Глава 6

Мне снились огромные змеиные глаза и чешуя, блестевшая в свете огней как золото. Тихое шипение настораживало, а немигающий взгляд гипнотизировал.

– Неош-ш-шиданно, с-с-сладкая, я тебя наш-ш-шел.

– А теперь потеряй, пожалуйста, – икнула я от страха и замахала усиленно руками перед собой.

Видение исчезло, я оказалась на ночной лесной поляне, на которую из-за высоких сосен выступал волк. Хотя нет. Волчище. С меня ростом. Здоровый такой. Он задрал голову к небу, открыл пасть и завыл. Но тут передо мной, прямо в воздухе, открылась дверь. За ней оказался злющий ректор.

– Вот где вы шляетесь? У вас уже пара началась! – он бесцеремонно дернул меня за руку, втянув внутрь огромного класса, где за партами сидели мои ученики из седьмого класса, какие-то незнакомые люди вперемешку со зверями и те два длинноволосых, что были с ректором на лестнице. В этот момент из-за своей парты встала Лиза Грачева и оповестила меня о наличии «студентов»

– Софья Эдуардовна, наши все на месте, чешуйчатые тоже, а у меховых кошачьи выпали, у них весенний гон.

– Так март-то давно прошел, – вырвалось у меня, несмотря на абсурдность ситуации. – Что вы вообще тут делаете?

Тут дети исчезли, а в центре кабинета пытался развернуться огромный золотой дракон.

– Прячеш-ш-шься? Не фы-ы-ыйдет!

– Слушай, дракон, – рассердилась я. – Вышел вон! – и махнула рукой на дверь. Та хлопнула, и я проснулась.

После резкого пробуждения пришлось некоторое время потратить на то, чтобы прийти в себя. Зато поднявшись с кровати, я поняла, что стало причиной столь выхода из царства Морфея – ветер стукнул открытым окном. Пришлось поправить его, чтобы не разбилось. Восстанавливать расколотое я не умею. Надеюсь пока что.

– Приснится же такое, и кто из вас троих мой суженный? – широко зевнув, я расхохоталась. А просмеявшись, пошла умываться. Не нужны мне такие женихи сотню лет. Мне знания нужны, умения, заработок. А значит, перед завтраком неплохо было бы почитать. А еще зайти к лекарю. И к тетушке Донелии.

Я бросила взгляд на окулус, зеркало показывало семь утра, и решила, что часок вполне могу себе позволить потратить на чтение, тем более есть пока не очень хотелось. Магия магией, но социальный фактор тоже отбрасывать не стоит, поэтому я открыла «Карты мира с описанием местностей и проживающих народов». У этого внушительного по размеру, а не по количеству страниц учебника, в центре был разворот с картой. На ней была изображена планета с двух сторон, материк, как таковой был один, он занимал половину всей площади, но на его территории, если брать за аналог карту Земли, было море размером с Австралию и залив обширностью и формой напоминавший Европу от Гибралтара до Скагеррака. По всей территории были разбросаны горные хребты, леса, озера и реки, только в одном месте, совсем немного проглядывало пятно, указывающее на засушливый район, а на макушках планеты вполне ясно проступали вечные льды. Но они были крохотными. В океанической части, то тут, то там, были разбросаны единичные острова и целые архипелаги. На карте красной пунктирной линией указывались границы стран, коих тут было всего двенадцать штук. Они были пронумерованы. И собственно описание каждой и шло за заявленной цифрой. Но перед этим были четыре главы с говорящими названиями: первая – люди, вторая – оборотники, третья – драконы и четвертая – малые народы. И если в первой все казалось относительно знакомым, то последующие я читала словно фантастику или мифологию.

Одаренные люди и оборотники жили примерно одинаково, по сравнению с драконами и малыми народами, недолго. В зависимости от дара от обычных ста до трехсот лет. Впрочем, ипостась прибавляла еще лет двадцать, так как если на хронические заболевания оборот никак не влиял, но механические повреждения за счет выброса стихийной энергии при нем залечивались. То есть в среднем, не от старости оборотники погибали реже людей, и потому статистика была в их пользу. Драконы жили и вовсе не болели, разве что от проклятий, к которым тоже их организм проявлял невероятную стойкость, и загнуться раньше срока измеряемого почти тысячей лет, могли разве что в бою или от тоски. Второе, впрочем, случалось достаточно часто. Так как крылатые были однолюбами, имели несчастье, так сказать, находить свою «истинную пару», в том числе и не среди сородичей, а как говорилось раньше – остальные жители планеты жили значительно меньше. Поэтому реальных долгожителей среди драконов оказалось не так уж и много. А если учесть, что драконихи более двух детей заводили очень редко, а часть полукровок не обзаводилась крыльями, то сама популяция тоже не росла.

И это все, что я успела прочесть до того, как в дверь домика кто-то постучал. Пришлось бодрой козочкой нестись вниз.

– Доброе утро, – за дверью оказался жизнерадостный Гаир. – Я почему-то подумал, что вы рано встаете. Решил зайти за вами. Пойдете завтракать?

– Доброе, – неожиданно для себя, я улыбнулась. Оставаться равнодушной к этому молодому мужчине было не возможно. Его обаяние этого просто не допускало. – Только мне бы сначала сходить к мистрес Генезер. Хотя… Вряд ли она так рано в лекарской.

– Думаю, мы как раз застанем ее в столовой. А вы плохо себя чувствуете?

– Да не то чтобы, – я прислушалась к организму, но кроме бурлящей реки энергии, с помощью которой, казалось, можно свернуть горы, ничего не ощущалось. Я была возмутительно здорова. Даже раны от падения Брианны в переулке зажили и о себе не напоминали совсем. – Но из-за некоторых событий в моей жизни что-то произошло с моим резервом и теперь нужно попить какие-то зелья, чтобы каналы пришли в себя.

– Ого, у вас вырос дар? Обычно к этому ведут далеко не приятные события, но, думаю, вы с ними справитесь. Вы одна из самых упорных адепток, что я видел. Думаю, совладать с новыми обстоятельствами и возможностями вам по плечу, – поддержка нового знакомого пришлась кстати. Ведь мне предстояло в ближайшее время не только устроить свой быт, но и выучить и научиться применять все то, чему я должна учить детей. А до «дня икс» всего несколько недель. И вчера у меня, по сути, вышло совсем не то, что нужно.

Я прихватила сумку с картой, учебник первого курса и мы пошли в столовую. Гаир был интересным собеседником. Вернее, он отлично вел диалог при молчаливом собеседнике. Ведь мне особо нечего было пока сказать. Но он воспринял молчаливость за стеснительность бывшей ученицы, которая и с одногруппниками особо болтливостью не отличалась, и всю дорогу бодро вещал о произошедших за лето вещах: кто как устроился после выпуска, сплетни о преподавателях и будущих учениках из «высшего света». И все это так кратко, но емко, словно я двадцатиминутный выпуск новостей посмотрела. Не коллега, а кладезь полезной информации. К столовой я уже имела примерную информацию о большей части соучеников и преподавателей Брианны, последних в которой, к счастью, в такой ранний час не было. Разве что мистрес Генезер, как и предполагал Гаир.

– Доброе утро! Не зашли ко мне вчера, – пожурила она меня с ходу.

– Доброе, извините, пожалуйста. Очень поздно освободилась, лекарское крыло уже к тому моменту было закрыто.

– А в дом ко мне постучаться постеснялись? – ухмыльнулась лекарь.

– Ой, – только и смогла выдать я. – Как-то не подумала…

– Так, Брианна пока не знает, кто у нас где живет, – рассмеялся Гаир.

– Люстих, ты как всегда, вставишь свой медяк, – закатила глаза женщина. – Но он прав. Мистрес Моранди, вам лучше запомнить место жительства коллег. Пригодится.

– Спасибо, обязательно. А можно к вам после завтрака зайти? Ваша настойка – чудо! Мне даже ректор после нее страшен не был, – поделилась я впечатлениями.

– А то. Собственная разработка. Возьму на заметку, и если нужно будет к Гроссету после организационных собраний подойти, тоже буду принимать, – расхохоталась она. – И да, после завтрака прошу за мной. Это не только можно, но и нужно.

С завтраком мы особо не церемонились, да и дела были у всех, поэтому расправились с едой быстро. Гаир записал меня в свой окулус, и проследил, чтобы я его записала в свой. Мы договорились созвониться, чтобы вместе пойти на ужин. Обедать он собрался в городе, где у него были дела.

А потом я отправилась с мистрес Генезер в лекарское крыло.

– Мистрес Моранди… Я хотела бы вас предупредить. Впрочем, вы и сами все знаете, вы же учились у Люстиха.

– Мистрес Генезер, не переживайте, ни о какой влюбленности речи быть не может. Гаир приятен мне как человек и друг, не более. Да и, если честно, после последних событий на мужчин, наверное, я долго буду смотреть с подозрением. Никакие отношения, отличные от дружбы, меня сейчас не прельщают.

– Я очень рада это слышать. Ну что, готовы? Если да, укладывайтесь на кушетку, я проверю ваши каналы, чтобы скорректировать дозировку.

Лежать спокойно, не шевелясь, почему-то стало трудно. Почему-то вспомнились гиперактивные детки, которые все время елозили и что-то крутили в руках. Сейчас я их понимала. Все тело буквально ломило от бездействия. А тут еще вспомнился вчерашний разговор с Коргом.

– Мистрес Генезер, у меня к вам будет просьба личного характера. Могли бы вы посмотреть… Не случилось ли непоправимого из-за моей совершенной глупости с Дениэлом?

– Вы имеете в виду, не понесли ли вы? – ох, уж эти врачи, никакого такта.

– Именно, – вздохнула я.

– Точно нет, я бы увидела это даже сейчас. Но думаю, вам и не нужно, чтобы это вообще произошло от такого подлеца. А помимо успокоительного, я дам вам еще одну микстуру, и тогда нежелательных последствий от вашей минутной слабости не будет наверняка. Не думаю, что этот кадр был очень чистоплотным, слишком надменен. А люди более подвержены всяким болезням и интимного плана, чем остальные расы. Ох. Извините, все же бывший жених.

– И хорошо, что бывший! Спасибо, вы буквально, моя спасительница, – я сердечно ее поблагодарила.

– Да что вы, мистрес Моранди, это все во благо Академии и спокойствия ректора. Он так счастлив, что штат закрыл, что у него сейчас можно что угодно выпросить, – рассмеялась лекарь. – Даже заявку на ингредиенты, которые я у него полгода выпрашиваю, одобрил.

– Неожиданно. Ну хоть кому-то мое появление принесло радость. Правильно говорят, не было бы счастья, да несчастье помогло.

– Ничего, еще перевернется у вашего домика мобиль с артефактами, – от ее присказки повеяло чем-то земным и таким родным. – А теперь пейте, и вперед, вершить дела с горячим сердцем и холодной головой.

Я выпила два стаканчика с зельями, запила их сладким лимонадом, еще раз поблагодарила мистрес Генезер и покинула лекарскую. Мой путь теперь лежал в женское общежитие.

В зданиях, где проживают студенты, кипела работа, туда-сюда по воздуху сновали какие-то вещи, то там, то здесь возникали соплеменники Корга, и периодически слышались громкие указания сиры Донелии.

– Так, окаянные, мне в город через час, а вы никак список для заказа утвердить не можете. Если сегодня не сделаем, нам Гроссет не только голову открутит, но и денег не даст! – пугала она подчиненных. А я задумалась, уместно ли лезть под горячую руку. Но факт, что она собирается туда, куда мне нужно, перевесил все сомнения.

– Тетушка Донелия, доброго утра! – поздоровалась я с порога.

– И тебе, Брианна, доброго. Ты что же на завтрак не спешишь? Уже скоро кончиться…

– Так я уже поела, – вот это настоящая бабушка, ни один «внучек» голодным мимо не пройдет. – И даже книгу успела почитать и к мистрес Генезер сходить, – отчитаться перед ней захотелось подсознательно. И я правильно сделала, ведь мое поведение настроило ее на позитивный лад.

– Какая молодец! Не то, что эти безобразники. Разоспались, теперь ничего не успевают. Как ты устроилась?

– Прекрасно! Домик замечательный, кабинет я свой в порядок привела. Единственное, то сейчас не злоупотребляю магией, так как дар несколько вырос и организму нужно привыкнуть, – мало ли, а то решит припахать к общему делу на благо уборки общежития, а я ни бе, ни ме, ни кукареку.

– А это правильно, тебе в себя нужно прийти до того, как толпа адептов наводнит академию. Но ко мне, я думаю, ты пришла совсем с другим вопросом, ведь с этим тебе в силах помочь Генезер.

– Да. Если честно, мне очень неловко об этом говорить… Но вся моя жизнь прошла либо в доме, либо потом между домом и академией, – да простит меня настоящая Брианна, – и совершенно не ориентируюсь в городе, а мне нужно закупить некоторые вещи…

– Это легко решаемо – собираюсь выезжать через час. Уже даже меньше. И с ориентацией смогу помочь. У тебя есть список того, что тебе нужно?

– К сожалению, у меня нет даже бумаги, чтобы написать его, – вздохнула я. – И я с трудом представляю, что сколько стоит, чтобы понимать, сколько с собой брать денег.

– На, пиши, – она вытащила из поясной сумки блокнот, выдернула лист и протянула его мне вместе с карандашом. – А там посмотрим.

Я уселась прямо за стойкой и начала записывать зубную пасту или порошок, чистить зубы просто палочкой уже было невмоготу, тетради, блокноты, пишущие принадлежности и прочее, включая еду, все-таки не гонять же Корги каждый раз, когда я засижусь с учебой или работой до закрытия столовой.

Писать оказалось просто, руки сами выводили те буквы, что нужно, и складывали из них слова. Хотя ради интереса я попыталась написать несколько слов по-русски. Было сложно, словно внутри стоял какой-то барьер, но я смогла, правда теперь зависала, когда писала на местном. Закончив, я отдала список на растерзание коменданту. Та прошерстила его глазами, пару раз хмыкнула, проставила рядком сбоку закорючки. Как оказалось, это цены за штуку или за кило, в зависимости от того, как обычно отпускали товар.

– Это в каких монетах? – не выдержав я подняла глаза.

– Ох, извини. Никак не могу взять в голову, что твой родитель взрастил тебя в совершенном неведении о реалиях нашей жизни. Что золотой состоит из ста пенсов, а тот из ста копи, ты знаешь?

– Да, – конечно, теперь знаю.

– Вот все, кроме одежды это в копи, а она в пенсах.

– То есть трех золотых мне хватит за глаза? – с удивлением посмотрела я на нее.

– Даже очень много, – расхохоталась комендант, – если только будешь закупаться там, куда поеду я, а не там, где обычно крутятся посыльные высшего света.

– Я думаю, мне вполне пойдет, что попроще, – хихикнула я. – Все-таки простой преподаватель, да еще и без стажа.

– Никогда не думала, что услышу подобные слова от девицы, рожденной и выросшей в герцогском доме, – покачала головой Донелия, вызвав у меня довольную улыбку.

– То ли еще будет, – «обнадежила» я ее.