мне с ним делать? Сопли вытирать? Ждать, пока повзрослеет? Радовать окружающих… вот как повезло-то человеку, такая жена разумная!
Я так не смогу. А вот Хавьер… он меня любит, и, судя по всему, сильно. Он старше меня – и этой и той, прошлой. Он не мальчишка, а мужчина, и мы с ним действительно сможем ужиться. А постель…
Кто мне мешает сейчас проверить?
Хотя бы в осях?
И… король все равно захочет выдать меня замуж. Вот и пусть выдает. Хавьера я хотя бы знаю, не дурак, не извращенец, просто мужчина со сложной судьбой. Вся академия знает.
– Распоряжаться собой? – переспросил он.
– Я с младенчества посвящена Даннаре. Мать так сделала. Поэтому сейчас для меня есть только цель.
– А потом?
Определенно, у нас может получиться. Люблю умных мужчин.
– А потом…
Я аккуратно коснулась его щеки. Взяла в ладони серьезное лицо – и первая потянулась к мужчине губами. Скользнула по шее, подбородку и чуть выше, коснулась губами его губ.
Кажется, Хавьер настолько ошалел, что даже шевельнуться не мог.
Секунды три. А потом – дошло.
Сильные руки крепко притянули меня к мужскому телу. И как-то так мы хорошо сошлись, все впадинки и выпуклости, словно нас друг для друга и лепили. И теперь уже не я провоцировала мужчину, а он целовал меня, страстно и откровенно, заставляя прижиматься все теснее, запускать руки в его волосы и чувствовать, как я ему небезразлична…
Отдать Хавьеру должное, он же и опомнился первым. Я видела, каких трудов ему это стоило. Мужчина отстранил меня от себя, выдохнул, прикрыл глаза.
Я честно сделала шаг назад. Пусть…
Ему сейчас надо справиться с собой самостоятельно. Без моей помощи. И Хавьер это сделал.
Когда через минуту он открыл глаза, я уже не увидела в них страсти. Так, тлели угли на дне, но мужчина уже контролировал себя.
– Ты это всерьез? Каэтана?
– Да, – четко ответила я. – Это не откуп, не обещание, не зарок, ты мне действительно нравишься. Я хочу знать, что может быть между нами. Но я не могу начинать отношения с тобой, не отдав свои долги Даннаре. Я обязана ей жизнью и разумом.
Хавьер кивнул.
И принял уже свое решение. Осознанно и взвешенно, понимая, что я не играю, что это действительно мой долг и мой выбор.
– Я помогу тебе. И все же… Баязет…
– Я его не боюсь. Я точно знаю, что драконы меня вытащат откуда угодно. Что он может со мной сделать? Виола мне пообещала, что будет постоянно рядом. Если она поймет, что мне плохо, она наплюет на все и вытащит меня. Даже если меня будут убивать – она успеет. Налет дракона – это серьезно. Кто хочешь отвлечется.
– А если… сам Баязет захочет…
– Изнасилование? – угадала я.
Хавьер покраснел, но кивнул. Я промолчала, подбирая слова. Вариант с насмешкой не подходил, хотя кто там и кого изнасилует – еще вопрос. Но говорить такое мужчине, который тебя любит…
На такое окаянство я не способна. Как сложно щадить чужие чувства! И подбирать слова так, чтобы не обидеть. Когда я успела от этого отвыкнуть?
– На это тоже требуется время. Виола успеет меня вытащить, обещаю.
– Одна Виола?
– Нет. Драконов будет несколько десятков, ты же понимаешь, одним нам не справиться. И я, и девочки, и вольные драконицы – мы полетим все вместе. Дуреют драконы только в бою, а если не драться ни с кем, а просто помочь, они прекрасно могут работать с нами в команде. Уже работали.
– Не могу сказать, что мне стало легче. Но другого выхода не будет?
Я качнула головой.
– Хавьер, я далеко не сокровище. И летать буду, и сражаться с химерами буду, как и ты. На наш век их хватит с лихвой, разве нет? И рисковать жизнью мы будем. А остальное… вот скажи честно, если бы я была вдовой? Ты бы мной заинтересовался?
– Да.
– В крайнем случае Баязета я прикончу своими руками, – пообещала я. – Поверь, у меня он не вызывает никаких чувств, кроме гадливости. Посмотри мне в глаза…
Хавьер повторил мой жест и бережно взял мое лицо в ладони. Вгляделся.
– Верю.
– Баязет – отвратительная мразь в красивой упаковке. И мне он не нравится. Он опасен для всех нас, я хочу его уничтожить. А если получится так, что он успеет ударить первым… Женщин в Санторине не считают опасными. Хотя и воюют с Эстормахом, но они же на разных материках, так что шанс у меня есть. Сразу не убьют, а потом драконы помогут.
– Я с ума сойдут от тревоги… любимая.
Я потерлась щекой о его руку.
– Если мы все хорошо сделаем, король не сможет отказать в маленькой просьбе. Брачной. Разве нет?
– Если…
– Я понимаю, сложно. Но нам придется выжить и победить. А потом уже влюбляться, жениться, строить отношения… нам придется нелегко.
Хавьер кивнул.
– Ты сейчас не о том думаешь. – Я чуточку развеселилась, стараясь переключить мужчину на другое. – Дело не в возрасте и не в твоем происхождении, дело в нас самих.
– Каэтана?
– Вот смотри, у тебя есть дракон – и у меня есть дракон. У тебя есть дело, которому ты предан всей душой, ты обучаешь молодняк, – и у меня есть такое дело. У тебя будут боевые вылеты, но и у меня будут вылеты. У тебя, несмотря ни на что, есть дочь и внучка, а может, и еще кто-то будет. С родной кровью не разведешься. У меня тут ситуация хуже, отца у меня, считай, нет.
– Каэтана?
– Он променял меня на дешевую девку. И я ему этого прощать не собираюсь, – отрезала я. – Но есть те, что стали мне дороги, словно сестры. Та же Мариса, а еще Олинда, Фатима, Севилла, Кайа… и я их не брошу и буду помогать. Понимаешь? Это равновесие. Уважай мои дела, и я буду уважать твои.
Хавьер медленно кивнул.
– Я об этом не задумывался.
– Об этом редко думают. И еще реже говорят, а зря. У тебя должно быть личное пространство, в которое я не полезу, – и у меня тоже. У тебя друзья – у меня подруги. Ты хочешь посидеть с приятелями и выпить вина, и я хочу посидеть с подругами и посплетничать о мужчинах. А когда у нас появятся дети, заниматься мы ими будем вместе. И только так. Поровну. Согласен?
Меня очень-очень нежно заключили в объятия.
И поцеловали так же.
Нежно-нежно. Не со страстью, а с безграничной любовью…
– У нас. Будут. Дети… Каэтана, за эти слова я уже на все согласен…
Я внутренне ругнулась.
Епт-компот! Оговорка по Фрейду. А ведь хотела еще поводить человека за нос… ну и ладно! Ему без меня от жизни досталось, пусть уж порадуется.
– Сначала мои обязательства. А потом уже все остальное. Иначе… Баязет все равно нам жизни не даст. Подумай сам: единственная сила, способная остановить химер, – драконы. Наверняка долго ждать атаки не придется. Он уже пробовал нас уничтожить. Попробует еще раз и еще. Наш единственный выход – ударить первыми. Если мы еще не опоздали.
Хавьер скрипнул зубами:
– Убил бы тварь!
– Может, еще и повезет? – предположила я. – Но если что – я тебе его не потащу. Сама прикончу.
– При первой же угрозе, даже при первом подозрении, – кивнул Хавьер. – Это слишком опасная тварь.
Я кивнула.
И умолчала о том, что самая опасная тварь в этом мире перед ним. Потому что за мной опыт ДВУХ миров. Не надо мужчине знать лишнего.
Лучше вот…
Поцелуй получился долгим и нежным. И еще один, и еще…
А потом мы усилием воли оторвались друг от друга.
Не надо.
В Санторин мне лучше прибыть девушкой. Опять же, с противозачаточными тут беда бедой, а мне только ребенка сейчас не хватало. И вообще…
Не надо.
Хавьеру этого говорить не пришлось. Он и так настаивать не стал, хотя и по иной причине. До брака меня в постель тащить не будут, этот мужчина меня слишком уважает. И любит.
И…
Даннара, ну как я так вляпалась, а?
Аласта, что ли, поиздевалась?
Вот тебе мужчина, он тебя любит, а ты… ты-то что чувствуешь?
А я не знаю! Вот убивайте меня на месте, я просто не знаю, что ответить! Слишком уж сейчас все сложно. Слишком многое на меня обрушилось.
Вот удержим небо на плечах – и поговорим о чувствах. А пока – стоять, держать и держаться.[15]
* * *
Девушек я отговаривала честно и долго. Не отказался – никто. Так что мы вылетали двумя группами. Эс Хавьер вел своих ребят на помощь принцу Селиму.
Мы летели в Санторин.
Эс Чавез отправлялся в столицу. Если что – оттуда будет обеспечиваться дипломатическое прикрытие.
Повезло нам, что санторинца мы не добили. Оставили одну штучку.
Вот сейчас он и играл роль… а правда, кого?
Троянского коня все помнят, а вот кто именно тягал его под стены Трои?
Или тащил внутрь?
Имена грузчиков в историю, пожалуйста! Нет? Опять не сохранились? Вот так всегда. Но Юсуф Коч тоже не претендовал на известность. Ему главное было самому удрать и семью вывезти, а там хоть трава не расти.
Мы с ним лишний раз проходились по истории нашего путешествия, шлифовали неточности, согласовывали подробности. Времени у нас мало, а вот спрашивать…
Баязет – та еще пакость, но пакость вредная, умная, жестокая, если он задаст вопросы мне, потом Юсуфу и истории не совпадут, если он решит нас расспросить по отдельности и что-то не сойдется, – все развалится. А мне надо получить к нему доступ.
Хотя бы на пару дней.
Да ладно – пару!
Нам с Виолочкой и суток хватит.
Хавьер, конечно, был резко против, но никого другого Баязет просто не подпустит. Вообще.
Перед вылетом я зашла в храм Даннары и от души помолилась.
А вдруг поможет? Ну правда же… а вдруг?
Даннара разумно помалкивала. И правильно, всяким-разным тут отвечать – язык сотрется. Она свое божественное дело уже сделала, остальное нам расхлебывать.
Где моя большая ложка?