Интерлюдия
1
– Дзын! Клац! Бзонг!!!
Полетела, разбиваясь об стену, бутылка дорогого вина.
– Суки!..!!! И…!!!
Санджару безумно хотелось отвести душу, но не помогли даже самые грязные и черные выражения. Куда уж там!
Его план!
Его безупречно разработанный план по стиранию мерзкой академии с тварьскими драконами с лица земли… его план провалился!
И осуществить его теперь будет просто нереально. Как подобраться к академии? Такое можно один раз, но не два и не три. Теперь эти хищные чешуйчатые твари будут намного осторожнее. Теперь их врасплох не застанешь.
Есть надежда, что он уполовинил их число, но Санджар не слишком в это верил.
Вряд ли даже серьезный ущерб нанес, увы. Надо послать соглядатая в академию, но что-то подсказывало ему – зря. Ритуал прервали слишком рано, палачи еще даже не успели никого убить. Так что… Химеры-то приползли, но на порядок меньше возможного количества!
Ах, как же это обидно!
Но кто?!
Кто помешал его идеальному плану?!
В стену полетела еще одна бутылка. Расползлось красное пятно, остро запахло дорогим вином.
В каюту вошел капитан. Эс Мустафа Юруш. Санджар зло поглядел на него:
– Что?!
– Хватит бить бутылки, лучше налейте, – отмахнулся капитан, усаживаясь за стол. – Надо посоветоваться.
С этим Санджар был согласен. Посоветоваться – надо. Так что следующую бутылку он не разбил, а открыл. И набулькал вина в тяжелые глиняные кружки.
– Слушаю?
Юлить капитан не стал:
– Кого принц назначит виноватым в срыве операции?
– Брр! – передернуло Санджара. – Кого-кого? Да всех! Ясно же!
– Меня это не устраивает, – продолжил эс Мустафа.
– Что вы предлагаете? – Страх за свою шкуру сделал Санджара весьма адекватным собеседником. Жить захочешь, знаете ли…
– Дать ему третьего виновника. Не меня и не вас. – Капитан смотрел спокойно и уверенно. – К примеру, узнать, кто остановил атаку…
– Ректор, наверное, – вспомнил Орландо Чавеза Санджар. – Кто ж еще?
– Ректора мы ему привезти не сможем. А кого сможем?
Санджар задумался. И серьезно. Будучи особой, приближенной к Баязету, знал он многое. Научный склад ума помогал и в интригах. Ухватить кусочек информации там, частичку тут, синтезировать, сложить, проанализировать – никакой разницы с наукой.
– Хм-м-м… его высочество весьма интересовался одной эссой из академии. Эсса Каэтана Кордова.
– Хорошо. Это подойдет. Я отправлю своих людей на ярмарку, она уже послезавтра. Как раз они все узнают и разнюхают. Кто нам может подойти еще? Из драконариев?
Санджар качнул головой.
– Драконариев похищать нельзя. Были случаи, но у них какая-то особенная связь со своим драконом. Так похитим – и приманим на свой корабль и на свою голову.
– Тогда не надо. – Капитан хоть и ненавидел Санджара всей душой, но признавал, что мозги у него есть. Мразь, но умная. – А кого можно?
Санджар потер подбородок, на котором, кстати, упорно не росла борода. И плевать ей было на все достижения науки, как была клочкастым недоразумением, так и оставалась. Так что бороду он брил и упорно отрицал ее важность для мужчины.
И придумал.
– Есть в академии такой раэн Ледесма. Тьяго Ледесма. Весьма и весьма хороший ученый. Можно сказать, что именно он остановил прорыв химер. Своими методами.
– А если он откажется?
– Объясним ему, что его высочество гневлив и скор на расправу. Лучше жить и работать вместе со мной, чем оказаться на плахе за то, чего он не совершал. Его высочество ведь точно никому не поверит.
Капитан потер подбородок.
Звучало логично.
– Эсса Каэтана Кордова. И эс Тьяго Ледесма. Хорошо, я прикажу проследить и узнать.
Санджар кивнул. И поделился ценной информацией:
– За этой эссой его высочество даже корабль посылал.
– Корабль? За какой-то бабой?
– Да, капитан.
– Тогда точно надо узнать. Давно это было?
– Могли бы уже четыре раза вернуться.
– Хм-м-м… как корабль называется, не помните?
– Нет. Капитана помню: Хасан Шахин.
– Я знаю его. Очень опытный… торговец.
Работорговец. И похититель людей. Что уж там…
И если с ним кто-то справился, если смог… эти люди заслуживают опасливого уважения. Мустафа не считал себя самым умным и страшным хищником в местном лесу, драконы-то всяко зубастее. Надо будет все очень тщательно продумать, а не кидаться с разбегу в атаку, тогда и головушка целее будет.
2
Торжественное шествие его высочества Селима по стране впечатляло. Начиналось оно с драконов. Когда перед тобой летит штук двадцать крупных зверюг, да еще время от времени огнем дышат, это впечатляет.
А потом и собственно Селим едет.
Три дня принц потратил на то, чтобы сформировать из ажаков почетный караул. То есть подобрать одинаковую одежду – черные плащи, черные штаны и рубахи. Что-то покрасили, что-то перешили…
Сам Селим, на контрасте, был в белом. Черные лошади свиты – и белый конь принца.
Знамя Санторина – и его личное знамя.
Чего не было, так это музыки. Зато были туши химер, которых щедро убивали драконы. Убивали, разрывали прямо в небе, поедали на глазах ошеломленной публики…
Выглядело это откровенно жутковато, но Селим не возражал. Лучше пусть боятся. Пусть начинают.
Баязета боялись. Его – нет.
Баязет с детства славился какой-то звериной жестокостью. Убить человека, приказать мучительно казнить, самому кого-то забить кнутом до смерти, или перерезать горло, или стоптать конем за дерзкий взгляд? Легко!
Селиму это было неприятно. Он не боялся схватки, не боялся драк, боли, крови, но по-честному. Что ему может противопоставить какой-нибудь раб?
Да ничего! Убийство беззащитного Селиму чести не добавит. Но Баязету не объяснить. Селим как-то пробовал… Словно живая, перед глазами встала картинка из детства. Вот Баязет, вот тело евнуха перед ним на дорожке – и вот Баязет пропускает через кулак кнут, влажный от крови, и с пальцев его падают на землю тягучие алые капли.
Селиму тогда стало противно, будто он сколопендру увидел. Понятно, что вреда она не причинит, но до чего ж гадкая тварь! А если поближе подпустить, то и ядовитая… лицо он удержать не смог, и Баязет все понял. Не страх – омерзение.
За что Селима тут же и возненавидели. На всю оставшуюся жизнь.
Селима не слишком боялись, и он подозревал, что к этому приложил руку еще и Баязет. Ничего, драконы могут напугать кого угодно. И химеры, и драконы…
– Впереди Хоршаз, брат.
Разан к своим обязанностям относился очень ответственно, он понимал, что, если все пройдет гладко здесь и сейчас – считай, сделана половина дела.
Почтовые голуби и сплетни летят быстрее любого дракона. Если Селима признает Хоршаз, остальным городам будет легче.
Вот уже и стены близятся. И люди уходят с дороги на обочины, почтительно кланяясь.
Селим остановился неподалеку от городских ворот. И кивнул эсу Хавьеру – действуем, как договорились.
Драконы приземлились по обе стороны от городских ворот. Два, здоровущих, черных… взревели, выпустили пламя… в толпе людей послышался писк, кто-то бежал, кто-то просто упал в обморок. Страшно же!
Стража у ворот… что, там была стража? Да, наверное. Сейчас там и ворот-то не было.
Сварт, который совершенно случайно задел их хвостиком, усиленно изображал из себя мышку. Да, такую черненькую, маленькую. Бывает же!
Дракончик бежал, хвостик лежал… Чего вы такие непрочные ворота ставите?
Эс Хавьер ругаться не собирался. У него все мысли были про академию и Каэтану.
Справится ли?
Как они там?
А полететь и проверить нельзя. Никак. Бросить здесь все, провалить все планы, за такое по голове не погладят. Та же Каэтана первая рассердится.
Наконец кто-то появился.
Судя по медной бляхе – десятник стражи. Храбрый нашелся, приятно поглядеть…
Сварт улыбнулся ему во всю пасть, отчего десятник ощутимо пошатнулся. Но долг оказался выше страха.
– Кто вы и что вам надо?
Разан выехал вперед и приложил к губам рупор. Не Селиму же разговаривать самому?
– Милостью Сантора, я – голос принца Селима. Кто управляет этим городом? Пусть приходит, ему не причинят вреда!
– Эс-с-с-с-с-с-с… – прошипелся стражник. Горло от страха спазмом свело, звук наружу не вылетал, а выползал.
– Эс-с-с-с… Берат Шимшек.
– Пусть явится пред очи его высочества принца Селима. И не надо бояться, принц милостив.
Стражник судорожно закивал.
При взгляде на громадных драконов в это особенно хорошо верилось.
– Я с-скажу…
– Мы ждем!
Стражник закивал – и рванул по направлению к дому губернатора.
* * *
Люди и драконы ждали.
Эс Хавьер думал, что изоляция сыграла с драконариями достаточно злую шутку. Они же практически не бывают в городах. Ножками-то они туда ходят. А вот так, чтобы прилететь на драконе, сесть на площади, сходить в трактир, – этого не случалось очень давно. За такие фокусы его величество мог три шкуры спустить. И отец его величества тоже.
Повод был.
Трое молодых шалопаев примерно так и сделали. Явились на ярмарку верхом на драконах, давно уж, лет пятьдесят тому как.
Результат превзошел все ожидания. Взбесившаяся скотина разнесла загоны и половину ярмарки, а вторую половину разнесли сами люди. Кто скотину ловил, кто уворачивался, чтобы не затоптали, кто грабил под шумок, кто… Заняты были все. Убытки потом месяц подсчитывали!
Вот и подзабылось чуточку, какие они – драконы.
Когда они где-то там, в небе, сразу и не поймешь. Ну, большие. Так и что? Они там, мы – тут.
А вот когда они тут и мы тут…
Очень это внушительно выглядит. Очень.
Давно пора было провести такую демонстрацию. Так уж люди устроены, они будут уважать тех, кого боятся. Не всегда, но часто так и случается…
Интересно, где там губернатор? Придет? Сбежит?
Хавьеру было любопытно.
* * *
Драконов Берат Шимшек видел. Поди не увидь таких тварей! Слепой увидит!
А не увидит, так все равно узнает! По крикам и воплям!
И что за жизнь такая, паршивая?! Что за беда на его голову?
Стоял себе Хоршаз уж тысячу лет, и отлично стоял, так нет! Явились на его голову!
Чего им только нужно?!
Хотя тут губернатор кривил душой. Отлично он знал, что им надо. Тараканы под полом и те о политике шуршали. О том, что его высочество Баязет метит на место тора.
А еще о том, что он пропал во время нападения химер.
И кто будет на его месте?
Да, голуби летают быстро. Вот и из столицы вчера прилетел, знакомые рассказали, как полезли на берег химеры, как сорвался их останавливать отважный Баязет, как летели в ту же сторону драконы…
А потом – все.
Вернулось четверо человек. Баязета среди них не было.
Рассказывали они одно и то же.
Схватка, химеры, свалка… следить за принцем в таких условиях они просто не могли. Когда драконы прилетели, они уж и с жизнью попрощались.
Могли драконы и принца сжечь?
Наверное, могли. Но зачем? С химерой его не перепутаешь, да и этих ребят драконы буквально оттащили от схватки, чуть не в последний момент.
Старались спасти людей.
Значит, Баязета уже было не спасти, вот и все. Или его химеры сожрали, или сам куда-то делся…
Ну а если так – трон не баба, ждать не станет.
Можно Селима и принять честь по чести, и ключи от города ему в дар преподнести… почему нет?
Никто другой пока на трон не претендует, а если кто найдется, эс Шимшек все равно в стороне останется. Что там того Хоршаза?
Ладно-ладно, город шикарный, город богатый, но… вот если кто еще будет, там решать и будем.
А пока… где тут ключи? Специально изготовленные на такой случай, выточены из яшмы, в изящной хрустальной шкатулке.
Вот и поднос есть, золотой, как положено.
Свита?
Берат выглянул из окна и кивнул первому же стражнику, который на глаза попался:
– Собирай людей, будем Селиму ключи от города дарить.
Лицо стражника расплылось в улыбке. Понятно, помирать никому не хочется. Сказал бы Берат сейчас – драться, так дрались бы. Даже с драконами.
Даже зная, что не вернутся живыми.
Санторинцы…
Но если есть возможность пожить подольше, стоит ли от нее отказываться? Эс Берат был уверен, что сопротивление сейчас бессмысленно. А если так…
Надо еще себя хоть чуточку в порядок привести. Понятно, переодеться он не успеет, но хоть халат накинуть, шитый золотом. К принцу идет, не на рынок за персиками!
Как раз пары минут хватило.
* * *
Селим терпеливо ждал.
Не чесался, не ерзал… сколько ж сил в свое время потратили на него учителя! Слишком живым и подвижным был мальчишка. Слишком юрким и вертким.
Лежать неподвижно он научился после того случая с гиеной.
И потом еще специально тренировался. На отца смотрел, кстати. Вот этот пример он понял.
Тор на троне сидит – спокойно, по праву занимая это место. Он не чешется постоянно, не крутится, словно под него ежа подложили, не переспрашивает…
Он сидит. Расслабленно и уверенно.
Селиму это долго не давалось, потом обзавелся четками, и стало парню полегче. Он и сейчас их перебирал.
Гладкие янтарные шарики тихо щелкали друг о друга, с ними ожидание становилось легче.
Перещелкнул шарик – вспомнил про себя правила из воинского кодекса, который они все заучивали наизусть. Хотя что там кодекс?
Каких-то три свитка, каждый длиной по шесть локтей… ерунда.
Шарики привычно перекатывались в его пальцах. А потом послышались звуки… музыки?
Да, это точно была музыка, хотя и не сильно торжественная. Явно что нашли, то и схватили. Показать, что идут и с миром.
Селима чуточку отпустило.
А уж когда показался эс Берат в сопровождении стражников и нес перед собой эс золотой поднос с хрустальной шкатулкой на нем…
Селим знал, что там.
Ключи от города.
Принца охватило такое сильное облегчение, что он чуть с лошади не упал. Кстати – еще одна причина ждать чуть поодаль от ворот. Не любят лошади драконов. И не полюбят никогда. А вот драконы лошадей любят. Они вообще любят всех, кого могут съесть.
И нет!
Селима совершенно не убеждали рассказы про драконье добродушие.
Драконы не едят людей?
Ага-ага. Никто этого не видел. Вывод – свидетелей тоже съели.
Тем временем эс Берат дошагал до ворот и замешкался. Драконы же…
И смотрят они с подозрительно гастрономическим интересом. А что? Эс весь такой кругленький, упитанный, еще и раскраснелся от быстрой ходьбы… может, им пончики нравятся?
Драконы медленно освободили проход. Убрали хвосты, прибрали крылья, даже демонстративно отвернулись в другую сторону.
Эс Берат решительно выдохнул и с видом несломленного героя направился в ворота.
– Величайший! Волей Сантора воинственного мы предаемся под вашу руку. Да будет ваша власть крепка, словно клинок, и не устанет ваша десница сжимать его эфес.
Селим спрыгнул с коня и тоже сделал три шага навстречу. Символически.
Вы отдаете, мы принимаем…
Поднос оказался тяжеленьким.
Ритуальные фразы звучали с двух сторон. Но наконец Селим получил приглашение в город – и отказался. Кстати, к немалому облегчению того же эса Берата.
Драконы!
Ладно еще – кормить! Овец хватает! А размещать где? И кстати, даже прокорм кто оплачивать-то будет? Тор может помереть, может не помереть, а сборщики налогов никуда не денутся. Они свое взыщут, еще и сверху надбавят!
Так что эс откровенно порадовался. Но принял гостей честь честью, настоял дать им в дорогу провизию, фураж для коней, предлагал мясо для драконов, но те отмахнулись. Им химер пока хватало. А нет?
Поохотятся.
Что радости в овцах и коровах? Они ведь даже не сопротивляются толком! Это не добыча, это убоина! А вот когда ты дерешься, охотишься, побеждаешь и потом жрешь… о, это совсем другое! Сладкий привкус добычи!
Санторинцам это было близко.
Селим на драконов поглядывал с опасением, но потихоньку все же приглядывался. А вдруг?
Кайа Ибанес…
Ладно, власть мужчину занимала больше. Но и девушка… просто сейчас он понимал: не будет власти – не будет девушки. Да что там! И жизни самой не будет!
Надо сосредоточиться на Санторине, остальное будет потом, когда он сядет на престол.
Тор Селим.
Медленно, но верно, посещая по пути все подходящие города и городки, караван двигался к столице.
3
– Эс Чавез!!! Да кто он такой! Да что он о себе возомнил?! Да я… да он!..
Эс Лиез разорялся долго. И был у него повод.
Ректор академии уведомлял его, что, во-первых, его сынок сбежал из академии. Куда?
Да кто ж его знает, ловить не будем. Химер увидел, испугался, теперь сидит где-нибудь и нос на улицу боится высунуть.
А во-вторых, эс Орландо Чавез сделал предложение эссе Марисе Лиез, и эсса его приняла. Так что можем начинать готовиться к свадьбе. По вашему выбору. Хотите – скромную, хотите – роскошную, я оплачу.
Ваше согласие? А вы уже согласны, вы не знали? А вот его величество знает, он согласен. Так что все вопросы к королю. Два раза.
Понятно, после такого эс Лиез раздулся, напоминая багровую жабу.[25]
Элия Лиез слушала мужа и даже кивала.
Да-да, дорогой, как скажешь, дорогой, ты всегда прав, дорогой…
Мысленно она уже прикидывала, что нужно. Да, свадьбу, наверное, лучше сделать скромную. И Матиас куда-то удрал… что теперь сказать Пацарелле? Гортензия очень рассчитывала на мальчика, ну ничего. Подождут!
Заказать платье, заказать цепочки, опять же, приданое…
Сложно все это.
Но это приятные хлопоты. Судя по записочке, которую передали лично для нее, из рук в руки, Мариса счастлива. Она своего жениха любит и обожает, а что еще нужно матери? Был бы человек хороший.
Но тут волноваться тоже не за что.
Сколько она знает, в свете никакие сплетни про Чавеза не ходили. Хорошая семья, спокойная, мирная, никто в скандалах не замешан, наследственность тоже хорошая.
Все же Ферреры… кто такое дочке пожелает? Может, у Хуана пока больных детей и нет! А потом? Есть ли для матери горе страшнее – знать, что твой ребенок неизлечимо болен?
Элия пыталась бы сражаться за родную кровиночку. Собственно, она это и делала. И отсрочку для нее получила, отправив дочку в академию, и надеялась, что она там кого-нибудь найдет, и сама искала. Но если так сложилось…
Великолепно!
Просто прекрасно!
А муж побесится, да и успокоится. Но пока… пока она его полностью поддержит. А в кармане погладит пальцем записочку.
«Мама!
Все прекрасно, я люблю Орландо. Даже если папа будет против, король все одобрил.
Орландо меня тоже любит, у нас все будет хорошо.
Береги себя!
Мариса».
Клочок бумаги!
Но сколько ж от него тепла, уюта, спокойствия… счастье! Это и есть счастье!
А муж… поорет, да и успокоится.
Орал эс Лиез еще около часа. Потом утомился, упал в кресло и продолжил бухтеть уже оттуда. А там и обед наступил, покушать надо. А на сытый желудок уже и ругаться не слишком хочется.
Тем более что супруга предусмотрительно подсунула мужу гербовник с Чавезами.
А что?
Семья богатая, старинная, ректор академии – тоже должность. Это вам не слабоумный Феррер… так что дня через два эс Маркус Лиез вполне себе перегорел и был готов к употреблению.
Выходит дочка замуж?
Вот и ладненько, вот и чудненько, совет да любовь! Кому тут чего не нравится?
Жаль только, пышная свадьба пока не получится, после всех скандалов Лиезам лучше к себе внимания не привлекать.
Да и ладно! Вот какой же он, Маркус Лиез, умный! Какой сообразительный! Отправил дочку в академию, а та в ней хорошую партию сделала! Что, скажете, не так?
Конечно, так! Это она в отца пошла, точно-точно…
Осталось выяснить, куда сыночек-щеночек подевался! Это ж надо! От опасности удрать! Отродясь у Лиезов такого не водилось! Это точно мамашино воспитание!
Элия Лиез кивала и продолжала потихоньку составлять списки самого необходимого. Сделать – заказать – пригласить… Свадьба же!
Пусть дети будут счастливы, а она уж как-нибудь потерпит. Не впервой…