Глава третья

Матушка задержалась в городе и последующие два дня я провела в свое удовольствие. Своего странного соседа я больше не встречала. Он не ходил в столовую, на процедурах, которые посещала я. его не было, и это меня очень радовало. Все-таки рядом с ним мне было не по себе, особенно после страшилок, которые о нем рассказывали постояльцы. Конечно, все они были неправдоподобны, но угнетающее впечатление производили.

В свободное от процедур время я попросилась присматривать за детьми, которых среди постояльцев было очень много. Если бы мама узнала об этом, она бы устроила мне выговор и прочитала лекцию о подобающем поведении юной аристократки. Но мама была в городе, а мнение других меня мало интересует.

Наверное, таким образом, я пряталась от своего соседа и свела вероятность нашей случайной встречи к минимуму. Прежде, чем выйти из номера, я просила горничную проверить лестницу и подходы к дому. На озеро ездила только с группой других постояльцев.

Зато в компании детей я не заметила, как пролетело два дня, и прекрасно провела время.

Но ничто не вечно, и мама все же вернулась. Нагруженная свертками и коробками, она ввалилась в номер около полудня. С ней приехала модистка, а это означало, что мне предстоят не самые приятные дни. Так что, хорошо, что я отдохнула от гнета родительницы на неделю вперед.

- Дорогая, как ты себя чувствуешь? Как провела время? Не скучала? - матушка засыпала меня вопросами, но не давала мне возможности ответить. Видимо мой почти цветущий вид удовлетворил ее.

- Ты знаешь, Жюли мне рассказала, что на Каранне в моде новый фасон платья. Облегченный вариант для жаркой погоды. Мы обязательно должны сшить тебе несколько.

Жюли - это модистка. Она шьет для нас уже много лет. Она живет в Раоне, городе- порте, единственном в баронстве.

Обреченно вздохнув, я принялась рассматривать каталоги моделей.

День выдался особенно жарким. Жюли еще не закончила работу, поэтому я страдала в закрытом платье, и пока ехала с озера, вся взмокла. Душ освежил ненадолго. В комнатах тоже стояла духота, и я долго искала прохладное место. Нашла его в бальном зале, который находился в самом старом и большом здании водолечебницы. Раньше это был фамильный замок предков доктора Раония. Толстые стены, небольшие окна, вокруг густо заросший сад - и в итоге в замке холодно всегда, даже в июльскую жару.

В этом здании был небольшой музей семьи Раоний и Лазурного озера, и каждый желающий мог его посетить. Тут же имелась большая библиотека, но, так как у меня аллергия на книжную пыль, я избегала таких мест, поэтому пошла в бальный зал.

Устроилась на удобном диванчике под одним из окон и достала модный роман. Сюжет увлек и я зачиталась. Некоторые места выглядели нелепо, и я насмешливо фыркала, но в основном переживала за героев.

В какой-то момент почувствовала на себе чужой взгляд. Резко подняла голову и вскрикнула. Напротив меня в проеме высоких двустворчатых дверей стоял мужчина. Черные брюки, белая рубаха с расстёгнутым до середины груди воротом, короткая стрижка черных волос. Но все это я отметила краем сознания, потому что в первый миг в глаза бросились безобразные шрамы на лице. Они пересекали его несколькими неровными полосами, одна из которых покалечила правый глаз и нос, другая - губы. А правая щека и ухо были покрыты розовыми рубцами страшного ожога.

Через миг я уже не замечала шрамов, потому что смотрела в темно-синие глаза и не могла отвести взгляд. Сердце испуганно колотилось.

Через несколько секунд мужчина, прищурился, поджал губы, на здоровой скуле было видно, как заиграли желваки. Он тяжело оттолкнулся от косяка, развернулся и быстро пошел прочь, сильно прихрамывая на правую ногу.

Я выдохнула. Меня слегка трясло. Кто это? Хромота знакомая - наш загадочный сосед тоже хромает на правую ногу. А глаза... мне кажется, их я тоже где-то видела.

Зачем он за мной наблюдал? Стало не по себе, по коже прошел мороз, диванчик уже не казался таким уютным, как минуту назад. Оглядываясь по сторонам, я поспешила покинуть старый замок, тем более, время подошло к ужину, о чем и оповестили большие напольные часы с боем, стоящие между высоких арочных окон.

Мама была недовольна тем, что я долго отсутствовала.

- Милая, я тебя всюду искала. Куда ты пропала? Я же просила тебя быть рядом, предупреждала, что придет Жюли на примерку.

- Простите мама, я забыла об этом, - покаянно склонила голову.

- Милая, ты хорошо себя чувствуешь? Ты бледна.

- Все в порядке. Наверное, это потому, что я торопилась.

Постаралась придать себе цветущий вид, пока мама не начала паниковать. Ничего у меня не вышло. Она критически осмотрела меня, потрогала лоб.

- Да ты дрожишь! Перед ужином зайдем к доктору Раонию, пусть он тебя осмотрит. Обреченно вздохнув, я поплелась за ней.

- Не сутулься! - одернула мама, оглянувшись на меня.

У кабинета доктора Олиуса мама вскрикнула, как не подобает аристократке. Я выглянула из-за ее плеча и встретилась с синими глазами. Человек со шрамами презрительно скривил губы, что смотрелось жутко при их повреждении. Посмотрел на маму, усмехнулся и прошел мимо.

Какой гордый - презирает людей за их испуганную реакцию на его вид, а еще это его злит. Я вспомнила, как сама вскрикнула, когда увидела первый раз его лицо. Что на нем тогда было написано? Досада, злость, грусть. И тут я почему-то разозлилась на себя, за то, что отреагировала как все. Испугалась. Почему я хочу казаться лучше в своих глазах? Или нет, я хочу казаться лучше в его глазах? Мне непривычно, что кто-то может на меня злиться? Да. безусловно, это неприятно. Но что мне до его отношения? Ну и пусть злится. В конце концов, его шрамы и правда шокируют, и если ему так не нравится естественная реакция людей, пусть не показывается им.

О чем я думаю? Что за ужасные мысли приходят в мою голову? А на кого я вообще- то злюсь? На себя, за свой испуг, или на него, за то, что он сам провоцирует у окружающих такую реакцию и еще и обижается на нее? Запуталась.

- Доктор Раоний, добрый вечер. Вы не будете против, если мы отнимем минуту вашего времени перед трапезой? - мамин голос отвлек меня от раздражающих мыслей.

- Ну что вы, я всегда рад вас видеть, Одетта, - расплылся в улыбке доктор.

А я удивилась его неформальному обращению, а еще больше удивилась реакции на это мамы. Вместо того чтобы осадить его, и указать на неуместное обращение, мама расплылась в улыбке и покраснела. И это строгая и чопорная графиня Авир?

- Спасибо, Олиус. Осмотрите, пожалуйста, Маоли. Что-то меня тревожит ее вид.

- Конечно.

Доктор принялся сканировать мою ауру. Мама будто между делом рассеянно спросила:

- Олиус. а кто этот человек, которого мы встретили у ваших дверей?

- Это господин Армарт, ваш сосед по этажу.

- Что?! - мама вскрикнула до неприличия удивленно. - Э-это он наш сосед? Человек с такими ужасными шрамами?

- Ну да. Он получил очень серьезное ранение во время войны в проливе. Долго был между жизнью и смертью, а теперь восстанавливается здесь. Вы же знаете, целебное озеро и не такие шрамы лечило. Это они уже немного зажили.

- Какой ужас! - мама прикрыла веки и судорожно обмахнулась веером. - А он не опасен? Что вы о нем можете рассказать? Вы же понимаете - это не праздный интерес, Маоли чутко реагирует на чужаков.

О, нет, еще и мной прикрыла свое нездоровое любопытство. Как мило: когда ей нужно, я «чутко реагирую на чужаков», а как меня замуж не выдавать, так это у меня от неопытности аура тает.

Доктор тем временем, замялся и опустил взгляд.

- По правде сказать, я мало о нем знаю. Почти ничего. Знаю, что он из высшей аристократии, а в остальном... мне обещали посодействовать в вопросе о запрете на вырубку леса на горе Озерной, если я не буду задавать лишних вопросов.

Мама задохнулась от возмущения.

- Но... но... Доктор Раоний, как вы могли? Я могу понять ваше желание сохранить лес близ озера, но как вы могли поселить его рядом с нами? А если вы подвергаете нас опасности? А если он беглый преступник? Если он вовсе не аристократ, а какой-нибудь наемный убийца? В конце концов, такие увечья можно получить не только на войне.

- Одетта, он сам выбирал апартаменты и остановился на номере по соседству с вами. Поселиться в другом месте отказался категорически. Я предлагал ему даже гостевые покои старого замка. Я понимаю ваши опасения, но он показал себя тихим постояльцем и примерным пациентом. Он нелюдим, угрюм и неразговорчив, но не агрессивен. Он здесь уже две недели и его почти не видно. Принимает пищу в комнате и на людях старается не показываться. Я уверяю, вам нечего опасаться.

Графиня недовольно хмыкнула и демонстративно отвернулась от доктора.

- Вот такие тихие и незаметные люди обычно и оказываются самыми опасными маньяками и убийцами. Мы переедем в другие апартаменты. В каком коттедже свободно?

Доктор изобразил великую скорбь и развел руки.

- Увы. Свободных нет. Середина сезона и последствия войны - заняты даже мансарды. Вы ведь заметили как у нас многолюдно? Но, если вы согласитесь, я мог бы предложить вам свои комнаты...

- Что!? - графиня с трудом подавила возмущение.

Вообще, что-то ее безукоризненные манеры стали давать трещину... не держит эмоции, краснеет.

- Это неподобающее предложение. Но хорошо, мы останемся в своих, но я требую телохранителя.

- Но, Одетта, как это будет выглядеть? Вы ведь нанесете этим оскорбление господину Армарту.

Повисла напряженная пауза. Не найдя, чем возразить, или просто лишившись слов от возмущения, маменька оскорбленно вздернула подбородок и гордо удалилась. Даже забыла, что мы сюда шли за тем, чтобы убедиться, что я не умираю.

- Простите, доктор, я не знаю, что на нее нашло. Вы не проводите нас в столовую?

- пришлось соблюдать приличия вместо мамы. Все-таки, доктор и так сделал все, что мог.

Барон проводил нас до столовой, но за ужином не присоединился. Мама была молчалива и задумчива, даже мне замечаний не делала, а я...

Я весь ужин чувствовала на себе пристальный взгляд. Очень долго не могла найти его источник, пока, в конце трапезы не освободились несколько столиков, и в самом дальнем углу зала, под тенью карликового деревца не заметила сутулую фигуру и яркие синие глаза.