Глава 38

Юрилет

Да что ж за проклятье такое⁈ После того поцелуя я полночи не мог заснуть, словно наяву ощущая нежный вкус губ и податливость гибкого девичьего тела в моих объятьях. Она это специально? Чтобы усугубить воздействие?

Молодец, девочка, цель достигнута на все сто. Даже если изначально задумка принадлежала ее отцу. И вот вроде бы — не все ли равно? В любом случае же собирался на ней жениться, но нет. Бесят попытки сделать меня зависим.

Как же хотелось быть подальше от невесты, но, к сожалению, именно сегодня была пара у курса. Гадство!

Сдержаться, увидев, Танару, было очень сложно. И даже злиться не получалось, потому что все перебивало дикое желание. На одной воле получилось довести лекцию, и… да, я позорно сбежал, не чувствуя себя в силах оставаться с ней в одном помещении хоть одну лишнюю секунду.

Когда же демоново зелье прекратит так воздействовать⁈

Хуже всего то, что про зелье я знал, а вот точной рецептуры за все годы так и не удалось разыскать. Тогда можно было бы хоть противоядие попытаться подобрать. Оставалось лишь терпеть, в надежде больше не сорваться, и как можно меньше пересекаться с драконицей.

В последнем намерении я был тверд ровно до того момента, как почувствовал, что с Танару что-то происходит, выбивающееся из обычного ее состояния. А уже когда определил, что та находится не своей комнате, а где-то на улице… Безднова девчонка! Куда она еще вляпаться успела?

Я специально открыл портал на расстоянии от невесты, чтобы успеть оценить обстановку, но, стоило оказаться среди кустов, замер от открывшегося вида…

Кастарден! Демонов вампир не мог не почувствовать перемещения, но не отреагировал, продолжая прижиматься ртом к руке Танару. Эта дурочка позволила ему укусить себя⁈ Иначе он просто не смог бы прокусить драконью кожу — мы слишком хорошо защищены от мелких и средних повреждений. Внутри вскипела злость, а потом резко сменилась недоумением от разворачивающихся событий.

Они целовались? Она целовалась с другим мужчиной, хотя еще вчера так же страстно отвечала мне! Невинная, говорите? Может, чтобы подделать ощущение девственности, тоже существует какое-то зелье?

Понимая, что меня несет, я ничего не мог поделать: уязвленное самолюбие, злость, разочарование напополам с облегчением — не зря я с подозрением относился к невесте, ой не зря. Но последней каплей в чаше терпения стали слова молодого Кастердена. Пара⁈ И его ни разу не смутило, что она драконица⁈

Я просто обязан был попытаться поставить ему мозги на место. В отличие от меня, он точно не осознает, насколько происходящее неправильно…

К сожалению, Равирио упрямо отказывался прислушиваться к аргументам. Тем более сама Танару попыталась выставить мои слова смехотворными. Еще и своим вариантом сокращения имени шокировала. Вампир же, прежде спрятав девушку за своей спиной (можно подумать, я нанес бы вред драконице, как бы к ней ни относился!), стоял и слушал нас с каменным выражением. А потом сам привел такие доводы, что на мгновение заставил и меня сомневаться в собственной правоте. На мгновение.

Ладно, даже если допустить, что волосы мои лорд Вейгоро не хранил с момента помолвки, что мешало ему нанять исполнителя, чтобы добыть необходимое позже? Вряд ли он задумал свою аферу еще тогда, тут Танару права. И его даже можно понять: отношение к обычной жене, задача которой — выносить наследника рода, и паре в корне отличается. Хотел подстраховать дочь? Облегчить ей жизнь?

И скорее всего, это случилось в отрезке последних пяти лет, ведь именно тогда мне принесли сведения о проблемах юной драконицы. Потом что-то случилось, и проблемы ушли, судя по успехам невесты в учебе, а намерения отца остались. Настолько любит дочь? Похвально, конечно, но мне не легче.

Да, до того, как встретил Танару здесь, я собирался разорвать договор. Если бы удалось найти подходящую драконицу на замену. А нет — может, все равно женился бы, в зависимости от состояния девушки. Если не совсем слаба, она смогла бы выносить мне наследника.

Но Танару точно не соответствовала оценке пятилетней давности. Даже при условии, что так и не смогла обратиться.

Одного я не мог понять: зачем им понадобился Кастарден? Тоже какие-то деловые договоренности? Или просто зелье зацепило его странным образом? Кроме этого варианта, оставался только тот, что его частицы тела тоже были добыты заранее и использованы в том же зелье. Не знаю, насколько это возможно, но других объяснений я сходу не мог придумать. Ну либо вампир прав, и она действительно его пара? Настоящая. Ирония судьбы, которую никто не мог предсказать?

Ладно, даже если так… На меня-то точно воздействовали!

В следующий миг моя уверенность пошатнулась, потому что эта невозможная девчонка поклялась. Магией. Ни зелье, ни ритуал ни при чем. И смерч, продолжавший крутиться над ее ладонью, говорил, что магии она не лишилась. А значит… не врет? Пара⁈

В голове все смешалось. Неверие, крохотная надежда, вспышка стыда, потому что все это время я отвергал ту, кого так долго искал… И отрицание, потому что я не понимал, как это возможно! Не было такого за всю нашу историю!

Мы не разрывали контакта взглядов, потому я видел, как в янтарных глазах разгорается обида и боль, на невольно озвученные мысли. А потом сердце пронзило ледяной иглой боли, и… Танару, закатив глаза, осела. Слава Великой, вампир использовал свою сверхскорость, чтобы мгновенно оказаться возле девушки и не позволить ей упасть на пол.

Я сам не понял, как добежал до них, пока дыхание перехватывало от боли, но словно на стену натолкнулся, когда Равирио поднял на меня разъяренный взгляд и прошипел:

— Не смей подходить, идиот!

Идиот, согласен. Потому что подделать боль разрыва связи не сможет никакое зелье.

— Идиот. Болван. Придурок… и еще куча эпитетов — со всеми согласен. Но давай будем разбираться с этим после того, как я помогу Танару.

— Ты уже помог чем мог! Ее к целителям надо после разрыва парности…

— Разрыва не было. — Я прислушался к себе: связь гудела и жгла, но не порвалась окончательно. Возможно, потому, что я уже осознал, что моя драконица не обманывает, и в реальности не хотел от нее отказываться. Но слова были сказаны. — Слушай, я знаю, что делать, Кастарден. Давай оставим все разборки на потом.

Вампир немного посомневался, но все же кивнул.

Опустившись рядом с ними на колени, я расположил руку над грудью девушки и осторожно направил свою силу на комок боли в ее груди. Знал это, потому что в моей был точно такой же. А быстро исправить вред может только тот, кто его нанес. Даже целители высшего ранга не справятся быстрее. Другое дело, что обычно нанесший об этом не задумывается, потому что связь рвется осознанно, а не как у нас — по моей дурости.

Через несколько минут лицо Танару разгладилось, лишаясь маски боли и восковой бледности, да и у меня ледяная игла в сердце потихоньку истаивала. Но я пока не собирался останавливаться.

— Не рассчитывай, что я отступлю, дракон. Танару моя пара, и я буду за нее бороться.

— Не рассчитываю, вампир. Но и я отступать не намерен.

Хотя, признаться, шансов у меня немного после того, что натворил. Но они все же есть… надеюсь. Равирио фыркнул.

— А вот это будет решать Танару.

Мы переговаривались шепотом, но все равно ресницы девушки дрогнули. Именно поэтому не стал говорить, что у меня все же есть преимущество: помолвочный договор, который теперь не удастся разорвать так легко. Хватит — уже наделал глупостей, пора включать мозги, а не действовать под напором эмоций. И для начала надо добиться, чтобы драконица на волне уже своих эмоций не завершила разрыв.

Так что, когда на меня посмотрели самые прекрасные глаза, заполненные сейчас злостью и болью, я поднял руки ладонями вперед и, смиряя гордость, взмолился:

— Танару, прежде чем что-то скажешь, прошу — позволь объясниться!