Глава 16

Дилавия (Диана)

Вопрос ректора прозвучал довольно странно учитывая, что для него Дилавия всего лишь потеряла память, но родилась-то она здесь. Действительно, откуда ей известно, что наследник отчаянно ненавидит её, когда с завидной регулярностью попадала в различные неприятные ситуации, благодаря царственному идиоту.

Мало ли как отреагировало сознание юной герцогини. Может она частично вспомнила все те ужасы, через которые прошла? В конце концов, стресс вполне мог помочь с восстановлением памяти, ведь не каждый в силах спокойно выдержать сообщение, что нападение спровоцировано из-за него.

Только ответить так Эминиру Грандису я, к великому сожалению, не могла, иначе пришлось бы рассказать, что пришла из другого мира. Раскрывать себя, тем более в месте, где нет соратников — дело глупое и неблагодарное. Да и мне не улыбается стать подопытной дракона.

Бирюзовые глаза тем временем пристально взирали на меня, будто пытаясь заглянуть в душу. По всем видимости, ректор ожидал чистосердечное признание о моём странном любопытном всезнании. Ну, никто не запрещает ему надеяться и строить домыслы, а я точно не стану открывать то, что навредит.

— Что вы имеете в виду? — как можно удивлённей спросила у него, наивно распахнув глаза. — От вас я прямым текстом услышала, кто виноват в нападении, и, естественно, это не могло не ужаснуть. — Нарочито опустив голову, глухо продолжила: — Или считаете, я должна радоваться, что на меня охотится первое лицо государства, когда даже не знаю, вернее, не помню в чём виновата перед ним.

Только Эминир Грандис не зря являлся главой магической академии, так просто его обвести вокруг пальца, практически, невозможно, слишком уж проницательным был. Он продолжал пристально смотреть на меня, не произнося при этом ни слова, будто моё оправдание для него не значило совершенно ничего.

— Хорошо, когда захочешь поведать обо всём — приходи, — внезапно произнёс ректор, повергая в шок. — Я всегда выслушаю и помогу тебе в любой ситуации.

— Чего? — выпалила не сдержавшись. — По-прежнему не верите? Тогда зачем вообще заключили со мной договор?

Его губы вдруг искривила насмешливая улыбка.

— Разве я не сказал тебе о проклятье? — заглянул мне в глаза. — Могу добавить, что озвучил истину не в полной её мере, но пока и нет смысла говорить обо всём.

— Получается, сказали неправду? — невольно охнула. — У вас в отношении меня какие-то нехорошие планы? — Невзирая на подбиравшийся к сердцу страх, всё же отчаянно старалась убедить его в том, что ничего не помню. — Надеюсь, не забыли, как дали магическое слово, что не причините вреда.

Эминир вдруг запрокинул голову и громко расхохотался, вынуждая опасливо отступить. Роскошные длинные чёрные волосы скользнули по спине, достигая талии, невольно привлекая моё внимание. Даже в настолько опасной ситуации, я вела себя, словно глупенькая институтка из школы благородных девиц.

Наконец он вновь взглянул на меня, продолжая широко улыбаться.

— Если бы я хотел навредить, то сделал бы это ещё при первой встрече, — сообщил так, словно являлся учителем, а я — нерадивым учеником, непонимающим крайне лёгкую тему. — Поверь, не в моих интересах, чтоб твоя жизнь оказалась под угрозой, о чём неоднократно сообщал.

Неожиданно он шагнул ко мне, заставив инстинктивно двинуться назад. Но вместо того, чтобы остановится, ректор продолжил наступать и вскоре упёрлась спиной в стену. Мне стало ясно, что бежать больше некуда, а ладони дракона, тем временем, коснулись стены по обе стороны от меня, заключая в своего рода клетку. От неприятного ощущения, словно стала пленницей, я поёжилась.

Ректор склонился ко мне, заглядывая в глаза: смех полностью исчез из его черт.

— Тебе стоит тревожиться не о моём отношении, а тех многих, кто отчаянно желает покончить с тобой, — холодно проронил он.

Его близость вдруг окутала меня чистым свежим хвойным запахом с насыщенными древесными нотками, вызывая лёгкую дрожь. По телу прошла тёплая волна, оставляя после себя приятные мурашки. Мне отчаянно захотелось сбежать от Эминира, чтобы спастись чувств, которые он пробуждал во мне.

— Что вы делаете?! — гневно выпалила, стараясь не обращать внимания на собственную реакцию.

В следующую минуту произошло то, чего ни я, ни ректор никак не могли ожидать. Между нами внезапно возник красивый узорный круг алхимической пентаграммы, напоминающий распустившийся цветок с незнакомыми символами. А после — Эминира Грандиса вдруг отбросило от меня примерно на несколько метров.

Благо он сумел сориентироваться и выдержал мощный воздушный порыв, не повалившись на пол. Ректор на мгновение завис в воздухе, и плавно опустился на ноги. Несмотря на то, что он серьёзно не пострадал, мой разум отчаянно пытался найти объяснение произошедшему и никак не справлялся. Все выводы, кроме, пожалуй, одного выглядели неправдоподобными.

И я решила спросить:

— К-как это случилось? — запинаясь озвучила первое, что пришло в голову: — Н-неужели т-так отреагировало ваше проклятье?

Его брови озадаченно поднялись.

— Нет, конечно, — покачал он головой. — С чего ты взяла? — Бирюзовый взгляд удивлённо взирал. — Это твоя сила отозвалась на твоё возмущение от того, что я переступил границу допустимого.

«Так мои возможности заключены в защите? — посетила разочаровывающая мысль. — Ну нет, подобная возможность крайне неплоха, учитывая подобных принцу придурков, так и норовящих устроить какие-нибудь подлянки».

— И… И как её использовать? — с интересом посмотрела на него. — Судя по всему, в моём случае стоит поскорее взять под контроль возможности и освоить их.

Эминир неожиданно вновь усмехнулся, на сей раз не пытаясь приблизиться.

— Неужели подумала, что у твоей силы защитная функция? — спросил он, словно прочитал мои мысли, и я кивнула. Но ректор лишь покачал головой. — Нет, Дилавия, это далеко не так. Ты обладаешь ярко выраженной алхимической энергией, которая, исходя из реакции хозяина, то есть тебя, претворяет желания в жизнь.

— Получается, в моих силах сделать всё, что захочу? — невольно опешила от того могущества, которым обладала леди Френазис.

Ректор с улыбкой кивнул.

— Да, только рамки есть у всего, и о них я поведаю позже, — сообщил он. — В целом же, ты всё поняла верно.